Бойтесь своих желаний

      Утро началось с дикой головной боли от выпитого накануне, а потом диких ругательств.       – Дири, khahum menu rkhas shirumundu!* Что ты натворил, паразит? – гном от хорошего такого пинка слетел с кровати, над ним стояла разъяренная Жемчужинка и ругалась на кхуздуле. Дири долго не мог понять, что же он такого сделал и за что его костерят и бьют… Пока не вспомнил.       – Ты сама меня попросила после третьей бутылки вина! А у меня как раз лежали колечки и штанги, – выпалил он, уворачиваясь от очередной подачи по голове. – И знаешь, очень здорово получилось, тебе идет!       Мутиара потрогала пробитую переносицу и бровь. Потом подошла к зеркалу и, высунув язык, оценила ущерб. Хмыкнула.       – Ну, хорошо. Нос и бровь я ещё думала, но язык и пупок? Блин, Дири, чтоб я еще раз с тобой села пить! Лучше с вечера помру. Мало того, что голова теперь болит, так еще и на мечту металлиста стала похожа. В этом мире такое только гномы творят, а я на эльфа внешне все же смахиваю. Блин, как он отреагирует?       Она села за стол и вцепилась себе в волосы. Дири осторожно подошел к ней и положил руку на плечо:       – Надень самое любимое и сделай вид, что так и должно быть. Если твой избранник тебя любит, ему понравится.       – Спасибо, утешил, – расстроено фыркнула Жемчужинка. – А кстати, почему проколы совсем не болят?       – Так у меня тряпица есть магом зачарованная. Я сначала ей сережку натираю, потом в бренди её, а потом в прокол. Как только замочек закрывается – магия исцеляет прокол. Маг гарантию на три года дал.       – Еще раз что-то такое выкинешь – побрею, зуб даю! И прокляну на годик, чтоб не росло, усек?       – Так точно! – вытянулся по стойке смирно гном. – Разрешите идти досматривать сны?       – Разрешаю, – милостиво кивнула Жемчужинка.       Оба рассмеялись. Спать уже никому ни хотелось, Мутиара предложила позавтракать и бежать на ярмарку. Гном согласился. Как оказалось, он хотел найти в городе работу строителя или наемника, но его никто не хотел нанимать. И дело тут, как он понял, не в его умении, а в том, что он гном. Что делать, сейчас он не знал. Жемчужинка предложила ему вместе открыть лавку «Необычных товаров».       – Мы же уже делали с тобой игрушки, одежду, украшения. Только сейчас одному тебе право нормальной торговли не получить, а вместе сможем. Ещё я хочу добавить туда шоколад. Сегодня как раз насчет поставки необходимого договорюсь, – она задорно посмотрела на него. – Ну, так как, партнер?       – Не знаю, чтобы я без тебя делал? – заулыбался Дири. – Конечно, да, если только у тебя из-за меня не будет неприятностей.       – Не думай об этом! – посоветовала она.       После завтрака и тщательных сборов, то и дело сопровождавшихся: «А-а-а… Жемчужинка, сколько можно, предыдущая туника тоже сидела отлично!» – они наконец вышли из дома. Сунув Дири запасной ключ от дома и условившись встретится вечером на площади, где будут сегодня угощать за счет города и торговцев, Жемчужинка рванула встречать прибывающих сегодня эльфов. Они задержались на два дня, но в письме, которое ей позавчера принесли, Трандуил говорил, что сегодня приедет с сыном, и просил её непременно быть у короля Барда, так как хотел их познакомить. Он даже пригрозил, что если она попробует не прийти, он обыщет город, вытащит её из любой норы и всё равно их познакомит. На этом моменте она смеялась громче всего.        «Мда-а. Представляю эту картинку… Вот веселья-то было бы всем зевакам… Нет уж, лучше сама, а то чего доброго и правда силком потащит "знакомиться". Блин… Ну и как объяснить мои пробоины? А ладно, перед смертью не надышишься!»       С почти выпрыгивающим от волнения сердцем («…странно, с чего бы это, я же не волнуюсь, совсем не волнуюсь…») она подбежали к Сигрит, скоро к ним присоединилась и Элен. Девушки долго «пытали» Жемчужинку насчет её новых украшений, на что им был дан ответ, что ей давно хотелось, но все руки не доходили, а тут друг серьги подарил – ну и вот! На что подруги стали причитать, что она такая хрупкая, а так себя украшают только гномы да воины, что же она наделала.       – Но мне же идет, правда? – с невинным выражением лица спросила «малышка» у девушек, и те бросились наперебой заверять, что ей идет.       Потом Сигрит затащила её на помост, куда уже вышел её отец, со словами, что Мутиара не будет такой подлой заразой и не оставит её одну на растерзание всем гостям.       Потом были бесконечные речи и приветствия приплывших. Наконец прибыли делегации гномов Одинокой горы, Железногорцев и эльфов из Лихолесья. Бард приветствовал всех одинаково учтиво, но подошедшего Короля Эльфов особенно сердечно.       – Приветствую тебя, Владыка Трандуил! Рад видеть тебя и твой народ во здравии! Надеюсь, дорога была не долгой? – Бард лукаво смотрел как эльф, вроде слушая его и даже отвечая, сам весь находился рядом с тем светлым лучиком, за которым просил его присмотреть три месяца назад.       Гномы рассерженно зароптали. Они не были удостоены таких добросердечных слов, только сухие заезженные фразы. Вроде и поприветствовали, но вроде и игнорируют. Даин, кажется, даже рвался что-то сказать, но был удержан Торином, который, не отрываясь, смотрел на Эльфийского Короля.       Наконец с расшаркиваниями было покончено, а ярмарка официально открыта. Все разбрелись, кроме Трандуила, светловолосого эльфа, стоящего рядом с ним, Мутиары, Сигрит и Короля Барда.       – Сигрит, дорогая, ты хотела посмотреть ткани для брата и сестры. Пойдем, – человек как никогда лучше ощутил, что надо оставить эльфов наедине.       – Жемчужинка, ты мне руку сломаешь, – тихо прошипела девушка. – Ну же, он тебя не съест, выдохни!       Сигрит еле вырвала руку из хватки Мутиары, у которой сердце упало по неизвестной причине в пятки, а мышцы все свело намертво. Она умоляюще посмотрела на подругу, но та подмигнула и ушла следом за отцом.       – Жемчужинка? – полувопросительно протянул Трандуил.       – Так переводится мое имя. Я вчера встретила старого друга, и он меня так позвал, вот она и запомнила, – сказала она, пытаясь усмирить выскакивающее от страха сердце.       – Жемчужинка! Мне нравится, тебе это подходит, melamin**, – с улыбкой сказал эльф.       – Что? Как вы… ты… меня назвал? – пролепетала Мутиара.       – Melamin, – тихо произнес Трандуил. – Если я, конечно, могу позволить себе так тебя назвать. Я могу… хотя бы надеяться?       – Я думала, что буду противна тебе. И я все еще боюсь прикосновений. И кричу по ночам. А еще у меня бывают приступы паники и гнева, – выдала она ему на одном дыхании.       – Ты мне противна? О, Великие Валары! Да я спать не могу, все мои мысли лишь о тебе. Мне так недостает наших ссор и криков. Я уже несколько раз своих советников пугал, застывая с улыбкой на лице посреди разговора, им ведь не объяснишь, что я вспоминал тебя, – воскликнул эльф.       Он забыл, что сейчас они посреди площади, что рядом, совсем не скрывая эмоций, стоит его сын с открытым ртом. Была только она и он. И все.       – Я подожду, если ты так решишь. Мне все равно, кто ты или кем себя считаешь.       – Стой! Давай это все обсудим в другом месте, где нас не будут слушать посторонние уши, – она судорожно вздохнула и указала глазами на стоящего неподалеку Торина, который пожирал их обоих глазами.       От его взгляда становилось не по себе. Казалось, еще миг, и он сгребет в охапку и… Что будет дальше, думать не очень хотелось.       – Конечно. Прости меня. Давай я сначала тебя познакомлю со своим сыном – Леголасом. Леголас, позволь представить тебе деву, разбудившую мое сердце вновь, которая, как я надеюсь, станет моей супругой, – Мутиару. ------------------------ * Khahum menu rkhas shirumundu –Твоя семья – безбородые орки (кхузд.) ** melamin! – любовь моя (синдар.)