You and I

Jeff Buckley - You&I

Мерцающий свет в полутемной комнате. Он исходит от разноцветных свечей, расставленных по всем поверхностям спальни. В углу на столике подставка с ароматическими палочками, источающими одурманивающий аромат розмарина и мирты. Легкая музыка плывет по пространству. Кажется, она заполняет комнату из всех углов. Это тонкое звучание каких-то потусторонних элементов – возможно, это бамбуковый вартан или бало, а может быть и то, и другое. Но мой слух отчетливо улавливает еще и скрипку. Комната тонет в этой мистике, созданной музыкой, ароматами и свечами. Но также она заполнена нами с тобой. Нашим интимным моментом, самым сокровенным, похожим на сакральное действо. Только ты и я. You and I. Ah, the calm below that poisoned river wild, You and I. И спокойствие, покоящееся на водах тихой отравленной реки, потому что я отравлен тобой. Но знаешь, я же совершенно не против. Тени танцуют на стенах, играют с хрупкими линиями, заламывают их и прерываются, чтобы снова начать движение. В их танце разгадываются и наши с тобой движения. Tears that dry on a rude awakened child. Where you look down I've walked before, burning holes With eyes of liquid brown Наши пальцы соприкасаются, переплетаются и тоже образуют причудливые тени на светлых стенах. Они походят на фантастические рисунки из твоих альбомов. Я чувствую нежность. Я чувствую магию, разливающуюся от того места, где наши пальцы сплетены. Она пульсирует и струится по моему телу, полностью подчиняет мою далеко не слабую волю. Возможно, я даже ощущаю слезы, что проступают на моих глазах, но я скрываю их, чтобы не разбудить в тебе волнение, как мать тихонько ходит на цыпочках вокруг колыбели ребенка, чтобы не потревожить его. И я не хочу тревожить тебя, чтобы не нарушить этой магии. Ты не смотришь на меня, совсем как тогда, когда я проходил мимо, прожигая пустоты в тебе своими глазами жидкого коричневого цвета. Мне приходится немного двинуться вперед, чтобы слегка коснуться твоего подбородка и приподнять твое лицо. Твои глаза блестят, я полагаю, что сей момент и для тебя не менее мистичен. If we had only known, in a way We wouldn't reach this ground. You were my only home, silver eyes. I want to see you shine. Если бы мы только знали более короткий путь, то никогда не достигли бы этого уровня. Не существовало бы сейчас тебя и меня. Таких, какими мы стали. Я долго бродил по этой земле, чтобы только понять, что мой дом – это ты, мои сияющие серебром глаза. И я желаю видеть это сияние вечно. Время застывает, пространство статично, даже ветер прекращает шевелить шелковые шторы, словно с страхе побеспокоить наше уединение. Наши руки все еще тесно переплетены, а тела продолжают балансировать в густом неподвижном пространстве спальни. Танец теней от свечей оживает, они медленно окутывают нас своими длинными лентами. И что-то внутри них поблескивает маленькими звездочками цвета зелени и ультрамарина. Я делаю еще шаг, но это ничтожно мало в отношении нашей Вселенной. Ты не движешься, потому что чего-то ждешь, а может, боишься потерять эту нить. Но ты не должен. Она навсегда связала нас, настолько тесно, что даже физические расстояния не в силах порвать ее. And we will fell the weight Fall away from us in time Searching our past for the true You and I, you and I, you and I, All for you. Я только сейчас понимаю, что мы молчим. Ни слова не слетает с наших уст, делая всю ситуацию еще более нереальной. Проснуться и снова ощутить пустоту от того, что тебя нет рядом. Хотя боль, через которую мы прошли, делает все существующим. Об этом кричат тоненькие шрамы на твоих руках, словно серебряная канва опутывает твои хрупкие запястья. Об этом кричат мои шрамы на сердце, которые будто алые борозды исчерчивают его, иногда все еще кровоточа. Реальным делает этот миг тяжесть всей нашей жизни на наших плечах, но она спадет со временем нашего полного поглощения друг другом. Отыскать наше прошлое для познания правды, для открытия истинных ценностей. Только твоих и моих. Только ты и я. Ты и я. И все это для тебя. - Джи… - невольно срывается с моих губ, и шепот звучит так резко и грубо, будто понукание к действию. Ты вздрагиваешь, как и тогда, от грубых слов, потоком льющихся на тебя. Я не хочу, чтобы ты боялся, милый. Я не хочу, чтобы вспоминал тернистую дорогу к счастью, что сейчас так близко. Where you think you'll fall, I adore you. Where you shut your soul, I will open for you. И когда ты снова подумаешь, что падаешь, я просто скажу, что обожаю тебя. И когда ты снова закроешь свою душу, я открою свою для тебя. Время все еще статично. Будто сквозь толстый слой ваты доносится звон часов. Этот бой звучит чересчур реально для нас с тобой. Ты все еще не шевелишься, словно хрустальная статуэтка, как будто малейшее движение разрушит тебя. И тонкий материал даст трещины, нарушая целостность твоего существа. Мне не нужно это, поэтому я подхожу ближе, замечая, как неуверенность исчезает из твоих