don't play with fire

***

В банкетном зале семейного поместья О’Ши-Хэйс царила неловкая тишина. Граф и глава семейства уже исчерпал все темы для разговора, да и его собеседники явно не горели желанием поддерживать беседу даже из вежливости. В конце концов, Бирн Лайонс* был не из тех, чьим обществом можно спокойно пренебрегать. Он и его сын, Уилан*, были представителями очень древнего и почтенного рода волшебников, широко известного в магических кругах Северной Ирландии. Уилан, высокий широкоплечий парень с голубыми глазами устало ковырял овощи в своей тарелке, всем свои видом показывая, что он хочет находиться где угодно, но не здесь. Было видно, что отец оторвал его от компании таких же друзей-лоботрясов, которым только дай волю, и в порыве своего веселья они разнесут все на своем пути. Глядя на эту цветущую молодость, которая буквально задыхалась под гнетом обычаев и традиций, граф Алаоис О’Ши-Хэйс*, хозяин поместья и представитель ни чуть не менее древнего и уважаемого рода волшебников-анимагов, вспомнил свою дочь, единственную наследницу и отраду глаз, которую он очень сильно любил и, наверное, именно поэтому она выросла такой избалованной детиной** . Да, его дитятко было не так просто заставить отдать дань традициям, ведь она опаздывала уже почти на час. При этой мысли легкая улыбка пропала с его лица, уголки губ опустились, от этого его красивое лицо помрачнело, а сам он будто постарел лет на двадцать: под глазами легли серые тени, а морщины будто стали глубже и заметнее. - Я оставлю вас ненадолго, друзья мои, - нарушил тишину низкий голос хозяина поместья, - ни в чем себе не отказывайте, я скоро вернусь. И с этими словами он вышел из залы, оставив своих долгожданных гостей в компании блюд, фужеров и невидимой прислуги – домашних эльфов, готовых подать-поднести все, что угодно, но без нужды не мозоливших глаза. Алаоис О’Ши-Хэйс быстрыми шагами направлялся в покои своей дочери. Конечно, он мог отправить за ней кого угодно, но его терпение было на пределе, и он собирался лично сопроводить её в зал. С шумом распахнув нужную дверь, граф ворвался в комнату, но на кровати сидела только нянечка и швея, которые тут же подскочили, обеспокоенные таким резким появлением хозяина поместья. Повисла звенящая тишина, которую нарушила няня: - Ну, как она? Не шалит? - Как вам её платье, Господин? Понравилось? А гости по этому поводу что-нибудь сказали? – прокряхтела старая швея своим скрипучим голосом. Она была почти слепа по своей старости, но ремеслом владела отменно, а магия отлично помогала ей в этом. Наряды у неё получались действительно волшебные. Старый маг тяжело вздохнул и вышел из комнаты, оставив двух пожилых женщин в полном непонимании. Теперь он прекрасно осознал: его дочь вышла из комнаты, но не дошла до зала. И он прекрасно знал, где её искать.

*~*~*

Черноволосая девушка сидела ,оперевшись на могильный камень, и ласково поглаживала гравюру, которая гласила:

"Риган О’Ши-Хэйс Любящая мать и верная жена".

