you still have all of me

В темной комнате было тихо, и Луна, проникавшая лучами сквозь окна, лишь немного могла осветить силуэт, сидевший на кровати. — И чего я хотел? — спросил Трандуил сам у себя, оглядывая в который раз светлые стены, антикварную дубовую мебель и высокий потолок. Он не мог ответить на этот, вроде, простой вопрос который час, но чувствовал, что не хочет находить единственно-верный ответ. Что-то в нем противилось всем доводам, сдавливало грудь при малейшей попытке даже подумать о том, чтобы перестать реагировать на Ласа так, как он реагирует сейчас. Это больше, чем просто странно. Трандуил даже размышлять не хотел, чем это обернется. Но одно он успел обдумать наверняка: он любит этого юношу глубоко отцовской любовью и никак иначе. Оставалось только доказать это самому себе. Деликатный стук в дверь прервал размышления, заставил отвлечься от проблем. Трандуил разрешил войти, догадываясь, кто пришел, и встал с кровати. Так и есть. Лас, стоявший на пороге, напоминал побитую собаку, настолько виновато и жалостливо смотрел он на Трандуила снизу вверх. Что-то подсказало тому, что это — верх раскаяния, на которое только был способен молодой человек. — Тебе что-то нужно? — невозмутимо поинтересовался он, отступив и прислонившись к столу. — Да. — Лас тяжко вздохнул. — Прости меня. Мы с Тауриэль… Трандуил прервал его жестом и покачал головой: — Ты свободен и не должен оправдываться передо мной. — То есть, ты прощаешь меня? — Юноша встрепенулся, посмотрел на Трандуила, и по блеску его глаз тот понял, что не способен разочаровать Ласа. Замерев, Трандуил думал. Его мысли метались, и принять однозначное решение было сложно как никогда. Первый порыв — сказать «Да» и, обняв молодого человека, поцеловать его, словно той ночью, когда никто не нарушал их идиллию. Но он быстро отбросил эту идею, отцы не ведут себя так со своими детьми. — Сын… — начал Трандуил, потерев переносицу. И Лас понял. Он попытался вздохнуть незаметно, опустил голову и разочарованно замер, то ли ожидая еще чего-то, то ли пытаясь справиться с осознанием. — Присядь, — попросил Трандуил и стал наблюдать, как юноша сел на диван и скрестил руки на груди. Тот выглядел обиженно-виноватым, и Трандуил понимал его, сам чувствовал себя так же, хотя он чувствовал больше вину за свои еще-не-сказанные слова. Он снял пиджак и положил рядом с собой, начиная говорить: - Лас, я не обвиняю тебя ни в чем, абсолютно ни в чем. Ты не обещал мне верности или любви, в свою очередь я не хочу сковывать тебя обязательствами. — Трандуил, я просто… — Лас начал говорить, но замолк и смотрел на свои ботинки. Он больше всего напоминал нашкодившего ребёнка. Наверно, когда-то Трандуил видел это виновато-обиженное выражение лица достаточно часто, сейчас же не может вспомнить хоть один. Он решил сменить тему: — Так когда у нас показ коллекции? Приподняв голову с лёгкой надеждой, Лас удивленно взглянул на него. — Послезавтра, — ответил он с лёгким замешательством. — Мы успеем? Сколько обычно я готовился к таким мероприятиям? — Трандуилу меньше всего нравилось спрашивать о стандартах работы прежнего себя, но по-другому банально нельзя, нужно хоть примерно знать, что творилось в этом чертовом месте. Лас пожал плечами: — День, иногда два. Мы уже часто проводили показы, в этот раз ничего особенного, разве что к тебе приедет друг. — Друг? — подняв брови, переспросил Трандуил. Он совсем не думал, могут ли вообще быть друзья у такого как он. Наверное, должны быть тоже какие-нибудь дизайнеры с маленькими собачками и фирменной одеждой. — Расскажи мне о нем. А то я ни сном, ни духом. — Его зовут Элронд, он твой ровесник, работает адвокатом. Приедет завтра ближе к обеду, с ним дочь Арвен и секретарь Линдир. Арвен работает в твоём Модном Доме, она дизайнер, завтра поможет Тауриэль с коллекцией, — отрапортовал юноша, явно облегченный разговором о другом. — Даже так… — Трандуил качнул головой, не зная, чего ожидать от адвоката. — А какой он, Элронд? Как я обычно с ним себя вел? — Лучше не терять лицо даже перед другом, может, в ответственный момент все пойдёт не так, как должно быть. Молодой человек вздохнул: — Он знает, что с тобой произошло. Хорошо бы им самим разобраться с этим. Лас наверняка мало знает о жизни Трандуила, о его друзьях. Узнавать лучшего друга — это что-то новенькое, и тем интереснее. Может, Элронд окажется действительно неплохим человеком. Очень ценны те, кто знает и помнит прежнего Трандуила. — Попроси подготовить обед на завтра. И нужно будет встретить наших гостей.

