Кто опаснее: акулы или овечка?

Алан почувствовал напряжение Мии и обернулся. Его ледяной, но усталый взгляд поразил парней. Они в недоумении наблюдали, как "вождь" перехватил напуганную Мию поудобнее и направился к выходу. Кристиан среагировал первым и оттащил застывших Лиса и Рамона в сторону. Их крылья приоткрылись, а глаза сузились. Алан молча встал под отверстием, через которое попал в яму, и коротко взмахнул сильными черными крыльями, стрелой вылетев наружу. От него исходила аура необычайного спокойствия и умиротворения. Парни рванули следом. Лис взглянул на Мию и задумался. Должна быть причина, почему их главарь так о ней заботился. Миа оказалась вампиром, но не стала противной Лису. Она осталась той же забавной девчушкой, только со странными вкусовыми предпочтениями. Рамон рассматривал Лиса, чьи суженные желто-зеленые глаза выдавали все его мысли. Однако сам Рамон размышлял в ином ключе. По прибытии в лагерь придется объясняться с другими. Нет совершенно никаких оснований, почему Миа должна остаться в лагере. С этим будут согласны все, хотя стоило дать ей шанс разъяснить ситуацию. Рамон бросил короткий взгляд на Кристиана. Тот оставался невозмутимым, тщательно скрывая любые мысли и чувства от посторонних. Миа с трудом цеплялась за Алана. Сильные порывы ветра так и норовили сбросить ее. Почувствовав, как слабеет хватка, Алан еще сильнее прижал хрупкое тело к груди. Миа почувствовала поддержку и немного расслабилась. Ее взгляд упал на рваные раны от ее зубов на шее Алана. Миа вспомнила, с какой легкостью прокусила кожу, будто зубы стали острее. Возможно, так и было, но это стоило проверить... Миа потянулась к неповрежденному участку на шее Алана. От пьянящего запаха крови глаза зажглись бирюзовым огнем предвкушения. Она заинтересованно провела пальцем по своим зубкам и пискнула: на пальце остался глубокий порез. Миа быстро зализала его и хотела уже прервать "эксперимент", но вид и запах горячей крови Алана сделали свое дело. Она невесомо коснулась губами обнаженного участка шеи Алана, и он вздрогнул. Острые зубы прокусили тонкую кожу, и Миа с наслаждением припала к ранке. Из ее груди вырвался сладостный стон, сменившийся утробным рыком. – Остановись, Миа, – прохрипел Алан. – Хватит, ты убиваешь меня. Он вздрогнул и стал снижаться: крылья переставали слушаться, норовя сложиться. Его слова отрезвили Мию, и она тут же оторвалась от ранки. Алан был бледен и мелко дрожал, на лбу выступил холодный пот. По телу прошелся электрический разряд, когда он почувствовал легкие массирующие движения губ и языка Мии на своей шее. Кожу стало покалывать, но Алан уже не обращал на это внимание. В глазах помутнело, черные крылья сбились с ритма, и он резко полетел ниже. Солнце зависло над верхушками деревьев, готовясь закатиться на ночной покой, когда крылатые собрались в лагере, чтобы вновь поменять состав групп, и теперь ждали Алана с его ребятами. Они не находили себе места от усталости и волнения за Мию. Рей сонно моргал, прислонившись спиной к дереву на окраине поляны. Он привык спать около десяти часов в сутки, поэтому более двух дней бодрствования подкосили его сильнее остальных. Кто-то заметил в небе четыре точки и привлек к этому внимание других. Они непонимающе наблюдали за неровным полетом самой крупной "точки", а когда сообразили, в чем дело, бросились на помощь. Мию еле забрали у полубессознательного Алана, которого подхватили с двух сторон Кай и Рик. Он устало сложил крылья, безвольно повиснув в их руках. Едва они коснулись земли, как его осторожно положили на землю, прикрыв его собственными крыльями. Все взгляды обратились к Мии. Кто-то выражал недоумение или шок, кто-то – глубокое отвращение. Сначала Миа не поняла, куда они смотрели, но потом... Она в ужасе провела пальцами по губам, и на них осталась рубиновая кровь Алана, стекавшая по подбородку на грудь. – Что ты сделала с ним, тварь? – не выдержал Каил. Он никогда не питал к Алану большой любви, но уважал его, как лидера, превосходящего даже почитаемого Алека. К тому же состояние Алана могло послужить отличным поводом, чтобы прогнать Мию. Девушка окинула взглядом каждого на поляне, ища поддержки, но наткнулась лишь на холод и отчужденность. Даже легкомысленные Ларри и Лео смотрели на нее с недоверием. – Уходи, – глухо бросил Рамон, сверкнув янтарными глазами. Это слово стало завершением, некой точкой всему. Оно разрушило едва теплившуюся в груди Мии надежду на прощение. Она дернулась и стала медленно пятиться в сторону джунглей, но уперлась во что-то теплое. Она испуганно сжалась, ожидая, что ее сейчас убьют или причинят боль. Над головой раздался резкий