Это была не сказка...

Он перебирал пальцами ее волосы, не в силах пошевелиться. И дело даже не в затекшем плече, нет. Ощущение тяжести любимой, которая спала на его груди, уткнувшись носиком в ключицу, было приятным. Мерное дыхание, что заставляло обнаженную грудь приподниматься, нежные руки, тонкие пальцы, чуть подрагивающие ресницы. Она была прекрасна. И мелкие шрамы на теле добавляли очарования. Акаши провел рукой по плечу Кониси, заставляя покинуть мир сновидений. Девушка неохотно открыла глаза и тут же прикрыла рот ладошкой, так как зевота проснулась вместе с ней. Сейджуро лишь слабо улыбнулся, сравнивая Сэкико с маленьким мышонком, которого бессовестно разбудили люди за стенкой. И плевать, что именно они считаются хозяевами дома. - Доброе утро... - выговорила Кониси и решила сесть, однако на середине действия остановилась. - Сэкико? - спросил Акаши и чуть приподнялся. Она легко улыбнулась и все же села. - Спина немного затекла, - соврала девушка. Оба об этом знали. - Я дам тебе обезболивающее, а потом отведу в душ. За это время горничная приберется, - сказал Сейджуро и встал с кровати, не стесняясь своей наготы. Он надел штаны и пошел к столу. - Ты так много знаешь... - в ее словах чувствовались печальные нотки, которые парню совершенно не понравились. - Быть осведомленным в чем-то и делать это совершенно разные вещи, - фраза получилась намного грубее, чем он хотел. Уж слишком много обвиняемого тона вложено в слова. От этого Кониси стало не по себе, и она опустила глаза, пусть Акаши и так стоял к ней спиной. Взгляд зацепился за небольшое кровяное пятно на белой простыне. - Не стоит об этом волноваться, - Сейджуро протянул ей ладонь с парой таблеток и после того, как Сэкико положила их в рот, передал стакан воды. - Теперь в душ. Даже после ночи девушка смущалась под его взглядом. Темнота дарила некую защищенность, но из-за света лампы этого было не ощутить. Он мог увидеть все нюансы тела. И пусть природа не создает ничего идеального, всегда есть исключения. Парень, который сейчас нежно проводит мыльной рукой по её груди, опускается на живот и тянется ниже, является совершенством. По крайне мере для неё. Как и сказал Акаши, когда они вышли из душа, постель оказалась аккуратно заправлена, а одежда, разбросанная вчера ночью, стопочкой сложена на краю кровати. Кониси была уверена, что и простынь с кровью стала уже пережитком прошлого. - Мы можем завезти твои вещи по пути в школу, - озвучил Сейджуро, когда они приступили к завтраку. Возникло предложение остаться дома, однако Сэкико возразила. Пусть и намеренно забыла упомянуть, что дело вовсе не в успеваемости, а в необходимости разговора с подругами. - Это было бы славно, - согласилась девушка, отпивая чай. Она чувствовала себя неловко под взглядами слуг, которые на них поглядывали. А вот ее возлюбленному было все равно. Он к этому давно привык. - Знаешь, мне приснился интересный сон. Хотя... Это скорее воспоминание, - Акаши отложил приборы и приготовился слушать. Сэкико выглядела очень задумчивой и одновременно счастливой. - Там был розарий. С аркой перед входом. И один куст с синей розой рос у основания статуи русалки. Русалка держала на плече кувшин, откуда лилась вода, создавая небольшой водопад, который ниспадал на морскую раковину в руках девушки. Я видела Никки, ему было где-то одиннадцать. Он разговаривал с девочкой. Ее желтое платье развевалось на ветру, как и ленты, вплетенные в волосы. Мэй... Никки назвал ее Мэй. Вот только лица мне не вспомнить. Лишь желтое платье и белые ленты в каштановых волосах, - девушка замолчала, но вскоре улыбнулась и сказала: - Надо же было вспомнить именно этот момент. Сейджуро улыбнулся в ответ. Кониси вновь вернулась к еде, пребывая в хорошем настроении. Парень про себя несказанно радовался ее сну. Ведь этот фонтан становился отрадой во время шумных приемов, на которые он нередко ходил с отцом. И Мэй. Старшая дочь семьи Исикава, чей особняк находится довольно близко. Все складывается весьма удачно. Ведь по-другому и быть не может, верно? Сэкико скучала на уроках, поэтому прокручивала в голове остатки утра. Как они сели в машину. Как занесла домой сумку, не застав старшего брата, а лишь записку, в которой тот требовал позвонить или написать. В итоге, когда она уже звонила Никки, Акаши выхватил телефон и сам пообщался с ним. Почему-то это встревожило Кониси, однако чёткой причины для этого не было. Когда они доехали до школы, прозвенел первый звонок, и им пришлось разойтись, пожелав на прощание друг другу удачи и подарив поцелуй. Девушка не жаловалась. Даже сидя в дамской комнате и без подробностей рассказывая подругам о вчерашнем, она испытывала счастье. Боль внизу живота, конечно, чуть омрачала его, но несильно. - Ни фига себе фигашеньки! - воскликнула Оно и поправила очки, которые чуть съехали с переносицы, когда девушка подпрыгнула. - Я от тебя такого не ожидала! - Я тоже... - проговорила Хара, чуть нахмурившись. - Вы ведь знакомы меньше месяца. И уже... Разве это нормально? - Другой реакции и не ожидалось, - улыбнулась Кониси и пожала плечами. - Но я действительно его люблю и не вижу в этом ничего катастрофического. Рано или поздно это все равно бы произошло. - И снова совещание без нас! - возмутился Сугимото, входя в "женское святилище". Так в шутку парни называли женский туалет. Он подошел к Минори и поцеловал в висок, после чего обнял со спины. - Хватит уже шпионских штучек. Одного раза вполне достаточно. - Я что-то пропустила? - спросила Сэкико у Изуми, но та посмотрела на нее аналогичным взглядом. - Вы будто с луны свалились, - мягко сказал Миямото, подходя к друзьям. - Они у нас теперь семейные. - А почему нет? - отозвался Рио и поцеловал рыжую в щеку. - Я не против такой жены. - Дурак! - прикрикнула Оно, густо краснея. Все засмеялись, а потом вышли в коридор, чтобы еще чуть погулять перед уроком, который обещал быть скучным и длинным, как и всегда. Кониси незаметно приблизилась к новой парочке, подкидывая идею о том, чтобы свести еще двух голубков. Сугимото быстро предложил запереть их в подсобке, за что получил подзатыльник от Минори. Вскоре все утонули в водовороте веселья и разговоров, как и прежде. Будто ничего не произошло в жизни каждого.

