Кто опаснее: акулы или овечка?

Пока Миа бежала к лазарету, в ее голове образовались с десяток догадок, что могло случиться, и еще больше вариантов решения образовавшейся проблемы. Однако такого она представить никак не могла даже в самом необычном и нелогичном сне. – Как пропал? – Я разнимал Джека и Картера, – парни получили испепеляющий взгляд Мии, – а когда повернулся, его уже и след простыл. Лео чувствовал себя неловко. Он виновато вперил взгляд в пальцы своих ног. Миа вздохнула и потрепала его по коротким каштановым волосам. Он недоуменно посмотрел на девушку и просиял, обнажив очаровательные ямочки на щеках. Миа улыбнулась и обратилась ко всем троим: – Кто-нибудь знает, куда мог пойти Рамон? Никто не смог ответить. Джек покосился на стенку лазарета, а затем хитро подмигнул Мии. Она растерянно скользнула взглядом по нему, не поняв намек. Казалось, что его это совершенно не волновало. Не получив никакой полезной информации, она выбралась из шалаша. – Он у истока реки. – А-а-а! От неожиданности Миа отпрыгнула в сторону, оцарапав руку неудачно топорщившейся веткой, из коих был построен лазарет. Около выхода стоял Алек, лучезарно улыбаясь. Белоснежные крылья расслабленно покоились за спиной, тогда как сам парень вальяжно оперся на стенку шалаша. – Нельзя же так пугать! – Да ладно тебе, Миа. Я помочь хочу. Эй, – он тронул ее за руку, – хватит дуться. Давай я отведу тебя к Рамону, раз ты так страстно желаешь его найти. – Алек! – Уже молчу, – он примирительно поднял руки и сверкнул улыбкой. – Полетим или пойдем пешком, как жалкие бескрылые? Ой, прости, Миа. Ай! Да не злись ты так, я же пошутил. Ауч! Ну все, хватит уже, я понял, что возможно был неправ... Ладно! Я был неправ. Только положи камень! Миа победно тряхнула волосами и отбросила в сторону угловатый серо-коричневый осколок валуна. Она повернулась и направилась в джунгли, но ее тут же остановили, не дав и шагу ступить. Алек усмехнулся и потянул ее в противоположную сторону. Буркнув что-то о том, что она просто его проверяла, специально направившись не туда, Миа пошла, а точнее, почти побежала за Алеком, чьи шаги были раза в два длиннее ее собственных. – Ты водишь! – вдруг воскликнула она, коснулась его лопатки и рванула в сторону подобно косуле, которая пытается скрыться от выстрелов азартных охотников. Алек сначала остолбенел от неожиданности, а затем припустил за беглянкой. Огромные узловатые корни то и дело появлялись под ногами, будто наколдованные. Деревья стояли очень близко, и Алек никак не мог хоть немного раскрыть крылья, что значительно ускорило бы неловкий бег. Если бы это происходило в поле, то ему не составило бы труда догнать любое живое существо, благодаря громадным белым крыльям. Миа прекрасно об этом знала. Она тщательно взвесила свои шансы перед тем, как осалить Алека, хотя это и казалось спонтанным решением. Она бежала, наслаждаясь адреналином погони. Ее переполняли разномастные чувства, которые сложно передать обычными словами. Хотя ярче всего было, несомненно, ликование. Давно Миа не бегала для удовольствия, и отсутствие страха, которое преследовало ее на протяжении нескольких дней, действительно дарило свободу. Алек отмахивался от цепких веток и лиан, как можно сильнее прижимая кристально-белые крылья к мускулистой спине. Ему нравилось бежать. Крылья многим заменили обычную ходьбу. Почти никто из крылатых не бегал по утрам, не тренировался, а ноги использовать стали только для перемещения по дому. Те, кто поддерживал себя хорошей физической форме, почти всегда сбивались в группы, потому что у таких крылатых чаще всего совпадали интересы. – Ты так никогда меня не догонишь! – возбужденно окликнула его Миа. – А ты уверена, что это не обманный маневр? Она взвизгнула, заметив, что Алек ускорился, и побежала зигзагами, в надежде запутать не такого изворотливого преследователя. Он усмехнулся и бросился за Мией, приняв новые условия погони и в точности повторяя петляющий путь добычи. Она уже в который раз элегантно уклонилась от захвата и скользнула под поломанное дерево. Алек все больше поражался скорости и гибкости Мии. Ее движения были плавными, но стремительными, как у змеи. Он неотрывно следил за мелькавшей меж деревьев телом. Он взглянул на нее с другой стороны. Миа больше не казалась маленькой девочкой, которую его старший брат взял под защиту. Не была она и злобным монстром, чудовищем, если угодно. Нет, Миа являлась обычной девушкой со своими достоинствами и