урчащий голос Лиса: – Дайте ей все объяснить! – он не знал, что думать, но уважал решение самого сильного из них. – Алан сам позволил ей сделать с ним это, хотя мог оттолкнуть или позвать кого-то из нас на помощь. Если бы он сейчас был в сознании, то не дал бы и пальцем тронуть Мию. Парни задумались. Алан всегда был главным, и они привыкли прислушиваться к нему. Однако не было никаких доказательств, что Миа не применила какой-нибудь прием, взяв верх хитростью. Еще час назад они и не задумались бы о таком, но теперь перед ними лежал без сознания ослабевший до предела Алан. С другой стороны, раньше вампирская натура Мии не давала о себе знать или была незаметна. – Ладно, – прорезал тишину голос Рея. – Я уверен, что Миа не причинила бы никому вреда без особой надобности. На виновницу скандала выжидающе уставились пятнадцать пар глаз. Она тяжело вздохнула и опустилась на лежавшее неподалеку бревно. Казалось, будто из нее выжали все соки, и даже недавний перекус не мог помочь. Ей сложно было поделиться с практически незнакомыми людьми тем, о чем не рассказывала даже приемным родителям. – Я вампир, – эти слова прозвучали как-то неуверенно и глупо. – Почти все, что я знаю об этой стороне своей сущности, мне при случайной встрече рассказала женщина, такая же как я. – Получается, это не единичная мутация? – вполголоса спросил Дилан. – Именно, – Миа слабо кивнула, но взгляда не подняла, боясь увидеть реакцию. – Этот особый ген я получила от матери, а не от укуса, как в книжках. Он передается по наследству всем без исключения, но проявляется лишь у женщин, тогда как мужчины остаются носителями. – Не затягивай, – устало бросил Килиан. – Переходи к питанию, или как там у вас это называется. – Хорошо. Мне нужно ежедневно выпивать около полулитра человеческой крови. Животная кровь не подходит, потому что является своеобразным ядом для вампиров. Обычную еду я могу есть, мне это даже нравится, но насытиться ей я не могу. – А что если ты долго не сможешь пить человеческую кровь? – напрягся Алек. – По истечению трех-четырех дней я умру. Двух дней достаточно, чтобы я начала себя чувствовать очень плохо. Казалось, никто не ожидал такого весьма логичного ответа. Парни призадумались. Это оправдывало поступок Мии, ведь она не встречалась с людьми почти три дня и вполне могла умереть. – Если это так, – задумчиво начал Рик, тряхнув коричневыми крыльями, – тогда ты должна была кусать кого-то из нас, и не раз. У кого ты уже пила кровь? Миа обреченно опустила голову, старясь скрыть покрасневшие щеки. Все свелось к теме, которую ей хотелось поднимать меньше всего, потому что реакция парней была совершенно непредсказуемой. – У тех, с кем спала, – едва слышно пролепетала она. Глаза парней округлились, и она поняла, какую двусмысленность сказала, но исправляться не стала, увидев осознанность на нескольких лицах. – Допустим, ты говоришь правду, – протянул Кристиан. – По Алану, конечно, не скажешь, но, по-моему, это ощутимо, если тебя кусают. Однако ни один из нас ничего такого не заметил. Очередная вампирская штучка? – Мне сложно это объяснить, – замялась Миа. – Можно показать? Кристиан согласно кивнул, и ребята нерешительно переглянулись. Они не были уверены в абсолютной безопасности этой демонстрации. Наконец вперед вышел Кай. Миа подошла к нему и встала так, чтобы всем было видно. Выглядело это забавно, потому что Кай, как самый высокий в лагере, возвышался над Мией почти на две головы. По ее совету, он сложил крылья, чтоб не повредить их. Глубоко вздохнув, Миа протянула руку к голове Кая, и все затаили дыхание. Сжатые вместе указательный и средний пальцы коснулись ложбинки на затылке, скрытой короткими каштановыми волосами. Кай пошатнулся и рухнул на землю. Миа как можно быстрее убрала от него руки. Остальные с нетерпением ждали пробуждения товарища, ничего не говоря, впрочем, и Миа замерла в ожидании. Вскоре Кай открыл глаза и сел, озадаченно оглядываясь. – Что произошло? – неуверенно пробормотал он. На лицах ребят появились легкие усмешки, смешанные с удивлением. Лео не выдержал и расхохотался. Миа недоуменно уставилась на подобную реакцию, а затем мило улыбнулась. Правда, ненадолго. – Такому монстру не место среди нас, – громко заявил Каил, самодовольно осклабившись. – Да что она тебе сделала? – вспылил Лис. – Она никогда с тобой не ночевала, а значит, не кусала. Так ведь? Миа потупилась, неуверенно мотнув головой. Она надеялась, что не придется рассказывать про другие укусы, но все обернулось так, что она обязана сказать ради своего же блага. – Я пила кровь Картера, – осторожно начала она, отходя на всякий случай на пару шагов, – когда он