***

Сэкико решила зайти в магазин. Хотелось чего-то вкусного и соленного на ужин. Рыба оказалась как раз кстати. Сейджуро подошел к ней на третьей перемене и сообщил, что не сможет сегодня проводить домой. На четвертом уроке она узнала, что Акаши отпустили с занятий. Это странно. Однако причина была вполне объяснима. "Отец прилетел," - написал Сейджуро в последнем сообщении их переписки. Кониси не знала этого человека, но почему-то уже его боялась. Много слухов ходило о главе клана Акаши. И каждый не предвещал ничего хорошего. Девушка зашла домой и собиралась уже оповестить брата о возвращении, вот только с губ не слетело ни звука. Сэкико осторожно сняла обувь и тихонько, чтобы не выдать своего присутствия, подошла ближе к проему в гостиную, откуда доносились крики. Они принадлежали Никки и Сейджуро. - Ты просто безмозглый мальчишка! - кричал парень, не в силах больше сдерживаться. Он вежливо попросил лишь об одном, а ему просто плюнули в душу. - Я же говорил, что это тебя не касается! - Меня касается все, что связано с Сэкико! - повысил голос Акаши. Отступать было некуда. Да оно и не входило в его планы. - Я видел шрамы! Просто упав с лестницы, их не получить! - Слушай, ты... Не лезь, иначе... - Я знаю Мэй, - от упоминания имени Кониси отступил назад, - и мы с ней поболтали сегодня. У Сэкико перехватило дыхание. Она не до конца понимала, что происходит. Значит, Акаши узнал девушку из ее воспоминания. Почему же не сказал? И почему Никки так притих от одного ее имени? - У нас было соглашение с семьей Исикава. Ты хоть понимаешь, что теперь оно нарушено? - Не нарушено. Можешь не беспокоиться. Мэй сказала, что вы были близки в то время, но ее отец этого не одобрил. Они с матерью уехали, а когда вернулись, то вашей семьи уже не оказалось в особняке. Что произошло, Никки? Почему любимый бульдог Мэй был похоронен? - Убирайся... - проговорил Никки, но Сейджуро не сдвинулся. - Убирайся, мать твою! И больше не смей подходить к моей сестре! - Даже не подумаю! Я любил Сэкико в детстве. Однако сумел ее потерять. Сейчас это не повторится. Вот только я не смогу ее защитить, если не понимаю, в чем угроза. - Акаши... Ты... - Хватит! - выкрикнула Сэкико, и оба парня посмотрели на нее. Она стояла в слезах, однако глаза были серьёзны, как никогда прежде. - Никки, расскажи. Расскажи, что произошло. Я хочу знать. - Сэкико, тебе не нуж... - Расскажи! - девушка подошла к Сейджуро и взяла его за руку. - Или, клянусь Богом, ты меня больше не увидишь. Никки смотрел на сестру, понимая, что та не отступится от своих слов. Он проиграл. Проиграл вшивому мальчишке, который влюбился в его "хвостик". Это было лишь во благо. Они так прекрасно жили, пока не появился Акаши Сейджуро. Но и он не хочет причинять вред Сэкико. Просто желает защитить свою возлюбленную. Никки отступил назад и сел на стул. Больше нет смысла молчать, поэтому он расскажет все. Все, что произошло восемь лет назад.