Две души, одна проблема

      Апрельское солнце Брайтона заставляло постоянно жмуриться от слишком яркого света, и даже в тени от него невозможно скрыться — солнечные лучи отражались в многочисленных лужах и слепили глаза. Такую погоду Арика не любил, и потому после занятий сидел дома, не желая выходить на улицу. Убираясь в квартире, он обнаружил, что у него закончился чай и сахар. Нашелся отличный повод пройтись вечером в магазин и «подкрепиться». Дождавшись наступления сумерек, он неспешно направился в сторону супермаркета, где любил побродить между полок с продуктами. Играла тихая и ненавязчивая музыка, никто не трогал мальчика, да и куда приятней было погулять в просторном помещении, чем киснуть в четырех стенах дома.       Сделав покупки, Арика вышел за раздвижные двери и выдохнул от резкого потока прохладного воздуха. Магазин находился через три улицы, так что путь до него и обратно вполне можно было счесть за короткую прогулку. На улице стало совсем промозгло и темно, настроение под стать омрачилось. Петляя по слабо освещенным улицам, Арика поднял голову и резко вздохнул, адреналин больно ударил между ребер: в толпе подростков, которых мальчик обычно обходил десятой улицей, чтобы не навлечь беду, стояла знакомая фигура. Парень с кем-то говорил и держал в раненной от драк руке сигарету. Взъерошенная прическа выглядела настолько неряшливо, что казалось, тот подросток, на которого Арика так внимательно смотрел, никогда в жизни не держал в руке расческу.       Алекс Блэкбер стоял в пятидесяти метрах от брюнета и не замечал его.        Сердце Арики заколотилось с бешеной скоростью, когда кто-то из парней кивнул в его сторону и ткнул Алекса в плечо. Шатен медленно повернулся и посмотрел на замеревшего Янаги настолько равнодушно, будто и вовсе ничего не увидел перед собой. Арика не слышал, о чем он говорил, но после его слов толпа людей рассосалась, попрощавшись между собой. Алекс медленной, будто крадущейся походкой подошел к юноше, оглядел его сумки с продуктами и заметил негромким голосом:       — Все-таки жрешь что-то, неужели, — подняв пронзительный взгляд на молчавшего Арику, он сменил интонацию на более ленивую: — Какая тяжелее?       Янаги невольно приподнял левую руку, не отрывая глаз от найденного друга. Его пакет перехватила сильная рука, затем Алекс так резко двинулся в сторону, что мальчик вздрогнул и часто заморгал. Поток мыслей в его голове был подобен урагану, а сказать Арика смог только:       — Прости, пожалуйста.       Алекс, замедлив шаг, мельком обернулся и сердито буркнул:       — Шевели задницей, чучело.       И Арика пошел за ним. Шли они к нему домой, а складывалось ощущение, будто бы брюнет собирался в гости, а не наоборот. Сказать что-то он боялся, не хотел спугнуть парня, о котором думал все это время. Алекс был слишком тихим для привычного поведения, не проронил ни слова за все время, что они прошли. И только зайдя домой, он разулся, снял куртку и направился прямиком на кухню.       — Чаю бы сейчас.       Арика оставил пакеты на столе, помыл руки и подошел к плите. Он сначала налил в стакан остывшую воду, чтобы потом ею разбавить кипяток, затем уже поставил чайник. И все это время стоял спиной к другу, а сам нервно кусал губу и сжимал руки в кулаки.        «Он так и собирается делать вид, что ничего не произошло? — мальчик нахмурился и обернулся. — Ну уж нет».       — Где ты пропадал?       — Тебя не касается, — спокойно ответил Алекс, щелкая зажигалкой. Ответ прозвучал не грубо, будничным тоном. Будто ничего в этой констатации факта не было плохого.       — Ты с самого футбола вообще забыл дорогу сюда,— Арика сделал шаг вперед, надвигаясь на мирно сидящего Блэкбера. — Я и знать не знал, как ты, думал, ты обиделся на меня.       — «Обиделся»?       — Да, — юноша сердито фыркнул. — Иначе твое поведение никак не объяснить!       