Мишень

Сидя за широким столом в ресторане отеля, Эвер начала потихоньку понимать, что наедине с Киром было не так уж и плохо. Во главе стола разместился Оливер, как обычно серьёзный и спокойно-надменный, как король на старом портрете. Даже представить, что он когда-то был молодым, было непросто. Киаран сидел от него по правую руку – Сильнейшие негромко переговаривались, но Эв, которая была вынуждена сесть рядом с Киром, прекрасно чувствовала его ладонь на своём колене. Надо было всё-таки не полениться и надеть джинсы. Остальные места занимали семьи Кира и Оливера. Владимир напротив что-то тихонько шептал в ухо Мишель, отчего та довольно хихикала. Рядом Раймода, которая явно всё прекрасно слышала, периодически закатывала глаза и барабанила по столешнице своими тонкими пальцами с первоклассным маникюром. На соседних с Эвер местах расположились дети Оливера – Донован и Виктория, внешне невероятно похожие друг на друга и на отца. С ними Айвори за всю жизнь ни разу не перебросилась даже приветствием, поэтому поговорить ей тут было не с кем. Даниэлла почему-то на ужине отсутствовала, для неё не было даже свободного места. Есть тоже не хотелось, хотя не ела Эвер уже довольно давно и чувствовала сильную слабость. - Кир, - неожиданно подала голос Раймонда, и Киаран на секунду отвлёкся. - Да, детка? - Можно я сяду с Айвори? Тошнит уже от этой сладкой парочки, - буркнула Ричи, на что Мишель рядом только фыркнула и прижалась к мужу ещё сильнее. - Подвинься, Тори, - попросил Оливер; Виктория надменно повела плечами, но всё же переместилась на соседнее место. - Привет, - Раймонда приземлилась на стул и подтянула к себе бокал с кровью, - ты не представляешь, какая скучища с этими двумя. Раньше хоть ты эту ванильную атмосферу разбавляла своим нытьём. - Очень смешно, - буркнула Эвер. Ричи демонстративно улыбнулась, открыв стройный ряд белоснежных зубов, но сказать ничего не успела. В двери столовой послышался стук, и, не дожидаясь ответа, в зал заглянула Даниэлла. Выглядела она неважно – волосы потускнели и растрепались, одежда была вся какая-то рваная и старая. Эвер слегка удивилась, но тут же забыла о Динни. Белокурая вампирша протиснулась в двери, и стало видно, что за ней стоит кто-то ещё. - Рид! – выдохнула Эвер, прежде чем успела подумать. Все уставились на неё, но лишь на секунду. После этого Даниэлла тихонько откашлялась, привлекая внимание, и негромким дрогнувшим голосом позвала: - Отец? Оливер обернулся так резко, что стол зашатался, и тут же вскочил. - Даниэлла! - Я её привёл, чтобы по дороге ничего не случилось, - вступил Ридиан и бросил на Эвер быстрый взгляд. Оливер быстрым шагом пересёк зал, и Даниэлла с силой обхватила его за шею. Виктория и Донован тоже поднялись – кажется, они вообще всё делали абсолютно синхронно – и вся семья вампиров из Лос-Анджелеса покинула столовую. - Это тот самый изгой? – загорелась Раймонда, перекинув свою пышную косу на грудь, - красавчик. Кажется, появление Даниэллы её не слишком волновало. Владимир и Мишель тоже быстро вернулись к еде, а вот Киаран о чём-то задумался, хмуро глядя на двери. - Может, познакомишь меня с ним? – не унималась Ричи, и Эвер досадливо поморщилась. Ей было не до любопытной Раймонды. Не терпелось узнать, что только что произошло, почему Динни так плохо выглядела и почему все слишком уж остро отреагировали на её появление. И особенно – как ко всему этому вообще относится Ридиан. Вот только у кого всё это узнать? Едва ли Киаран позволит ей поговорить с Ридом. Неожиданно сам Кир поднялся с места и, ничего не говоря, вышел всё с таким же хмурым видом. - Почему он такой мрачный? – тут же спросила Эвер, когда убедилась, что он ушёл достаточно далеко. - Недавно при мне Киарану доложили, что изгой приезжал в Нью-Йорк к Джерри, - неторопливо начал Владимир, - и вот теперь он здесь с Динни. Два и два сама сопоставишь? - Эээ… я не… - не сразу сориентировалась Эвер, и Раймонда цинично хмыкнула. - Надо сказать