недостатками. Ее натура затягивала недосказанностью, внезапно обнаруживавшимися шокирующими особенностями и подробностями ее жизни. – Ай! – вскрикнула Миа и схватилась за плечо. – Что случилось? Ты в порядке? Помощь нужна? – засыпал ее вопросами Алек, в один миг оказавшийся рядом. Его холодные голубые глаза встревоженно осматривали ее, а великолепные крылья раскрылись сильнее обычного. – Ну же, скажи, что с тобой все хорошо. – Я в норме, – отстраненно пробормотала Миа. – Просто царапина. К слову, под "царапиной" она подразумевала рваную рану, оставленную сучком неудачно стоявшего дерева, и несколько ссадин вокруг. Алек вылупился на стекавшую по бледной руке густую кровь. Было больно, а поврежденный участок кожи будто горел. Миа отняла от раны ладонь и закатила глаза, заметив весьма своеобразное выражение лица. Она повела плечом, зашипев от боли, и поднесла "царапину" к губам. После пары движений языком от раны не осталось и следа, кроме испачкавшей руку крови, а лицо Алека приняло еще более непередаваемое выражение. – Только не говори, что внезапно стал бояться вида крови, – она постаралась замять ситуацию. – Идем уже. Алек медленно кивнул и побрел за ней в легком недоумении от увиденного. Выглядел он довольно отстраненно, и Миа решила дать ему спокойно переварить тот факт, что для нее любая рана не представляет опасности, да и не визжит она, как блондинка, при виде крови. Последнее вообще крайне логично, потому что она вампир. Миа брела среди деревьев. Гибкие лианы свисали очень низко, так что ей приходилось пригибаться. Несколько тропических птиц перекрикивались резкими трелями. Прислушавшись, Миа уловила тихое журчание и пошла на постепенно усиливавшийся звук. Алек следовал за ней по пятам, и вскоре они вышли из-под сени деревьев к истоку реки. Он представлял собой каменистое нагромождение, из которого бурно била вода. Конечно, ее не хватило бы на целую реку, но в этот ручей впадали другие, менее крупные. – Где же Рамон? – Где-то здесь. Сейчас поищем. – Слушай, а откуда ты знаешь, что он может скрываться здесь? – Я его уже пару раз тут находил. Правда, обычно он просто лежал у ручья, а не прятался. Миа последовала примеру Алека и принялась обследовать ближайшие окрестности. Рамон на удивление хорошо скрылся, но ненадолго. Алек заприметил пышный бледно-зеленый куст, около которого невинно лежали два длинных темно-коричневых пера. Он усмехнулся и на цыпочках подкрался к предполагаемому местонахождению головы беглеца. Он аккуратно приподнял гибкие ветки куста; под ним действительно оказалась голова Рамона. Тот безмятежно спал, сложив ладони под щеку. – Подъем! – Да отстаньте от меня, идиоты! – заверещал Рамон. Миа услышала истошный крик даже на другой стороне ручья. Она нарочито медленно подошла к ухахатывающемуся Алеку, после чего одарила Рамона взглядом, обещавшим долгую и мучительную казнь по прибытии в лагерь. – Вставай, нам пора обратно, и так уже темнеет. – Может, полетим? Алек состроил умоляющую рожицу. Смекнув, что Миа хочет провести пару часов в пешем пути до лагеря, Рамон поспешил скопировать упрашивающую гримасу Алека. Уже в который раз Миа закатила глаза и дала разрешающий кивок. Парни чуть ли не взвизгнули от радости. Рамон тут же взмыл в воздух, разминая затекшие крылья, а Алек поспешно подхватил Мию на руки и припустил в сторону лагеря. По пути он что-то беззаботно рассказывал, но она его не слушала: была погружена в свои мысли и совсем не обращала внимания на стороннюю болтовню. Заметив отрешенность Мии и ее безразличие к увлекательнейшему рассказу, он замолчал и нахмурился, а затем сложил крылья и камнем бросился вниз. Ему не понравилась такая невнимательность, в то время как других она всегда слушала с интересом. Миа отрывисто вздохнула и, не издав ни звука, скрыла лицо на груди Алека. – Эй, ты что творишь? – спикировал вслед за парочкой Рамон. – Раскрой крылья, дурень, или отдай мне Мию. – Держи, – холодно и безучастно бросил Алек и передал Мию удивленному Рамону. Миа тихонько пискнула, закрыв глаза руками. Парившие бок о бок парни переглянулись. Алек хмыкнул и резко взмыл вверх, сделав несколько рваных взмахов мощными крыльями. Рамон, напротив, нырнул к самым верхушкам деревьев, предчувствуя близость лагеря. Зеленые макушки мелькали перед глазами, оборвавшись обширной поляной. Рамон сильнее приподнял правое крыло, накренившись, и стал кругами спускаться на землю. Его плотные перья цвета горького шоколада отблескивали на солнце