Игры с огнём 3. Душа

Просыпаюсь от солнечного луча, гуляющего по лицу, и поднимаюсь с ложа. Адриана снова нет рядом, и его половина кровати уже совсем холодная. Интересно, он приезжал ночевать сегодня? Вчера я его так и не дождалась. Он на работе, проводит там почти сутки с тех пор, как утряслась бумажная волокита, и фирма стала полностью его. Пытается восполнить пробелы в знаниях, которые появились за семь лет отсутствия. Надеваю лёгкий халат и подхожу к окну. Сегодня солнечно, всю неделю солнечно, несмотря на то, что уже почти зима. Быть может, сезон дождей кончился навсегда. Гляжу вниз, желая как обычно увидеть мостовую, но вижу только вечнозелёную лужайку и высокий забор. И пару охранников с ружьями, марширующих внизу, вот он мой новый дом, дом, что видит в грёзах большая часть девушек нашего города. Дом, где я буду жить ещё очень долго, и растить свою дочь, дом, где я должна быть счастлива. Но я не счастлива. Потому что здесь, в этой роскоши и спокойствии я чувствую себя чужой. Быть может, это странно и глупо, но в этом огромном красивом доме я никак не найду себе места. Как только мы устроились, Адриан нанял мне учителей, чтобы я могла учиться дома. Потому что ходить в университет, как все я не могу. Не положено, ведь я жена бизнесмена, и по документам у меня уже есть высшее образование. Адриан нанял прислугу, чтобы они убирали комнаты и готовили нам вкусную еду, потому что жене бизнесмена делать такое самой не принято. Адриан купил мне фальшивую биографию, и моим новым отцом стал бизнесмен средней руки и одна из его многочисленных любовниц. Что бы этот фальшивый отец обнимал меня на приёмах и окружающие видели, что я, пусть и выросла внебрачной, но была всё равно любимой дочерью со счастливым детством. И от этого всего мне казалось, что меня просто не остаётся, будто настоящая Карлен постепенно тает в воздухе. А её место занимает другая, строгая и грациозная жена властителя мира, его чёрная королева с чужим прошлым и чужим именем, заботящаяся лишь о поддержании репутации на людях. И совсем не хранящая её в собственном доме и своей семье. И я точно знала, что мне просто необходимо поговорить об этом с кем-то, кто сможет понять мои страхи и стремления. И мои странности. Но перед тем единственным, которому я привыкла доверять всё самое сокровенное, не могла вымолвить и слова. Потому что именно это та жизнь, к которой он так стремился и в которую хотел вернуться, и я не имела право портить ему настроение своими беременными бреднями. Потому что он был серьёзно увлечён работой, стараясь скорее доказать сотрудникам, что он достоин стать капитаном корабля и обязательно сможет провести его между рифов, и я не имела право отвлекать его от этой миссии. Но выговориться перед кем-то, поведать ему свою странную боль стало просто необходимым, поэтому я позвонила Анжи. Потому что она всегда была очень внимательной и понимающей. Потому что она всегда была готова поддержать друга в затруднительном положении. А если на этот раз и не сумеет понять меня, то просто выслушает и не осудит. *** В офис к Тори я подъезжаю за пару минут до обеда, на чёрной машине с тонированными стёклами и двумя телохранителями внутри. Новой машине за шесть миллионов, моей личной машине, которая мне никогда не была особенно нужна. И я, как заправская светская львица, протягиваю руку парню, что помогает мне вылезти из неё и, махнув охранникам, чтобы хоть ненадолго остаться одной, поднимаюсь в прозрачном лифте на пятый этаж. Анжи уже сидит на месте и, улыбаясь своим мыслям, уминает шоколадные пончики с ароматным кофе. И я немножко завидую ей, ведь ей Тори позволила выйти на работу. А я не могу сделать даже этого, ведь должность помощника секретаря не престижна для жены бизнесмена. И неприлична. - Привет! – окликаю я рыжую красавицу и сажусь рядом. – Ну и каково это снова быть в рабочем строю? - Отлично, - она встряхивает волосами и смеётся. – Снова терплю придирки Тори по поводу неприличной одежды и исполняю роль тренажёра, снимающего стресс. Зато снова чувствую себя живой и полезной, к тому же Тори и Тея всегда рядом. Кстати, я ненадолго, могу только десять минут посидеть, а то Победа меня убьёт. Она и так долго ныла, что ей нужно писать речь к завтрашнему совещанию, а приходится сидеть с ребёнком. Улыбаюсь. Да, Тори всегда Тори, обожает дочку, но постоянно поручает её Анжи, говоря, что плохо ладит с малышами. Носит любимую на руках, но ревнует её к каждому столбу, постоянно выдумывая то, чего нет. Даже несмотря на то, что Анжи ей ни разу не изменила. - А ты чего нос повесила? – спрашивает рыжая, касаясь моей ладони, внимательно заглядывая в глаза. – Ты же ещё на той неделе так счастлива была, когда вы детскую оборудовали. - Да, была, - выдыхаю