you're my air, let me breathe you in - feel you.

      Это уже практически октябрь, дни становятся короче, ночи – длиннее, и иногда сильные бури бушуют за окнами. На улице холодно, мрачно и уныло, и практически никто не выходит на улицу. - Я всегда был таким холодным, не так ли? – Луи разговаривает с самим собой и это то, что действительно никто не должен слышать. - Ты все еще такой же, - это Зейн? - Я знаю, я слишком часто веду себя так, - он вздыхает. - Тогда прекрати, – Зейн решителен и строг с ним, и он не понимает, почему все именно так. - Пытаешься убедить меня? - Да, пытаюсь. - Я буду стараться, в таком случае, - Луи хихикает и до сих пор не осознает, что происходит.

это время, когда ты видишь, чего добился, обманывая себя, что ты в порядке, что все отлично – и это ужасная, надрывающая сердце, боль

***

Наступил февраль, и в Лондоне царит просто отвратительная жара. Город лучится теплом, светом и счастьем, а Луи - нет. Он слишком занят постоянными раздумьями и мечтами о том, кто уже никогда не вернется. все в корне изменилось - Прошел практически год, Луи, - Лиам нежно гладит его спину, всегда успокаивая его. Особенно в очень-очень грустные дни. Такие, как сегодня. - Тебе легко говорить, - Луи вытирает глаза своей рукой и тихонько всхлипывает, - потому что ты никогда не видел, как твой мир разрушается на твоих же глазах, и ты уверен, что хуже уже ничего быть не может.

***

Одним дождливым вечером, в конце февраля, Луи помогает Найлу, работая в его маленькой закусочной, как обычно. Room 94 тихонько играют по радио, и Луи напевает их песни вместе с Найлом, который обслуживает клиентов, переворачивая блин за блином на раскаленной сковородке. Высокий долговязый юноша заходит в закусочную, и он пьян и счастлив рядом со своей девушкой. Он так нежно целует ее в щеку, она так мило хихикает, что это зрелище все еще делает больно Луи снова и снова.

и этот воздух - он душит меня, словно те океанские волны, и я, наконец, чувствую твою боль, это настолько горько, что я замер. ты вернулся, и все абсолютно изменилось.

Луи слишком шокирован, а Найл в порядке, ведь он он не знает всей истории. С липкими руками и неестественно быстро бьющимся сердцем, Луи подает Гарри два сладких мятных чая. - Ты ни капельки не изменился, - Гарри говорит ему это, и это так сильно ранит и без того разбитое сердце Луи снова, и снова, и снова. - А ты изменился. - Это хорошо. - Я думал, что ты умер, – Луи все еще в шоке, и слеза так одиноко скатывается по его щеке, но он уверен, что Гарри даже не заметит этого. - Я умирал дважды, и первый раз был, когда меня никто не мог спасти.

ты забрал мое сердце, и смотрел на то, как оно разрушается, почему же я не сказал, что умер дважды?

***

Спустя неделю Луи натыкается на Гарри, и на этот раз он уверен, что это - судьба, и судьба дает ему еще один шанс с Гарри. Он, по крайней мере, постарается не испортить все снова. Гарри один в этот раз, он кажется уставшим и грустным. Черт, во что вообще превратилась жизнь Луи? Их роли сменились. Луи не ожидал, что не выдержит и разревется прямо перед Гарри, честно говоря, он даже не ожидал, что они когда-либо встретятся снова. - Расскажи мне, что случилось, - он настаивает, ведь он плачет сейчас, потому что это все еще делает больно ему опять, опять, и опять. Он наконец-то чувствует то, что всегда чувствовал Гарри. - Где ты был, Гарри? - Я был во Флориде, я говорил тебе, что я всегда любил это место. - Ты не говорил мне. - Я говорил, просто ты никогда не слушал меня. - Ты покинул меня, когда я так нуждался в тебе, почему ты не был здесь? - Тогда когда я нуждался в тебе, ты не был рядом также, всегда кричал и обвинял меня. Я не покидал тебя, это ты покинул нас. - Я всегда был здесь, я ведь говорил тебе, Гарри. - Ты был и не был со мной одновременно. - Я не понимаю, - Луи ищет ответ в глазах Гарри, - я причинил тебе так много боли, но ты остался, Гарри. Гарри молчит. - Почему ты ушел только после всего этого? - Мир – это боль, и без боли не было бы жизни, боль – это жизнь, поэтому мы должны терпеть это. Я сделал это для тебя, Луи. Ты был моей болью. Моей жизнью. Гарри покидает его после этого, и Луи не говорит ему ничего. Ему так больно.

и сейчас ты ходишь по краю обрыва, а я смотрю на тебя. не сдавайся – забирай всю мою боль

***

В следующее солнечное утро воскресенья, Гарри снова приходит в закусочную Найла и заказывает вишневый пирог для Луи – его любимый – и одну чашечку мятного чая. - Я не могу поверить, что ты все еще помнишь это, ведь прошло столько времени, - Луи заканчивает печь пирог и удивленно смотрит на Гарри. - Если между нами больше ничего нет, это не значит, что все воспоминания исчезли. Гарри подавляет саркастическую ухмылку и Луи ухмыляется ему в ответ. - Ну и где твоя девушка? – эти слова оставляют вкус горечи на его языке. - Она вернулась во Флориду, - Гарри так безразлично, так не все равно. - Я говорил тебе однажды, что ты заслуживаешь сердца такого же чистого, как и твое собственное, - Луи говорит это, и это разрушает его сердце снова, и снова, и снова.

я потратил впустую достаточно времени, и ты всегда будешь моей единственной любовью, хранителем моего сердца, но ты никогда больше не будешь моим опять.

***

я говорил тебе, что ты был эгоистичен – это потому, что я боялся боли. и винил я в этом тебя.

Через месяц, в начале марта, Луи приходит домой, и Зейн звонит ему, чтобы попросить его спуститься на ужин Найла, и все это время Лиам хихикает рядом с Зи, словно маленькая влюбленная школьница. Луи встречает Гарри и видит ромашку в его левой руке – единственные цветы, которые Луи когда-либо любил. - Я нашел это сердце, – говорит Гарри. - Правда? - Оно твое, ведь ты - моя боль, ты – моя жизнь, Лу, - он с трепетом вручает Луи ромашку. - Я никогда больше не причиню тебе боль, малыш, я обещаю, - Луи весь в слезах, он переполнен любовью, и, если честно, он впервые обнимает Гарри спустя год, полный мучений. - Я знаю, ты не сделаешь это, Лу, - Гарри шепчет, и по его щеке катится слеза. - Откуда? - Потому что на этот раз я нужен тебе. И я останусь рядом.

мы сияли ярче, чем все звезды в целой галактике. ты - мой мир, окружающая меня природа, и сейчас я люблю тебя даже больше, чем прежде. ты вселил в меня жизнь и боль, и все это – благодаря тебе