Бойтесь своих желаний

Весь день Гэя будто летала. Улыбка не сходила с ее лица. «Любит! Лю-юбит! Он сказал, что любит меня!» Нефти и Гроин сидели за дальним столиком и что-то увлеченно рисовали на выданной Дири бумаге цветными мелками, время от времени прерываясь, чтобы выпить горячего шоколада, стоящего перед ними в кружках. В зал заглянул предмет душевных метаний молодой гномки. - Гэя, мне очень неудобно тебя просить, но не могла бы ты подмести в мастерской, если не сложно? Мы там немного намусорили вчера ночью? Жемчужинка сказала, что скоро вернется, а выпечка уже вся разошлась, так что можно написать на доске, что у нас перерыв до обеда. Мне надо отлучиться… По делам… - смущенно сказал Дири. - Да. Конечно, – улыбаясь, ответила она. – Сейчас напишу и подмету. Гном отчего-то покраснел, затем кивнул и вышел из лавки. Гэя написала мелом на доске, что до обеда у них перерыв и закрыла дверь. У Дири и Жемчужинки есть ключи, а если что и малышня откроет. Она налила Нефти и Гроину еще горячего шоколада, поставила им на стол блюдо с остатками булочек и пирожков, потом вложила за них деньги. Жемчужинка каждый раз ругалась, когда она так делала, говорила, что малыши их не объедят, но Гэя упорно, когда никто не видел, вкладывала за съеденное и выпитое деньги. Она уже заметила, что как только Нефти пожаловалась эльфийке на дороговизну продуктов, та стала ставить больше теста и печь больше пирогов и булок. Делала она это три раза в день, и в конце рабочего дня Гэя увозила в гору как минимум одну большую корзину свежей выпечки и кучу продуктов, которые ей всучала Жемчужинка с причитанием, что они, если их не приготовить сегодня же, испортятся. При этом на следующий день поставщики приносили с утра столько же продуктов, как и в прошлый день. Ее отец, видимо, говорил с королем после заключения ею договора, и деньги на эти покупки стали выделятся из казны. Так что проблема еды немного утряслась. Хотя и таким необычным образом. Гэя прошла в мастерскую. Да, немножко – это Дири явно приуменьшил, кругом стружки, куски проволоки, обрывки какой-то ткани. Она покачала головой. У правой стены стоял стол, на котором возвышался ящик, а рядом лежали листы бумаги. Девушку разобрало любопытство. Она уже видела этот ящик. В тот день, когда заключали договор. Что там? Она воровато оглянулась и выглянула в зал. Все тихо, дети рисуют, хозяев нет. Гэя подошла ближе и потрясла ящик одной рукой. Тяжелый. Тут ее внимание привлекли бумаги. Да это письма!? Девушка задумалась. Читать чужие письма нехорошо, но ей так хотелось побольше узнать о странном эльфеныше и Дири. Может, сейчас это удастся? Она напряженно взяла письма, вдруг не сможет прочесть? Синдарин. Вот тут стоит поблагодарить маму, заставившую изучать языки. Пригодилось, хотя и в таком нечестном деле. Она читала, и перед глазами вставал, как живой, Лесной Владыка. С каждым письмом его тоска все отчетливее проступала в каждой строчке. Девушка также с удивлением узнала, что «эльфенышу» сорок четыре. Но как? Она же такая… маленькая… Внешне кажется, что она не намного старше Гроина… Прервавшись, Гэя задумалась и стала вспоминать, что в глазах Мутиары в последнее время все больше печали и тоски. Что она может замереть и подолгу смотреть в одну точку, отрешаясь от всего мира. Что каждый раз, когда приезжает эльф с письмом, она расцветает и потом весь день излучает счастье. Гномка вернулась к письмам. Их осталось два. Одно, как она поняла, это последнее письмо от Лесного Короля, а второе – это еще не отправленное письмо самой Жемчужинки. Гэя читала… «Любимая. Мое маленькое чудовище. Воспоминания о твоем улыбающемся лице придает мне силы жить дальше! Но твое последнее письмо едва не заставило меня плакать. Не грусти, любовь моя! Что ж, обстоятельства пока разлучили тебя со мной, но зато подарили тебе новых друзей. Ты пишешь, что твой друг гном нашел свою судьбу. Должно быть, это достойная девушка, раз ты о ней так отзываешься! Хотел немного попенять тебе, любовь моя. Что это за слухи о внезапной болезни Владыки Железных Холмов? Почему это он и некоторые гномы из его свиты ходят в капюшонах и повязками на лицах? Надеюсь, что это не то, что мы тогда обсуждали. Ведь ты же не рисковала собой, любовь моя? Хотя, если это так, уже поздно что-либо говорить тебе… Сейчас даже мои подданные счастливее меня. Мой советник Таурохтар вчера был на приеме со своей супругой. Как же я завидую им – они целыми днями могут быть вместе. Когда мне надо идти в свои покои после всех дел, ноги просто не идут, да и сердце не лежит. Я не чувствую себе сейчас дома. Потому что дом там, где сердце! А мое сердце я оставил тебе!..» Дальше Гэя не могла читать. Слезы мешали ей. Она видела, что Трандуил искренне любит и переживает за возлюбленную. Она отложила письмо. Что он имел ввиду под болезнью Владыки Даина? И причем тут Жемчужинка? Столько вопросов и нет ответов. Девушка взяла последнее письмо. «Прости меня мой король! Сердце мое! Моя Льдинка! Я все вспоминаю, как мы встретились. Все время я шла за тобой, как тень, незримо и незаметно. Но потом настал миг, и ты взял меня за руку, вывел перед всеми и как бы сказал: «Ты не моя тень, ты – моя половинка! Спутница моей жизни!» Сейчас, когда я вдали от тебя, то мне кажется, что кругом одна лишь тьма. Ведь половинка моей жизни ушла от меня! Мы больше не пьем чай вместе, не беседуем перед камином. И даже с сахаром напиток кажется мне несладким! Я больше не слышу ни звуков, ни чьих-то шагов, ничего… Лишь ожидание и тоска!.. Прости меня, Льдинка, но твои подозрения верны. Я сделала это сразу, после ярмарки, подловив его по дороге домой. Прости, сердце мое, что заставляю тебя волноваться. Но каждый должен платить свою виру. Даин будет ее платить девятнадцать лет. В подарок и как доказательство об уплате железногорцами виры, я посылаю тебе шлем. Повесь его на стену в сокровищнице. Пусть висит и услаждает твой взор. Твоя Жемчужинка». Гэя пораженно уставилась в пространство перед собой. Сложила письма как они лежали до этого и посмотрела на ящик. Мысли прыгали в голове, обгоняя друг друга. Она уже слышала слухи, что Лесному Королю было нанесено какое-то оскорбление, но теперь перед ней лежало доказательство. Вира. Вира платится лишь за вину. Значит, проступок был! Что же такого совершили?.. Девушка осторожно приоткрыла крышку у ящика и ахнула. Внутри на красной подушке лежал гномьей работы шлем с неподражаемым плюмажем из волос и бород гномов...