Новая жизнь

Я была принесена в жертву, Мое сердце заставили зачерстветь, Но во мне все же есть надежда, Пусть я и скована призраком того, Во что я когда-то верила: Что я никогда не смогу быть той, Кто я уже есть… Я — огонь, горящий все ярче, Ревущий, словно буря. Я и есть та, кого я ждала, Кричащая, как сирена, Живая и горящая все ярче, Я — огонь. © Halestorm — I Am The Fire.

«Раз, два… Два колокольных звона, шумные и бурные аплодисменты множества зрителей, режущий глаза свет и назойливый, громкий голос ведущего. Внутри меня всё переворачивается от непонятного, но крайне неприятного чувства. Презрение? Может быть. Злость? Может быть. Отвращение? Может быть. Я сама себя не понимаю. Когда мне стало так неприятно присутствие других людей? Что за чувство раздирает меня изнутри, но заставляет хранить маску спокойствия и хладнокровия? Я всегда нормально уживалась в социуме, но почему же сейчас люди так раздражают? Или же… Моё состояние, мои чувства и эмоции скрытые за маской безразличия связаны лишь с теми людьми, которые стоят напротив? Может быть. Слишком много „может быть“. Точно. „Хвостатые“. Вот они, прямо передо мной. Стоят и смотрят в упор, прожигают взглядами… Ну и пусть. Только не говорите мне ничего, иначе я не сдержусь. Маска слишком хрупка и закреплена не надёжно, а я не хочу выказывать свои эмоции. Давайте сделаем вид, что нас ничто никогда не связывало, а вы меня никогда не знали, как и я вас… Но вы же так не сделаете, верно? Упёртые бараны с раздутым самомнением. Давай же, проклятый ведущий, объявляй начало, название первого соревнования. Хватит петь дифирамбы победителям на отборе — „Хвосту Феи“. Эти длинные, нудные, казалось бы, заученные речи так… Утомляют. Раньше я восхищалась Великими Магическими Играми, а сейчас я бы всё отдала, только бы не участвовать в них… Поехать на какое-нибудь задание, пообщаться с Хэйтеном или Люцифером или же еще с кем-то из Духов… Или же просто полежать на кровати в своей квартире, выпить горячий шоколад или освежающий мохито, послушать музыку. Насладиться отсутствием голосов в голове, исчезновением Ады… Хоть и временным, как мне кажется. Недавно меня волновала её пропажа — кто знает, что может задумать демоница, но сейчас… Мне откровенно плевать. Главное, что у меня есть временная передышка. А сейчас я должна стоять на арене ВМИ, терпеть на себе тысячи взглядов, среди которых пять особенно сосредоточено на мне. Шесть команд. Тридцать участников. Гильдии „Хвост Феи“, „Млечный Путь“, „Саблезубый Тигр“, „Чешуя Сирены“, „Пята Русалки“ и „Синий Пегас“. Почти так же, как и в прошлом и в позапрошлом году… Вот только гильдия „Млечный Путь“ новая… Двое слишком шумных сестёр, светлых и весёлых девчонок, какой-то хмурый русоволосый парень и еще двое… Четвёртый — это мой давний знакомый. Кажись, его звали Каташи. Фамилии не помню… Он смотрит на меня с узнаванием. Конечно же, меня так легко не забыть, а особенно помня обстоятельства, в которых нам вместе пришлось поучаствовать. То еще злосчастное задание. Он ничего мне не говорит — вот и хорошо. Пусть помолчит. Я сразу догадалась, кем является пятый из команды этой гильдии… Красного цвета волосы, желтые глаза с вертикальным зрачком… Просто супер маскировка, Василиск. Он не выглядит враждебным, но от него просто несёт опасностью, а наглая ухмылка на его тонких губах адресована мне, как и взгляд желтых глаз. В команде гильдии „Чешуя Сирены“ замена. Тобби заменили на какую-то новенькую девчонку. Она мне не нравится. Облачена во всё белое, дарит всем окружающим улыбки, блестит ясно-голубыми глазками, излучает свет всем своим видом… Но лишь я вижу, что свет — искусственный, улыбка — ядовита, взгляд — презрительный, а белое одеяние скрывает всё это от других. Изображает из себя ангела, скрывая за картонной картинкой своё истинное обличье. Я могла бы сказать, что она такая же, как и я, но с моих губ не сорвутся подобные слова, ибо это будет ложью. Я не такая, как она, эта девчонка несёт в себе опасность, но она чувствует опасность, исходящую от меня. Кто она? Пока мне не известно это, но скоро я всё узнаю… Лола завершил свою пафосную речь и на сцене появился мелкий человек в костюме тыквы. Он объявил о начале соревнования, с опаской поглядывая на меня. Я не смогла сдержать злобной ухмылки — помнит, что вчера я его чуть не придушила. И плевать, что он является королём. В тот момент это был шут в нелепом наряде. Некоторые из членов противоположных гильдий пытались заговорить со мной, „Хвостатые“ бросали на меня весьма красноречивые взгляды, иногда о чём-то пытались спросить, но я успешно игнорировала их. Нет желания и настроения на излишнюю болтовню. Тем более меня нервируют взгляды собственной команды. После вчерашнего они странно косятся на меня, некоторые кидают весьма… Неприятные взгляды. Иногда даже в их глазах я видела тень проскальзывающего страха. Они начали меня боятся? Презирать? Плевать. Пусть думают обо мне, что хотят. Я не горела желанием впускать кого-либо в свою голову, а подлые организаторы игр испортили всё. Но сейчас я слишком зла, чтобы о чём-то жалеть или волноваться. Я упустила тот момент, когда мы поднялись на свой балкон, когда ведущий объявил название соревнования и мои напарники начали обсуждать о том, кто пойдёт. Я не горю желанием слишком долго торчать здесь, слышать этот назойливый шум и крики с трибун. Мне нужна разрядка, нужно успокоиться и хоть немного выпустить пар, а потом я уйду в свой номер в отеле — не интересно, какие битвы последуют дальше, плевать, кто выиграет… Участника соревнования на битву не вызовут, поэтому это мой шанс сберечь немного времени и избавить себя от обязанности находиться здесь. По-крайней мере, сегодня. Тяжело вздохнув, я сделала шаг вперёд, даже не удосужившись переспросить у напарников название соревнования». — Итак, как мы видим, участники выбраны! — Тыквачок развёл руками, указывая на собравшихся напротив волшебников. — От гильдии «Хвост Феи» выходит Миражанна Штраус! — Мира улыбалась и махала рукой зрителям, а на волшебной лакриме, парящей над стадионом появилось её изображение. — «Млечный Путь» будет представлять Аки Хатаками! — На арену вышла одна из девушек-сестёр, которые при первом же появлении только улыбались и