Киру, чтобы не бил её больше по голове. Там у нас и так слабое место, да, крошка? - Рот закрой, - осадил её Владимир, на что Ричи зашипела, оскалив внушительного вида клыки. Не обращая на перепалку внимания, Эвер пыталась сообразить, что это за два и два. - Айвори, Влад имеет в виду Совет, - не поворачивая головы от тарелки с едва-едва прожаренным стейком и соблюдая все правила этикета, произнесла Мишель. Она аккуратно сложила вилку и нож в пустую тарелку и промокнула салфеткой губы, только после этого обратив взгляд на Эв, - если кому-то нужно что-то от Оливера, этого проще всего добиться через его детей. Это работает со всеми, раз на то пошло. Из нас Киаран любит тебя сильнее всех. А Оливер отдаст всё ради Даниэллы. - Ты хочешь сказать?.. – начала Эвер, но тут в столовую вернулся Киаран. Либо он узнал хорошую новость, либо просто взял себя в руки, потому что выражение его лица стало куда спокойнее. - Какие-то новости? – спросил Владимир, не подавая виду, что вообще заинтересован в ответе. - По-видимому, маньяка, который убивал оборотней, удалось устранить. Киаран произнёс это мимоходом, почти безразлично, а вот Эвер взволнованно закусила губу. Конечно, если бы с Джерри что-то случилось, Кир бы сообщил, но на душе было неспокойно – однажды маньяк уже почти убил Джерри. - Это Рид? – спросила она, сама не заметив, как произнесла это вслух. - Очевидно, что так, - снова почти равнодушно ответил Киаран, устремив на неё взгляд. Эвер уже пожалела, что спросила. Ответ она могла додумать и сама, а теперь от взгляда Кира хотелось залезть под стол и спрятаться, как маленькая девочка. - Я пойду собираться, - Ричи отставила свою тарелку, залпом опрокинула в себя остаток крови из бокала и встала. - Сделай так, чтобы всем не пришлось тебя ждать, - предупредил Кир, вроде бы добродушно, но Раймонда быстро кивнула и испарилась. - Куда она собирается? На охоту? – спросила Эвер. К своему стейку она так и не притронулась, хотя запах от него исходил просто чудесный. - На Совет, - ответил Владимир и, сверившись с часами, уточнил, - он через полтора часа. Я думал, ты в курсе. - Что? – Эвер широко распахнула глаза и взглянула на Киарана, который невозмутимо доедал свою порцию. Мишель встала, и они с Владимиром тоже вышли. - А ты думала, ты проспала всего один день? Не волнуйся, никто там тебя не тронет, - Кир отодвинул тарелку и повернулся к Эвер лицом, - главное, не говори, если тебя не спросят, и всё будет хорошо. Ты там не подсудимая. - Конечно, не подсудимая. Вещь не может быть подсудимой, да? – огрызнулась Айвори. В голове не укладывалось, что сегодня решится её судьба, а никто даже не удосужился предупредить её об этом заранее. - Я не даю вторых шансов, Айвори, - Киаран протянул руку и заправил ей за ухо прядь волос, - у тебя был шанс. Я сказал, что ты можешь уйти. Но ты отказалась. - Я считала… Я думала, Джерри погиб, - растерянно ответила Эвер. - Это не имеет значения. Теперь поздно. Кир встал и покинул зал, оставив Айвори в одиночестве рядом с нетронутой тарелкой. Она посидела ещё немного, углубившись в свои невесёлые мысли, и вышла в холл. Переодеваться Эв не собиралась, белоснежное средней длины платье с голыми плечами подходило практически на любой случай. В холле было темно и пусто, исключая портье, который сидел за стойкой и читал какой-то увесистый том. Фойе отеля выглядело старомодно – ковровая дорожка насыщенного красного цвета, хрустальная люстра высоко под потолком, а у стен небольшие диванчики, пыльные даже на вид. Желание сбежать разбилось о стоявшего у дверей Донована. Тоже, наверное, собрался на Совет, поглазеть, как вампиры разбираются со своей собственностью. Злость причудливо смешалась в голове с отчаянием. Нет ни единого шанса, что она сможет хоть когда-нибудь беспрепятственно быть с Джерри, не опасаясь Киарана или своеобразного вампирского правосудия. Вспомнился быстрый взгляд, который бросил на неё Ридиан. Что он хотел этим сказать? Или это было обычное