Алекс прищурился, в его взгляде загорелся нехороший огонек, который заставил Арику пожалеть о сказанных словах. Встав, он посмотрел на Арику свысока и наклонил голову, чтобы быть ближе и, как всегда, надавить.       — Не зли меня, Арика. Если меня нет, значит, Я занят и у меня нет времени с тобой нянькаться. Прекращай по мне скулить, как будто тебе больше нечего делать, как ждать меня у дверей.       Мурашки пробежались по коже от таких слов, Арика сузил веки в ответ, но от душевной боли. Он смотрел на Блэкбера и анализировал, в каком же настроении его друг: то ли он сдерживал гнев, то ли просто делал вид, что ему все равно.       — Ты злишься за то, что Я обыграл тебя? — спросил в лоб Арика, а точнее, в подбородок: выше не дотягивался. — Ты был так уверен, что в очередной раз победишь нас, а тут оказалось, что фортуна не всегда улыбается тебе.       Челюсть Алекса стала угловатой от того, что он стиснул зубы. Его дыхание ускорилось, он хмурился, и теперь его злость точно была не наигранной. А Арика, то ли от глупой храбрости, то ли в полной уверенности в своей правоте, не отступал и смотрел в чужие глаза своими ясными и широко распахнутыми. Брюнет ощущал, как тяжело и сипло дышал Алекс подбитым носом, его усилия не избить мальчика на месте казались титаническими, но по какому-то странному и абсолютно непонятному соображению он не трогал его, а просто сверлил взглядом.       Блэкбер — яростный бур.       Еще секунда и он бы точно распустил кулаки, но Арику спас свист чайника. Он отошел, выключил газ и налил кипяток в кружку, в которую до этого насыпал сахар и налил заварку. Разбавив чай, мальчик поставил кружку на стол и придвинул конфетницу ближе, а сам сел напротив и подпер подбородок ладонью.       Сев следом, Алекс занял рот печеньем. Он снова выглядел так, будто не хотел говорить. Арика видел такое не раз и потому терпеливо ждал, когда парень сам решится начать разговор. И вот, момент настал: прожевав и сделав пару глотков, Блэкбер хмуро оглядел стол и признался:       — Я думал, что научить тебя играть в футбол и воспитать в тебе достойного противника будет весело. Но откуда мне было знать, что ты сходу меня нагнешь? Ни хуя это не весело.       Арика изумленно выпрямился и поднял брови. Так просто?       — Ал, — мальчик ласково улыбнулся. — Так ты действительно обижался?       — Нет.       — Но ты был зол, правильно?       — Мне очень хотелось начистить твой довольный ебальник.       — Вовсе он не был довольным, — возразил Арика по поводу своего лица и хмыкнул. — Лучше бы Я не забирал у тебя тот мяч.       — Уж действительно. Все испортил своим голом.       — Согласен, — хмурясь пару секунд, мальчик не выдержал и засмеялся.       Следом хохотнул и Алекс.       Дело пяти минут, а тянулось две недели. Как же Арике было жаль потраченного на глупые размышления и обиды времени. Но говорить об этом Алексу не стоило, тот наверняка все еще испытывал осадок после проигрыша.       Попив чай и помыв посуду, парни уселись за ноутбук и посмотрели фильм. Лишь через два часа Алекс снова признался, посмотрев на друга.       — Это был хороший удар. Красивый.       Арика благодарно улыбнулся, глядя в ответ. Похвалу он принимать пока не умел, поэтому молчал и просто слушал.       — Но до моего далеко, — закончил свою речь Блэкбер и усмехнулся.       Арика был счастлив.       Он чувствовал всем своим существом, что Алекс говорил это с гордостью. Не обязательно говорить вслух, чтобы собеседник понял, о чем думаешь. Юноша улавливал тон Блэкбера, его выражение лица и самое главное — взгляд. Так просто находиться рядом с парнем, когда он в хорошем настроении. Уютный, непосредственный.       — Подрался, да? — Арика кивнул, как бы указывая носом на лицо парня. Алекса явно избили, но синяки уже сходили.       — Давно.       — Как всегда?       — Мамочка, не доебывайся до меня, — лениво отмахнувшись, Блэкбер сладко потянулся и посмотрел на время. — Поздновато уже, пойду Я.       — Можно тебя кое о чем попросить? — осторожно начал Арика и потупил взгляд.       — М?       — Не пропадай так больше, пожалуйста. Я переживаю.       Алекс устремил усталый взгляд в потолок и шумно выдохнул. Он молчал пару секунд, о чем-то думал, затем поднялся с дивана и снисходительно улыбнулся.       — Не надо так привязываться ко мне, тебе самому будет хуже.       — Да Я не…       — Серьезно, — Блэкбер покачал головой. — Дружить никто не запрещает, но забивать мною голову не стоит.       Уже у дверей, обувшись и одевшись, он обернулся к мальчику и добавил:       — Я помню о тебе, не переживай. Просто у меня есть свои дела, которые порой не дают прийти к тебе в гости. Давай.       — Пока, — тихо ответил брюнет, аккуратно стукнувшись кулаками.       Когда Алекс ушел, Арика прислонился к двери спиной и посмотрел на диван, на место, где сидел его друг.       Действительно ли он так привязался к Блэкберу или Алекс утрировал? Неужели Арика стал так зависим от его внимания? Все это было одновременно здорово и страшно.       С Алексом было весело, он притягивал мальчика к себе своей «неправильностью», всегда учил чему-то новому. Арике нравилось находиться рядом с ним, нравилось это ощущение спокойствия и умиротворения.       Но что, если Алекс больше не зайдет? Пропадет не на неделю, не на две, а навсегда?       Смог бы Арика забыть о таком необычном друге? О человеке, который сделал его жизнь чуточку ярче и интересней. С которым он и сам чувствовал себя человеком. Арика не знал и боялся даже думать об этом.       Через пару дней Алекс снова пришел к нему провести субботний вечер, перед этим предупредив у ворот школы, что зайдет вечером. Давно Арика так не готовился принять гостей. Чего уж там, он никогда не готовился к такому. Он приготовил мясо, запек картошку, сварил ароматный суп на пару порций и с нетерпением ждал прихода друга. И с каким же удовольствием шатен уплетал его стряпню, то и дело восклицал что-то про пищу богов и замужество, чем, безусловно, смущал мальчишку.       Они вновь уселись на диване с ноутбуком, и, как назло, пиво, под которое Алекс обычно проводил время за просмотром сериала, закончилось.       — Сходи в магазин, а? — лениво попросил шатен, укладываясь на освободившийся диван поудобней. — Я тут у тебя ничего не украду.       — Когда тебе надоест шутить на эту тему? — брюнет с чувством оскорбленного достоинства фыркнул и надел куртку.       — Никогда. И сигареты возьми. Эй, — позвал он, заставив стоявшего в дверях Арику обернуться. — Сегодня холодно на улице, шапку надень.       — Да мне ее искать надо…       — Ну возьми мою, лишь бы чайник твой прикрыт был.       Усмехнувшись, Арика послушался и посмотрелся в зеркало. В этой несуразной ушанке он становился страшно похожим на своего друга. Это показалось ему настолько смешным, что даже Алекс посмотрел на него с подозрением.       — Пиво само не купится, пиздуй уже.       — Без меня не смотри!       — В хуй мне твой сериал не вперся! — гаркнул Алекс в сторону закрывающейся двери.        «Теплая», — думал юноша, с улыбкой поправляя ушанку. От нее странным образом пахло сигаретами и шампунем. Необычное сочетание, но не отталкивающее.       Магазины неподалеку уже были закрыты, поэтому юноше пришлось идти в круглосуточный супермаркет. Арика очень надеялся, что ему продадут алкоголь с сигаретами, ведь он мало смахивал на совершеннолетнего парня. Но ему повезло, и, брякая бутылками, он вышел из магазина и пошел по темному переулку. Было тихо, даже машины не проезжали мимо, оглушающую тишину прервал чей-то грубый голос.       — Эй, стой!        «Это не мне», — подумал Арика, идя дальше.       — Кому говорят! Стой, блядь! — шаги участились, вместе с ними и сердцебиение Янаги.       Остановившись, Арика обернулся и с нарочито невозмутимым видом спросил:       — Вы это мне?       — Ты че, сука, прикалываешься, что ли? — двое крепких парней враждебно оскалились и расправили плечи, точно обезьяны в вольерах.       — Что, Блэкбер, голосочек потерял? — усмехнулся второй парень и надвинулся на Арику.       — Я не Блэкбер, — со страхом в голосе возразил Арика, делая шаг назад. Не настолько они были похожи, чтобы их путали.       — Точно прикалывается, урод, — первый верзила злобно зыкнул и размял кулаки. — Все знают, что ты МакГилана уделал неделю назад. Думаешь, тебе это с рук сойдет?       — Да послушайте меня, Я не Алекс! — почти с отчаяньем воскликнул мальчишка, все так же отступая.       — Держи его, — приказал второй.       Как нечего делать, один из хулиганов неожиданно ударил Арику в челюсть и схватил за плечи. На пару секунд сознание Арики помутилось, он обмяк в руках парня. Но, очухавшись, тряхнул головой и попробовал высвободиться из цепкого захвата. Лицо болело с каждой секундой сильнее, боль мешала думать, хотелось кричать и приложить что-нибудь холодное, но тут второй подросток ударил Янаги под дых. Сдавленный стон и снова удар. Шум собственных мыслей и пульсирующее биение сердца перебил крик третьего человека.       — Руки на хуй от него! — полный гнева и ненависти рев послышался совсем рядом, и снова звуки удара, но уже обращенные к кому-то другому.       Руки, держащие Арику, исчезли, отчего мальчик упал на асфальт. Сначала брюнет скрючился в форме эмбриона, затем попытался разглядеть, что творилось рядом с ним.       Алекс Блэкбер дрался с одним из парней, второй валялся неподалеку с разбитым лицом. Двигался подросток слишком быстро для смазанного видения Арики, его удары были резкими и, судя по крикам хулигана, болезненными. В темноте было сложно разглядеть лицо друга, но одно Арика запомнил точно: боль. Не та, которая бывала, если удариться мизинцем об шкаф, а душевная, когда уже ничто не могло помочь. Блэкбер бил отчаянно, словно боролся насмерть, и когда его оппонент в отключке рухнул на землю, парень быстро навис над Арикой и аккуратно обхватил его лицо влажными ладонями. То, что они были в крови, брюнет пока ощутить не мог.       — Эй, малыш, посмотри на меня… Блядь, блядь-блядь-блядь, — ругался он куда-то в сторону и жмурился. — Сука, ну почему именно сейчас?       — Ал, ау… — попытался ответить ему брюнет, но опухшая челюсть не дала даже полностью выговорить имя пришедшего на помощь друга.       — Тщ-щ, тише, не говори ничего. Давай сюда руку, ага. Вот так, — помогая встать, Алекс крайне бережно обвил талию брюнета рукой и перенял всю тяжесть веса на себя. — Пошли, задохлик, сейчас пойдем домой.       Голова у Арики страшно кружилась, желудок крутило. И если бы в нем что-то было, содержимое наверняка бы выплеснулось юноше на кроссовки. Хотелось избавиться от этого противного чувства, тошнота и сплошная боль в голове заставляла хотеть просто-напросто отключиться, лишь бы пережить этот момент.       — Арика, не вырубайся! — угадывая мысли мальчика, крикнул Алекс.       А ведь так хотелось.       Стараясь держаться в сознании, Янаги кое-как перебирал ногами, помогая Алексу себя вести, а сам то и дело клевал носом и с противным чувством ощущал на языке металлический привкус и жидкость. Полный рот крови испачкал мальчику джинсы, куртку и даже шапку Блэкбера.       Как они оказались дома, Арика уже не помнил, но когда Алекс уложил его на диван, потолок над головой начал жутко кружиться и затягивать в свою воронку.       — Ох, малыш, что же мне с тобой делать? — лицо Блэкбера было таким несчастным, словно это его избили, а не Арику.       Он нашел в морозилке какой-то пакет, судя по запаху, с мясом. Приложив его к лицу, подросток перешел на шепот, еле различимый из-за шума в ушах мальчика:       — Зачем Я только с тобой связался, дурак… Бедный пацан, совсем же зеленый, ни хуя не понимаешь… Прости, прости меня, малыш...       Больше юноша держаться не мог. Головокружение усилилось, комната перед глазами поплыла, и отключка для Арики была просто спасением.