веселились. Блондинка с зелёными глазами и тонкими чертами лица, невысокого роста, одета в обычные шорты, майку и кеды. — От гильдии «Саблезубый Тигр» выходит Люсьена Хартфелия! — Люси вышла на арену под сопровождением недовольных и возмущенных взглядов напарников. Она и не посоветовалась с ними, а просто, даже не зная о сути соревнования, выбрала саму себя. Также, девушка чувствовала на себе тысячи любопытных и заинтересованных взглядов… Конечно, ведь при первом появлении на арене Чапати уже что-то говорил о переходе нескольких членов гильдии «Хвост Феи» в гильдию «Саблезубый Тигр». Так еще и внешний вид Заклинательницы весьма изменился с позапрошлых соревнований, на которых она проиграла битвы против Флёр и против Минервы. Тем временем, тыквачок продолжал объявлять участвующих, среди которых была Майя Крейг из «Чешуи Сирены» — та самая новенькая, которая так не понравилась Люси, Дженни Реалайт от «Синих Пегасов» и Арана Вебб из «Пяты Русалки». Все девушки собрались перед тыквачком, некоторые перекидывались не самыми доброжелательными взглядами. Хартфелия ни на кого не пялилась, по сторонам не смотрела, игнорировала все взгляды, адресованные ей, но по её спине пробежал холодок, а в душе поселилось какое-то крайне паскудное чувство. Прямо рядом с ней стояла Майя. Светловолосая не говорила ни слова, а просто стояла и улыбалась, но Люси смогла заметить, как дрогнули уголки её губ и она сама поёжилась, как только остановилась около брюнетки. Им было не комфортно стоять рядом. Две девушки по виду были такими разными… Первая, облаченная в черные одеяния, с довольно-таки жуткой и тёмной гетерохромией глаз, с чёрными, как смоль волосами. В её образе сочетались цвета ночи и крови, взгляд, пронзающий насквозь, был холоден и опасен, а губы украшала ехидная ухмылка, кажущаяся окружающим крайне неприятной и хитрой. Вторая, облаченная в белые одеяний, с серебряными волосами, ясными, как небо глазами, дарящая всем тёплую улыбку… Они были совершенными противоположностями, как свет и тьма, но одна в другой видела опасность. — Итак, пора бы уже и огласить правила соревнования! — Тыквачок передёрнул плечами и поднял вверх указательный палец, продолжая говорить: — Здесь не будет никаких драк или демонстрации силы… — Со стороны послышался чей-то разочарованный выдох. — Это соревнование талантов! Ваша задача состоит в том, чтобы устроить представление, настоящее шоу! Можете петь, танцевать, делайте что угодно — покажите свой талант. Можете пользоваться магией на здоровье — это не запрещено, но удивите публику! Наши судьи будут выставлять вам оценки, а если будут такие, что наберут одинаковое количество очков… Что ж, это мы узнаем, если таковые появятся. — Он сделал какой-то пасс правой рукой, а через секунду Тыквачок уже держал небольшой деревянный стаканчик с шестью палочками в нём. — Тяните жребий — он определит порядок, в котором вы будете участвовать. Девушки подошли к нему ближе и одновременно потянули палочки. Они тут же начали обсуждать свои номера. Все, кроме Люси. Она со скептической ухмылкой посмотрела на свой шестой номер и, тихо хмыкнув, раздраженно прокрутила палочку в руке. Придётся ждать, когда остальные выступят — еще одна пустая трата времени и нервов. Передёрнув плечами, Хартфелия скрестила руки на груди и отошла немного в тень, как и все остальные девушки, кроме Аки Хатаками из «Млечного Пути». Девушка задорно улыбалась, крича своей команде, что всё будет хорошо и она сейчас «зажжет». Люси поморщила. У этой девчушки был слишком писклявый голос, хоть и внешностью она была не обижена. Брюнетка подумала про себя, что петь она уж точно не должна, но как же она ошибалась… Девчушка сказала, что исполнит песню, поэтому в одно мгновение перед ней появился парящий на крылышкам микрофон. Краем глаза Заклинательница Ада заметила, как побледнели лица членов «Млечного Пути». Ей даже показалось, что Василиск как-то нервно сглотнул, делая несколько мелких шагов назад. … И через какую-то долю секунды Люси поняла причину такой реакции. По арене разнёсся громкий, тонкий вопль на неимоверно высокой ноте, что заставило всех присутствующих Убийц Драконов, да что там, даже людей, закрыть руками уши и зажмурить глаза. Этот вопль, казалось, преобразовывался в какое-то подобие странной мелодии, но никто прислушиваться не рисковал. Люси прижалась лбом к стене и сильно-сильно зажмурилась, закрывая руками уши. Она ведь была не только Заклинательницей Ада, но еще и трехэлементным Убийцей Драконов, поэтом слух у неё был еще острее, чем у обычных. Девушка тихо проклинала писклявую девчонку с её ультразвуковым пением, уповала на то, чтобы кто-нибудь уже заткнул чёртову сирену! … И её просьбы были услышаны. Макаров с трудом встал со своего места и, сделав несколько коротких пассов руками, прошептал что-то про себя. В следующее мгновение всё резко стихло, а Хатаками схватилась за горло, но через секунду убрала руки. Мастер гильдии «Хвост Феи» лишь на какую-то долю секунды лишил девушку дыхания, чтобы прекратить и заткнуть её — и этого вполне хватило. Аки недоуменно посмотрела на троих судей, озадаченно наклоняя голову вбок. — Думаю, достаточно… — Как-то сконфуженно поправляя съехавший в сторону парик, сказал Чапати. Все трое судей — Макаров, Яджима и Лола — подняли вверх таблички с жирными единицами. Оценивалось всё по десятибалльной шкале, а блондинка получила самые низкие оценки. — Вам моё пение не понравилось? — Разочарованно проговорила девчушка, забавно выпятив нижнюю губу и скрестив руки на груди. — Всё же было идеально… — Казалось, будто она на мгновение о чём-то задумалась, а потом её выражение лица сменилось из грустного на виноватый. Она нервно хихикнула и неловко почесала затылок. — Упс… — Дурында… — Тяжелый вздох сестры Аки разнёсся по притихшему стадиону. Нана — а именно так звали её сестру — обречённо покачала головой и подозвала грустную сестру на балкон гильдии. Аки повиновалась и поплелась к напарникам. А тем временем соревнование продолжалось. Пришедшие в себя зрители и судьи с интересом ожидали следующего выступления. Второй являлась Дженни Реалайт из «Синего Пегаса». Тут и тянуть резину не будем — рассказывать особо нечего… Девушка была моделью, поэтому делала то, что ей