любопытство? При мысли о Риде, вспомнился Вермонт, тихий городок, полный оборотней. Почти беззаботное время, проведённое с Джерри, дело о загадочной шкатулке и лекарстве. Интересно, что в итоге случилось с ним? Лифт пришёл в движение, спуская кого-то с пятого этажа, и в холл вышел Киаран, как обычно предпочтя обойтись джинсами и рубашкой. - Я знал, что ты не станешь подниматься, - хмыкнул он и бросил ей куртку. - Где этот Совет? - Тут недалеко, старый анатомический театр, - не без иронии ответил Кир и жестом приказал ей встать. - Фу, мерзость, - буркнула Эвер. - Я знал, что ты оценишь, - рассмеялся вампир и за руку потянул её к выходу. *** Чейз вышла из душа, услышав открывающуюся дверь номера. Вошёл Рид, и она с разбегу бросилась ему на шею, обхватив ногами за пояс. - Что за нежности, меня всего пару часов не было, - тихонько поддразнил Ридиан, но по глазам было видно, что он доволен. Несколько минут в комнате стояла тишина, а потом вампир с сожалением оторвался и поставил Чейз на ноги. Она отошла к шкафу, повесив полотенце на створку. Номер представлял собой отдельный домик в придорожном мотеле, с потрёпанной мебелью, еле работающим душем и двумя кроватями, одна из которых, впрочем, оказалась не востребована. Джерри поселился в соседнем с ними домике; остановиться в «Олеандре», отеле Оливера, они не могли по понятным причинам, и Джерард выбрал заведение, которое было ближе всего к месту проведения Совета. Со дня смерти Кейна прошло ещё пять, и Чейз успокаивала себя тем, что сегодня всё наконец закончится, она выполнит данное Джейсону обещание и забудет обо всём. - Ну что, как всё прошло у Оливера? – спросила она, краем глаза следя, как Ридиан снимает ботинки и садится на ближайшую кровать. - Я проводил Динни, и Оливер, вроде бы, был согласен на сделку с Джерри, но… не знаю, как объяснить. В общем, он скользкий тип. Раньше лично я с ним не говорил, иначе не предложил бы Джерри с ним договариваться. Хотя, по сути, он ничего не потеряет, если попробует. Чейз достала безрукавку, ставшую теперь её талисманом, и привычно запустила руку в кармашек, достав пузырёк с лекарством. - Как думаешь, оно сразу действует? - Понятия не имею, - признал Рид, - вдруг оно уже выдохлось за столько лет? Или превратилось в яд? - А что, так может быть? – встревожилась Чейз. - Не знаю, но когда я увидел Айвори, мне показалось, что она и яд выпьет с удовольствием. - Она так плохо выглядела? - Ну, все части тела, вроде на месте, но она какая-то, знаешь… поникшая Чейз кивнула, показывая, что понимает, и вздохнула. Ещё недавно она и подумать не могла, что решит остаться с Ридианом добровольно. Он всё ещё периодически пил её кровь, но теперь из пытки это превратилось чуть ли не в удовольствие. Боль исчезла, уступив место лёгкому чувству эйфории. Первым делом, перестав плакать и добравшись до телефона, Кларисса позвонила отцу, и кажется, очень вовремя – он уже готов был объявить дочь в розыск. Чейз изложила приготовленную заранее историю, почему не смогла позвонить раньше – что-что, а складно врать она умела. А после клятвенно пообещала приехать на неделе, и не одна. Рид к предстоящему знакомству с отцом относился довольно скептически, но не возражал, дав слово не грубить и не заводить разговоров на тему вампиров и оборотней. Теперь, после избавления от маньяка, Сильнейшие в качестве благодарности прекратили преследовать Ридиана и отменили награду за его голову, позволив жить в любом из городов. И вот теперь Рид отвёз Динни обратно к Оливеру, тем самым окончательно закрыв дело оборотня-маньяка. Засмотревшись на серьёзное, но не хмурое лицо Ридиана, Чейз пропустила его последние слова, но переспрашивать не стала. Она подошла и присела рядом на кровать, положив голову ему на плечо. - Рид, давай поженимся, - предложила она спустя какое-то время. - Чего? – насмешливо уточнил Ридиан и с ехидцей добавил, - я думал, тебе не нужен рыцарь. - Нет, мне не нужен рыцарь, - подтвердила Чейз и