я и ещё ниже опускаю голову. – Наверно, я просто не умею быть богатой. - Брось, чего тут уметь-то? – хмыкает Анжи. – Лежишь себе на кровати, грызешь ананасы, а слуги вокруг тебя круги нарезают и требуют зарплату. Смеётся, и я смеюсь вместе с ней. Она весёлая и может любую, даже самую ужасную ситуацию обратить в шутку. И поэтому с ней очень легко. - Анжи, а ты долго привыкала к такой жизни? – спрашиваю я главное, заглядывая в чёрные, с искринкой хитрости глаза. – Ну, к жизни жены богача, я имею в виду. - Карлен, ну ты же знаешь, что я год была рабыней Тори, - пожимает она плечами. – Поэтому к моменту заключения брака уже успела привыкнуть к её распорядку. Только меня стали вытаскивать на деловые приёмы, да она сама стала чаще идти на компромисс. А так, в общем-то, всё осталось по-прежнему. - Но жизнь рабыни и жизнь жены бизнес-леди не могут быть сопоставимы, - искренне удивляюсь я, вспоминая прошлое. - Да Тори не была такой уж плохой госпожой, - беспечно махает рукой рыжая. – Она была властной, постоянно командовала и обещала избить за неповиновение, но никогда не делала так, чтобы мне было плохо или больно. Я была ей интересна, и она училась понимать меня, отчего все её строгие приказы превращались в игру, обычно сексуального характера. И я, когда перестала бояться и видеть в ней врага, тоже стала стараться понимать и угадывать её желания, помогая тем самым справиться с холодом, что царили в её душе и доме. А что касается остального, то я в доме была точно королева. Ниже её самой по рангу, но выше обычных слуг. Видно, Тори сразу определила, что постель для неё важнее каких-то там блинчиков и уборки. Снова смеётся, и я улыбаюсь. Рабыня, которой была уготована жизнь вещи, смогла завоевать хозяйку. И хозяйка, которая никак не могла найти тепла в своём богатом мире, но нашла его в чёрных глазах невольницы. Это ли не чудесная сказка? - Так что тебя беспокоит на самом деле? – неожиданно спросила женщина. Да, она права. Не поддельный паспорт и фальшивое прошлое так угнетают меня. Я жила по фальшивым документам, притворялась чёрти кем, но сейчас. - Знаешь, Адриан выглядит таким важным, когда сидит в офисе, - начала я, вспоминая другого его, неведомого для меня доселе. – Он так строго отдаёт приказы, отчитывая людей за неповиновение, и кажется таким величественным. Совсем не таким, другим, не тем, каким я видела его раньше, - я замолкаю на секунду, чтобы облизать пересохшие губы. - Ты знаешь, раньше я всегда чувствовала себя нужной ему. Потому что у него не было родных людей, близких друзей и подчас ему не с кем было даже поговорить. Сказать не поверхностное «здрасьте» и «до свидания», а проникновенно, рассказывая обо всём, что тревожит и попросить совета. И я постаралась, я сделала всё, что было в моих силах, чтобы стать для него таким человеком. Поэтому между нами установилась связь, которую, как мне казалось, просто невозможно разрушить. Но сейчас он вернулся на своё место, стал тем, кем всегда мечтал, и мне кажется, что ему это больше совсем не нужно. Он получил что желает, он стал богом своего маленького мира, а я так и осталась малообразованной бывшей рабыней, и мне никогда не достигнуть его уровня. Так что подчас мне хочется всё бросить и уйти, чтобы не занимать в его жизни место, для которого я не предназначена. Я закрываю лицо руками, пряча невольные слёзы. Да, мне хочется уйти самой, пока он не указал мне на дверь. Мне хочется оборвать всё разом, пока я не доконала его терпение своей бесполезностью. Так зачем я остаюсь с ним рядом? - Карлен, Адриан думает так же? – вопрос Анжи вырывает меня из потока мыслей. - Не знаю, - выдыхаю я. – Раньше, я всегда знала, о чём он думает, что чувствует, а теперь не уверена даже в этом. - Так поговори с ним, - предлагает она. – Спроси, ведь только он сможет разрушить твои страхи или взрастить их. - Но, - я замолкаю на секунду, но после добавляю правдиво. - Я боюсь. - Тогда тем более перестань терзать себя и выскажи ему всё. Ведь в этом вопросе только он может разрушить твои страхи или взрастить их. И ни за что не принимай такое решение одна, без него. Ведь у вас будет малыш, который уже связывал на веки и его, и тебя. Адриан изменился? Может, тебе это просто кажется, ведь ты не хуже меня знаешь, что у него много масок и притворных личин. Так подойди к нему, загляни в глаза и прочти в них свой ответ, как делала это всегда. - Хорошо, - я киваю и заключаю в объятия дорогую мне девушку, лучшую подругу. *** Поговорить. Так просто сказать и так трудно сделать. Решиться. Просто разрубить всё на до и после, чтобы решить всё разом. И Адриан сегодня приходит пораньше, словно чувствует, что я так сильно хочу его видеть. Ужинает, болтая о чём-то отстранённом, улыбается