удавалось всегда лучше всего: позировала, виляла бёдрами, облачаясь в самые разные одежды и платья, и задорно улыбалась и подмигивала. Женская половина аудитории с неким укором смотрела на девушку, а мужская — пускала слюни и восхищались. Соперницы Реалайт фыркали в стороне, хмурясь. Показушница. Но к счастью Дженни в судьях присутствовали лишь мужчины, поэтому она получила не плохие оценки от них: девять — от Лолы, семь — от Макарова и семь — от Яджимы. Не самые высокие оценки, но не плохие — Реалайт смогла удовлетворить зрителей своим показом мод, но не удивила их. Третьей выступала Майя Крейг из гильдии «Чешуя Сирены». Девушка наигранно робко улыбнулась и легкой походкой вышла на середину арены. Она исполняла красивый танец. Звуки пианино и флейты разнеслись по стадиону, подобно тёплому, обволакивающему тело, порыву весеннего ветерка. Лёгкие и свободные движения, девушка будто бы плыла по воздуху, парила, подобно невесомой бабочке. Все зрители притихли, судьи завороженно смотрели на великолепный танец. Уголки губ беловолосой были слегка приподняли в легкой улыбке, глаза немного прикрыты, поэтому она смотрела вокруг лишь из-под полуопущенных век. Она медленно прошлась рукой по своей белоснежной одежде — обычной майке и шортам — и в один миг её одеяния изменились на пышное, но весьма элегантное воздушное платье белого цвета. Руки, окутанные светлыми лентами, на ногах бархатные балетки… Платье сзади было немного длиннее, чем спереди, и его полы должны были бы подметать землю, но внезапно Майя взлетела на несколько сантиметров над землёй. Это повергло всех в лёгкий шок. Танец по воздуху, она грациозно выписывала каждый пируэт, каждое движение её тела было совершенно невесомым и плавным. Вокруг волшебницы начали летать белоснежные бабочки, ленты на её руках красиво развевались на ветру, серебряные волосы светлым водопадом заструились по плечам, спадая до самых пят. Раньше, заколотые в высокую, навороченную причёску, они не казались такими длинными, как сейчас, распущенными. К звукам флейты и пианино добавилась игра на скрипке. Прекрасная мелодия, танец… Это было несравненно. Бабочки кружились вокруг девушки, да и она сама чем-то походила на бабочку. Такая лёгкая, невесомая, грациозная. За её спиной будто бы выросли невидимые крылья, этакий ангел, сошедший на землю, свободная бабочка. За танцем девушки наблюдали все с неким благоговением, восхищением. Все, кроме одной-единственной особы. Люси стояла в стороне и, нахмурившись, пристально следила за движениями Майи, иногда прикрывая глаза и морщась. Слишком светлая, слишком яркая, слишком… Фальшивая. Только Хартфелия чувствовала холод, исходящий от этого «ангела», только она видела в этой девушке неподдельную опасность, её суть, её истинное обличье. Пусть даже этот свет, исходящий от неё, подлинный… За этой яркой и доброй личиной скрывается еще одна сущность. Но Люси не чувствовала магию этой девушки, понятия не имела, какой силой та владеет. Это настораживало и злило брюнетку. Майя не нравилась ей, она вызывала у Заклинательницы Ада презрение и неподдельное чувство некоего отвращения. Люси Майя тоже сейчас напоминала бабочку. Такая грациозная и невесомая. Но бабочки глупы. Они летят к огню, обжигая свои бархатные крылышки об языки алого пламени. По своей собственной глупости они погибают. Хартфелия ухмыльнулась, блеснув разноцветными глазами. Если Майя — прекрасная бабочка, то именно Люси станет обжигающим пламенем, который манит своей красотой, но уничтожает всё, что окажется слишком близко к нему. А тем временем музыка становилась всё тише и тише, а танцовщица опускалась всё ниже и ниже, пока она плавно не опустилась на землю, а музыка окончательно не стихла. Платье на ней сменилось прошлой одеждой, а бабочки рассыпались на серебряные искорки, которые медленно опадали на землю. Со всех сторон послышались аплодисменты и восторженный свист, гильдия «Чешуя Сирены» ликовала, смотря на поднятые судьями таблички с баллами: Лола — десять, Яджима — десять, Макаров — десять. Самый высокий балл. Майя победно усмехнулась и почему-то обернулась в сторону Люси, блеснув серебром своих глаз, в которых промелькнул какой-то таинственный, но крайне не добрый огонёк. Хартфелия надменно хмыкнула и вздёрнула подбородок, принимая безмолвно брошенный ей вызов. Четвёртой должна была выступать Арана Вебб из гильдии «Пята Русалки». Зеленоволосая вышла на середину арены и, усмехнувшись каким-то своим мыслям, начала с помощью своего волшебства создавать огромное количество паутины. Шелковые нити были натянуты, как струны, некоторые переплетались в странный узор, а некоторые и вовсе не пересекались. Зрители начали удивлённо перешептываться, а судьи всё гадали, что хочет делать волшебница. Через несколько секунд девушка закончила и, размяв ладони, тонкими пальцами провела по паутине. Нити не липли к её пальцам, но издали интересный звук, подобный гитарным струнам, но немного иной. Арана плавно и, казалось бы, невесомо касалась нитей, а звуки преобразовывались в мелодию. Местами тихая, а местами громкая и звучная, она разносилась ветром по трибунам, лаская слух зрителей и участников. Почти все наслаждались такой простой, но красивой мелодией, которую играла Арана на таком необычном «инструменте». Даже Люси слегка улыбнулась. Брюнетка относилась к Вебб лояльно — она ничего ей не сделала, Заклинательница не чувствовала опасности, находясь рядом с ней или дискомфорта… Зеленоволосая была самой обычной волшебницей. Спустя несколько минут звуки начали затихать, а мелодия — заканчиваться. Арана в последний раз дёрнула за нить, после чего вся паутина исчезла, оставив после себя лишь едва ощутимый магический след. Радостные выкрики, аплодисменты и ободряющие возгласы членов гильдии «Пята Русалки». Судьи выставили свои баллы: Лола — десять, Макаров — десять, Яджима — девять. Аране лишь немного не хватило, чтобы поравняться в Майей, но всё-таки она осталась довольна произведённым ею впечатлением и оценками судей. Пятой, предпоследней вышла Мира. Штраус-старшая пела — кто бы сомневался… Маленький микрофон на крылышках подлетел к ней, а девушка слабо, хоть и немного грустно, улыбнулась. Как только послышались первые нотки пианино Мира начала петь.

