Последствия маскарада

      Королю-под-Горой не пришлось тратить много времени на то, чтобы найти Взломщика. Завернув за очередной поворот, что вел к покоям хоббита, Торин остановился, удивившись тому, что чем-то чересчур увлеченный полурослик не заметил приближения гнома. Это было тем более удивительно, что хоббиты вообще отличаются острым слухом и чуткостью, а уж в купе с громкой поступью подгорного жителя, эхом отдающейся от стен полупустых коридоров, странно, что Бильбо до сих пор не обнаружил подкравшегося со спины монарха.       Мистер Бэггинс стоял посреди коридора поближе к освещавшему проход кованному фонарю и внимательно вчитывался в какой-то мятый потрепанный листок. Вид у полурослика при этом был такой сосредоточенный и серьезный, что Его Величество поневоле заинтересовался, что же так увлекло маленького вора.       - Что это у вас? – достаточно громко поинтересовался гном, привлекая внимание потенциального собеседника. Вопрос короля словно громом прозвучал в ушах почтенного сквайра. Хоббит подпрыгнул от неожиданности, чуть не выронив из рук листок и, резво развернувшись к стоявшему за его спиной королю, уставился на монарха расширившимися от испуга глазами.       - Н-ничего, - заикаясь, ответил Бильбо, поспешно складывая список по затертым линиям и пихая его в карман. Руки Взломщика дрожали, и он никак не мог засунуть злосчастный листок в карман, а Торин, между тем, не сводил с собеседника лукавого взгляда. Его забавлял растерянный вид мистера Бэггинса, его огромные блестящие глаза, в которых плескался страх быть разоблаченным.       Король-под-Горой ощутил, как стало легче от осознания того, что этот малыш не испугался произошедшего на маскараде, а стал выяснять правду. Хотя, радость короля немного омрачал тот факт, что хоббит подозревал всех своих друзей. А с другой стороны, чего он ждал? Всегда подчеркнуто вежливый и даже иногда слишком уж суровый с маленьким сквайром. Хорошо еще, что он не сбежал из Эребора на следующий день после памятного пира. Уже это давало Торину надежду на благополучный исход его не слишком продуманной авантюры. Это и память о мягких, податливых губах полурослика убедили Его Величество идти до конца. Он понял, что настал момент истины. Как бы там ни было, сегодня хоббит должен был узнать об особом отношении своего короля.       - Покажите! – потребовал монарх и протянул руку. В глазах Торина горело любопытство. Ему хотелось узнать, какие еще тайны хранит Взломщик от своего повелителя.       - Торин, это не важно. Не надо, - жалобно пробормотал хоббит, в упор глядя на короля и надеясь, что узбад сжалится над своим подданным. Ему все же удалось каким-то чудом запихнуть листок в карман сюртучка и теперь вовсе не хотелось вынимать его обратно, тем более, представлять вниманию монарха.       - Я жду, мастер Бэггинс - повторил Его Величество, нахмурившись для пущего эффекта.       Полурослик вздохнул, вынул из-за пазухи список и дрожащими руками подал его гному.       Торин хмыкнул, заметив, как трясутся руки его вора.       - Я настолько сильно пугаю Вас? – осведомился монарх, нарочито медленно разворачивая листок. Гном не сводил взгляда с нервно переминающегося с ноги на ногу хоббита.       - Н-нет, - отрицательно мотнул головой Бильбо. Он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, стараясь проделывать это как можно незаметнее. Хоббит надеялся таким образом хоть немного унять не утихающую дрожь и успокоить колотящееся сердце.       Усилия полурослика не увенчались успехом. Зато Торин явно заметил состояние мистера Бэггинса и по старой доброй привычке не упустил возможности прокомментировать увиденное.       - Тогда почему вы дрожите так, словно перед Вами сам воскресший Смауг?       - Я не… - попытался ответить Бильбо, но как раз в этот момент король развернул листок и увидел заветный список.       Как только глаза монарха опустились на лист, который он держал в руках, Взломщик не сдержал разочарованного вздоха. Конечно, ничего иного ждать не приходилось, однако он до последнего надеялся на какое-то невозможное чудо.       - Это еще что? – проворчал Торин, поднимая удивленный взгляд на хоббита. Вот уж чего он не ожидал увидеть, так это список всех своих товарищей с кучей пометок и изменений.       - Ничего, я только хотел… это не то что… я всего лишь… - залепетал полурослик отчаянно краснея и лихорадочно соображая, что бы придумать, чтобы выглядело правдоподобно. В голову ничего не приходило.       - Мистер Бэггинс, у вас какие-то проблемы? - спросил узбад, не дожидаясь, пока Бильбо придумает хоть какое-то объяснение.       - Н-нет, - пробормотал мастер-вор понимая, что абсолютно ничего не может придумать в свое оправдание.       - Тогда почему вы так странно себя ведете? - угрожающе надвинувшись на полурослика, поинтересовался гном.       - К-как странно? - не понимающе переспросил Бильбо. Он пребывал в таком смятении, что единственное, что еще мог из себя выдавить, это такие вот бестолковые вопросы, которые, к его собственному удивлению, не приводили короля в бешенство.       Если бы хоббит не был так напуган своим провалом, он бы заметил, что вся строгость монарха не более чем игра. На деле, Торин едва сдерживал довольную улыбку.       - Друзья рассказали мне о ваших проделках. Я не придал этому большого значения, решив, что они преувеличивают. Но это, - он поднял злосчастный список и развернул его к хоббиту так, что тот мог четко видеть и перечеркнутые имена друзей, и подчеркнутое имя Фили, и обведенное ровным жирным овалом имя самого Торина. Я честно сказать, не знаю, что происходит, и не понимаю, что вас толкает на подобные выходки. Именно поэтому я жду объяснений, - проворчал король, стараясь остаться серьезным.       - Я ищу кое-кого, - машинально пробормотал Взломщик чуть слышно.       - Что? - переспросил не расслышавший гном.       Бильбо вдруг почувствовал себя таким несчастным и одиноким. Последний разговор с монархом дал ему надежду на нечто большее, чем было до сих пор. Как оказалось, надежда была ложной.       «Если бы это был он, если бы что-то чувствовал ко мне, то сейчас не выяснял бы что это за список и почему я странно веду себя. Как же я так ошибся?», - с горечью подумал Бильбо. Он винил себя за то, что позволил надеяться на что-то, чего никогда не было и не могло быть. Король всегда был для хоббита недосягаемой звездой. Самой любимой и яркой. Он должен был просто быть рядом и радоваться тому, что может каждый день купаться в сиянии этой звезды. Он же пожелал чего-то еще. Вряд ли Торин сможет понять его.       Взломщик украдкой взглянул на своего короля и, ему вдруг показалось, увидел в глазах узбада не злость и недовольство, а самую настоящую нежность. Лицо монарха всего на мгновение озарила едва заметная улыбка, которую он не смог сдержать, но и этого хватило, чтобы мистер Бэггинс решился на последний отчаянный шаг.       Набрав в грудь побольше воздуха, полурослик поднял на короля решительный взгляд и громко и четко попросил:       - Поцелуй меня.       Гном замер, удивленно глядя на собеседника и не зная, радоваться ему, что хоббит позволил себе быть настолько откровенным с ним или огорчаться тому, что полурослик добрался до него в последнюю очередь.       Мистер Бэггинс выпалил просьбу и замер, ощущая, как будто закачалась под ногами земля. В голове его шумело, сердце неистово колотилось в груди, а живот, казалось, завязался тугим узлом. В момент, когда Торин упомянул о его последних приключениях, Бильбо почувствовал, что все кончено. В голосе короля было столько обиды и раздражения, что хоббит решил, что хуже уже быть не может. В самом деле, не убьет же его узбад голыми руками? В крайнем случае, выгонит из Эребора. Все равно все его друзья будут сторониться его. Не зря ведь они даже до Торина дошли, чтобы поделиться своими опасениями относительно своего товарища. Какая теперь спокойная жизнь в Горе? Так хотя бы, он будет знать правду.       