Запах, который свёл с ума.

Часть 6 Дин просыпается от несильных толчков в районе живота. Он не понимает, что происходит, но когда открывает глаза всё разу становиться ясно. Сэм прислонился головой к животу. А малыш всегда чувствует своего родителя, поэтому слегка толкается, требуя к себе внимания. - Сэм... - проводит рукой по волосам альфы, - Сэмми, ты только посмотри, - едва касается малюсенького выступа на животе и радостно улыбается. - А, - тот поднимает взъерошенную голову, очухиваясь. - Что? - а потом сам замечает и слышит толчки мелкого внутри Дина, осторожно касается пальцами живота, чувствуя все. - Это волшебно, Дин! - Ха-ха, - весело смеётся, - щекотно! Сэм уже привык в это время постоянно обитать где-то рядом с животом Дина: прислоняться к нему, гладить, слушать, и спать почти в ногах брата, как верная псина, волнуясь за сохранность его и ребенка. - Все еще не хочешь узнать, кто будет, любовь моя? – спрашивает шатен, счастливо улыбаясь. - Хочу... но, боюсь... я не знаю, ну, давай попробуем, - возвращает руку на голову альфы, продолжая поглаживать, пропуская мягкие взъерошенные пряди между пальцев. - Как ты сам хочешь, я не настаиваю, для тебя это важно, мы можем вообще узнать уже на момент рождения, - Сэм невольно урчит от пальцев в волосах, нехитрая ласка всегда ему нравилась. Он пальцами все еще гладит тугой живот, сколько бы Дин со временем не стеснялся его, но выглядел слишком возбуждающе с ним. – Хотя, к врачу надо бы сходить. - Да, знаю. Когда пойдём? - Сейчас, - встает, берет телефон, просматривая расписание их врача. - Можно хоть сегодня. Или завтра? Когда тебе удобнее? Я позвоню. - Давай сегодня. Мне надо у него кое-что спросить, - влюблёно наблюдает за действиями брата. - Хорошо, - Сэм щелкает в телефоне и договаривается с доктором, улыбаясь в трубку. - Да, сегодня он может, поедем вечером, Дин? - оборачивается к брату. - Сэээм... хочу гематоген с кокосом... - стонет, хмуря брови, тем самым как бы умоляя. Сэм судорожно перебирает в уме и вслух: - Есть с ананасом, яблоком, клубникой, персиком, обычный... С кокосом нет, - в трепетном ужасе говорит младший. - Я сбегаю в магазин, подождешь? Что-нибудь еще хочешь, милый? - Сэм выглядит ужасно виноватым, что не предусмотрел все желания своего омеги. - ...Хлопья... да, хлопья с клубничной добавкой и молока... ммм... пожалуйста... - по-омежьи скулит, просит. - Конечно, я быстро, - прыгая на одной ноге, пытается «втряхнуться» в джинсы, потом в свитер, найти в комнате хотя бы два любых носка и убегает в супермаркет, на прощанье, поцеловав Дина. - Твой папа такой смешной, но он очень хороший, самый лучший. Я так его люблю. Так же, как тебя, но тебя немного по-другому. Ты ещё совсем маленький, но ты уже чувствуешь его. А когда родишься, будешь чувствовать и его запах. Такой вкусный. Приятный. Он словно под кожей и, когда я его чувствую, я с ума схожу. Твой папа, хоть и мальчишка до сих пор, но он очень умный и заботливый. Он настоящий альфа, который оберегает свою семью. И я его очень люблю... и ты тоже. Да, мы любим его. Потому что, он наш альфа. Неуклюжий смешной самый-самый злой и самый-самый красивый, наш альфа, - когда Сэм скрывается за дверью, Дин начинает говорить с животом, как всегда и делает в отсутствие брата. Зима в разгаре и на улице ужасно холодно, но Сэм бежит до магазина, не застегнув куртку и неряшливо замотав шарф. Дин часто хотел каких-то невероятных вещей, и альфе повезло, что у него под боком довольно большой круглосуточный магазин. Еще рано и очереди нет, Сэм кидает в корзинку все, что хотел брат, и заодно мелочи для дома, типа зубной пасты и туалетной бумаги. Взгляд его останавливается на памперсах, и тот думает, что надо бы все же узнать, кто у них будет: девочка или мальчик. Сэм начал разгребать и готовить к ремонту бывшую родительскую комнату под детскую. После смерти мамы и отца им остался довольно большой дом, и братья научились справляться в нем сами. Как