Petite soeur, Сестрёнка, Je connais ta peine et ta douleur, Я знаю твою боль и твоё горе, Les places quʼelles prennent dans ton coeur, Место, которое они занимают в твоём сердце, J'étais la même petite soeur, Я была такой же как ты, Сестрёнка, Petite soeur… Сестрёнкой…

Люси, стоя в стороне, горько усмехнулась. Мира посвящала эту песню своей сестре. Такой поступок можно было бы назвать милым, если бы он не казался Хартфелии таким абсурдным. Конечно, «Хвостатые» ведь не знают правды. Они не знают, какая на самом деле Лисанна… Змея, пригретая ими на груди, но…

Je te vois regarder par la fenêtre, Я вижу, как ты смотришь в окно, Comme si c'était Moi, comme si j'étais dans ta tête, Как будто это я, будто я на твоём месте, Crois-moi, Petite Soeur, le silence et le froid, Поверь мне, Сестрёнка, молчание и холод — Je connais par Coeur, jʼy suis passé avant Toi! Я прекрасно это знаю, и пережила это ещё до тебя!

Любовь так меняет людей… Ради неё они готовы на совершение самых безрассудных поступков, даже самых опасных и необдуманных. Любовь — сука, которая приносит с собой не только счастье, но и боль. Сладкая, но такая горькая… Она делает людей сильными, но и слабыми одновременно. Хорошо ли любить? Нельзя сказать точно — плохое ли это чувство или хорошее… Этого не знает никто. Любовь. Странное чувство. Оно бывает разным… Любовь к друзьям, любовь к родителям, любовь к парню или девушке. Любовь такая многогранная, но она одновременно и сковывает…

Je te vois attendre, attendre que tourne ta chance, Я вижу как ты ждёшь, ждёшь когда к тебе повернётся удача, Là je tends dans lʼindifférence, hey, Я иду сквозь безразличие, эй, Tu refais la liste de ce quʼil ne va pas, Ты снова составляешь список того, что не получилось, Tout nʼest pas si triste, tu te dis cʼest déjà ça! Всё не так печально, скажи себе это!

А любила ли Люси когда-нибудь? Имеется ввиду парень, как вторая половинка. Любила ли она Нацу? Несомненно, когда он предложил ей встречаться, она была безмерно счастлива и сразу дала своё согласие, не раздумывая. Но не спутала ли она любовь к нему, как к парню с любовью к другу, напарнику? Когда он залазил к ней в постель, когда столько раз видел её голой, только вышедшей из ванной комнаты. Она, конечно, смущалась и кричала на него, но… Она ничего не чувствовала. Значит, тогда она ошиблась?..

Petite soeur, Сестрёнка, Je connais ta peine et ta douleur, Я знаю твою боль и твоё горе, Parce que jʼavais la même dans mon coeur, Потому что в моём сердце было то же самое, Cʼest toi et moi, petite soeur, toi et moi, petite soeur… Ты и я, моя сестрёнка, ты и я, моя сестрёнка…

Мира продолжала петь на иностранном языке, её голос звучал на пониженных нотах, она не брала слишком высоко, но пела беловолосая действительно красиво. Девушка вкладывала в песню все свои чувства и эмоции, которые испытывала в этот момент. Хартфелия в стороне тяжело вздохнула. То, что Мира решила исполнить именно эту песню — не случайность. Штраус-старшая таким образом показывала, что для неё нет никого дороже сестры. Она почти что прямым текстом говорила брюнетке, что если бы даже время повернулось вспять, Миражанна сделала бы тот же выбор… Она встала бы на сторону Лисанны, отвернувшись от Люси.

Petite soeur, Сестрёнка, Je sais comme ça brûle, à lʼintérieur, Я знаю как это, когда внутри горит пламя, Jʼai eu le temps dʼapprendre de mes erreurs, И когда-то я тоже училась на своих ошибках, Cʼest toi et moi, petite soeur, toi et moi, petite soeur… Ты и я, моя сестрёнка, ты и я, моя сестрёнка…

Заклинательница Ада насмешливо закатила глаза и ухмыльнулась. Ей уже всё равно. Её прошлое осталось далеко позади, поэтому сейчас совершенно нет смысла рассуждать об ошибочной любви и утерянных возможностях. Она изменилась, стала другой, девушка более не намеренна оглядываться назад. Пусть делают, что хотят, пусть думают о ней, что хотят, пусть считают её, кем хотят… Брюнетке всё равно. Сейчас она намеренна жить настоящим, а не возвращаться в утерянное прошлое.

Petite, essuie Малышка, вытирай Les larmes sur ta joue, la vie est ainsi, Слёзы с щёк, такова жизнь, Parfois on prends des coups, Иногда она даёт пинка под зад, Mais on se relève, plus forte et plus fière, Но нужно подниматься, становиться сильной и гордой, On sʼaccroche à ses rêves et on passe les frontières… Цепляясь за свои мечты и преодолевая преграды…

Хартфелия посмотрела в сторону балкона «Хвоста Феи», где рядом с Нацу стояла Штраус-младшая, держа его за руку. Даже не участвуя на ВМИ, она крутилась около него, не отходя далеко. Хартфелия ухмыльнулась. Какие счастливые, беззаботные влюблённые… Жаль только, что Люси не может быть такой же беззаботной. Более не может. Это право у неё отобрали, когда выгнали из гильдии. Но пусть Лисанна и Нацу наслаждаются присутствием друг друга, пока могут. Хартфелия пока не станет им мешать или вмешиваться — всему своё время… Хоть она и могла бы сломать жизнь Лисы, как та сломала её прошлую. Но брюнетка не станет. По-крайней мере, пока не станет. Песня подходила к концу, слова звучали всё тише и тише, Мира пела всё медленнее, норовя спеть красиво и в конце. Как только последние нотки мелодии стихли, толпа разразилась аплодисментами, а таблички всех суддей взмыли вверх с единогласной, неоспоримой оценкой в десять баллов. Мира сравнялась результатом в Майей — кто знает, что их ждёт дальше, ведь сразу две победительницы… Настала очередь Люси выходить вперёд. Девушка так и не придумала, что будет исполнять, но сейчас времени на размышления не было… Бросив короткий взгляд на балкон с членами «Хвоста Феи», девушка сжала кулаки. Они смотрели на неё с некой жалостью вперемешку с презрением или же холодным равнодушием. Они думают, что она осталась такой же… Никчёмной блондиночкой с высоким самомнением и гордостью. Да, Люси была гордой, самоуверенной и эгоистичной. Она стала такой. А еще заковала своё сердце в лёд, надев такую полюбившуюся маску холода и безразличия. Но помимо всего это она была и сильной, а временами и жестокой. Люси поставила перед собой цель: утереть нос всем волшебникам, смотрящих на неё с жалостью или высокомерием. Она им устроит! Девушка решилась исполнять песню, сразу же пришедшую ей в голову. Пела она не плохо, хоть и давно этого не делала. Послышались первые аккорды гитары и она начала петь:

Iʼve been walking this road of desire, Я уже проходила эту дорогу страсти, Iʼve been begging for blood on the wall. Я молила о крови на стене… I donʼt care if Iʼm playing with fire, И мне плевать, если я играю с огнем, Iʼm aware that Iʼm frozen inside. Ведь я осознаю тот факт, что моя душа покрылась льдом…

Поначалу её голос звучал немного хрипло, но это ничуть не портило звучания, поэтому она принялась петь на один тон выше.

