Теперь Вы король, Торин Дубощит.

Главы становятся все меньше и меньше, прошу за это прощение. Но у меня есть оправдание. ЕГЭ через пол года. Прошу меня простить. Потом все будет намного содержательней и больше. Мы ушли раньше, чем Митрандир. Торин объяснил эту выходку тем, что больше нет смысла находится рядом с эльфами, что тот, разумеется, не переносит. Бескрайние поля. Настолько огромные, что их невозможно окинуть одним только взглядом. Приятный, прохладный ветерок, сухие листья шуршат под ногами, а небо доброжелательно улыбается нам, путникам, своей неистовой синевой. Иногда мы пели, когда шли. Гномы, сказать по правде, народ очень интересный. Очень. Они поют, когда им грустно, поют, когда весело, когда скучно и нечего делать, когда, напротив, много дел, и их голоса, низкие и хриплые заставляют тех, кто слышал их пение, трепетать от какого-то странного чувства, что зарождается внутри них. Тогда это был Гендальф. Он, в шутку испугавшись, прижал палку к груди и смотрел на меня глазами навыкате, вновь и вновь повторяя: «Ты что, девушка?». На самом деле это было забавно, наблюдать за тем, как меняется лицо Фили, как он подбирается и встает впереди меня, мотая головой. «Я за ней пригляжу. Мы справимся,» - уверенным басом говорил гном, и на миг… Лишь на миг я испытала теплоту где-то в районе сердца. Иногда мы проходили у воды, иногда, напротив, по засушливым землям. О, как же прекрасны пресные водопады в это время года! Прохладные, чистые, с легким запахом земли и дождя. В горы! Горы завораживали взгляд! Я много путешествовала раньше, но никогда не видела таких гор. Таких огромных властителей территорий, хозяев земли. Мы много говорили. Смеялись, обсуждали дом, семьи. Одним из самых веселых собеседников был Кили. Парень без особого труда рассказывал мне о своей жизни. О жизни его матери и брата, и было в его словах столько доброты и чистого, юношеского звона, столько нежности в еще не охрипшем гномьем голосе, что я смеялась вместе с ним, откидывая голову назад. До хрипа и боли в горле. - Как думаешь, Эрик, я встречу даму сердца? – с воодушевлением произнес как-то Кили, перепрыгивая с одного огромного валуна на другой. – И что это будет за гномка? Как сложатся наши отношения? - А я почем знаю? – рассмеялась тогда я, обходя эти самые камни. Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет, так ведь? - Ну, я считаю, что в мире все расставлено по полкам, - умеренно проговорил тот, заслужив как мое внимание, так и внимание хоббита, что шел слегка позади нас. – Что, как говорятся, каждой твари по паре. Половинка есть в этом мире абсолютно у каждого, просто ее нужно найти. И не всегда получается разглядеть свою любовь за тонной других, не нужных нам чувств. - А ты романтик, я посмотрю, - задумчиво проговорил Фили, запрыгивая на камень рядом с братом. - Не, не романтик. Я мыслитель. - Мыслитель, тоже мне, - не своим, каким-то писклявым голосом прохрипел Двалин, вскинув топор. – Да за такие мысли, да еще и вслух, каждая вторая будет твоя! А он, видите ли, собирается ждать ту самую, пф.

***

*** Гора. Все время, что мы шли, мы шли именно сюда. Огромная гора с маленьким выступом, идти по которому приходилось полу боком, при этом держась за руки других, дабы не упасть, а если и сорвешься – что бы тебя подхватили. Шел дождь, что омрачало ситуацию, делая некоторые камни поистине скользкими. - Осторожней! Держитесь! – прокричал Торин, что шел впереди меня. Гном прощупывал палкой камни, дабы те не упали прямо под его ногами, грубо держа меня за кисть руки с одной стороны. С другой же я держала за руку хоббита, что то и дело наровил упасть, но я в который раз его останавливала. Наш путь, помимо дождя, затрудняли все те же сумки с припасами, что мы несли на своих спинах. И если для гномов это было не так уморительно, то я и хоббит порядком устали от тяжести за спиной. В очередной раз Бильбо чуть не свалился, при этом практически утащив меня за собой. Спасибо Двалину, ибо тот мастерски поймал нерадивого парня за руку. Неожиданно рядом с нами упал огромный камень. Первый, второй, третий, а четвертый разбился прямо над нашими головами, разлетаясь в огромные щепки и падая прямо перед нашими носами. Было поистине страшно, так сильно, что кровь стыла в венах, заставляя краснеть и бледнеть одновременно. Пришлось расцеплять руки и прижиматься к стенам максимально близко, дабы тебя не задело каким-нибудь из падающих, огромных валунов. - Это не простая гроза. Это грозная битва, - послышался тихий голос откуда-то сзади. Подняв глаза вверх, все застыли. Огромный каменный монстр, поднимая валуны камня, кидал их в своего противника, что стоял рядом с горой, где мы все находились. - Будь я проклят! Легенды не врали… Великаны! Каменные великаны! И дрогнула земля. Камни начали расходится в разные стороны, разделяя Кили и Фили, что так отчаянно тянули руки друг к другу. Подняв голову вверх, я застыла. Мы сами стояли на огромном великане, что, кажется, тоже собирался драться.