Бойтесь своих желаний

      Прошло некоторое время, прежде чем Мутиаре удалось разыскать в Эсгароте эльфов и передать им письмо от Трандуила. Потом потянулась череда разбирательств, пока эльфы проверяли письмо на подлинность, спорили и в итоге согласились поехать за ней. Боже, она до сих пор не знала, как удержалась от смеха во весь голос, когда увидела появившегося перед своими подданными Короля, величественно завернувшегося в одну-единственную простыню.       О чем Лесной Владыка говорил с эльфами, Мутиара не стала слушать, а просто пошла собирать свои вещи. Пришедший чуть позже Трандуил, уже полностью одетый, развил бурную командирскую деятельность, как-то отстранив её от всех сборов. Эльфы быстро и аккуратно запаковали медвежьи шкуры, посуду, одежду, сняли светящиеся камни со стен и погасили камин. Кровать Мутиара попросила разобрать, чтобы «… уж совсем не оставлять следов обитаемости пещер…». Камин завалили камнями, также как и вход в купальню. По крайне мере, теперь невозможно было понять с первого взгляда, что тут кто-то жил.       Вещей оказалось немного, и они все уместились в повозке. Эльфы подвели Королю коня.       – Гэллаис, съезди к Королю-под-горой, забери мой серебряный обруч и коня, которых я забыл так поспешно покидая его кров. Передай на словах мою бесконечную благодарность за проявленное гостеприимство, и что в скором времени я надеюсь отблагодарить его в полной мере за каждую минуту уделенного мне времени и внимания.       Темноволосый эльф, поклонившись, уехал, а Трандуил, сев в седло, протянул руку Мутиаре.       – Не откажетесь проделать путь до Эсгарота вместе со мной?       – Ну, если Ваше Величество не против, – рассмеялась она.       Он легко усадил её впереди себя.       – Я бы посмотрела на реакцию Торина на слова твоего стража, – тихо произнесла она. – Спорю, его лицо будет непередаваемым. Кстати, это можно будет и сейчас понаблюдать. Смотри, там гномы.       Эльф слегка улыбнулся, представив лицо Торина, и тут же надел на себя надменную маску. Все встречные гномы таращились на странную процессию. А в одном Трандуил узнал одного из своих мучителей. Его руки сжались на поводьях.       – Спокойнее, дыши глубже и побольше льда во взгляде: они ещё поплатятся. Не показывай, как тебя это волнует. Их нет – просто они ещё не знают об этом, – всё так же тихо произнесла Мутиара.       Потом был Эсгарот и встреча с королем Бардом, на которую Трандуил всё же затащил и её. Пока короли пили вино и обсуждали договора, Мутиара сидела на стуле и скучала. Пару раз она дополнила слова Трандуила по договоренностям и условиям. Присутствующие эльфы и король людей были удивлены тем, что Владыка Эльфов благодарно улыбнулся ей кончиками губ. Не одернул, не скривился в высокомерном презрении. Нет, он был доволен и… Б-Л-А-Г-О-Д-А-Р-Е-Н! Немыслимое дело. А то, как он смотрел на неё, не укрылось ни от кого. Всем стало ясно – в сердце Ледяного Владыки закралась любовь. Пусть он ещё сам не до конца это понимал, но обычно влюбленные прозревают самыми последними.       Договора было решено составить и подписать до начала ежегодной ярмарки, которую теперь решил устраивать Бард. На том и порешили.       Мутиару эльфы, по приказу своего короля, проводили до её дома и помогли внести вещи. Трандуил же остался их ожидать в компании Барда.</i>       С момента переезда прошло уже три месяца. Её жизнь почти вернулась в привычное русло, если бы ни одно НО: письма Владыки Лихолесья. Их привозили эльфы каждые четыре дня, в них было и обсуждение планов, и просто описание будней Эльфийского Короля, и вопросы о ней самой и её нынешней жизни. Драконесса не знала, как себя вести. Она привыкла никому не доверять в плане отношений, но этот эльф что-то будил в её душе. И она отвечала на письма, рассказывая о том, что происходит в городе, что слышно в горе, как ведут себя гномы. Ей нравилось описывать свои вылазки в Одинокую и небольшие шутки, что она проделывала с Торином в последнее время. Трандуил ругался после таких писем, даже один раз грозился уши надрать "одному неугомонному мелкому чудовищу" и просил быть осторожнее. Мутиара посмеивалась, читая такие послания, понимая, что за неё переживают.        «Возможно, у нас с ним даже есть шанс? – думала она. – Я даже в охоте уже так не нуждаюсь, как в его письмах. Завтра, кстати, ярмарка. Надо бы сходить прикупить себе что-нибудь интересное. Ведь Трандуил сдержал слово, и его эльфы смогли изменить русло Быстротечной реки, и теперь она так же глубока как и Келдуин. По словам Барда, обещали приплыть какие-то суда с товарами. Люди хотят мира и доброй торговли. Надо, кстати, помочь Элен и Сигрит. Они говорили что-то по поводу флажков и гирлянд».       С этими мыслями Мутиара пошла на площадь. Дочь короля Барда и её подруга попросили помочь им развесить на прилавках и домах гирлянды из листьев деревьев и цветов, а также фонарики и флажки. Драконесса не видела причин для отказа и с удовольствием стала «ползать» по стенам, закрепляя гирлянды и веревки с флажками. Девушки внизу только приглушенно ахали и просили быть осторожнее. Мутиара заметила, что рядом постоянно ходят гномы, но никто из них не пробует подойти к ней, хотя чувство, что они следят, всё эти три месяца было постоянно. Когда она уже почти все закрепила, внезапно услышала знакомый голос зовущий её.       – Жемчужинка?       Она почти упала вниз и стала оглядываться.       – Жемчужинка!       И тут она увидела темноволосого гнома в черной рубашке, который улыбался во все свои тридцать два зуба и махал руками.       – Быть не может! Дёма?       Гном стремительно подошел к ней и приложил палец к губам.       – Тс-с-с, Дири, теперь Дири. У гномов нет имени Демьян, пришлось взять другое.       – А где…? Откуда ты…? Как…? – Мутиара тараторила без остановки, пока он не схватил её в охапку, внимательно наблюдая за реакцией.       Девушка напряглась, но вырываться не стала и ничем тяжелым не огрела.       – Ты смогла побороть боязнь? – тихо спросил Дири.       – Почти. Мне всё ещё неприятно. Но, как видишь, в панику не впадаю и даже смогла поселиться в городе. Кстати, а где ты остановился?       – В трактире, тут, недалеко. Ну и цены в Эсгароте, скажу я тебе! Не ожидал.       – Эти цены стали появляться не так давно, друг мой. И винить в этом можно только… – Мутиара вовремя остановилась и, улыбнувшись, продолжила: – А может, поживешь у меня? Я живу одна, дом большой. Гостевых комнат аж три штуки. Что скажешь? Посидим у камина, поболтаем.       – А это будет удобно?       – В каком смысле?       – Ну…       – О, Валар Великие! Дири, я девочка взрослая, мне сорок пять скоро, тем более что озабоченные девственники меня не интересуют, уж прости, – она ухмыльнулась, сложив руки на груди.       – Жемчужинка!       – А? Что? Хто тут? – задрав нос к небу она покрутила головой, притворяясь, что не замечает его.       – Ладно, ладно. Я понял, маленькое ты чудовище, – выдохнул гном, махнув на нее рукой. – Я рад, что ты к нам вернулась. Я схожу тогда за вещами. Где встретимся?       – Да я тут подожду! Могу, кстати, вина купить. Хорошего.       – Хорошо, – заулыбался он во все свой тридцать два. – Я быстро!       Гном умчался по улице, лавируя между прохожих, а Мутиара присела на деревянные перила дома. За весь её разговор с гномом девушки тактично не подходили, чтобы не мешать, но сейчас Элен и Сигрит выглядели так, словно готовились защитить подругу от чего-то страшного.       – Мутиара, а почему этот гном обнимал тебя и называл Жемчужинкой? – спросила Сигрит.       – Всё просто, он мой старый друг, и я его давно не видела, – стала объяснять она.       – Ты пригласила его домой. И ещё, почему ты сказала, что тебе скоро сорок пять? И можно спросить, почему ты такая маленькая, ведь ты же эльф?... – перебила Элен.       – А-а-а… О славные девы, не убивайте меня потоком своих вопросов. Давайте постепенно, хорошо? – Мутиара сложила ладони в молитвенном жесте и жалобно посмотрела. – Да, я пригласила его пожить у меня. И что? Когда-то мы жили вчетвером: я, Дири и ещё двое, как мы думали тогда, наших друзей. Потом кое-что произошло, и остались только я с Дири. Он помог мне тогда. Мы друзья и только! Поэтому буду рада, если вы тоже подружитесь. Он хороший, хотя и странный. Я думаю, это оттого, что он до сих пор ни с кем даже не целовался. И это в его-то годы, с его характером и внешностью.       Девушки покраснели и захихикали.       – Теперь насчет эльфа… Нет, я не эльф. И да, мне сейчас сорок четыре. Почему ростом не вышла? Да кто ж знает, видимо болела в детстве. А называл он меня так, потому что Мутиара переводиться как Жемчужина.