I have known all along. Я всегда это знала… So much more going on, no denying, Столько всего происходит… этого нельзя отрицать. But I know Iʼm not standing alone Но я прекрасно понимаю — я не единственная в своем роде…

О, да, Хартфелия помнила о своих Духах. Единственные друзья, единственная настоящая поддержка. Все они стали ей, как братья и сёстры: Балерион помимо всего этого еще и был её учителем, который во многом ей помог, Арания была рядом, с ней можно было свободно поговорить о чём угодно, она стала верной подругой, Дарк — тот еще обольститель и подкаблучник, но стал для девушки почти что братом, даже не смотря на все прошлые его косяки и грехи, а Люцифер…

Youʼve been playing my mind through my wishes. Ты дурачил меня посредством моих желаний, You can feel that weʼre haunting the truth. Ты чувствуешь, что мы идем по следу правды. Donʼt know I canʼt hold on Не знаю… я не могу держаться дальше, Always losing control. Постоянно теряя контроль…

… Кто он для неё? Она его любит, но как кого? Как друга? Давно уже нет… Здесь что-то большее. Как брата? Тоже не то. Раньше девушка думала именно так, но сейчас… Сейчас? Уже давно сомневается в этом варианте. Как… Парня? А если она вновь ошибается? Брюнетка слегка тряхнула головой, продолжая петь дальше, пытаясь отогнать все эти сопливые мысли о любви. Это чувство не для неё. Она не хочет более чувствовать боль, а любовь ослабит её, ей это ни к чему.

In the middle of the night, Посреди ночи I donʼt understand whatʼs going on Я не понимаю, что происходит… Itʼs a world gone astray. Мир сбился с пути… In the middle of the night, Посреди ночи… I canʼt let it end. Я не могу позволить этому закончится. So Iʼll keep searching И я продолжаю поиски In shadows, your life В тени, твоя жизнь It will never be in vain Никогда не будет прожита напрасно… In the middle of the night Посреди ночи…

Брюнетка резко подняла правую руку вверх. Она не знала, зачем, не осознавала, что сейчас делает… В висках клокотал адреналин, кровь кипела, а злость в душе всё наростала. Злость на саму себя. Внезапно, небо начало окрашиваться в черные, алые и тёмно-синие тона, будто бы уже вечерело, и скоро диск солнца скроется за горами. Все зрители удивлённо заохали, возводя взоры к небу, а Люси всё продолжала петь:

No more tears, Больше никаких слез, No, cause nothing else matters Нет, ведь больше ничего не имеет значения… Iʼve been closing my eyes for too long. Я слишком долго закрывала глаза, Only vengeance will make me feel better. И лишь месть заставит меня почувствовать себя лучше… Thereʼs no rest till I know И не видать мне покоя, до тех пор, пока я не буду уверена That itʼs done. В том, что все закончено…

Рука девушки сжалась в кулак, странно цвета небо рассекла внезапная алая молния, а через секунду сверху начали падать огромные огненные глыбы. Метеоритный дождь. Кто-то уже было запаниковал, но глыбы не попадали на трибуды, а падали лишь в опасной близости от Хартфелии, оставляя после себя прожженную землю и груды камней. Те метеориты, которые летели по направлению трибун просто-напросто исчезали на пол пути, не долетая до цели.

I donʼt understand whatʼs going on Я не понимаю, что происходит… Itʼs a world gone astray. Мир сбился с пути… In the middle of the night, Посреди ночи… I canʼt let it end. Я не могу позволить этому закончится. So Iʼll keep searching И я продолжаю поиски In shadows, your life В тени, твоя жизнь It will never be in vain Никогда не будет прожита напрасно… In the middle of the night Посреди ночи…

Люси пропела припев еще несколько раз, её волосы растрепались, глаза загорелись азартом, а метеориты, падающие совсем рядом, совершенно не обжигали её и вообще не причиняли никакого вреда. Когда прозвучали последние аккорды гитар, а музыка резко оборвалась, волшебница взмахнула двумя руками над своей головой, ррассекя воздух. Метеориты перестали падать, молнии более не рассекали небо, постепенно принявшее естественный голубой, дневной цвет. Да, послать немного магии Громового и Огненного Драгонслеера в небо было хорошей идеей, хоть и совершенно спонтанной. Макаров сидел с открытым ртом, а его чудная шляпа съехала немного вбок, Лола дрожащей рукой придерживал свой парик, а Яджима и вовсе остался без своего поварского колпака. Все судьи, не промолвив ни слова, подняли таблички с десятью баллами. Люси удовлетворённо хмыкнула и прошлась беглым взглядом по трибунам. Да, все зрители пребывали в некой простации, члены абсолютно всех участвующих гильдий тоже были в изрядном шоке. Также, Люси ощутила на себе пристальный взгляд желтых глаз. Василиск одобрительно усмехнулся и поднял большой палец правой руки вверх. Его она тоже смогла впечатлить. — Итак, выходит, что у нас целых три участницы, набравших одинаковое количество баллов, поэтому… — Лола хотел было еще что-то сказать, но его прервал Макаров, дёрнувший его за ворот рубахи. Мастер что-то прошептал ведущему, на что он лишь немного нахмурился, но потом как-то нехотя кивнул. — Мы проведём довольно-таки скучный способ определить победителя… Прямо перед тремя девушками появился всем известный шар — измеритель магической силы. Первой била Мира — она стояла ближе всех, поэтому и пошла. Тяжело вздохнув и передёрнув плечами, девушка перевоплотилась в одно из своих обличий демона и ударила по шару. Выбило три тысячи пятсот очков. Мира приняла своё настоящее обличие и неловко улыбнулась, прикрыв глаза. Люси фыркнула, выходя вперёд — она следующая. Миражанна явно била не в полную силу, поэтому Хартфелия тоже решила пока не открывать все свои карты — она, использовав магию огне-громового дракона, ударила на четыре тысячи. Она тоже била не в полную силу, но зачем, если и этого может хватить? — Магия Убийцы Драконов?! — Разнёсся шокированный возглас Драгнила. Еще бы, Хартфелия продемонстрировала ту же магию, которой обладал он сам — как тут не удивиться? На трибунах послышался шепот, Эльза, Стинг, Роуг и Минерва непонимающе и несколько ошарашенно смотрели на брюнетку, но та полностью игнорировала все взгляды и выкрики. Пришла очередь Майи бить по шару. Беловолосая поморщилась, а потом, прогулочной походной подойдя до измерителя, немного стукнула его кулаков. Выбило на один балл. Девушка передёрнула плечами и, ничего более не говоря, поплелась назад. Тыквачок за её спиной говорил, мол, перебить нельзя, на что девушка лишь пожала плечами и загадочно улыбнулась. Хартфелию она сильно бесила, а эта её выходка еще больше насторожила Заклинательницу Ада. Значит, эта блондинка пока не хочет показывать свою магию… На летящей над стадионом лакриме высветились результаты соревнований:

