Во власти предубеждений

С каждым преодоленным метром дышать становилось труднее и труднее. Я бежала будто за мной гнался сам Саурон, подпаливая мне зад. Не знаю, как это произошло, но я бессовестно заснула прямо на клавиатуре, след от которой до сих пор красуется у меня на щеке и лбу. Странное дело - будильник не прозвенел, три раза споткнулась о собственную ногу, никак не могла найти ключи от трейлера, да и вообще, похоже, не с той ноги я встала. Все знаки просто кричали мне на ухо, что день предвещает что-то не очень хорошее. Отогнав подальше пораженческий настрой, который так упрямо летел за мной следом, словно тень, я влетела в здание студии и под удивленные взгляды охранников скрылась в неизвестном для них направлении. Обычно я могу даже задержаться за дружеской беседой с одним из них, но сегодня был явно не мой день. В одночасье все стало жутко раздражающим: утренняя песня птиц и шум ветра из музыки для души вдруг превратились в назойливую трескотню, а мягкие лучи взошедшего солнца - чертовыми прожекторами, слепящими глаза. Я успела наслать весь свой праведный гнев и возмущение на попадающихся под руку ( а то и под ногу ) прохожих, что посмели возникнуть у меня на пути. Хотя, будь я на их месте - покрутила бы пальцем у виска. Мари не звонила. На ходу я придумывала самые разные варианты развития событий, вплоть до постыдного увольнения и пути вплавь до Америки. По плану сегодня не было съемок, но зато четко были выделены тренировки и подготовка к финальным сценам и некоторым повторным дублям. Они важны, так что за пропуск каждого дня без веской причины был строгий выговор, поэтому я всегда боялась до коликов, что когда-нибудь опоздаю. Мне даже как-то снился сон, что Питер в образе кричит на меня при всем актерском составе, а потом отдает на съедение варгам. Проснулась в холодном поту. Наверное, у меня развивается профзаболевание. Прикинув, что хуже уже не будет, что пока я останусь на этом свете целехонькой, я немного сбросила темп и потрусила к гримерке, где таилась моя толстовка, так мило забытая мною вчера. Помещение встретило меня звенящей тишиной. Стало даже не по себе; вечно кипящий жизнью небольшой зал предстал передо мной опустевшим и бесцветным. Может это и к лучшему - нет лишних вопросов, которые так надоели мне за последнее время, нет назойливых ребят из команды, которые так и норовят уколоть плоской шуткой. Сейчас я была одна, пусть эти несколько минут перед изнурительными упражнениями принесут мне немного покоя в уставшее сознание. Когда я схватила искомую вещь со спинки стула, за дверью послышался настойчиво приближающийся цокот каблучков о кафельный пол, оповещая меня о том, что кто-то спешит нарушить эту приятную тишину.       - Милая! Как хорошо, что я тебя нашла! - как же, просто я первая под руку подвернулась и можно не трудиться искать лакея где-то еще, - Ты в зал идешь к остальным? Эта с виду миловидная женщина тараторила все как одну скороговорку, явно забыв о том, что перед ней обычное смертное существо, которое не способно обрабатывать информацию так быстро. И почему вдруг я стала "милая"?       - Ну, вот и хорошо, - я даже не успела булькнуть что-то в ответ, как мне в и без того занятые руки плюхнулась внушительная кипа из разноцветных папок, - Это Брайану, он ждет их уже пол утра, но я никак не могу поймать его на месте. Ему на шею нужно датчик местонахождения вешать, чтобы люди не мучились. Спасибо-о-о, милая-я-я! Последние слова странная дива выкрикнула уже с того конца коридора, попутно маша мне рукой. Она оставила меня в немом шоке с ворохом непонятных бумаг. Еще теперь и голову ломать, кто этот загадочный Брайан. С такой ношей моя маневренность упала ниже моей самооценки, поэтому пришлось передвигаться неуклюже, но зато с максимальной скоростью. Идти нормально мне не представлялось возможности. Куда было можно я уже опоздала, так что моя совесть снова заснула мертвым сном и явно проснется не скоро. Мои мысли унеслись куда-то в мир грез, где я все еще спала. Но кто бы мог подумать, что мои неудачи будут преследовать меня и сейчас!       - Питер тебя укуси! - отчаянно взвыла я, роняя все свое добро на пол, синхронно выполняя акробатические прыжки на одной ноге. Какой-то луноход, воспользовавшись полным отсутствием моего внимания, отдавил мне ногу своей клешней, которую я вот уже сейчас собираюсь оторвать, - Смотри куда п... Я подняла голову, чтобы разглядеть врага поближе, но это оказалось весьма проблематично, ведь я стояла как важная цапля, согнувшись в три погибели, а мой новый знакомый выпрямился во весь свой внушительный рост. Я задрала голову выше и чуть не завалилась назад, заливаясь в нервном смехе. Я удержала равновесие, но кривую, больше похожую на оскал, усмешку сдержать я не смогла. Человек, который был виноват во всех смертных грехах ( по моим расчетам ), и в том, что сегодня я так бесстыдно проспала - стоял, не шелохнувшись и смотрел на меня глазами, полными неподдельного удивления с долей иронии. К такому жизнь меня не готовила! Что делать? Почему мой интеллект оставляет меня в гордом одиночестве, когда он мне так нужен? Извиниться или убежать с криками? Нет, лучше без криков, а то поймет не правильно. Но сначала стоило бы извиниться! А как обращаться? На "ты" или "вы"? Буду импровизировать!       - Вопиющее хамство! Средь белого дня! - вырвалось у меня вместо положенных "извините, простите, мне пора". Финита ля комедия! Такой склад ума, что хоть сторожа нанимай...       - Я задумался. Извини, - проурчал Пейс расслабленным голосом и лениво присел на корточки. Я так и осталась стоять с открытым ртом, продолжая тупо прожигать окаменевшим взглядом его фигуру.       - Я, я, не... - членораздельная речь тоже решила забыть о моем существовании, выставляя меня определенно самым глупым человеком во всей Новой Зеландии. По крайней мере, мне теперь казалось, что этот человек, доселе не знающий о моем существовании, будет думать именно так. Но вместо насмешливой фразы в духе восходящей звезды, или хотя бы саркастического смешка, он тихо хмыкнул и протянул руку к распластавшимся папкам на полу. Я замерла с каким-то странным выражением лица, выражающим одновременно вселенское негодование, испуг и удивление. Никогда еще не видела его так близко. Да и вообще таким: по-домашнему растрепанным, в тренировочных штанах и растянутом свитере. А лицо и вовсе было каким-то заспанным, будто проснулся только-только. Непослушные пряди спадали на лицо, отбрасывая игривые тени на чуть румяные щеки. Я смотрела непозволительно долго, запоминала каждую деталь в его внешности, потому что я была уверена, что больше мы не пересечемся. Во-первых, и мне стыдно будет, а, во-вторых, не к добру это. От него пахло не дорогими парфюмами, как я раньше себе представляла, что все звезды экрана покупают себе исключительно дорогие вещи, а яблоками и мятой. Приятное тепло разлилось в груди. Мне нравился его запах, он будто притягивал; неожиданно захотелось прикоснуться губами к коже и вдохнуть этот аромат, исходящий от нее, полной грудью, забыться в нем, сойти с ума и больше никогда не приходить в себя.       - Держи, - витание в облаках стало какой-то особой привычкой, что я даже не заметила, как он поднялся и протянул мне аккуратно сложенные папки. Я еле отлепилась взглядом от его изящных запястий, слегла напряженных рук, и длинных пальцев. Для меня было в новинку так запросто стоять рядом с таким человеком, который совсем недавно меня жутко выводил из себя. Вдобавок я чувствовала себя неловко, так и не извинившись, ведь это я чуть не сшибла его с ног. Пусть он и первый ногу мне отдавил. Слова будто в горле застряли, не желая выдавливаться наружу. Я проглотила их, сердце ухнулось куда-то на уровень желудка, а руки предательски тряслись, как у заядлого алкоголика. Я неуправляемой клешней потянулась к заветным вещицам, бегая глазами от его рук до шеи, не в силах взглянуть в лицо. Ведь если я встречусь взглядом с его, то не смогу уже уйти. Случайно задеваю его руку. От кончиков пальцев будто небольшой разряд электрического тока прошелся, даже не могу сравнить это с чем-то другим. Теплая кожа. Это тепло обожгло мою ледяную, заставив расшатанную нервную систему танцевать ламбаду. Я давно не испытывала подобных чувств, наверное, еще со времен моих школьных лет, когда я, будучи черствым сухарем, только начинала бороздить просторы юношеских лет. Я схватила услужливо протянутые мне папки и крякнула "спасибо", точнее слово, отдаленно напоминавшее благодарность. Но он, видимо понял, что я хотела этим сказать и в ироничном жесте поднял правую бровь. Я как пробка из бутылки шампанского вылетела за угол и прислонилась к прохладной стене, сжимая ткань рубашки в области груди. Даже сквозь одежду я чувствовала, как сердце бьется о ребра, так и норовя выскочить из этой клетки, словно вольная птица. Дрожь в руках никак не унималась, а к этому добавились еще и противоречивые чувства,и лютая ненависть к себе. И, черт возьми... Как он так изящно поднимает правую бровь? У меня только левой получается...