***

Все следующее утро Трандуил провёл в познавании нового для себя. Уже с девяти утра он гулял с Ласом по улицам Лондона, ходил в бывшие любимыми места. Сидя в небольшом кафе, он понимал, что зря раньше так много скрывал от этого юноши, как оказалось, ценой этого была часть его натуры и памяти. Хоть капучино на поверку оказался хорошим. Он вернулся домой только после обеда, задержавшись, чтобы с Ласом выпить ещё и мокко. Он и думать забыл, что должен приехать гость, поэтому, встретив Элронда в столовой, слегка опешил. Элронд оказался высоким мужчиной с темными длинными волосами и ясным взглядом под стеклами очков; их оправа была настолько тонкой, что Трандуилу потребовалось слегка приглядеться, чтобы увидеть её. Он был одет в тёмный костюм с галстуком и уже этим давал понять свою важность. Но Мирквуд не чувствовал себя настороженно рядом с ним. — Добрый день, — кивнул он, когда гость повернулся к нему и начал изучать взглядом. Тот вздохнул: — Добрый день, Трандуил. Я знаю, что стряслось, но не ожидал увидеть на твоём лице такое удивление при виде меня. Неужели твой хваленый самоконтроль дал сбой? — Элронд был серьезен, но Трандуил заметил его улыбку и облегченно вздохнул. Сразу захотелось поддержать разговор. Раз друг, значит, может помочь с обретением личности. Он присел рядом с Элрондом на диван. — Сейчас у меня нет самого себя, о каком самоконтроле может идти речь. — Мирквуд досадливо потер переносицу. Видимо, он сделал это слишком печально. Друг осторожно спросил: — Все настолько плохо? И повисла тишина. То ли Трандуил не знал, что говорить, то ли Элронд вовсе не требовал ответа. Но это молчание помогало. Медленно, тихой поступью оно подходило к странному кому в груди, делало так, чтобы он улетучивался словно сам собой. Приятно сидеть в таком молчании. — Я ведь изменился, да? — Я помню тебя разным. Когда-то ты писал картины удивительной красоты, часто присылал мне портреты и пейзажи, не спал ночами лишь бы посмотреть на звезды и написать что-то новое; потом ты начал рисовать людей, придумывать одежду, а в итоге создал свой Модный Дом, пока я учился и начинал карьеру; последние пятнадцать лет ты мало походил на прежнего себя: заваливал себя делами, научился самоконтролю, хотя иногда срывался с поводка. Но ты так же не спал ночами — ты был занят документами и прочей рутиной. Я вижу, как ты меняешься. И сейчас понимаю, что ты вернулся к своему изначальному характеру, нетронутому большой ответственностью и заботами. Возможно, они испортили тебя. Если так… То я очень не хочу, чтобы ты портился снова. — Мы все со временем портимся в той или иной мере. — Трандуил посмотрел в глаза Элронду. — Лучше бы ты молчал, — вздохнул он. — Знаю. Но должен же кто-то уведомить тебя о твоём прошлом по-настоящему. Я все ещё могу это сделать. — Что ты имеешь в виду? — Мирквуд озадаченно поднял брови. — Если что, я приду на помощь.