увидел меня впервые, а ночью еще пробовала Лиса, потому что до этого больше полутора дней голодала. Затем я выпила немного у Кристиана, Лео и Рика. Хм, потом вроде у Кая... и снова Рика. Ночью, что я провела с Алеком, пробовала и его. А затем Алан. Я правда не хотела ему навредить, просто слишком долго не питалась! Каил, казалось, вовсе не был удивлен, будто так и предполагал. Он злобно усмехнулся. – Ну что, Лис, поубавилось уверенности, когда узнал, что тоже стал жертвой? Она еще кровь Рика пила, когда тот был болен. – Я жив только благодаря ей, – одернул Каила Рик. – Моя кровь может считаться справедливой платой за лечение. – Я поддерживаю Каила, – неожиданно заявил Кристиан, взмахнув рыжими крыльями. – Она использовала меня и остальных как пакеты с кровью, не удосужившись спросить разрешения. – Ну да, так бы ты ей и позволил, – лениво потянул Рей. – Хватит уже. Достали, – оборвал пререкания Килиан, сверкнув светло-серыми глазами. – С ее способностями не составило бы труда поочередно вырубить нас и перерезать глотки ночью. Никто даже не пикнул бы. Парни притихли и задумались. Слова Килиана были колкими, но правдивыми. Лео сонно потянулся и зевнул, а вслед за ним и остальные. Только теперь они ощутили, насколько устали за две бессонные ночи. Разумеется, головы гудели от полученной информации, но теперь все разъяснилось, и следовало отдохнуть. Один за другим, ребята сговаривались и вместе ложились спать. Они проходили мимо Мии, будто ее не существует, хотя некоторые недоверчиво на нее косились. Она растерялась, не зная, что ей делать. – А с кем ляжет она? – встрепенулся Картер. Он волновался за состояние Мии, но чересчур опасался ее способностей. – Со мной, – добродушно пожал плечами Ларри. – Вообще-то я планировал согревать миледи этой ночью, – насупился Рей, и пепельная челка упала ему на лоб. – Ну не делай такое лицо, пожа-а-алуйста, – заныл Ларри, пытаясь не смотреть на умоляющую мордашку друга. – Так нечестно!.. Эх, ладно. Ложись с Мией, а я на следующую ночь. Идет? Рей просиял и довольно улыбнулся. Ларри пробормотал нечто вроде "манипулятор" и поплелся в сторону. Миа хотела было возмутиться, что ее мнения никто не спросил, но потом осеклась, решив, что это было бы наглостью в подобной ситуации. Ее не выгнали, что уже хорошо, а судя по реакции некоторых парней, возможно даже будут защищать, в случае чего. – Разве тебе не противно, что с тобой будет спать такая, как Миа? – дернул плечом Кристиан. – А что, ревнуешь? – игриво подмигнул синим глазом Рей. Кристиан задохнулся от такого и хмуро последовал за Алеком на ночлег. Рей потянул за собой Мию к месту, где им предстояло ночевать. Они прошли мимо Алана, рядом с которым пристроились Рик и Лео. Мис почувствовала себя виноватой, но отвлеклась на спотыкающегося Рея. – Прости, я немного устал, малышка, – он невинно улыбнулся и улегся на землю, приоткрывая крылья. – Отдохну и буду вновь полон сил, пристраивайся. Миа робко подошла к Рею. Она не знала, чего можно было от него ожидать, учитывая репутацию ловеласа. Рей раскинул руки, приглашая в теплые объятия. Она вздохнула и улеглась к нему спиной, тут же оказавшись накрытой крылом. Его рука скользнула по животу Мии, и та вздрогнула, но промолчала. Рука тут же пропала. – Не бойся, я не прикоснусь к тебе, если ты этого не захочешь, – вкрадчиво прошептал Рей на ухо, отчего у Мии по шее пробежались мурашки. Она перевернулась, оказавшись лицом к Рею. Его тонкие губы изогнулись в пленительной улыбке. Завораживающие сапфировые глаза загадочно мерцали в темноте, хотя и были видны синяки под глазами от отсутствия сна, а от пепельных, почти белых волос исходило сияние, сходное с лунным. Рей усмехнулся. Он разглядывал Мию, зная, что она временно очарована им. Обычно его раздражало назойливое внимание влюбчивых девушек, и он просто использовал их. Однако Миа была другой. Она не бросилась на него, когда увидела. Лишь ее большие серые глаза внимательно изучали его. Рей старался веселить ее, чтобы чуть пухловатые губы вновь и вновь расплывались в улыбке, а светло-коричневые пряди шелковистых вьющихся волос дрожали от заливистого смеха. Рей не знал, что в ней притягивало его, но она определенно была особенной. – Ты что так смотришь? – тихо спросила Миа. – Могу задать тот же вопрос, – лукаво подмигнул Рей, отчего она смутилась, а затем вдруг посерьезнел. – Если захочешь... Если будешь голодна, бери мою кровь. Я не вижу в этом ничего зазорного. – А... Спасибо, – запнувшись прошептала Миа и смущенно улыбнулась. Пристроившись поудобней и позволив Рею себя обнять, она погрузилась в сон, на грани которого услышала мирное посапывание парня.