Люсьена Хартфелия из «Саблезубого Тигра» — 10 баллов Миражанна Штраус из «Хвоста Феи» — 8 баллов Майя Крейг из «Чешуи Сирены» — 6 баллов Арана Вебб из «Пяты Русалки» — 4 балла Дженни Реалайт из «Синего Пегаса» — 2 балла Аки Хатаками из «Млечного Пути» — 0 баллов

Люси лишь фыркнула, обведя безразличным взглядом лакриму. Ей было всё равно на то, что она победила, но некая гордость за себя зародилась внутри девушки, что не смогло не заставить её усмехнуться. Оно того стоило, ибо произведённое на всех впечатление не смогло не порадовать её. Не обращая внимания на своих напарников, девушка поплелась прочь из стадиона, зная уже наверняка, что сегодня на бой её не вызовут. Бросив напарникам короткое: «Встретимся вечером», она пошла в сторону гильдейской гостиницы «Орлинный Глаз». Проходя по тоннелю под трибунами, девушка почувствовала запах постороннего и скривила губы в ехидной усмешке. — Ты же вроде должен знать о моих способностях, так зачем играть в прятки понапрасну, а, Василиск? — Девушка круто развернулась на каблуках в сторону вышедшего из тени аловолосого парня. Он тоже ухмылялся, а по его виду нельзя было сказать, что он хоть немного сожалеет, что его так быстро засекли. — Знаю я всё, знаю, Заклинательница. — Он засунул руки в карманы и поравнялся с брюнеткой, которая медленным, прогулочным шагом брела к выходу. — И не надо делать вид, что тебе на всё пофиг, Заклинательница. Я ведь знаю, что ты хочеш~шь получить мой ключ. — Немного шипяще произнёс парень, ехидно ухмыляясь и немного прищуривая глаза. Люси на его слова лишь обречённо вздохнула и кивнула. — Да, хоть я и удивлена, что ты сам завёл разговор на эту тему… Обычно Духи ни в какую не хотят отдавать свой ключ. — Волшебница передёрнула плечами, закатывая глаза. Да, было немного странно, что Василиск сам подошел к ней и заговорил — девушка еще помнила все предыдущие её встречи в Адскими Духами. — О тебе много говорят, Заклинательница, поэтому я реш~шил удостовиться сам, правдивы ли слухи. — Василиск пожал плечами, небрежным движением взъерошив и так растрёпанные алые волосы. — Последний день Игр — это бой между всеми членами команд. Там мы точно пересечёмся. Если победиш~шь меня, я отдам свой ключ, а если нет… Что ж, твоему трупу уже вряд ли понядобятся ключи от врат. — Парень говорил так легко и непринуждённо, будто бы о совершенно обыденной и очевидной вещи. Люси фыркнула и издала издевательский смешок: — Опять без боя никак? — Почти каждая её встреча с Адским Духом вмещала в себе бой. Проверка силы — магической и физической, а в процессе и проверка её характера и натуры. Этот бой обещает быть сложным, ведь не зря же Василиск является третьим по силе Духом. С Люцифером и Балерионом — первым и вторым — брюнетка дралась лишь на тренировках, а они били не в полную силу… Пожалуй, Василиск будет самым сильным Духом, с которым ей придётся драться в полную силу. Парень издал тихий смешок и остановился. — Я никогда не ищ~щу лёгких путей. — Два желтых огонька блеснули в темноте. — И тебе не советую. — Дух скрылся во тьме, оставляя девушку в одиночестве. Она хмыкнула и уже быстрее побрела в сторону гостиницы.

