Я всего лишь хотел спросить дорогу

***

      Этот дурацкий турнир успел плотно засесть в печёнках. Только и разговоров о блестящих способностях, которые поощряются крепким рукопожатием и сердечной благодарностью. Если бы это ещё как-то помогало с учёбой, то Шикамару был бы искренне рад. Но нет — участие в турнире только занимает время от подготовки очередного задания к семинару. Вот и сейчас, притаившись в пустой библиотеке, вдалеке ото всех и вся, Нара понимает, что совершенно не успевает прикрепить задание в срок. По-хорошему, ему не помешали бы пара-тройка часов, которые и забрал турнир. А попытаться оправдаться участием, значит навлечь на себя двойной объём и очередную несдачу.       Рука так и тянулась опустить крышку ноутбука, выйти на улицу и перекурить, а после — пойти спать. И плевать, что профессор устроит публичное порицание. Плевать, что накинет ещё заданий. Ему нужен сон. А ещё время, чтобы обдумать случившееся буквально на днях. Вопросов было столько, что голова не могла вместить всех деталей. Особенно выделялось поведение Ино после, казалось бы, вполне очевидной реакции его организма. И снова детали ускользали от понимания. Нара что-то упускал. Что-то очень важное. Но нужно время и больше деталей. Может, он акцентирует внимание не на том?       Ну, например, почему сейчас он думает про Ино, когда стоит обратить куда больше внимания на Темари. Её поцелуй и хлёсткая пощёчина не складывались в единую логичную картину. Одно противоречило другому. И что это значит, Шикамару не знал. То ли она хотела отомстить ему за Ино, вместе с тем дав понять, что заинтересована в чём-то большем, то ли она снова играла в свою игру, дразня его, издеваясь. Разговор мог бы расставить всё на свои места. Но встретиться с ней так и не удалось. Звонки остались без ответа. Как и короткое сообщение. Может, не стоило писать, что это именно он? Но, с другой стороны, с чего бы Темари его избегать? Что за глупости?       Будильник назойливо прозвенел прямо над ухом, отдаваясь эхом по всей библиотеке. Это означает, что срок для сдачи задания прошёл. И теперь на нём висит очередной долг, а также пара дополнительных заданий. А ещё то, что библиотека закрывается. И если он не поторопится, то сможет выйти только утром. В очередной раз окрестив свои проблемы «той ещё морокой», Нара собрал вещи и покинул зал. Возвращаться в комнату не было никакого желания. Скорее всего, там сейчас намечается уже привычный раунд по красноречию между Наруто и новым соседом, где за безопасность и соблюдение правил приличия отвечает Чоуджи. Тяжело вздыхая, Шикамару взял телефон и посмотрел на экран, где по-прежнему красовалось непрочитанное Темари сообщение. — «И чего я жду? Что она пригласит меня к себе на «чашечку чая»? Было бы неплохо, конечно. Хотя, о чём я вообще? Как-будто я знаю, что нужно делать.»       О своей неопытности Нара никогда не сокрушался. Ведь не считал это чем-то действительно важным и нужным для жизни. Многое в таких делах получается само собой, а умения — приходят с опытом. Но сейчас отсутствие практики било по самооценке. И как никогда ощущалась потребность в её приобретении. Куча соответствующего контента, просмотренного в своё время чисто из природного любопытства, не приносила должного понимания. В конце концов, это постановочные сцены, красивая картинка, и не более того. К тому же, насколько Нара слышал, в реальной жизни всё происходит иначе. Порой это даже близко не похоже на увиденное.       Наверное, на это не стоило так реагировать, а попытаться взять себя в руки, совсем не тем способом, как это происходит обычно в душе. Но фантазия упорно не хотела успокаиваться, подбрасывая всё более сочные и пошлые образы, заставляя тратить на утренние водные процедуры куда больше времени. Особенно после её поцелуя. Воспоминание сводило с ума, а сны развивали события, превращая пощёчину в жаркое продолжение. — «Сейчас не время для этого. И вообще, это совсем не то, о чём я должен думать.»       