улыбнулась, - мне нужен вампир. …Кларисса поняла, что, прожив довольно долгое время в маленьком городке, совершенно забыла принять во внимание такое явление, как пробки. И благодаря этому, на Совет они не просто опаздывали, а катастрофически опаздывали. Наконец здание анатомического театра показалось впереди, вытянутое, практически без окон и напоминающее огромный склеп. Увидев это чудо архитектурной мысли, Чейз даже пожалела, что пробки не задержали их ещё сильнее, так чтобы можно было с чистой совестью сказать «я пыталась, но не смогла» и повернуть обратно. Но Ридиана вид анатомического театра не особенно смущал. Он спокойно припарковался, заняв одно из нескольких свободных мест. Автомобиль, на котором уехал из мотеля Джерри, тоже уже был здесь, и, судя по количеству машин, желающих посмотреть на этот Совет было немало. Рид на ходу сунул руку в карман, вытащив два деревянных кубика с вырезанными на всех гранях непонятными значками. Когда у входа показались двое молчаливых амбалов, вампир без слов сунул кубики одному их них в руки и спокойно открыл дверь. Утром Джерри вручил их Риду, сказав, что это пропуск. Внутри было темно, и Чейз, которая всё ещё не сильно преуспела в контроле своего внутреннего оборотня, почти ничего не видела. Ридиан взял её за плечи и повёл куда-то в сторону. - Осторожно, сейчас здесь будет лестница, - предупредил он. Ступенек, судя по ощущению, в этой лестнице было миллиона три, но даже когда Чейз каким-то образом преодолела их все, не навернувшись, она так и не привыкла к темноте. К счастью, впереди, в конце длинного коридора, из-под двери пробивался свет. Туда они и направились; подходя к свету всё ближе, Чейз начала улавливать чьи-то голоса, и её посетило премерзкое чувство, будто она в школе, опоздала на урок, и теперь противная училка заставит её объясняться перед всем классом. Однако когда Ридиан совершенно невозмутимо открыл дверь и вошёл в помещение первым, Чейз скользнула следом и с облегчением, а так же здоровой долей недоумения, поняла, что на вошедших никто не обратил ни малейшего внимания. Так что они беспрепятственно заняли один из нижних рядов. Анатомический театр походил на огромную аудиторию, только без единого окна. В самом низу, куда амфитеатром спускались ряды сидений, вместо преподавательского стола или, раз на то пошло, стола для вскрытия трупов, стояла большая клетка. В одинокой фигурке за решёткой Чейз узнала Эвер. Стол там тоже присутствовал, чуть в стороне. За ним, как нетрудно было догадаться, расположились те самые легендарные Сильнейшие. Одного из них, Джерарда, Чейз уже знала. Он сидел с левого края стола и выглядел на порядок моложе остальных. Следом за ним место занимал представительного вида черноволосый мужчина лет сорока-пятидесяти. В глаза бросался уродливый шрам от когтей, пересекающий его щёку. После него, в самом центре, сидела женщина, настолько невероятно красивая, что казалась картинкой или голограммой, потому что без ретуши невозможно создать такую неземную красоту. Чёрные волосы спускались по идеально прямой спине; точёной фигурке мог позавидовать даже манекен – ни грамма жира и ни одного признака излишней худобы. Острые черты должны были, но не делали смуглое лицо хищным или стервозным. И вообще, во всём её облике скользило что-то королевское. - Это Древнейшая, - шёпотом пояснил Ридиан, увидев, куда смотрит Чейз, - Изида. Ей столько лет, что твой Кейн просто малыш по сравнению с ней. - В смысле, она главная? – таким же едва слышным шёпотом, помня о том, насколько у вампиров хороший слух, спросила Кларисса. - Они равны, но если складывается спорная ситуация, её голос будет решающим. Снова взглянув на Изиду, Чейз переключила внимание на следующего вампира. Тот тоже выглядел довольно молодо, лет на тридцать пять, но какая-то исходившая от него аура мешала поверить в молодость. Судя по загорелой коже, при жизни вампир был родом откуда-то с юга. К тому же, длинные волосы были собраны в небрежную