Научи меня любить, Пак Чанёль

Это называется судьбой, Мы не можем сопротивляться ей. Чтобы эта любовь не заржавела, Я всегда буду её полировать. Yoon Min Soo & Shin Yong Jae - Fate

Ещё никогда альфа не ощущал в себе такой неуверенности, открывая дверь собственного дома. Его окружила привычная тишина и притуплённый свет. Когда же в этом доме будет чувствоваться приятное копошение, озарённое ярким светом по всему дому? Если его не встречает Бекхён, то хотя бы это делали дети… опять же, Бекхён – ключевое лицо во всём! - Господин, позвольте вам помочь, - послышался голос их пожилого дворецкого, который, по сравнению с некоторыми, встречал его изо дня в день. Альфа протянул назад руки, позволяя снять с себя тонкое осеннее пальто. - Желаете поужинать? - Нет, Квандон, я, пожалуй, пойду в свой кабинет. Пусть принесут мне только кофе, - ответил Чанёль, массируя виски. - Хорошо, тогда я передам вашему мужу, что вы не голодны, - подытожил дворецкий и двинулся в сторону кухни. - Стой! Альфа даже на секунду выпал из реальности, предполагая, что зашёл не в свой дом. Но ведь здесь его приняли за своего, значит, мужчина передаст именно Бекхёну, что он отказался есть. - Квандон, повтори-ка всё для своего хозяина ещё раз, - приказал он дрожащим голосом. Кому, как не слугам знать обо всём происходящем в доме. Поэтому дворецкий не смог сдержать улыбку от такой реакции, Квандон тоже переживал за тяжёлую атмосферу в доме. Ведь он с пелёнок знает своего молодого хозяина. - Господин Бён сегодня приготовил ужин. Он дожидается вас на столе. Пак непроизвольно выпучил глаза, нервно прочищая горло. - Мой муж дожидается меня на столе?! Только годы работы, сравнимой своей серьёзностью со швейцарами, позволили пожилому мужчине не засмеяться. - Ужин. Ваш ужин, сэр, - с каменным лицом ответил Квандон. – Я распоряжусь подогреть всё для вас? Дворецкий сдержался, а вот Пак Чанёль не смог, мысленно надавав себе оплеух за такую самонадеянность. Не может быть в жизни альфы сразу столько сюрпризов. Ужин, да ещё и омега, поданный под сливочным соусом. - Не смей! Я буду есть даже холодным. Пусть всё останется приготовленным от первого лица, - сказал Чанёль, вытирая слёзы смеха с уголков глаз. После действительно вкусного ужина он поднялся на второй этаж, направляясь к себе в кабинет. Чанёль желал спокойно пройти мимо спальни своего омеги, ведь Миссис Бён просила этим вечером его не беспокоить. Но пение, чёрт возьми, этот голос вынудил затормозить его возле всегда закрытой двери. Самый замечательный голос на земле сейчас пел очень старую песню, вызывая у альфы нежную улыбку на губах. Он знал, что его муж хорошо поёт. Только вот сам Бекхён сильно не баловал его песнями, прерываясь, как только чувствовал запах своей пары. И сейчас, Бекхён определённо знал, кто стоит за дверью, но продолжал. Он продолжал, заставляя альфу молча припасть к двери. Чанёль ловил каждое слово, наслаждался каждой секундой. Он ощущал себя рыбкой в воде. Ведь его водой непосредственно стал Бекхён: его голос, его запах, его пальчики… весь он. Да, всё остальное время альфа задыхался, выживая за счёт воспоминаний и глупых надежд. Пак медленно заскользил по двери, опускаясь на паркетный пол. Но только он поудобней устроился, всё прекратилось, омега замолчал. Альфа же, в голове успел записать новый сингл, немедленно включая его на повтор. Затаив дыхание, он расслышал тихие шаги с противоположной стороны. А когда худенькая фигурка присела на пол, аналогично подпирая дверь, Чанёль был готов и сам запеть. Захотелось тут же снять это единственное препятствие с петель. - Тебе