и устраивается в гостиной с ноутбуком. Сейчас работа – самое главное. А для меня главное совсем другое, поэтому я не знаю, как начать разговор. Не знаю, стоит ли. - Карлен, ты чего-то хотела? – спрашивает он, не отрывая глаз от экрана, чувствуя, что я рядом, слыша шаги. - Да, - опускаюсь в кресло напротив, отчаянно кусая губы, теребя подол платья. И замолкаю. Снова. Не могу говорить. Я всё разрушу. Или уже разрушаю? - Так что ты хотела? – он нарушает звенящее молчание. – Говори скорее, мне нужно подготовиться к завтрашнему докладу. Ему нужно работать, как я и думала. Работать, а не разбираться с моими глупостями. Так может, мне лучше промолчать? Уйти и не мешать? Позволить ему стать свободным. Подарить ему это свободу. - Скажи, я ещё нужна тебе? – спрашиваю напрямик, всё же решившись, желая узнать всё разом, преодолеть или потерять. – Я была нужна тебе, пока ты был в дороге, пока стремился к своему идеалу. Пока старалась помочь тебе достичь его. А сейчас ты снова стал собою, ты снова на коне, снова тёмный принц и самый завидный жених в городе. Так скажи, я нужна тебе сейчас? Вот так, немножко путано и витиевато, но прямо. Все мои чувства. Все мои страхи и комплексы. Что я ему не пара, что он может выбрать любую. Что от меня ему больше не будет пользы. - Не говори глупостей, - он всё же закрывает ноут и поднимает на меня небесно-голубые глаза. – Я женился не для того, чтобы в один прекрасный момент нажать на «стоп». Глупости. Одно его слово, и все страхи рассыпаются осколками и падают к моим ногам. Просто мои глупости, надуманные. Ненастоящие. - Спасибо, - я улыбаюсь, как всегда тепло. Он со мной, он мой. А я просто молоденькая дурочка, запутавшаяся в зеркалах. Но сейчас на душе вновь спокойно, поэтому я встаю с дивана и направляюсь к двери. Ему нужно закончить доклад, ему нельзя мешать. - Карлен, - Адриан догонят на повороте и тащит в прихожую. – Пошли, покатаемся. - Сейчас? - удивляюсь я, но он уже натягивает куртку. – А как же твой доклад? - Завтра доделаю, если слишком много работать, голова вспухнет и взорвётся, - смеётся, хватая ключи от машины. И снова мы наедине, вместе, только мы и ночная трасса. И луна, что освещает нам дорогу. - Тебе хорошо? – спрашивает он, откидывая верх, вжимая педаль газа. Да, мне хорошо. Чувствовать ветер, бьющий в лицо, и кричать что-то в темноту ночи. Мне хорошо видеть огни большого города, что с бешеной скоростью проносятся мимо. И безумно хорошо видеть его рядом, чувствовать. Знать, что между нами всё по-прежнему, что он ничуть не изменился получив должность. Что он так же любит опасность и скорость, адреналином гуляющую по крови. И меня. И секс с ним такой же яркий, страстный, когда тела накалены до предела. Когда не хочется нежностей, когда не нужны кровати, когда есть только мы. И он заваливает меня на сиденье, разрывая одежду, когда я подставляю шею для горячих поцелуев, когда он заполняет меня изнутри. Когда мы двигаемся в такт под мелодию какого-то популярного рока, становясь на миг одним целым, выпивая друг друга и эту ночь без остатка. Когда не существует никого кроме нас. - Карлен, я понимаю тебя, - начинает говорить он, без сил падая на сиденье, всё равно прижимая меня к себе. – Как никто понимаю, как тебе сейчас трудно. Получать всё по щелчку пальцев, сидеть на месте, ничего не делая самому – это безумно скучно. Я жил так, оставляя всю грязную работу другим, поддерживал незамутнённой репутацию в глазах людей, которых едва знал, и совсем не чувствовал вкус этой жизни. А потом я попал в тюрьму, и уже там, стоя на коленях и получая удары, чувствуя во рту вкус собственной крови, я впервые почувствовал себя живым. И, преодолев все преграды, вставшие на пути, я стал человеком, не тем золотым мальчиком, что живёт по указке родителей, а полноценным и свободным. И поверь, мне безумно нравилось скрываться вместе с тобой от бандитов и жить поперёк всем правилам, но время не стоит на месте. Мы становимся старше, мы взрослеем, и нужно когда-нибудь остепеняться и строить свой дом на твёрдых сваях. Он замолкает, и я слушаю, как шумит ветер. Он прав, нельзя жить всегда на пределе и бежать в никуда, ища счастье за поворотам. Наверное, сейчас просто пришло то время, когда нужно подумать о своей жизни. И своём ребёнке. - И вот ответ на твой вопрос, - продолжает он. – Ты мне очень нужна, потому что только с тобой я смогу вмиг послать всё к чёрту и мчаться вот так по ночной трассе, чтобы вновь почувствовать этот вкус на губах. Чтобы не жить по дурацким правилам, а научиться обходить их, придумывая лазейки. Ведь именно это и называется счастьем. - Ты определённо знаешь, как ублажить девушку, - усмехаясь, говорю я, кладя голову на его грудь, чтобы слушать биение его сердца.