с виду причёску из мелких косичек. И последним, с правого края, сидел мужчина лет тридцати. Из всех, кроме разве что Джерри, он выглядел наиболее обычно. Вьющиеся русые волосы, едва заметные веснушки; из одежды простые джинсы и рубашка. - А это что за красавчик? – поддразнила Чейз Рида, и тот усмехнулся. - Это Киаран О’Райли. - Он? Охренеть, - выдохнула Кларисса и посмотрела на вампира с правого края стола уже другими глазами, хотя ничего нового всё равно не увидела. Всё время, пока она беззастенчиво разглядывала самых крутых вампиров континента, среди них продолжались какие-то разговоры, споры и дискуссии. - О чём они вообще? – спросила Чейз. - Джерри ссылается на один эпизод в позапрошлом веке, когда в таком же деле Совет был на стороне девушки, - негромко пояснил Ридиан, - но не думаю, что он чего-то этим добьётся. Просто время протянет. В позапрошлом веке планка совершеннолетия для вампиров была гораздо ниже. Чейз кивнула и сунула руку в карман, нащупывая пузырёк. Вместе с тем она огляделась, проверяя, не смотрит ли на неё кто. Но нет, все вампиры, занимавшие места в амфитеатре, внимательно прислушивались и не отрывали взгляда от происходящего внизу. Эвер в клетке тоже сидела молча, уставившись на свои сложенные на коленях руки. Спустя ещё минут десять Изида плавно поднялась и объявила: - Перерыв. Голосование начинается через двадцать минут. Сразу после этого Сильнейшие встали и разошлись. Черноволосый мужчина остался у стола, разговорившись с загорелым вампиром. Киаран неторопливо направился к клетке, а Джерри – к ним. Ридиан встал и хотел было что-то сказать, но тут Чейз поняла, что это единственный шанс отдать Эвер пузырёк. - Джерри, можно попросить? - Да, Клэр? – вампир недоумённо нахмурился. Кларисса кивнула на О’Райли: - Отвлеки этого красавчика на пару минут. Мне нужно поговорить с Эвер. Джерард окинул её долгим взглядом, но всё же согласился и направился вниз. Сперва они с Киром разговаривали у самой клетки, но вскоре переместились куда-то в дальний угол. Чейз оглянулась на Рида, для моральной поддержки быстро поцеловала его в губы и сбежала по лестнице между рядами. - Ну как ты? – тщательно оглядываясь по сторонам, спросила Кларисса, склонившись к самым прутьям. Эвер встала и приблизилась. - Не особо, - призналась она, с тоской глядя в ту сторону, куда отошёл Джерри, но всё же слабо усмехнулась, - это что, моя безрукавка? - Тебе один друг передавал привет, - сжав пузырёк в кулаке, Чейз просунула его сквозь прутья и вложила в кармашек на платье Эвер. Та удивлённо взглянула на неё. - Это что? От кого? - От Джейсона. Глаза Эвер на секунду расширились, когда до неё полностью дошёл смысл сказанного. Она растерянно опустила голову и нахмурилась. - Нет, он… он уже не… - Он мёртв, да, это так. Но он просил тебя это выпить. - Выпить? Что это вообще? - Я достала это из шкатулки, - просто ответила Чейз, и Эвер судорожно выдохнула, мгновенно отдёрнув от кармана руку. - Это?.. Оно сделает меня?.. - Не знаю, кем оно тебя сделает, - честно признала Кларисса, - подумай хорошо, ладно? Эвер подняла глаза и кивнула. Уже отходя от клетки, Чейз напоследок обернулась и добавила: - Если станешь человеком, смени причёску, ради Бога. *** Глядя, как Клэр подходит к Ридиану, и вместе они быстро покидают зал, Эвер улыбалась, продолжая сжимать в руке пузырёк. Кто бы мог подумать, что у них реально что-то выйдет. Однако почти тут же мысли переключились на собственную судьбу. Интересно, Джерри в курсе о лекарстве? Но спросить вряд ли удастся в ближайшее время. Упоминание о Джейсоне тоже изрядно выбило Эвер из колеи. Неужели это возможно, и Клэр действительно встречала его… где? На той стороне? Или он был призраком? Жалея, что слишком растерялась и испугалась, чтобы спросить всё это непосредственно у самой Клэр, Эвер прикусила губу. Джерри на заседании выглядел довольно уверенно, хотя сама Айвори ничего обнадёживающего в этой ситуации не заметила. Кое-кого из Сильнейших