***

Целый оставшийся день Люси провела за ничего-не-деланием. Она, конечно, читала, валяясь на своей кровати, в своём номере, слушала музыку и занималась еще кое-какой ерундой. За целый день из Духов появлялся только Хэйтен. Они немного поговорили, пообщались, а потом иксид исчез, видя, что Люси отвечает с какой-то неохотой. В три часа дня вернулись все согильдийцы, но никто так и не вошел в комнату в Заклинательнице Ада — хорошо, ибо она и не имела желания отвечать на нескончаемый поток вопросов. Судя по шуму и радостным возгласам, доносившимся снизу, «Саблезубый Тигр» сегодня в безоговорочном выиграше. Когда Люси уже ушла с арены огласили битву между Ичией Вандерлаем и Эльзой Скарлетт. Конечно, Титания его с одного удара уделала — вот и дело с концом. Вроде как еще была битва между неким Криссом Шейдом из «Млечного Пути» и Греем Фуллбастером из «Хвоста Феи». Они сыграли в ничью — у Крисса, того самого мрачного парня с русыми волосами, была магия теневых клинков. Магия была немного схожа с магией Роуга, но Шейдон мог лишь призывать самое разнообразное оружие с наложенными чарами тьмы. В зависимости от вида оружия он становился более ловким или же более сильным… Так или иначе, но парни дрались до самого конца — пока колокол не провозгласил об окончании боя. Третий же бой проходил между Миллианной из «Пяты Русалки» и Шерией Бренди из «Чешуи Сирены». В этом бою победила Шерия, ведь на её стороне было преимущество самоизлечения от ран. Сейчас же было уже девять часов вечера. Внизу, в баре, было уже не так шумно, ведь все уже успели знатно напиться и большая часть завалилась спать. Завтра у кого-то будет знатное похмелье. Сама же Люси ничего не пила, поэтому чувствовала себя вполне нормально, и её преследовала лишь лёгкая усталость. Уже было приняв решение и собравшись пойти куда-нибудь прогуляться, брюнетку остановил такой знакомый, немного вкрадчивый голос: — Вы сегодня отлично показали себя, милая леди. — Из тени выплыл силуэт высокого темноволосого парня. Он усмехнулся, уловив в реакции Хартфелии легкую скомфуженность. Он, как всегда появился весьма эффектно и неожиданно. Брюнет сел на кровать рядом с девушкой, которая довольно-таки быстро взяла себя в руки и скептически вскинула бровь. — «Милая леди»? К чему такая официальность, Люцифер? — Она криво усмехнулась, небрежно заправляя выбившуюся прядь тёмных волос за ухо. — И к тому же, ты так не считаешь. — Волшебница прикрыла глаза и размяла затёкшую спину и шею. — Ну, почему же? Ты бываешь милой… Иногда. — Парень передёрнул плечами, а потом сменил тему: — Я знаю, что ты сегодня встретила Василиска. — Брюнетка как-то отстранённо кивнула, достав из кармана плеер с наушниками. Последние опять сильно запутались, поэтому волшебница, недовольно морщась, принялась аккуратно распутывать их. — Я почему-то не сомневаюсь, что он сразится с тобой хочет — это в его характере, но я должен тебя предупредить: он опасный враг и… Кому я это говорю? — Парень обречённо вздохнул, сделав жест «рука-лицо». Он заметил, что брюнетка его и вовсе не слушает — сейчас она занята распутыванием своих наушников. Когда она, наконец, покончила с этим, то повернула голову в сторону недовольного Люцифера. — А? Что ты говорил? — Рассеянно спросила она, включая на плеере какую-то музыку. Брюнет раздраженно фыркнул и, выхватив из рук девушки драгоценный плеер с наушниками, откинул его на кровать, чуть подальше от них. Брюнетка возмущенно засопела, на мгновение заглядывая в алые глаза Люца, но потом она сразу же отвела взгляд куда-то в сторону. Демон опасно прищурился, понимая, что что-то не так. — Ты меня не слушаешь. — Строго произнёс парень, перехватывая руку девушки, потянувшуюся за плеером. Она скрипнула зубами, но так и не подняла свой взгляд на Люцифера, предпринимая тщетные попытки вырваться из его хватки. Дух сжимал её кисть не больно, но сильно, а физически он был во много раз сильнее волшебницы. Подозрения Люцифера, что что-то произошло только усилились. — Всё-всё! Отпусти меня. Ничего со мной не случится — я и до того дралась с Адскими Духами. — Возмущенно зашипела девушка. Она, наконец, подняла свой взгляд на Люца. В её глазах бушевало раздражение и непонятно откуда взявшаяся злость. — Да, но не с третьим по силе демоном! Он коварен, хитёр и силён — с такими ты еще не имела дело. — Прищурившись, ответил парень, чуть ослабляя свою хватку на кисти девушки. — Всё. Будет. Нормально. — Твёрдо, делая паузы после каждого слова, проговорила брюнетка. — И потом… Если что, то я вызову кого-то из… — Ты знаешь, что это невозможно во время битвы с другим Духом! — Злобно прорычал Люцифер, прерывая девушку на полуслове. — Этот номер не пройдёт, Люси — я помню обо всех условиях и правилах боя, да если бы и была возможность вызвать кого-то из Духов, то ты бы не вызвала. — Почему ты так… — Да потому что всегда лезешь на рожон! — Опять перебив брюнетку, рыкнул Люцифер, ловя на себе крайне злобный и возмущенный взгляд разноцветных глаз. — Каждый раз ты лезешь в самое пекло, опираясь лишь на собственные силы. Ты крайне безрассудна, знаешь? Сумасшедшая девчонка… — Ах вот как? — Возмущению брюнетки не было предела. Она резко рванул руку, освобождаясь от хватки Люцифера. — И с чего это ты вдруг сейчас об этом заговорил, а? Именно в этот момент, а? До этого я тысячу раз рисковала собой, всем, но ты не устраивал никогда такие глобальные разборки! Так что же изменилось сейчас?! — Девушка резко схватила свой плеер с наушниками, вскакивая со своего места. — Только не говори, что волнуешься за меня, ибо ты… — Девушка не успела договорить, так как Люцифер опасно сощурился и зарычал. Парень поднялся с кровати и, опять резко вырвав из рук девушки плееер, откинул его так, что он упал недалеко на пол около кровати, а наушники отлетели совершенно в другую сторону. Не поставленная на паузу музыка заиграла на средней громкости. (Прим. Автора: настоятельно рекомендуется включить песню The Hat — The Angry River) Парень припечатал девушку спиной к ближайшей стенке так, что из её груди вырвался тихий вздох, а потом, прижимая её руки за запястья к стене, по обеим сторонам от головы девушки, Люцифер поцеловал её. Дико, жадно, грубо. От такого напора у Люси сначала закружилась голова, но она быстро взяла себя в руки, точно так же дико отвечая на поцелуй. Брюнет прижал её всем своим телом к стене, волшебница спиной ощущала её шершавость и прохладу, но все эти чувства просто таяли на фоне жаркого и такого страстного поцелуя. Люси не вела себя, как неопытная девчонка, которая будет стоять в ступоре несколько минут, а только потом уже додумается, что нужно что-то да делать… Нет, Хартфелия уже давно призналась самой себе, что хотела этого. Да, черт возьми, она жаждала этого, она хотела, чтобы это произошло, но всегда останавливала себя и свои фантазии, говоря, что это просто невозможно, между ними ничего быть не может. Он — демон, а она — человек. Но останавливаться сейчас было бы, как минимум, глупо, да и никто из них не хотел останавливать это. Гори оно всё синим пламенем! Все запреты, все чёртовы убеждения и мысли, всё грёбанное самовнушение! Пусть это безумие, пусть это просто недолгосрочное сумасшествие… Но, черт побери, они побудут безумными, сумасшедшими сейчас. Хоть