синим и золотым. – Мы прилетели. Можешь открыть глаза. Низкий глухой голос достиг лишь подсознания Мии, которая механически убрала руки от глаз и встала устойчивее на неровной земле. Она выглядела, как сломанная игрушка, как выключенный робот. Возможно, она и дальше пребывала бы "в отключке", если бы ее внимание не привлек шум. Миа подняла голову, и взгляд ее серых глаз посуровел. В небесах, словно дети, друг за другом гонялись Джек и Картер. Она пожалела, что у не имеет крыльев, и поблагодарила высшие силы за крепкие голосовые связки. – А ну марш на землю!!! Парни зависли на месте, едва не забыв взмахивать могучими крыльями. Мучительно медленно, как в фильме ужасов, они повернули головы к возмущенной девушке и шумно вздохнули, одарили друг друга сочувственным взглядом и спустились в лагерь. Миа рвала и метала. – Что вы за больные такие! Один сбегает, другие играют в воздушные салочки! Дурдом! Она рванулась вперед и схватила Картера и Джека за краешки крыльев. Они томно взвыли и рухнули на колени. Тихим эхом откликнулись Дилан и Джеймс, на которых подействовала связь. Удовлетворенная произведенным эффектом, она отпустила "больных". Они пару раз нервно дернули крыльями, после чего поднялись на ноги. – Миа, – окликнул ее Рик. – Я тут кое-что вспомнил. Не так давно мы с Джеком подрались, а ты решилась нас разнимать, припоминаешь? – в голосе так и сквозила насмешка, а на губах играла хитрая улыбка. – Так вот, за то освобождение должна нам по четыре желания. У Джека загорелись глаза от азарта, и он лихорадочно начал придумывать свои четыре желания. Это Миа быстро заметила, даже боясь представить, что именно он предложит. – Нда, похоже, было наивно считать, что все мы благополучно забудем ту историю, – проворчала она. – Как насчет ужина? – Не думай, что тебе удалось уйти от темы, но почему бы и нет. Ну-ка, что тут у нас... – Ягодки, сэр, – хохотнул Ларри, проходивший мимо. Трапеза проводилась в кругу у костра и сопровождалась забавными шутками, историями из жизни и даже байками. Миа смеялась от души, но все еще пребывала в непонятной прострации, как и Алек. Каждый из них думал о своем и периодически выпадал из общего настроя. Джек весь вечер не сводил взгляда с Мии так же, как и Картер. Но последний иногда пытался испепелить своего соперника, признавая, что тот действует более смело и развязано. Алан покосился на Мию и Алека, но решил не заострять на их настроении всеобщее внимание. От хвороста и дров остались одни тлеющие головешки и пепел, а ягоды были съедены подчистую, когда Миа изъявила желание пойти спать. – С кем мне можно лечь? – осторожно спросила она. – Что за вопрос, цветочек? – удивился Джек. – Конечно же со мной. Я ведь еще не до конца здоров. Кхе-кхе. – Почему-то это не мешало тебе носиться над лагерем вместе с Картером. – Миа смерила провинившихся парней строгим взглядом. – Алан?.. – Прости, не в этот раз. Думаю, тебе будет комфортно и с Алеком. Не так ли, брат? – Точно. Ложись, – лениво ответил тот. Раздался негромкий хлопок, и Мию обдало холодным вечерним воздухом: Алан взлетел, быстро слившись с ночной темнотой, благодаря огромным черным крыльям. Остальные даже не обратили на "вожака" внимания. Они разбредались на ночлег, изредка тихо переговариваясь. Алек и пятеро его друзей – а на сей раз и девушка – привычно отошли в сторону и устроились группой. Утомленные долгим днем, они быстро заснули, в том числе и Миа, нежившаяся в теплых объятиях Алека. В лагере стояла тишина. Лишь пение ночной птицы нарушало ее целостность. В лунном свете мерцали два светлых глаза. Мысли не давали одному из парней спокойно уснуть. Миа мирно спала у него под боком, уперев ладони в крепкую грудь. Алек тяжело вздохнул. Его беспокоило, куда улетал брат почти каждую ночь и почему ничего не говорил об этом. Предельно осторожно и нежно выпустив Мию из своих объятий, Алек встал и, отойдя на несколько шагов, полетел на поиски Алана, блеснув кристально-белыми перьями, загадочно переливавшимися в свете луны. Мелкие мурашки покрыли бледную кожу, и Миа сонно приоткрыла глаза. Ее ночного соседа не было рядом. Похоже, она просто-напросто выкатилась из его объятий. Она вслепую подползла к ближайшему кокону из крыльев, невесомо прикоснулась к оперению и залезла в открывшиеся объятия. По телу разлилось блаженное тепло, когда его прижали к горячему торсу и зарылись носом в густые волосы, обдав глубоким дыханием. Миа удовлетворенно причмокнула и забылась спокойным сном.