Теория заблуждений

      С трудом разлепив глаза на следующее утро, Джон некоторое время не мог понять, где он находится, и что вообще произошло. Только когда, услышав мерное тихое дыхание с соседней кровати, он повернул голову, воспоминания нахлынули волной, затопив его с головой.       Он в больнице, а на соседней кровати мирно спит Шерлок. Неяркий свет из коридора освещал почти прозрачную, одного цвета с наволочкой кожу, темные кудри, ореолом рассыпавшиеся по подушке, совсем юное и безмятежное во сне лицо. Но вот Шерлоку что-то приснилось, и он слегка нахмурился. Джону тут же нестерпимо захотелось провести кончиками пальцев по тревожной складочке между роскошными темными бровями, стирая печать тревоги с любимого до боли лица.       Как же он любил его сейчас! Каждая клеточка тела ныла и болела, в стремлении прикоснуться, прижать и прижаться, разделить на двоих столько времени, сколько пошлет им Бог. Сколько бы ни было.       Вчера их забрали в местную клинику. Даже находясь в полубессознательном состоянии, Джон отметил, что обращались с ними предельно вежливо, никто даже не поинтересовался причиной столь характерных травм. Медики действовали чересчур быстро, профессионально и… молча. В этом ясно просматривалась рука старшего Холмса. Видимо, по этой же причине их поместили вдвоем в отдельную, и, судя по всему, самую лучшую в этой провинциальной клинике палату.       Джон стиснул здоровую руку в кулак, одновременно поморщившись от ощущения острой иглы в вене. У него скопилось слишком много вопросов к старшему Холмсу. Несмотря на то, что он был ему благодарен за помощь, несмотря на то, что он был братом Шерлока, желание съездить ему по морде все больше крепло. Его люди все это время были, оказывается, рядом! Пока Шерлок резал себе вены – они просто наблюдали! Сволочи… Думать о том, что было бы, если б Джон не успел, было совсем тошно.       Шерлок на соседней кровати вздохнул, перекатил голову по подушке из стороны в сторону и открыл глаза. Внимание Джона моментально сконцентрировалось на нем. С полминуты Холмс бездумно смотрел в потолок, а потом обратил к Джону совершенно ясный, осмысленный взгляд.       - Привет.       - Привет.       Голос Шерлока, хриплый со сна, сразу же вызвал яркий отклик в теле Джона. Так близко они еще не были друг от друга. Да, Джон касался Шерлока, обнимал его, но никогда не просыпался с ним рядом в одной комнате. Заспанный Шерлок был до невозможности очарователен и сексуален.       -Ты как? – спросил он, пытливо «сканируя» Джона своим фирменным взглядом.       - В порядке, - ответил Джон. Но, видя, что его ответ Шерлока не убедил, с нажимом повторил:       - Я в полном порядке. А ты?       - Лжешь, - задумчиво перевел взгляд в потолок тот. – Повреждения у нас с тобой почти одинаковые, плюс ты еще и простудился. У тебя надсадно ноет рука, ломит все тело, першит в горле, ты все еще тревожишься… и… злишься. Джону только хмыкнул.       - Угадал.       - Я никогда не угадываю, Джон. Я вижу. И я слишком хорошо тебя знаю. - И когда успел так хорошо выучить меня, м? – резко, все еще слегка злясь за вчерашнее, отозвался Джон. – Когда прятался в своей комнате целыми днями или когда продумывал способы самоубийства?       Шерлок вздрогнул, и Джон моментально пожалел о своих словах. Не нужно было напоминать о вчерашнем. – Прости. Прости, Шерлок, просто я … я до сих пор не могу представить…       - Джон, не надо. Не извиняйся, ты прав. Но ты должен знать, что я этого, - он кивнул на забинтованную руку Джона, - все равно не хотел.       Они помолчали, оставаясь каждый при своем мнении. Вчера при госпитализации, как и полагается по протоколу, Джон сразу предупредил врачей об их с Шерлоком особенном состоянии.       - Аккуратнее мистер, я должен взглянуть на ваши раны.       - Займитесь вначале Шерлоком – он потерял больше крови.       - Им уже занимаются, позвольте вашу руку.       - Хорошо, но я должен предупредить вас об угрозе заражения ВИЧ.       - У вашего друга?       - … Вероятно, у нас обоих.       Он не знал точно, заразился ли от крови Шерлока. Для того, чтобы быть уверенным в анализе, должно было пройти не менее двух-трех недель. Внимательно прислушавшись к себе, Джон понял, что ему по-прежнему плевать.       - Думаешь, ты теперь… тоже? – казалось, Шерлок умел читать мысли.       - Не знаю. Возможно. В любом случае, это уже не имеет значения.       - И что ты чувствуешь? – Шерлок даже приподнял голову, жадно вглядываясь в лицо Джона. Тот честно еще раз прислушался к себе.       - Есть хочу. Если ты чувствуешь себя неплохо, предлагаю утром свалить домой. Больничного завтрака я не переживу точно.       С секунду он и смотрели друг на друга, а потом одновременно прыснули.       - Да уж… кормят тут отвратительно, - все еще подхихикивая, подтвердил Шерлок, - особенно если обратить внимание на ручку дверей в палату…       - Шерлок?       - Да?       - Заткнись.       Утром их выписали без возражений и даже не предложили посетить психолога.       Все так же профессионально и молча.       Улыбчивая медсестричка принесла документы и одежду – выстиранную, вычищенную и даже выглаженную. Едва взглянув на две аккуратные стопочки, Джон опять почувствовал острое желание подержаться за горло старшего Холмса. Но это – не сейчас. Это – успеется. Эта же девушка пояснила, что анализы мистера Холмса будут готовы завтра ближе к вечеру, а мистер Ватсон может сдать кровь через три недели либо у них, либо в любой клинике страны, по желанию анонимно, и абсолютно бесплатно.       Джон поблагодарил, косясь на закаменевшую спину одевающегося Шерлока.       Домой ехали молча, в уже знакомой Джону машине. Водитель, правда, был другой. Шерлок с отсутствующим и независимым видом смотрел в окно, но Джон видел, что эта бравада – только маска. Шерлок не желал того, чтобы старший брат был в курсе его болезни, и вот теперь Майкрофт знает. Это, очевидно, было для него… неприятно. Неосознанно Джон скользнул ладонью вперед и взял Шерлока за руку. Он был без перчаток, и при прикосновении к теплой коже, по позвоночнику моментально пробежал разряд. Шерлок удивленно опустил глаза на их соединенные руки, потом поднял их на Джона. Глупый. Он все никак не мог привыкнуть к тому, что Джон касается его без отвращения, по собственному желанию и даже с очевидным энтузиазмом. В итоге он расслабился и сам переплел свои пальцы с пальцами Джона. Это было неожиданно и очень приятно.       Не успела машина затормозить, как из дверей дома выбежала миссис Хадсон, и, торопливо просеменив дорожку, прямо у калитки заключила окончательно растерянного, сбитого с толку Шерлока в объятия. Джону достался такой благодарный и полный обожания взгляд, что он, смущенно кашлянув, поторопился в дом – ставить чайник, с усмешкой вспоминая вытянутое лицо стиснутого в объятиях Шерлока и причитания миссис Хадсон.       Чайник уже закипел, чай был заварен, и Джон разливал ароматный напиток, когда на кухню тихонько вошел Шерлок и приткнулся на стул у окна. Джон поставил около него исходящую паром чашку, засуетился, собирая на стол нехитрые закуски. Теперь, когда все между ними было более-менее ясно, неожиданно накатила невиданная робость. Джон не знал, куда себя деть и как подступиться к предмету своего обожания. Шерлок тоже ерзал и впервые, кажется, не знал что сказать.       - А миссис Хадсон к нам присоединится? – решился, наконец, Джон.       - Няня ушла к мистеру Олдбри. Учитывая, что он живет в двух милях отсюда, ее не будет до вечера.       - Ааа… - протянул Джон, чувствуя себя идиотом. – Как чай? С чем будешь тосты – с клубничным джемом или с абрикосовым?       - С клубничным, спасибо.       Они снова замолчали, и напряжение нарастало, пока Джон намазывал тосты клубничным джемом. Когда он передавал Шерлоку тарелку, их пальцы случайно соприкоснулись. Дернулись оба. Дальше так продолжаться решительно не могло. Кто они теперь друг другу? Уже не друзья, но еще не возлюбленные. И даже не любовники. Шерлок решился нарушить тишину первым.       - Джон?       - Да? - Нам надо прояснить одну вещь… Ты ушел тогда потому, что услышал, что говорит мой брат? Насчет библиотеки?       - Эм… да… Прости Шерлок. Я не знаю, что на меня тогда нашло. Он говорил так убедительно, а ты… молчал. Теперь я понимаю, что должен был спросить у тебя прямо, но тогда я растерялся и… просто мне надо было побыть одному.       - Джон… а… ты больше не уйдешь? - тихо спросил Шерлок, не отрывая глаз от чашки.       Джона не обмануло абсолютно бесстрастное лицо Шерлока и его делано-равнодушный тон. Он видел напряжение, охватившее всю его худую фигуру и побелевшие от напряжения пальцы, отчаянно вцепившиеся в чашку. Моментально забыв о чае, Джон подался вперед, накрывая своими ладонями эти тонкие пальцы, отставляя чашку, из которой Шерлок не сделал и глотка.       - Эй? Я никуда не уйду, слышишь? В конце концов это – мой дом, оставленный мне моим другом в наследство, и я собираюсь прожить здесь долгую и, надеюсь, счастливую жизнь. С тобой. А ты, Шерлок? Ты останешься со мной?       - Я уйду только в том случае, если ты нас с няней выгонишь, - вымученно улыбнулся Шерлок.       - И не мечтай, - прошептал Джон, зачарованно проводя ладонью по его щеке, очерчивая большим пальцем скулу. – Я жуткий собственник.       Он был не в силах поверить, что все это происходит на самом деле, что Шерлок совсем не сопротивляется, а, наоборот, ластится, льнет к его руке. Он понимал, что они еще не приняли душ и насквозь пропахли отвратительными больничными запахами, что повязки на руках будут мешать, но был решительно не в силах остановиться. Так долго копившееся желание, томление и страсть прорывались сейчас практически неконтролируемым возбуждением.       Джон уговаривал себя не торопиться, действовать аккуратно и постепенно, но настроиться на прежний лад не выходило. Попытки заставить сердце стучать не так отчаянно, а руки – не тянуться к любимому телу проваливались одна за другой. И опять первый шаг сделал Шерлок, его решительный, бесстрашный восхитительный Шерлок. Он выскользнул из-за стола, потянув за рукав и Джона, прижался к нему всем телом и выдохнул куда-то в макушку:       - Джоооон… я даже мечтать не смел…       От этого хриплого голоса и от самого осознания, что Шерлок тоже мечтал о нем, что он здесь и что он так горячо прижимается к нему, у Джона окончательно слетели предохранители.       - Шерлок? – практически прохрипел он, - ты позволишь мне любить тебя? Видит Бог, я больше не могу сдерживаться. И он слегка потерся полностью отвердевшим выступом на брюках о его бедро.       - Ты действительно меня хочешь. Поразительно, - вырвалось у Шерлока, после чего он тут же захлопнул рот, в страхе, что сказал что-то не то.       Глупый. Как он может сказать, или сделать что-то не то?       И Джон осторожно, боясь спугнуть момент, потянулся вперед, не спуская глаз с замершего Шерлока, давая ему шанс отстраниться.       Но Шерлок не отстранился.