глаз-омутов. Наши левые руки так же крепко переплетены, а второй рукой я медленно скольжу по твоим обсидиановым волосам, спускаясь ниже – по уху, шее, обнаженной ключице, исследуя каждый миллиметр твоего тела, в неловкости замирая, когда касаюсь груди, там, где бьется твое живое сердце. Оно стучит так сильно и громко, и его пульс передается мне, опьяняя еще сильнее, усиливая магию, что между нами. If we had only known, in a way We'd never reach this ground И если бы мы только знали краткий путь, то никогда не достигли бы этого уровня, милый. Твоя вторая рука так осторожно повторяет мои движения, как в зеркале. Так же замирает на моем сердце, твои тонкие пальцы проникают сквозь кожу и касаются шрамов на моем сердце, исцеляя, оживляя. Оно больше не кровоточит, как жаль, что я не могу сделать того же с твоими серебряными шрамами на руках. Музыка оканчивается и опять начинается, по кругу. А время все еще в мертвой петле. Запах благовоний становится сильнее, легкой дымкой просачивается в сознание, околдовывая еще больше. Мне приходится разорвать наши руки, чтобы обнять тебя свободной рукой, потому что другая все еще на твоем сердце, впитывает его биение. Я невесомо обнимаю тебя, размещая горячую ладонь на твоей пояснице, легко провожу по ней, то опускаясь чуть ниже, то поднимаясь выше. Замираю, напоследок пробегаюсь пальцами по выступающим ребрам. Твои плети-руки обхватывают меня вместе с приапической дрожью, которая электрическими разрядами проходит сквозь мое тело. Твои сухие огненные губы едва заметно прикасаются к моей шее. Я зарываюсь носом в твои волосы, пахнущие миндалем и весной. И сам ты – мальчик-весна, такой же чистый и невинный. Прижимаю к себе крепче, сгорая от желания просочиться сквозь твою мягкую нежную кожу, которая скрыта под тонкой тканью футболки. Эта материя такая ненужная. И она соскальзывает с легким шорохом, опускается на пол к ногам, вслед за ней падают твои джинсы. Мои пальцы снова начинают исследовать твое хрупкое тело, открывая все новые и новые тайны. Ты закрываешь глаза, ресницы трепещут, а карминные губы приоткрыты, чтобы впитывать воздух, пропитанный музыкой и ароматами мирты и розмарина. Это сумасшествие не заканчивается, бархатная кожа горит под моими прикосновениями, я целую каждый серебряный шрам на твоих руках, к сожалению, не в состоянии избавить тебя от них, как ты избавляешь меня от моих душевных. Мне для этого просто нужен ты рядом, милый. I'll know, silver eyes. I can see us shine. Я знаю, мои сияющие глаза, ты простил меня за них, но я не могу простить сам себя. Когда-то я был слепым и безумным, не замечал тебя. Но теперь я словно прозревший и вижу твое сияние в дымке этой комнаты, в тягучем пространстве, обнаженными душой и телом. Я опять переплетаю наши пальцы и соединяю губы в долгожданном поцелуе, настолько долгожданном, что теперь моя голова кружится от того, что чаша переполнена. Ожидание прекрасно, когда в конце пути ты получаешь награду, даже если пришлось бороться за нее. Но ты не приз, ты - мое чудо. Мягко опускаюсь вместе с тобой на пушистый ковер, который с радостью принимает нас в свои объятия, а губы все так же соединены в поцелуе, несмотря на то, что в легких покалывает от недостатка кислорода. Магия продолжается. Она была заключена, как старая тайна, в тебе и мне, и только объединившись, может освободиться. Идеальное сочетание теней на стенах и живых тел людей. Каждое движение осторожное, будто ищущее; каждый поцелуй жаждущий, как жизнь. Плавный переход из этой реальности в созданный мир, в сказку, где только ты и я. I said, we will fell the weight Fall away from us in time Я говорил, мы ощущаем тяжесть всей нашей жизни, но она спадает с наших плеч, когда твои желанные мной губы сладко целуют меня, а твои пальцы оставляют воздушные касания по всему телу. Боль и страх уходят, когда я так судорожно сжимаю твои бедра, но не настолько сильно, чтобы оставить новые отметины, хватит нам и прежних шрамов и синяков. Searching our past for a true You and I, you and I, you and I, All for you. Поиски нашего прошлого делает возможным осознание правды, что ты для меня, а я - для тебя. И никогда не стоило этого отрицать. И приносить боль. Друг другу. Теперь я тоже болен, но тобой. Одержим, но спокоен. Безнадежно влюблен... Я пью сладость с твоих губ, жадно зацеловывая все существо, схожу с ума от страстной нежности, постигая тайны, что скрыты от слепых и безумных. Твой голос как мантра. Каждый стон вводит в транс, а выхода из него я уже не вижу. Меня это волнует? Нет. Тону и растворяюсь в каждой секунде, не желая, чтобы этот сакральный момент, в котором только ты и я, заканчивался. Ну, разве еще и тени от мерцающих свечей, а некоторые из них погасли, скромно пролив восковые слезы, или просто не хотели нарушать интимность нашего момента, в котором только ты и я. Но даже если время единения так быстротечно, это не пугает меня. Оно повторится, но с каждым разом будет раскрыто все больше тайн. И все для тебя.