Когда же Торин замер, с любопытством и каким-то непонятным блеском в глазах разглядывая полурослика, Взломщик понял что ошибся. Выдержать взгляд короля оказалось намного сложнее, и хоббит уже собирался позорно сбежать куда подальше, не обращая внимания ни на возможные окрики монарха, ни на опасность быть пойманным и получить сполна за свои проделки, как Его Величество, наконец, заговорил как-то слишком спокойно и тихо.       - Так значит, вот о чем говорили мои товарищи. И многие удостоились столь… особой просьбы? – поинтересовался гном, умело маскируя так некстати накатившую ревность за деланным обыденным любопытством.       - Нет-нет, - поспешил зачем-то оправдаться Бильбо, чувствуя, как к щекам приливает краска. Не смотря ни на что, хоббит не хотел, чтобы король думал, будто полурослику все равно, кто его будет целовать. Пусть даже и выглядело его оправдание совершено бесполезным и глупым. - Это не... я никому больше... то есть, я не просил, чтобы меня кто-то...       Договорить Взломщик не успел. Король подошел к нему настолько близко, что у бедного хоббита перехватило дыхание от неожиданности и близости гнома.       Узбад протянул руку и коснулся подбородка Взломщика, знакомым жестом вынуждая того понять голову и посмотреть на него. Сердце Бильбо пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой.       Торин словно нарочно в точности повторял все свои действия. Он чуть наклонился и осторожно коснулся губ полурослика. Взломщик не смог сдержать едва слышного стона, когда король мягко провел языком по его послушно приоткрывшимся губам и тут же углубил поцелуй, проникая языком в рот хоббита. У мистера Бэггинса словно земля из под ног ушла, когда рука гнома оказалась на его затылке. Гном притянул Бильбо к себе и обхватил свободной рукой за талию, теснее прижимая к себе. Взломщик тихонько застонал и неумело ответил на ласку, повторив движения языка короля. Мастер-вор приподнялся на цыпочки и обвил руками шею гнома, почти повиснув на нем. Торин будто только этого и ждал, становясь настойчивее. Горячие губы подгорного владыки ласкали податливые уста хоббита, язык короля удивительно чувственно нежил его собственный, а рука его с затылка как-то слишком быстро переместилась на область пониже поясницы, заставляя забыть о том, что они были далеко не в самом укромном месте Эребора.       Прижавшись к гному насколько это было возможно, Бильбо почувствовал, как сильно и быстро бьется сердце в груди Короля-под-Горой и ощутил, как по телу прокатилась волна мурашек. Объятия Торина были настолько крепкими, а поцелуй таким долгим, что хоббиту начинало не хватать воздуха, но он и не пытался отстраниться. Это было выше его сил. Он только теснее прижимался к гному, отвечая на столь желанную ласку и позволяя себе забыть обо всем на свете.       - Так это все-таки был ты, - смущенно пробормотал Бильбо, когда король с довольной улыбкой ослабил объятия, позволяя полурослику вздохнуть.       - Были сомнения? - осведомился Торин, все еще удерживая Взломщика за талию. Его Величество больше не хмурился, думая о том, что мастер-вор подозревал кого-то еще. Уж слишком нравилась узбаду реакция мистера Бэггинса. Да и честные, безумно влюбленные глаза хоббита не могли лгать. Он любил своего короля, который был настолько слеп, что не заметил этого раньше.       - Без капюшона тебе лучше, - засмеялся Бильбо.       Король-под-Горой не удержался от ласковой улыбки, обращенной к хоббиту. Получив в ответ такую же счастливую улыбку, озарившую мордашку полурослика, гном не медля притянул Бильбо к себе и, проведя ладонью по его розоватой от смущения и удовольствия щеке, снова приник поцелуем к мягким губам.       А чуть в стороне, за одной из колонн облегченно выдохнул старший принц. Он наблюдал за целующейся парочкой с нескрываемой радостью. То, что дядя, наконец, обрел свое счастье, радовало Фили не меньше, чем тот факт, что полурослик вовсе не покушался на королевского племянника.       Молодой гном улыбнулся, еще раз взглянул на счастливую парочку и осторожно, стараясь не потревожить их, помчался порадовать и успокоить остальных.