вернется, надо бы поговорить с любимым. Дин, не замечая времени, продолжал говорить: - Знаешь, если ты мальчик, то родись, пожалуйста, бетой. Так будет легче. Не придётся быть униженным, как омегам, и брать на себя большую ответственность, как альфам. А если ты будешь девочкой. Моей сладенькой малышкой, то пусть у тебя буду такие же ямочки на щёчках, как у твоего папы, и такие же мягкие и густые волосы, и будь, пожалуйста, альфой. Ты это сможешь. Ты будешь этого достойна. Последнюю часть слов Дина Сэм слышал, вернувшись быстро, затем специально начал шуметь, чтобы не смущать брата, ведь вслух тот никогда ничего подобного самому Сэму не говорил. - Привет, - протягивает гематоген с кокосом. - Ты как? - Я? Нормально. О-о-о, спасибо, - счастливо улыбается. - Ты не замёрз? – волнуется. - Ну-ка, иди сюда. - Немного, - Сэм переодевается в домашнюю одежду и залезает к Дину. - Волнуешься? - Я убью тебя. Почему руки такие холодные? - щурит глаза. - Сэмми, ну кто так делает?! - берёт ладони альфы в свои руки и начинает растирать, периодически согревая своим тёплым дыханием. - Зачем оделся? Вот я голый. И ты раздевайся. Так быстрее согреешься. - Ого, какая страсть, - смеется, раздеваясь и отдавая обратно руки омеге. - Боишься, что я примерзну к забору и больше не принесу тебе гематогенок или килограмм лечи в 3 ночи? - улыбается. - Дурак... не в гематогенках дело. Вдруг заболеешь, глупыш. А сейчас опасно болеть. Время такое, что от болезни умереть можно... - смотрит прямо в глаза, но потом прикрывает веки, представляя свою жизнь без Сэма. - Я не хочу тебя потерять. И жить без тебя не хочу. И ничего без тебя мне не нужно, - прозрачная слезинка скатывается по нежной веснушчатой щеке. - О, Господи, - выдыхает Сэм с тревогой, стирая слезинки со щеки. - Я крепкий, все будет хорошо, эй, Дин, - прижимает к себе осторожно, чтобы не надавить на живот. - И я не хочу без тебя, тихо, не плачь. Дин подаётся вперёд, жадно набрасываясь на губы Сэма с трепетным и в то же время страстным поцелуем. Его руки блуждают по затылку брата, крепко прижимая к себе, словно ему мало. Хотя, так и есть, всегда было, и будет. Дину всегда мало Сэма. Шатен отвечает, обнимая брата за плечи, ох уж эти гормональные скачки, Сэм почти привык к ним, но иногда Дин становился таким беззащитным, что у него сердце сжималось. Медленно забирает инициативу себе, выцеловывая лицо брата, шею, плечи, согревая дыханием кожу: - Я люблю тебя. - Я тоже... тоже люблю тебя... Сээм... почему ты такой? - сладко постанывает от ласк, начиная возбуждаться. - Какой? - облизывает ушко, шепча туда, прикусывает мочку, а пальцами скользит под одеяло, поглаживая чувствительные розовые соски. - Хороший... и... и... ммммм... - не договаривает, срываясь на громкие стоны-полувздохи, тем самым требуя большего. - Договаривай, - усмехается, спускаясь по шее поцелуями, обхватывает губами сосок, посасывая, они такие сладкие и яркие, как вишня, второй рукой ласкает пальцами. - ...Рр...родной...мой...ааах... - дышит учащённо. Целует быстро того в губы, а потом спускается ниже, целует грудь, и живот, гладит пальцами. - Ты красивый, Дин, слышишь? Твой живот прекрасен, внутри наш ребенок, а ты... так заводишь меня, когда по утрам гладишь его, беспокоишься за него, такой упругий тугой натянутый... Дин, - у Сэма стояк только от зрелища. - ...Мммми... что?.. Что, Сэмми? - неосознанно поворачивает головой по кругу, закрыв глаза. - Хочу тебя. Можно? - обхватывает член брата, скользя вверх-вниз. - Неет... нет… Сээм... перестань... не надо... пожалуйста... прекрати. - Что? – останавливается. - В чем дело? - Я боюсь... - Чего, радость моя? - встревожено. - Сэм... ребёнок... я не знаю, а вдруг нельзя... - Еще можно, к тому же на последних сроках таким образом можно вызвать роды... Но если ты боишься, я не буду, - обеспокоен. - Ты нехорошо себя чувствуешь? - Нет, всё нормально... чёрт, Сэмми, я боюсь рожать, - опускает голову от стыда. - Сейчас