Бойтесь своих желаний

      Летела Мутиара недолго: её пещера находилась почти под носом у гномов, просто диво, что они её до сих пор не обнаружили. Приземлившись на выступ, она открыла каменную дверь, которую нельзя было заметить, если не всматриваться специально – скала как скала. Тщательно закрыв её, она отогнула шкуру и понесла «добычу» в пещеру. Ее «дом» состоял из нескольких небольших пещерок, из которых она сделала несколько комнат: небольшую «прихожую», гостиную с камином, спальню, кладовую, кухню и купальню с водой, которая проходила и уходила по хитрой системе труб. Драконесса наладила их по какой-то заумной книге, но, как она сама признавалась Смаугу, повторить сей опус, наверное, не сможет, и не дай Эру что-то из этой конструкции сломается. Нагревал же воду камин, который горел почти всегда, ибо Мутиара ненавидела холод, а во время приступов паники её всегда знобило. Правда, в последнее время их почти не было, но вот сегодня один случился – в горе.       Драконесса прошла в своем полуоблике до спальни, скинула покрывало, медвежью шкуру и одеяло на пол и положила ношу на конструкцию, которую она гордо именовала Ложе, а Смауг, смеясь, каждый раз, говорил, что с такими размерами это можно назвать только трахадромом. Мутиара каждый раз обижалась и ругалась с вредным драконом, но эта морда красноволосая только смеялась.       Уложив «узелок» по центру, она начала втягивать крылья и хвост назад.       – Черт, ну, почему так больно каждый раз? Как будто ножами режут, – простонала Мутиара.       Посидев пару секунд, приходя в себя от боли, она начала развязывать узел. Выходило плохо: от дерганий его сильно затянуло и пришлось повозиться. Наконец, она расправила простынь по своей кровати. Эльф выглядел как сломанная фарфоровая кукла – неестественно бледный, с синяками и кровоподтеками, один глаз заплыл. В общем и целом, картина была ужасная.       – Придется мне повторить то, что я сделала на той битве, – тихо пробормотала Мутиара. – Надеюсь, что сил хватит…       Она не стала одеваться, а наоборот, сняла свои сапожки и осталась только в штанах. Потом постояла рядом с кроватью и стала выпутывать Лесного Короля из получившегося кокона. Скинув и это одеяло на пол, она забралась ему на живот и, сев, вздохнула, успокаиваясь, а затем зажмурилась. От драконессы пошло золотистое сияние, которое как будто впитывалось в тело эльфа. Оно становилось всё сильнее и сильнее. Травмы исчезали с тела Трандуила, внезапно спала и иллюзия, которая стала практически его вторым «я». Левая половина тела предстала в своем истинном обличье, но и это стало медленно исправляться. Ожоги бледнели, мышцы восстанавливались, кожа разглаживалась. Вскоре на теле эльфа не осталось ни одной отметины. Драконесса, тяжело дыша и обливаясь потом, выдохнула.        «Почти всё. О боги этого мира, услышьте меня, помогите! Надо, чтобы его воспоминания поблекли, чтобы не причиняли такой боли... Только бы вышло».       Всё сияние сосредоточилось в её руках. Она коснулась ими его висков и застонала от переживаемой им душевной боли. Ей было вдвойне тяжелее, так как все это будило её воспоминания и её боль. Она снова переживала то время, когда уговаривала саму себя не трусить и не поддаваться своим мучителям. Нельзя было поддаваться, иначе так и проживешь остаток дней чужой игрушкой, а все игрушки рано или поздно надоедают – их забывают, выкидывают или ломают. А ещё – передаривают другим. И игрушка будет путешествовать от одного к другому, или её станут делится друг с другом. Ведь всё это не проблема: у игрушки нет своего мнения, нет чувств, она не должна испытывать эмоции, она должна быть просто вещью.       Мутиара тряхнула головой, отгоняя свои кошмары, и обессилено свалилась с Эльфийского Короля. Сил не было ни на что, хотелось спать и сильно. Она ползком спустилась с кровати и начала натягивать рубашку. Потом затащила на ложе все одеяла, попыталась и шкуру вернуть на место, но не смогла. Сейчас она для неё стала слишком тяжелой. Плюнув, она накрыла своим одеялом эльфа, а сама заползла под гномское. Отодвинувшись как можно дальше от неожиданного гостя, она провалилась в тяжелые сновидения.       Подвал. Свечи. Веревки. Душно и совсем нет окон. Голова. Страшно раскалывается голова. Что со мной? Я как будто без сил. Кто-то идет. Страшно. Смех. Их смех. По лицу струится холодный пот, бьет озноб. Кажется, что миллионы ледяных игл, пронзают всё тело! И крики. Крики.       Мутиара с криком подскочила на кровати вся мокрая от пота. Её трясло. Как давно не было этих снов. И вот... снова всё вернулось.        «Так, успокоиться. Вдох-выдох, и снова вдох. Голова ничего не соображает. Холодно, очень холодно!»       Она упала обратно на подушку и выдохнула. Внезапно драконесса почувствовала взгляд. Страх вернулся, и её снова затрясло. Она медленно повернула голову в сторону и натолкнулась на ничего не понимающий взгляд своего «гостя». Несколько секунд они молчали, а потом её затрясло от истерического смеха: ну, дает, испугалась из-за ничего.       Трандуил с недоумением разглядывал нервно смеющееся чудо лежащее на одной кровати с ним. Внешне она напоминала девушку эльфийской расы, но уж очень хрупкую и маленькую (в смысле роста). У нее были выдающиеся вверх остроконечные, как у эльфов, ушки, белого цвета волосы с несколькими отдельными прядками, спадающими на плечи и прихваченными необычными зажимами. Рост насколько он мог прикинуть чуть выше метра, а вес едва ли более 35 кг. Загорелая кожа, милое личико с большими карими глазами, в которых сейчас страх и печаль. Наконец Мутиара смогла справиться со своей истерикой и чуть привстав, приложила правую руку к сердцу. - Quel amrun!*