***

— Можно я покажу тебе кое-что? — спросил Лас, подойдя к Трандуилу сразу после быстрого ужина. Он улыбался несколько загадочно, и сложно было понять, что именно он хочет продемонстрировать. Кивнув, Трандуил позволил увлечь себя вглубь дома, к комнате, в которую он ни разу не заходил. По правде, он вообще не особо осматривал место, в котором жил, во многие комнаты не заглядывал без особой надобности, которой, собственно, почти и не было. Все, что могло ему потребоваться, он уже изучил, остальное же решил отмести за ненадобностью. Как оказалось, зря. Только зайдя в комнату, Трандуил уже увидел много пугающе-нового для себя. — Здесь ты работал, — пояснил Лас. — Это мастерская. Трандуил огляделся. Стеллажи были полны коробок, контейнеров, стаканов с канцелярией и приборами непонятного назначения; у стены рядом с мольбертом стояли манекены, на некоторых даже была какая-то одежда; столы сплошь завалены тканью, лентами и линейками; оборудования было столько, что глаза разбегались. Не удалось сдержать вздоха — он ведь совершенно забыл, как управляться со всем этим. Даже не мог вспомнить, зачем нужен небольшой вытянутый металлический предмет, лежащий на столе. — Это экструдер, — подсказал Лас, заметив внимание Трандуила. — И что же это такое? — Тот взял прибор в руки, пристально осмотрел. — Инструмент для работы с пластикой. — Пластика? — переспросил Трандуил. — Полимерная глина. Тебе нравилось лепить из неё. Положив экструдер на место, Трандуил сел на стул, слегка сгорбившись. — Я при всем желании не смогу изучить все так быстро, Лас. — Если хочешь, я помогу тебе. Но ты обычно не пускал меня в свои комнаты. Трандуил промолчал. Он не знал, хочет ли сближаться с юношей, вернее, нужно ли. До произошедшего они жили и без особого контакта, если судить по тому, что ему рассказывали. Но он хочет сблизиться с Ласом. Почти так же, как было вечером позапрошлого дня. Может, это и правильно. Нужно попробовать. Подойдя ближе к молодому человеку, он аккуратно обнял его, подтянул к себе, не давая возможности убежать. Застыл лишь на мгновение. И только тогда почувствовал, как чужие губы сами касаются его, как передаётся с мягким поцелуем нежность и любовь, как легче становится в груди, все неожиданно оказывается таким простым. Уже не хотелось думать ни о чем, кроме Ласа, целующего и обнимающего, цепляющегося за его плечи, прижимающегося всем телом. Он не понимал, как прижал юношу к стене и продолжил целовать, чувствуя тёплые руки на затылке. И остановился только тогда, когда Лес прекратил поцелуй, посмотрел с удивлением. — Ты знаешь, к чему может это привести? Простая фраза отрезвила. Да, он знал. Но хотел и ничего не мог с этим сделать. — Да. Конечно. — Трандуил отстранился, отпустил Ласа и снова сел на стул, обхватывая руками голову. — Прости. — Голос юноши раздался над ухом, и тут же губы коснулись виска. — Я не хотел говорить этого. Можно было начать спор, но совершенно отсутствовало желание. Трандуил встал, глянул на часы. — Уже поздно. Я пойду к себе. — Он покачал головой, поправил пиджак и вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Теперь в распоряжении есть новая комната, больше возможностей. Все думают, что со временем он наверстает, сможет воссоздать то, что делал раньше, из того, что осталось. Но осталось так мало, неужели они не понимают? Начинала болеть голова. Трандуил с сожалением поморщился. Нужно ложиться спать. Завтра все то же — суета и спешка, все готовятся к показу, и он один ничего не делает, словно вообще ничего никому не должен. А должен-то всем. Начиная с Элронда и заканчивая Ласом. Лас… Он тоже изрядно запутывает, не даёт полностью разобраться, и, не успев втянуться в атмосферу всеобщего беспорядка, Трандуил тонет в собственных чувствах словно в болоте. Но как же приятно вот так тонуть, тонуть, ощущать всепоглощающую нежность к другому человеку. Роднее Ласа у него никого нет. И не будет, наверное. — Трандуил, подожди. — Его окликнул Элронд. Мирквуд послушно остановился, прислонился спиной к стене, сунув руки в карманы брюк. — Что? — спросил он, когда друг оказался напротив. — Я случайно стал свидетелем твоего с Леголасом… Разговора. — Тот вздохнул, кинул на него извиняющийся взгляд. — И? — На Трандуила сильно действовали переживания этого дня, он почти перестал сдерживаться. — Я говорил, что могу помочь. Мирквуд пожал плечами, мысленно метаясь от одного варианта действий к другому. Сказать или нет? Элронд друг, раз он и так знает, значит, хуже не будет. — Я не могу понять… — начал он, старательно подбирая слова. — Я же его отец, а то, что происходит у нас сейчас, мало похоже на родственные отношения. — А что по-твоему значат родственные отношения? — Любовь. — Трандуил хотел произнести это уверенно, но все равно вышло полувопросительно. — Там не любовь, там дорожат. И ты, я вижу, не только дорожишь Леголасом. — Это значит?.. — Мирквуд начинал понимать, но упорно не хотел признавать. — Думай сам. И, если не хочешь, так и скажи ему. — Элронд неожиданно добавил: — И прости за совет, который ты не просил. — Все в порядке.

***

Ночь. На стене еле слышно тикали часы, за окном дождь барабанил по стеклам, шумел ветер. Трандуил лежал в кровати, одеяло съехало, пока он переворачивался с боку на бок, пытаясь заснуть. Новый взгляд на часы. Три часа ночи. Со стоном Мирквуд потер лоб, откидывая с лица волосы, вздохнул и уткнулся носом в подушку. Она приятно пахла чем-то сладковатым. А в голову продолжали лезть разного рода мысли. Зачем весь этот фарс? Зачем нужно было устраивать все это? Не признаваясь себе же, Трандуил винил Ласа во всем, что происходило с момента первого приезда в этот дом, а происходило многое. С другой стороны, в этом есть и вина его самого, но, что уж там, он совершенно не желал ее признавать. А если?.. Раздался стук, затем тихий скрип двери. Тень скользнула в комнату, в следующий же момент Трандуил почувствовал, что на кровать кто-то сел. — Кто ты? — спросил он у темноты, хоть и догадывался, кто же пришёл этой ночью. — Это я, — раздался голос Ласа. В тот же момент к Трандуилу прижалось тёплое тело. — Зачем ты пришёл? — Следующий вопрос. Он уже так много задал их. — Разве это важно? — Лба Трандуила коснулись чужие губы, потом скул, подбородка, губ. Тёплые руки поглаживали шею. — Я помогу уснуть. Он хотел добавить что-то ещё, но промолчал и снова поцеловал Трандуила в губы. Послышался вздох. — Я не понимаю… — И не надо. — Лес пристроился рядом, обнял за шею. - Спи. Отчего-то просьба подействовала быстро. Трандуил не спал в этом доме так спокойно с самого дня прибытия.