Шумно затянувшись, Шикамару поёжился. Ощутимо похолодало. Мысль о куртке откинулась тут же, стоило вспомнить о представлении в комнате. Наверняка Чоуджи уже разнимает неугомонных и грозит страшной карой за непослушание. И подтверждение этих слов само явилось перед Нарой — Наруто, застёгивая куртку, вышел из корпуса и, заметив его, ускорил шаг. — Вот увидишь, настанет день, и я ему втащу, — в сердцах сказал Узумаки, махая кулаком. — Только убедись, что Чоуджи будет рядом, — еле сдержав ухмылку, отозвался Шикамару, вновь затягиваясь. — Ты думаешь, я сам с ним не справлюсь? — Ты точно хочешь услышать ответ? — недовольные кряхтения и долгое молчание со стороны друга были лучшим ответом. — Не цепляйся ты к нему. А ещё лучше — игнорируй. Глядишь, он и потеряет интерес. — У тебя на все случаи жизни одна и так же схема? — усмешка друга привела Нару в смятение. — Какая схема? — Брось. Будто не понимаешь, о чём я, — ухмылка всё больше расплывалась по хитрому лицу. — Нет.       Разумеется, Шикамару понимал, на что намекает Наруто. Но признавать это совершенно не хотелось. Тем более, их маленький конфликт всё ещё не был исчерпан. После торгового центр Узумаки завалил вопросами, в красках описывая, как же сильно бесилась Ино. Ответа он не услышал, после чего снова обвинил в бесхребетности, на что получил столь же колкий ответ. Впрочем, это никак не мешало дальнейшему общению и никак не сказывалось на дружбе. Разве что, Шикамару больше раздражался от таких разговоров, стараясь их избегать. Но поскольку они являются соседями по комнате, это было довольно сложно. — Судя по тому, как вы «общаетесь» с Ино, твоя схема не работает, — уверенность в голосе дала понять, что этому разговору ещё не скоро настанет конец. — Я уже молчу про ту девушку. — А причём здесь Темари? — Так вот, как её зовут, — радостно воскликнул довольный Наруто. — А говорил, что не знаешь её имени. И что ты вообще с ней не знаком. — Так знатно закапать самого себя у Нары получилось впервые. Имя само вылетело, ведь не покидало его ни на секунду. — Так это получается, что всё это время ты нам врал, — теперь голос друга звучал тише и, пожалуй, грустно. — Только я не понимаю, почему? — Например, чтобы избежать таких разговоров, — сигарета больше не успокаивала, а привычное спокойствие таяло на глазах, уступая место раздражению. — А что в этом такого? — искренне не понимал Узумаки. — Я же вам с Чоуджи всё рассказал, в самых мельчайших подробностях. Мне хотелось поделиться с вами долгожданной победой. Ведь вы — мои лучшие друзья. — Дружба здесь не при чём. — Тогда в чём проблема? Объясни мне.       На самом деле, никакой проблемы и не было. Точнее, Шикамару сам себе её создал, решив, что разобраться во всём самостоятельно ему по силам. К тому же, он никогда не любил делиться своими эмоциями. Особенно теми, с которыми и сам ещё не разобрался. Так было всегда. Наверное, единственным человеком, способным его понять, был и остаётся отец. И если раньше он мог обсудить с ним абсолютно любую тему, то здесь всё было куда сложнее. Говорить о подобном не получалось, ведь странное чувство стыда и смущения поглощало настолько, что наружу выходило то самое раздражение, которое с переездом встало наравне с природным спокойствием.       Шикамару понимал, что Наруто из тех людей, которые искренни со своими близкими, ведь между такими людьми не может быть никаких тайн и секретов. Он считает его своим лучшим другом, практически братом. И хочет помочь, ведь не надо иметь много ума, чтобы подметить очевидные изменения в поведении друга. И что виной тому тема отношений. Особенно близких отношений с девушками. Но как рассказать обо всём другу, если даже с родным отцом постеснялся это обсудить? — «Может, это именно та деталь, которую я упускаю? Мне действительно нужна помощь. И не от отца. Тем более, Наруто уже относительно опытен в этом вопросе. Кто бы мог подумать, что среди нас троих именно он будет первым, познавшим тонкости близкой связи?» Проблема в том, Наруто, — язык с трудом шевелился, кровь так и приливала к лицу и глаза неумолимо пытались найти точку, ещё более низкую, чем земля под ногами. — Что я совсем не понимаю женщин. — Думаешь, что я понимаю? — подавляя смешок, ответил Наруто. — Я о том, что в твоей ситуации всё было просто. Сакура сама тебе всё объяснила, пусть и не сразу. Хотя тут было сложно не понять, чего она хочет. — А в твоей ситуации что не так? По-моему, Ино очень явно даёт понять, чего она от тебя хочет. — Я не про Ино. А про Темари. — А что с ней не так? — Она очень странно себя ведёт и я её не понимаю. — Знаешь, что я думаю? — Узумаки уверенно