Её лицо не выражало никаких эмоций, и в полумраке рощи она вполне могла зайти за надгробную статую могильного ангела, если бы едва заметные движения руки не выдавали то, что девушка все-таки живая. За спиной послышался шелест сухих листьев, и в следующее мгновение широкая ладонь легла на хрупкое девичье плечо. - Куинн Риган О‘Ши-Хэйс*! Как ты посмела ослушаться меня?! – голос её отца звучал подобно раскатам грома, отражаясь эхом от надгробий фамильного кладбища. Куинн подняла свои темно-карие глаза на отца, но не увидела на его лице и намека на злость. Отец кричал, но не сердился на дочь, он всегда так делал, его усталый взгляд темно-коричневых глаз, которые так же достались его дочери, всегда был наполнен заботой и сожалением. Да, именно сожалением, пусть Алаоис О’Ши-Хэйс был одним из самых уважаемых темных анимагов в волшебном мире, одно его имя открывало перед ним тысячи дверей и миллион возможностей, которые большинству даже и не снились. Но он никогда не считал себя хорошим отцом. - Куинн, ты понимаешь, что тебе почти четырнадцать, а это значит, что тебе пора найти будущего мужа, такова традиция! Я познакомился с твоей матерью в день моего четырнадцатилетния… - Я бы тоже, - перебил его печальный голос дочери, - хотела бы встретить её в день четырнадцатилетия. Куинн уткнулась лицом в колени, но не проронила ни одной скупой слезы. Теперь она точно была похожа на изваяние, только холодный северный ветер трепал её черные прямые волосы и шелестел складками платья. - Пойдем, хватит сидеть на камнях – простынешь. Будешь сопливой как маггл, а я не буду тебя лечить с помощью магии. Нет. – Последние слова он произнес как можно более весело, чтобы увидеть хоть тень улыбки на лице дочери. Да уж, увидел бы его кто сейчас – никогда бы не поверил своим глазам: один из самых влиятельных магов в мире устраивает клоунаду и театр одного актера одновременно. - Спасибо, пап, - Куинн подняла на отца глаза, - но я не хочу замуж. Она поднялась, одернула пепельно-розовое струящееся платье и с явно недовольным видом поправила волосы, которые черным водопадом струились с её плеч, практически доставая до поясницы. - Глупая, - отец подошёл и обнял своё неразумное дитя за плечи, - это всего лишь дань традициям, вы будете помолвлены, но если ты в итоге не захочешь выходить замуж за сына старика Лайонса, то так тому и быть. Неужели ты думаешь, что я дам в обиду свою единственную и любимую дочь. Пока это все – формальности. Девушка все равно не выглядела шибко довольной, но делать нечего. - Ты же знаешь, что я все равно сделаю так, что он сам на меня даже не взглянет. С этими словами юная графиня Куинн Риган, единственная наследница древнего рода темных магов династии О‘Ши-Хэйс, развернулась и решительным шагом направилась к поместью. Отец проводил её печальным взглядом: - Вот глупый ребенок, пошла пешком… Эх, ей ещё многое надо понять в этой жизни, – и, бросив прощальный взгляд на могилу своей единственной и горячо любимой жены, маг трансгрессировал обратно в особняк.

*~*~*

Но когда маг вошел в зал, там не было никого кроме домашних эльфов, которые убирали со стола. - Что здесь происходит? – гневно спросил Алаоис. Один из эльфов в красном камзольчике, засеменил и через мгновение оказался рядом с хозяином поместья. - Добрый вечер, Господин. Господа-гости решили удалиться, они покинули нас несколько минут назад. Через пару минут в зал вошла Куинн, которая просто светилась от счастья, она вовсе не собиралась торопиться, давая возможность гостям покинуть их поместье, и именно поэтому не пожелала транстрессировать. Хотя, гости управились и без неё. - О, ужин! – радостно подпрыгнула юная «леди», но отец пресек её веселье. - Иди к себе в комнату, ты наказана, на этот раз все зашло слишком далеко! – ледяным тоном произнес темный маг. - Но… - начала было девушка. - Никаких «но», - грозно произнес отец, чеканя каждое слово. Зал буквально наполнился тяжёлой аурой, и у Куинн пропало всякое желание спорить. Она ещё никогда не видела отца таким и порой забывала, что он – могущественный темный маг. И хотя её умения и осведомленность в магических науках были очень впечатляющими для её возраста, а потенциал буквально неограничен, рядом со свои отцом девушка ощутила себя беспомощным щенком, которого могут просто расплющить в любую секунду. - ИДИ. В. СВОЮ. КОМНАТУ. – Проговорил граф, но это был не его голос, а какой-то утробный рык, его дочь прекрасно поняла, что происходит и постаралась сохранить спокойствие. Эльф исчезли, будто их никогда тут и не было, время будто замедлилось, а воздух стал густым и тяжелым. Девушка посмотрела в глаза отца, которые буквально пылали от ярости: радужка глаза переливалась всеми цветами пламени, и это не сулило ничего хорошего: если отец настолько рассвирепел, что не может контролировать собственное обращение, то лучше уйти как можно скорее. Куинн уважительно поклонилась отцу и вышла из зала. Как только их с отцом разделила тяжелая резная дверь, она со всех ног кинулась в свою комнату, напрочь забыв о трансгрессии.