Бойтесь своих желаний

Предупреждаем – в этой главе Торин гад!       Торину не составило труда выскользнуть из трактира и быстро добраться до выделенного эльфам дома. Это его покоробило. Значит, гномы ютятся в трактире (пусть и хорошем, но трактире) и платят за него, а остроухим людской король выделил целый дом, а вернее, два. В одном, насколько понял Торин, разместились Трандуил, Леголас и на первом этаже пара слуг и стража. Вся остальная свита разместилась во втором доме. Это упрощало ему задачу. Стараясь не шуметь, он прокрался в дом через кухню, аккуратно поддев крючок кончиком кинжала. Стражи на первом этаже пили вино и, смеясь, разговаривали, слуг было не видно. На кухонном столе стояли приготовленные бутылки с вином и подносы с фруктами. Подгорный Король щедро всыпал снотворное во все бутылки, посыпал фрукты сонным порошком и, спрятавшись в кладовой, стал ждать. Скоро на кухню зашли два темноволосых эльфа.       – Давай, пока Владыка Трандуил купается, отнесем вечернюю трапезу остальным, Вэон? – спросил один.       – Лаирасул, а принц тебя уже отпустил? – мелодичным голосом сказал второй.       – Да, он уже лег и сказал, что до утра я свободен.       – Отлично. Давай ты накроешь вечернюю трапезу, а я пока отнесу все Владыке.       – Хорошо! – улыбнулся Лаирасул.       Эльфы подхватили подносы и вышли. Торин подождал ещё немного и осторожно вышел из кладовой. Он прислушался и понял, что не слышит более разговоров остроухих, значит, стража уже выпила вино или вкусила фруктов. Он выглянул в столовую. Все эльфы полулежали на стульях, кто-то лицом на столе и спали.        «Отлично, – подумал гном. – Хорошие из них сторожа: больше гонору, чем толку!»       Стараясь не шуметь, он поднялся, проверил, что на первом этаже не осталось бодрствующих эльфов. На всякий случай на лицо каждого найденного остроухого он посыпал сонного порошка. Это должно было дать ему времени минимум до утра.       Поднявшись на второй этаж, Торин стал заглядывать во все комнаты. Обнаружив в одной из них спящего Леголаса, он тихо приблизился и насыпал тому на лицо порошок. Тот слегка заворочался, словно почувствовал угрозу, но было поздно, и теперь принц был не опасен. Гном внимательно стал рассматривать эльфийского принца. От отца у него был цвет волос и, насколько Торин помнил, цвет глаз. Возбуждение стало возвращаться, а член, встав по стойке смирно, требовать внимания. В голове снова поплыл туман. Торин поплескал себе на лицо водой из кувшина, постаравшись немного прийти в себя. Выйдя из комнаты и затворив за собой дверь, он продолжил исследовать этаж.       Наконец, он нашел комнату Лесного Короля, но тот ещё ничего не пил и не ел. Он разговаривал с эльфиком, кажется, его звали Вэон, который расчесывал его волосы. Торин задумался. Возбуждение нарастало, цель была так близко и в то же время пока недосягаема. Как же быть? Порошок, конечно же! Главное – не вдохнуть его самому.       Подгорный Король достал небольшую тонкую трубку и набрал в один её конец сонного порошка. Вставив в замочную скважину, он с силой выдохнул в неё. Проделав это три раза, гном стал ждать. Вскоре Трандуил стал усиленно моргать и, сказав что-то на синдарине слуге, направился к ложу. Тот помог Владыке лечь и стал тушить свечи, зевая при этом. Наконец, он пошатнулся и присел на стул, что-то бормоча. Торин подождал ещё некоторое время и тихо вошел. Приблизившись к слуге, он уже привычным жестом насыпал на его лицо сонный порошок, а затем и на Трандуила.       Наконец-то, он снова в его власти! Возбуждение уже накатывало по полной. А тут лежал предмет его душевных метаний, но получит ли он тогда и девчонку? Торин постарался сообразить стремительно утекающим в туман мозгом… Хороших идей все еще не приходило! В конце концов он придумал дальнейший план действий и подошел к Трандуилу.       – Ты говорил, что приедешь за ней через год, – тихо прошептал он, пропуская волосы эльфа через пальцы. – Я подожду... я подожду и получу вас обоих!       