она видела сегодня впервые – Николаса из Нового Орлеана, который был похож на уличного музыканта, и Изу – ослепительно-красивую, словно вышедшую из фильма о Древнем Египте. Наконец Сильнейшие снова собрались за одним столом, причём все разом, безо всяких предупреждений. - Голосуем, - завораживающе глубоким голосом произнесла Иза, - Джерард и Киаран, как заинтересованные стороны, не голосуют. Итак, Николас? - Я на стороне закона, - пожал плечами загорелый вампир, - за Киарана. Никак не прокомментировав это, Иза сообщила: - Мой голос за Джерри. Оливер? Оливер неторопливо поднялся, словно король, готовящийся издать указ, и Эвер поняла, что с силой сцепила пальцы от волнения. - Джерри… я благодарен тебе за всё, но я голосую за Киарана. - Решение Совета, - лишённым эмоций голосом объявила Иза, - мисс Айвори Кристина Кросс передаётся в руки Киарана О’Райли. Джерри побледнел от ярости, глядя на Оливера. Эвер каким-то задним умом продолжала думать, размышлять, что такого Джерри сделал, за что друг Кира должен быть ему благодарен. А пальцы уже судорожно срывали с пузырька восковую печать. На вкус лекарство оказалось никаким – словно обычная вода из-под крана. Не успела Эвер усомниться в том, что действительно только что выпила лекарство, как всё тело скрутило сильнейшей судорогой. Она взвизгнула от боли и упала на колени. В глазах потемнело, но почти сразу же боль прошла. Эвер подняла голову, поняв, что дрожит. В следующую секунду над ней склонились Киаран и Джерри. Она осторожно села и осмотрелась, понимая, что видит гораздо хуже, чем минуту назад. Вместе с этим пришло осознание того, что все те раздражающие звуки, что мешали ей спать и нормально думать, пропали. В груди глухо стучало сердце, отдаваясь куда-то в голову. Киаран аккуратно взял её руку; ранка на ладони кровоточила – она слишком сильно сжала пробирку с зельем, и та просто лопнула. Всё это было очень важно и вместе с тем не имело никакого значения. Мир обретал краски и терял их, яркой вспышкой пульсировала в ладони боль. Вокруг происходило что-то очень значительное, какие-то голоса, удивлённые восклицания от зрителей, внезапно почуявших, что она больше не вампир. Она человек. Эвер смотрела на застывшее лицо Киарана и недоумённое – Джерри. Хотелось смеяться. Хотелось плакать. Эмоции накатывали одна за другой – страх, радость, удивление, осознание. - Я думала, лекарство было уничтожено, - раздался откуда-то сбоку голос Изы. - Было. Но видимо, одну дозу Моро успел спрятать в шкатулку. - Нужно убедиться, что больше точно нет. - А что делать с девочкой? - Она больше не вампир, не нам решать. Последние слова врезались в сознание, постепенно обретая смысл. Она больше не вампир. - Джерри, - выдохнула Айвори и с силой сжала его шею, - я человек. Ты слышал? Я человек. - Да, Эв, - с нежностью подтвердил Джерри, - я слышал. Мы можем уйти. Он помог Эвер подняться на ноги. Её словно прорвало – мысли хлынули в голову нескончаемым потоком. - … а ещё я хочу мороженого. И секса, много секса. И хочу погулять на солнце, посмотреть на рассвет. И ещё хочу… - Это не конец, Айвори, - на их пути встал Киаран; его глаза опасно сощурились, а в голосе отчётливо проступил акцент. Кир был в ярости. - Нет, конец, - возразил Джерри, - ты всё слышал сам. - Ты забываешь кое-что, - вкрадчиво напомнил Киаран, - только я могу превратить её в вампира. Рано или поздно вы оба снова захотите быть вместе навсегда. Вечно. И тогда – я знаю тебя, Джерри – ты придёшь ко мне. Ты всегда приходишь ко мне, когда не можешь решить свои проблемы. - Уйди с дороги, - процедил Джерард, и Кир, криво усмехнувшись, посторонился. Джерри торопливо потянул Эвер вверх по лестнице, но в конце пути Айвори почему-то обернулась. Из толпы одинаково изумлённо таращившихся на неё вампиров взгляд выхватил Владимира, Мишель и Ричи. Кир что-то сказал, тихо, так что даже Джерри не услышал. Но Эвер не нужно было слышать, чтобы понять его фразу. «До встречи, крошка».

-Конец-