понравился ужин, Чанёль? – совсем тихо, но альфа расслышал всё… до единого словечка. Он прикрыл ладонью рот, остерегаясь, как бы не запищать на пике счастья. Омега заговорил первым! И ему ничего не нужно, это просто вопрос, поддерживающий беседу. - Да, Бекхён-а. Но было бы лучше, поужинай мы вместе. Тихий смешок за дверью, а Пак уже родил тройню и отправил детей учиться куда-нибудь в Лондон, чтобы вновь продолжить пополнять семейство. - Ты поздно вернулся, подумал, что уехал в ночной клуб с моей бабулей, - Бекхён посмеивался себе в кулачок, предполагая выражение лица мужа. - Так мы туда и отправились, но нас не пустили, сказав, что мы слишком вульгарно одеты. Раааз, Дваа, Трии… молчание. Видимо, Чанёль перегнул с шутками. Ну что за наказание! Где чувство юмора у этого затворника… - Иди отдыхать, Чанёль, - омега поднялся и поправил свои штаны. - Давай поговорим, Бекхён-а! – альфа тоже подорвался с насиженного места, испуганно округлив глаза. – Пожалуйста. Тишина, только шуршание босых ножек, которые прошлёпали до кровати. А Пак вновь у разбитого корыта, не ведающий, радоваться такому поведению Бэка или нет. Но для себя он точно решил, что его муж сам выбрал исход следующего утра, отказав вновь в разговоре.

***

Чанёль не удивился, когда увидел себя с Бекхёном на первой странице утренней газеты. - Хм, тот, что поджимал всю дорогу хвостик, вышел гораздо лучше меня, - усмехнулся альфа, поглаживая указательным пальцем фото мужа. – И ведь так происходит постоянно. Заглавные строки гордо вещали о том, что счастливая молодая семья Пак посетила открытие своего первого торгового центра. Не забывая напомнить, что они признаны самой красивой парой года. И как же много лживого и красивого было написано в большой статье. Даже репортёры боялись влияния двух кланов, не публикуя ничего грязного и до боли правдивого. - Пак Чанёль, ты ещё долго собираешься игнорировать меня? – раздался не самый добрый голос его омеги. Альфа улыбнулся, ведь он уже давно уловил лёгкое шуршание одеял. Он опустил газету, открывая своё довольное лицо. - Доброе утро, лапушка. Твой сон очень крепкий, - проворковал Чанёль, вновь отвлекаясь на чтение. - Йаа! Альфа, как ты сюда попал и какого чёрта здесь происходит?! Маленькая злючка уж точно больше не позволит приятно провести время за чтением жёлтой прессы и чашкой горячего кофе. Пора переходить к задуманному. - Вся твоя невинность всё время куда-то убегает, как только ты начинаешь бояться, - прокомментировал Пак, наслаждаясь моментом. – Но таким ты мне нравишься даже больше, Бекхён-а. Ах да, я не ответил на твой вопрос, - он наигранно стукнул себя ладонью по лбу. – Сейчас я сижу на кресле в твоей солнечной спальне, хотя в такое время ещё мог бы нежиться с тобой в постели,… но я решил не наглеть. Так должно происходить наше каждое утро, поэтому не вижу ничего неправильного. Альфа чувствует поток страшного негодования, пряча улыбку за газетой. Он ожидал новых «приятных» высказываний в свою сторону. Омега был на это способен, очень способен. Но молчание длилось уже более двух минут, что вызывает подозрение. Подскочив с кресла, Чанёль уставился на Бекхёна, который, видимо, давно пытался прожечь взглядом тонкую бумагу. - Значит, решил поиграть в сказочного идиота, Пак Чанёль? – прошипел Бён. – Тогда какого лешего мне досталась роль спящей красавицы, - он взглянул на свои запястья и зло оскалился. – Привязанной к кровати, чёрт бы тебя за ногу! Альфа улыбается как умалишённый, а его Бекхён миленько брыкается в своей кроватке, правда вот, совсем немного прикованный к железной