Двое для Риты

— Так вот, — разглагольствовал Рон профессорским тоном, — вагинальные оргазмы у девчонок бывают ужасно редко. Только клиторальные. Клиторальные — это такие, которые возникают от стимуляции клитора. Но зато у теток постарше... Малфой снова пробормотал что-то про то, что его тошнит, но у Гарри было ощущение, что хорек с трудом сдерживается, чтобы не начать конспектировать. — Гермиона тебе это прямо сказала? — в изумлении спросил Гарри. Он бы умер, если бы Джинни попробовала прямым текстом... страшное подозрение заставило его похолодеть. — Она дала мне книжку! Чем ты вообще слушаешь! — возмутился Рон. — А про симуляцию оргазмов там что-нибудь было? — спросил Гарри, прислушиваясь к неприятным ощущениям внутри себя. Вероятно, именно так скребут на душе кошки. Малфой омерзительно захихикал. — До тебя только дошло? Такие крики просто не могут быть натуральными! — Хорек! Ты говоришь о моей сестре!!! — Так что там с клитором? — поспешно перевел разговор Малфой. Рон немного побуравил его гневным взглядом, но в конце концов сел обратно. Через два часа они послали Скитер сову. Жребий идти на свидание первым выпал Поттеру. ** — Хватит гонять мою сову! О чем ты так долго переписываешься с этой жужелицей?! — возмутился Малфой ближе к вечеру. Гарри отвязал примотанный к совиной лапке пергамент и помахал им перед носом навязанного ему постояльца. — Зато теперь мы договорились встречаться на моей территории! В ночном клубе «Адовый пушистик». Ясно, хоречек? Вместо того, чтобы начать громогласно возмущаться, Малфой только запыхтел. Гарри отвернулся, чтобы скрыть самодовольную усмешку. — Кто тебя этому научил? Сам бы ты не додумался. — Люпин. Территория — это очень важно. — Ее не пропустит фейс-контроль. Не пройдет по возрасту, — вякнул Малфой. Гарри обернулся и встал в картинную позу: одна рука упирается в бок, вторая, с палочкой, вытянута вперед и чуть вверх. Таким его изобразили на вкладышах к шоколадным лягушкам. — Не пустят со мной? Ты шутишь? Малфой сердито блеснул глазами, но продолжать спор не стал. Гарри вернулся к футболками, разложенным на диване. С нижней частью наряда вопрос решился просто — он надел свои единственные джинсы. Кроме них, у него были только брюки от школьной формы. — Малфой, — позвал он. И, указывая пальцем, спросил, — как думаешь? Эта в блестках и все такая клубная, но я в ней позавчера спал. Ту надевал только раз, совсем чистая. А та, Джинни говорила, подчеркивает цвет моих глаз... но я ее носил всю неделю... — Надевай наименее вонючую, — пожал плечами Малфой. — Хищнику главное — не отпугнуть жертву запахом. Перенюхав футболки, Поттер остановился на той, что с блестками. Заодно вспомнил, что Скитер любит все яркое. Его охватил тревожный азарт. Он положил в карман присланную Роном "стояк-настойку" и геройски выдвинул челюсть. Джинни еще пожалеет, что симулировала оргазмы! — Не забудь сказать, что без ума от ее помады! — крикнул Малфой из своей комнаты, когда Гарри стоял в мантии, готовясь аппарировать. — Зачем это? — проорал он в ответ. — А потом скажешь, что хочешь попробовать на вкус, и полезешь целоваться! — завопил Малфой, явно делясь старой наработкой. Когда хорек пытался кричать громче, его голос начинал звучать визгливо. Гарри закатил глаза, чего никто все равно не увидел, и аппарировал к «Адовому пушистику». Вывеска полыхала кроваво-красным. Вход, изображающий из себя пасть неведомого чудовища (вероятно, того самого пушистика-мутанта), медленно заглатывал разряженную очередь из молодых магов и ведьмочек. Гарри накинул на голову капюшон, надеясь, что Рита обнаружится раньше, чем его успеют опознать поклонники. ** Люпин явно знал, что делал, когда говорил о "своей территории". Все шло, как по маслу. Через два часа Скитер допивала пятый коктейль и рассеяно гладила Гарри по руке. Разноцветные пятна света меняли ее лицо в такт оглушительно громкой музыке. После того, как акула пера хриплым голосом предложила переместиться в более тихое место для того, чтобы Гарри мог ответить ей на «вопросы, интересующие наших читателей», Поттер извинился и вышел в туалет. Там он выпил из горла пол-флакона чудодейственной настойки, и прислушался к ощущениям. Стояка пока не было, но куражу заметно прибавилось. — Отвечу, — бормотал он, пробираясь сквозь юную потную толпу к столику, где в переливах света, делавшего ее похожей на дорогостоящее изделие из шкуры радужного крокодила, застыла скандальная журналистка. — На все вопросы отвечу. Мне бы только клитор найти!