еще рано об этом думать, все будет в порядке, эй, - обнимает его лицо ладонями. - Всё равно, Сээм... Это страшно... а вдруг я не смогу? Вдруг он задохнётся при родах?! Сэм взял его за руки. - Не переживай, все будет в порядке, детка, я буду с тобой, к тому же, у тебя хорошая наследственность, разве что из-за меня малыш может быть крупным... Но все будет хорошо, - целует его ладони. - Чёрт... я не смогу... Сэмми... - хнычет, как ребёнок, которого нужно переубеждать. - Ты все сможешь, и малыш родится здоровый красивый, как ты, и все будет прекрасно. Я докрашу комнату, не знаю, правда, в каком стиле, и мы накупим кучу миленькой маленькой одежды... Дин, посмотри на меня. Ты мне веришь? - Да... но Сэм... я не хочу, чтобы он был похож на меня... - смущённо отводит взгляд. Перепады настроения не очень хорошо на него влияют. Но он надеется, что брат принимает его таким. Таким странным. - А на кого же? - улыбается, целует в лоб, радуясь, что Дин вроде бы пока успокоился. - ...На тебя, - поднимает взгляд, смотрит искренне, надеясь на понимание. - Даже если дочь? - смеется, смотрит с улыбкой - Особенно, если дочь, - начинает смущённо улыбаться. - Боже, ты мое лицо видел? - усмехается, обнимает Дина. - Дурак... оно у тебя очень красивое, а особенно... - стеснение никак не давало сказать то, о чём думал Дин. - Что? Заканчивай, скромняш ты мой. - Я хочу... ну... чёрт... я хочу, чтобы у неё были... ямочки на щеках, как у тебя... - в оправдание своих слов, Дин скромно дотрагивается до щеки альфы и оглаживает пальцем видимую ямочку. - О, это единственное, что милое в моем лице, - улыбается только больше, не скрывая ямочек и просто счастливой улыбки. - Нет, - говорит серьёзно. - У тебя глаза красивые... очень красивые... И губы у тебя... сладкие... - Всерьёз? Считаешь меня красивым? - таковым себя Сэм не ощущал, красивым в их семье был Дин, Сэм же был просто двухметровой дылдой. - Конечно, глупый... Боже, как я тебя люблю... ты самый красивый Сэм... и мой, - Дин тянется за поцелуем. Сэм целует его в ответ, ероша по волосам, слегка отросшим за это время, Дин из-за беременности вообще стал как-то плавнее, мягче. Волосы не торчали воинственным ежиком, скорее утром торчали смешно, альфа любуется им каждую секунду. - Ммм... Сэмми, а во сколько к врачу? - Дин разрывает такой приятный чувственный и до одурения вкусный поцелуй, вопросительно глядя на своего альфу. - В шесть, вечером, еще рано, не переживай, - на всякий случай дотягивается до смартфона. - Сколько ещё осталось? Я хочу погулять. - Для прогулки точно хватит. Куда ты хочешь? Посмотреть детские вещи? - улыбается. - Я хочу в парк. А вещи посмотрим после врача, когда узнаем, кто у нас. Ты сам чего-нибудь хочешь? - старшему вдруг неожиданно становится неловко оттого, что Сэм всегда выполняет его прихоти, а чего хочет он сам – Дин не знает, и никогда не спрашивал. - Я не против парка, туда, куда я бы сходил - тебе нельзя, и пока ты не родишь и все не будет в порядке, мы туда не пойдем, - касается губами его макушки, от Дина вкусно пахнет. - Это ещё куда? - удивлённо поднимает брови, при этом поморщив лоб. - Я бы в бар сходил, но тебе туда не стоит, так что я подожду. Или в бильярд поиграть, поэтому, давай в парке погуляем, можем зайти в торговый центр за твоим соком, - разглаживает пальцем морщинку. - Чёрт... прости, из-за меня ты лишился своих увлечений... если ты хочешь, можешь сходить... - Сейчас для меня важнее ты, - берет его руки в свои и целует ладони. - Не беспокойся. Пойдем гулять, в парке наверняка торгуют горячим кофе, мне хватит этого. Тебя, нашего малыша и кофе, - целует в висок. - Нет, Сэм... Боже, зачем мы это сделали?!.. Ты ещё молодой. Тебе нужен секс, гулянки, шумные компании! На кой чёрт ты вообще бегаешь за клубничным мороженым и апельсиновый соком? Блять... это так глупо. Этого не должно быть. Ты слишком молод для этого, - в отчаянии хватается руками за голову, предварительно опустив её.