спинке. Да, жизнь удалась! Он облокотился о комод, что стоял напротив кровати, наблюдая за всей картиной. Таким обозлённым альфа не видел мужа со времён их помолвки. На свадьбе Бекхён уже обречённо стоял рядом, после которой предпочёл вообще забыться в себе. Наверное, стоило намного раньше так поступить. Так сказать, подогреть их отношения. - По-другому ты отказывался со мной общаться, - изрёк альфа, наблюдая за метающимся тельцем. – Не дёргайся, искалечишь ручки, глупый мальчишка! - Тогда просто развяжи меня, идиот! Я тебе не заморская зверушка, - а Бэк, кажется, всё больше распалялся, что только веселило альфу. - Если бы захотел, то я сделал тебя своим зверьком с первых дней. Но сглупил, полагаясь, что смогу по-человечески добиться твоего расположения. Этим вечером я давал тебе последний шанс, но, как оказалось, мой Бекхён любит всё делать через силовые методы. Чанёль был так одержим своим супер планом и произведённым эффектом, что совсем позабыл, кто и в чём перед ним сейчас лежит на кровати. А ведь это его маленький стройный муженёк, который скинул с себя одеяло, сияя перед глазами своей чудесной пижамкой. Короткие шортики и майка с принтом щеночка заставили альфу умилиться от вида омеги. - Господи, Бён Бекхён, какой же ты милый, - пропищал своим басом альфа, да, именно пропищал. Ещё вчерашний Бекхён испугался бы этих слов и убежал, куда глаза глядят. Этот же экземпляр возвёл глаза к небу и сладенько ругнулся. А если бы и захотел убежать, то, увы… - Давай я закрою глаза на твою утреннюю недалёкость и перейду сразу к делу, - особо не дожидаясь ответа, омега устремил взгляд на мужа. – Что ты хочешь от меня, чёрт возьми?! Дай хоть родственникам позвоню, чтобы выкуп готовили. Альфа закрывал глаза на все грубости и пытался сдержать смех. То ли у него не всё в порядке с головой, то ли он безумно соскучился по Бекхёну, но такой вот злой беспомощный омега сносил ему крышу окончательно. Он получал садистское удовольствие от этого бестолкового разговора, от длинного язычка мужа, от связанного Бекхёна, в конце концов. Но весь его полёт фантазии перебил стук в дверь, от которого Бён победно посмотрел на мужа и гаденько так улыбнулся. - Господин, я принесла ваш завтрак, - послышался голос служанки. Вот с прислугой Пак просчитался, что заставило немного заволноваться. Но после секундного замешательства альфа убедил себя тем, что он хозяин дома и может хоть по потолку бегать, хоть мужа своего связывать… - Заходи, Сонхи! – улыбаясь, омега позволил войти слуге. В комнату зашла девушка с подносом, который еле удержала на руках, увидев картину имени Пак Чанёля. Она испугано смотрела на обоих хозяев и соображала, как ей сейчас следует поступить. - Привет, Сонхи, - улыбался приветственно Пак, хотя видел эту служанку впервые, которая ещё ко всему была и омегой. – А мы тут с Бекхёном решили поиграть, - альфа бросил взгляд на ошарашенного мужа. – Поставь поднос на тумбу, я покормлю его лично, не переживай. Бекхён если и хотел что-то сказать, то, в данную секунду, проглотил язык от происходящей такой естественной картины. Словно каждый день его слуги находили привязанным к кровати, уважительно кланялись и уходили дальше выполнять свою работу. - Как видишь, мой муж не желает принимать мои правила. Может, ты захочешь поиграть со мной?– альфа подмигнул служанке, на что та залилась пунцовым румянцем. - Но, господин… - Пошла вон! – наконец, заорал пленник кровати, краснея от злости. – Ты уволена! И передай домоправительнице, что если в моём доме появится ещё хоть одна омега, я лично позабочусь о её будущем карьерном росте!