поднял указательный палец вверх. — Если бы ты был ей не нужен, она бы не искала встреч с тобой. Как я понял, вы не планировали встречаться тогда, в столовой, да? Значит, она искала тебя. А если между вами было что-то ещё, помимо твоего «ничего», значит она точно в тебе заинтересована. — А если она влепила мне пощёчину сразу после этого «ничего»? — С каждой минутой идея поговорить с Наруто уже не казалась такой дурацкой и постыдной. Пусть Узумаки и не был одарён интеллектуальными способностями, например, для той же учёбы, но некие жизненные закономерности понимал куда быстрее и правильнее его самого. — Ну, тут либо ты поторопился, либо она играет недотрогу. С Сакурой тоже так было первое время. Даже смотреть в её сторону нельзя было без разрешения. — Может, дело в другом? — Может. Например, в ревности, — рука легла на затылок. Видимо, и для самого Наруто эта тема была довольно щекотливой. — Сакура как-то неделю со мной не разговаривала только из-за того, что я засмотрелся на девушку из рекламы. — Но ведь это глупо. — Это женщины. Или, как ты бы сказал, «сплошная морока».       Сигарета уже давно дымилась в руках, став окурком. Нара выбросил её и потянулся за новой. Меньше всего в жизни он мог предположить, что всё окажется так просто и что в этом осознании ему поможет Наруто. Ну, как просто. Его проблема по-прежнему не была решена. Но, во всяком случае, теперь ему стало понятно поведение Темари. Да, он предполагал, что это может быть ревность. Но меньше всего ожидал, что ревность вызовет простое объятие и пустая болтовня Ино. Разумеется, Темари не могла знать, правда это или нет. Но всё равно, это очень глупо. Они ведь не пара. Но, похоже, девушкам достаточно и малого. Да уж, ну и морока это всё. — Ты так и не ответил. — На что? — Только не говори, что ты боялся спросить совет. Я в жизни не поверю, что это и была причина твоего упорного молчания. — Всякое может быть. — Только не в твоём случае, — снова это хитрая ухмылка. — Ну-ка, признавайся. Что ты такого натворил… — Глаза друга резко округлились, лицо вытянулось. — Погоди. Так это твоё «ничего» означало… — Наруто осенило. — У вас было? — Что было? — Да брось. Ты прекрасно понял, о чём я спросил, — рука легла на плечо друга, поддавливая. — Всё настолько плохо? — Я не понимаю, о чём ты, — сейчас Нара действительно не догонял, что скрывается за этим таинственным «было». Если только… — Я о сексе. Неужели совсем ничего не вышло? Поэтому ты и называешь это «ничего»? — Наруто, — тяжело вздохнул Шикамару, кажется, покраснев. — С чего ты взял, что я стал бы подобным заниматься с мало знакомой девушкой? — Да, тут ты прав. Это не в твоём стиле. — Наруто снова на мгновение затих, будто что-то припоминая. А после пустил смешок, прикрывая рот. — Я бы охотнее поверил, что вы с Ино уже успели поразвлечься. И у тебя ничего не вышло. — Почему ты так уверен, что у меня ничего бы не получилось?       Реакция друга на этот вопрос была максимально странной. Сперва Наруто пытался что-то сказать, давясь смешками. Потом подавлять смешки стало труднее, как и говорить. А затем рассмеялся в голос, сильно налегая на плечо Нары, из-за чего он резко отошёл в сторону, чуть не заставив Узумаки упасть. Что вызвало такой приступ смеха? И почему снова становится так неуютно вести этот разговор? — Ну, это, понимаешь, — кое-как успокоившись, начал объяснять Наруто. — В общем, Ино рассказала Сакуре кое о чём. И, наверное, мне не стоило это слушать. Но так получилось. И теперь я, кажется, понимаю, почему ты такой раздражённый. — На его лице отразилось искренее сочувствие. Только вот, с чего вдруг? И что там такого Ино успела наболтать Харуно? — Но не переживай. Сакура сказала, что это лечится. — Что лечится? — Шикамару сам не заметил, как повысил голос и сжал сигарету в руках, обжигая пальцы. Затушив упавший окурок ногой, полностью игнорируя боль от ожога, он встал перед Наруто, требуя ответов. — Что она успела там напридумывать? И как это вообще связано с тем, о чём мы говорим? — Ну, напрямую, вообще-то, — ссутулившись, Узумаки сделал шаг назад. — Эм, как бы это… — Щёки неумолимо краснели, теперь и его глаза искали точку, с которой не было бы видно раздражённое лицо друга. — Ино сказала, что… Когда она к тебе подкатила, ну, с этим, ну, ты понял… То у тебя не встал.