Гном стал целовать Короля эльфов.       – Men lananubukhs menu,* – прошептал он. – Pharazôn! Arrukh menu.**       Торин целовал его лицо, губы, шею, постепенно спускаясь на грудь. Но услышав участившееся дыхание эльфа, одернул себя.       – Ты будешь моим, мой драгоценный, – наклонившись к уху Трандуила, прошептал он. – А чтобы ты об этом не забыл, я оставлю напоминание!       Торин встал и подошел к сидящему на стуле эльфу. Он стал срывать с него одежду. Им снова овладела дикая похоть, и он решил её выместить на несчастном. Утром Трандуил соврет что-нибудь слуге, но сам… сам поймет всё!       Скинув со стола поднос, он кинул на него (стол) голого Вэона. Эльф выглядел таким покорным, хрупким и беззащитным. У Торина просто сорвало крышу от такого зрелища. Он облизал палец, поднёс его к колечку сфинктера и резко надавил, затем добавил второй – сквозь сон эльф застонал от боли и дискомфорта. Подгорный Король смотрел, как двигаются его пальцы внутри остроухого, растягивая, подготавливая, и дурел от этого зрелища. Потом ему пришла в голову замечательная мысль. Он вынул пальцы и, взяв стол двумя руками, подтащил к ложу спящего Владыки Лихолесья. Теперь его предмет вожделения был перед глазами. Торин развязал штаны и вынул болезненно ноющий член, затем плюнул на ладонь и, размазав слюну в качестве смазки, начал медленно входить в Вэона. Эльф внутри был до одурения узкий и горячий. Гном вошёл до конца и замер, прислушиваясь к собственным ощущениям. А затем начал двигаться рваными, резкими толчками, разрывая, вдалбливался в распластанное под собой тело, до синяков вцепившись в худые бёдра, выпустив на волю чудовище, позволив тьме снова окутать свой разум.       Вэон глухо поскуливал сквозь сон, из глаз катились слёзы, но сонный порошок не давал ему вырваться из сна. На секунду Торину даже стало жаль его, по сути, он просто попался под руку, но сил остановиться уже не было, потому что было слишком, до одури хорошо! Удовольствие закручивалось по спирали, с каждым витком возносило всё выше и выше. Кровь шумела в ушах, заглушив все остальные звуки, сердце билось в груди набатом, перед глазами плыли тёмные круги… Торин кончил с протяжным стоном и рухнул на эльфа. Как и в случае с мотыльками, возбуждение отпустило лишь ненадолго. Его выдержки и сил едва хватило на то, чтобы отойти к кувшину с водой и напиться. Его член за это время снова встал в полной боевой готовности, и гном вернулся к своей жертве.       Полюбовавшись на покрасневший, пульсирующий анус и вытекающую из него кровь вперемешку со спермой, Торин взял его на руки и уложил на кровать, повернув на бок, прямо напротив Трандуила. Сам лег позади, пробежался пальцами по груди, стиснул бусинку соска, спустился рукой до члена, погладил основание и прошелся в грубоватой ласке по головке, растер капельку выступившей смазки. Затем поднял левую ногу эльфа и сжал её под коленкой. Коротко рыкнув, обезумевший от желания гном вогнал болезненно напряженный член в бедолагу и, не останавливаясь ни на миг, задал бешенный темп, растрахивая зад мечущегося от боли, но не просыпающегося эльфа. Остались только животные инстинкты, быстрее, глубже, сильнее. Голова Вэона болталась по подушке, из глаз, не переставая, текли слезы, стоны боли срывались с его губ.       – Да, Барлог тебя побери, да-а! – вцепившись зубами в плечо эльфа, Торин излился.       В этот момент дверь распахнулась, и в комнату влетела Мутиара. Она в шоке уставилась на открывшуюся ей картину. Постепенно её глаза начали наливаться яростью. Когда она выругалась, у Торина глаза полезли на лоб, потому что он и представить себе не мог, что это маленькое, хрупкое создание, может ругаться не хуже людских грузчиков в порту, которым на ногу упал якорь. Но последняя её фраза его вообще вогнала в ступор.       – Ну, всё! Хана твоей карме, и вечной жизни тебе не видать! -------------------------------- * Men lananubukhs menu –Я люблю тебя (кхузд.) ** Pharazôn! Arrukh menu – Золотой! Нужный мне (кхузд.)