и не надолго… Люцифер, наконец, отпустил руки девушки, даря ей хоть какую-то свободу. Она тут же обвила его шею руками, а парень немного дёрнул её за волосы, заставляя запрокинуть голову назад. Брюнет оторвался от губ девушки, почти невесомо касаясь своими губами её щеки, подбородка, будто бы дразня. Опускаясь всё ниже, он оставил яркий засос на её шее. Люси вздохнула, а потом, не желая даже здесь кому-либо уступать, резко дернула парня за ворот его плаща, меняясь с ним местами. Теперь он был прижат к стене, а Хартфелии уступалась ведущая роль. На время. Люцифер ехидно усмехнулся, отвечая на её неистовые поцелуи. Девушка была где-то на голову ниже Люца, а может даже и немного больше, поэтому ей приходилось вставать немного на носочки, что поцеловать его, но это нисколько не заботило брюнетку в этот момент. Она пробежалась тонкими пальчиками по накачанному торсу демона, а последний же поставил руки ей на талию, делая мелкий шаг вперёд, а девушка, в свою очередь — назад. Так, шаг за шагом, почти не прерывая дикого поцелуя, они дошли до кровати. Брюнетка споткнулась о дерево и упала спиной на тёмное шелковое одеяло. Гостиниц была не дешевой, поэтому здесь было всё лучшее — гильдии «Саблезубый Тигр» всё это было вполне по карману. Быстро скинув с себя длинный плащ, Люцифер навис над девушкой, вновь сливаясь с ней в поцелуе. Длинными коготками она легонько прошлась по кубикам пресса, царапнула его бока и спину, а брюнет же, опираясь на правую руку, левой медленно прошелся от груди до самых бёдер Хартфелии. Одежда под его пальцами просто-напросто исчезала, оставляя после себя лишь черные искорки, которые тоже очень скоро пропадали. Магия не причиняла боли или вреда телу брюнетки, но она, наверное, и не обратила бы на это внимания. Люцифер ухмыльнулся, мельком взглянув в затуманенные похотью и желанием разноцветные глаза. Спускаясь всё ниже, оставляя влажную от поцелуев дорожку на шее и груди девушки, парень правой рукой мял её грудь, иногда, оттягивая соски, заставляя тем самым девушку дышать чаще и громче. Брюнетка вздрогнула, когда его вторая рука прошлась по её плоскому животу и достигла внутренней стороны бедра. Заклинательница шумно выдохнула и тихо застонала, выгнувшись дугой, когда почувствовала в себе один его палец. Вторая рука парня всё еще мяла грудь девушки, а губы то оставляли алые засосы на тонкой шее, то дарили брюнетке туманящие разум неистовые поцелуи. Когда к первому пальцу присоединился еще и второй, брюнетка почувствовала некоторый дискомфорт. Она недовольно замычала, но парень добавил третий палец, что отозвалось неприятной, ноющей болью. Брюнет целовал её, ласкал упругую грудь, оттягивая и покусывая розовые, затвердевшие соски, чтобы хоть как-то отвлечь от неприятных ощущений. Боль, граничащая с наслаждением, грубость и дикость рядом с нежностью… Так несовместимо, но в то же время прекрасно. Когда Люси почувствовала, что Люц вынул пальцы, то глубоко вздохнула, опускаясь руками к застёжке на его джинсах. Ремень был каким-то хитроумным и сложным устройством, поэтому спустя несколько неудачных попыток расстегнуть его, Хартфелия недовольно фыркнула, а на кончиках её пальцев заплясали алые языки пламени, которые тут же расплавили железную застёжку, не причиняя вреда самому парню. Демон хрипло рассмеялся, насмешливо, но всё так же хрипло говоря: — Настоящая леди может вести себя так откровенно, как не снилось ни одной шлюхе?.. — Он еще раз сипло рассмеялся, смотря на брюнетку под ним сверху вниз, изучая горящим взглядом алых глаз каждый изгиб её прекрасного тела. — Заткнись… — Заклинательница притянула его за длинные волосы к себе, жадно целуя, воюя за ведущую роль. Люси была не опытна в таких делах, она до этого не спала ни с одним мужчиной, но отчего-то знала, что следует делать, она прекрасно понимала, что следует потом, сейчас она вытворяла такие вещи, за которые, возможно, ей завтра будет очень стыдно. Но это будет завтра… Джинсы и нижнее бельё парня в одним щелчком его пальцев оказались на полу. Хартфелия провела ладонью по спине брюнета, по его животу, а потом резко спустилась вниз, сжимая в руке пульсирующий, налитый кровь член. Люцифер, оперевшись на локтях, глухо зарычал, а Хартфелия, проведя языком по своей верхней губе, прошлась пальцами вдоль всего ствола. Воспользовавшись тем, что Люц слишком близко наклонился к ней, брюнетка привстала и прикусила мочку его уха, трясь щекой об его щеку. Он тяжело вздохнул, а потом резко перехватил руку брюнетки, впиваясь ей в губы очередным поцелуем. Если до этого колечки пирсинга в его нижней губе были даже не заметны, не ощутимы, то на этот раз Люси ощутила привкус металла во рту, когда прикусила нижнюю губу парня. Чувствуя, что твёрдый член упирается ей в бедро, Люси схватилась за плечи любовника, впиваясь ногтями в его кожу, но Люц этого даже не заметил. Всё так же целуя девушку, терзая распухшие губы, он начал медленно входить. Хартфелия вновь почувствовала лёгкий дискомфорт, но в следующее мгновение Люцифер сделал резкий толчок вперёд. От так внезапно нахлынувшей боли брюнетка выгнулась дугой и до крови прокусила нижнюю губу. Она пыталась не закричать, но стон боли всё-таки сорвался с её уст… И утонул в очередном, уже более нежном и тягучем поцелуе с металлическим привкусом крови и пирсинга. Люси чувствовала, как по её бедру стекает её собственная тёплая кровь, а Люцифер замер, не решаясь пока начать движения. Хартфелия чуть сильнее сжала его плечи, давая тем самым понять, что готова. Демон начал медленно двигаться в ней, понемногу наращивая темп. Заклинательница Ада тяжело и часто дышала, цепляясь пальцами и ногтями в плечи любовника. Она не чувствовала должного возбуждения, не было ожидаемого наслаждения, но лишь через несколько секунд боль пропала, оставив после себя лишь некое чувство дискомфорта и легкую эйфорию. Толчки становились всё глубже, темп — быстрее, тихие стоны срывались с губ брюнетки, сливаясь с громким дыханием парня. Последовало еще несколько глубоких толчков, и Люси вскрикнула, выгнувшись дугой, почувствовав, как её заполняет тёплая вязкая жидкость. Люцифер лег рядом с брюнеткой, обнимая ей за талию. Люси кое-как подцепила ногой шелковое одеяло и прикрыла их наготу, тяжело и часто дыша. Хартфелия вдруг почувствовала нахлынувшую на неё внезапную усталость и апатию, но она всё еще слышала звучащую в её плеере повторяющуюся песню. Идти и выключать его просто не было сил и желания, поэтому, наплевав на музыку, брюнетка просто провалилась в глубокий сон, ощущая, как крепкие мужские руки еще ближе прижимают её к тёплому торсу. А Люцифера отдышка не мучила, он не чувствовал усталости или апатии… Демоны намного выносливее людей, поэтому он мог бы повторять ту же процедуру по несколько раз без передышки, но Люси же всё-таки человек. Если не брать во внимание часть драконьей сущности в ней. И еще Люциферу можно было не волноваться на счет детей — Адские Духи, да и вообще все демоны, бесплодны, ведь уже теоретически являются мёртвыми, не живыми… Раздраженно фыркнув, парень щелкнул пальцами и звуки музыки из плеера Хартфелии тут же стихли, а демон, удовлетворённо ухмыльнувшись, прикрыл глаза, пытаясь поспать. Скорее не из-за надобности или нужды — он просто не хотел уходить.