Танец теней

      Ночной воздух охлаждал разгоряченную кожу, заставляя мурашки стройными рядами пробегать по спине и заметно вздрагивать от бодрящего ощущения прохлады.       Роуг сделал глубокий вздох и прислонился к стене дома, пытаясь немного прийти в себя и унять сковывающий каждую мышцу страх.       - Сука… когда же ты от меня отстанешь.       Драгонслеер в ярости сжал кулаки. Демон опять явился. Из сна его вырвал зарядивший на улице дождь, и сквозь прохудившуюся крышу на многострадальную голову вылился целый поток холодной воды.       Впервые в жизни Чени был рад такому «яркому» пробуждению. Шевелюра была насквозь мокрая, и это неприятное ощущение мгновенно отрезвило, не давая взвыть в голос. Благо, проснулся только он и никто не увидел его бешеный, как у загнанного зверя, взгляд.       Сердце вновь надрывалось, а дыхание было рваным и поверхностным. Хотелось вцепиться в неугомонную мышцу руками и просто раздавить.       Кое-как поднявшись на ноги, Чени выскочил на улицу, где буквально стек по стене, пытаясь вернуться в реальность и унять еще ноющую боль в груди, вновь подаренную демоном. С каждым разом сон становился все реальнее, с каждым разом боль выворачивала наизнанку, оставляя "приятное послевкусие", гулким эхом сейчас отражающееся в теле.       Все нутро рвало на части, а в голове стучало: «Она предаст тебя!»       Да какая, вашу мать, разница? Он что, собирается доверять Хартфилии? Да скорее Драгнил с Титанией ему руку пожмут. Что за бред? О каком предательстве идет речь?       В конце концов решив, что прохладный душ сейчас лучшее решение, злодей вышел из-под козырька крыши под дождь, подставляя лицо тяжелым каплям.       Лунный свет мягко окрашивал каждую капельку в драгоценный бриллиант, а волосы прилипли к оголенной спине, украшая ее тонкими полосками серебра. Весь мир вокруг замер, позволяя окунуться и слиться с небесным потоком. Минуты свободы. От всего.       Он не знал, сколько так простоял, но тихое «Ой!» прервало его настрой, разрушая и разбивая на осколки тонкое и такое хрупкое в своей красоте мгновение. Недовольно сморщившись, драгонслеер обернулся. Кто бы сомневался…       - Эм… - Люси неуверенно переминалась с ноги на ногу возле двери домика, закутанная… в его, вашу мать, плащ! Он совсем забыл про него, а она, значит, его как одеялко использует?!       Приподняв бровь, Роуг продолжал взирать на заклинательницу. Та, постояв еще пару минут, так и не решила, где лучше: в доме, где она всех перебудит или наедине с Чени, который опять же, положительных эмоций не вызывал.       Наконец, девушка обреченно присела на ступеньку и закуталась поплотнее в белую ткань, окончательно «добив» опешившего теневого мага.       Кажется, у кого-то наглости прибавилось за эти дни. А значит, пора сбить эту спесь.       - Ты ничего не перепутала?       Его хриплый голос и сощуренный взгляд должны были произвести бурный эффект, но маг просчитался. Девушка гордо задрала носик и отвернулась, полностью проигнорировав вопрос.       Ее сейчас абсолютно не волновало, что он скажет. Пусть хоть завалит колкими фразами, сарказмом и угрозами. На душе было неимоверно паршиво и по сравнению с тоской, сжимающей сердце, Роуг казался теперь лишь мелкой неприятностью.       Равномерный стук дождя угнетал и наводил ее на совсем невеселые мысли, воплощающие себя в нездоровых, серых и ужасных снах. Она постоянно плутала в лабиринтах, слыша впереди чей-то родной и желанный голос и видя иногда мелькание знакомых силуэтов друзей. Каждый раз Люси бежала, но не могла сдвинуться с места, кричала, не издавая ни звука, и протягивала руки в мольбе о помощи к пустоте и безразличию. Падала. Она падала и погружалась в ядовитое багровое марево, а после тонула в зловонной топи. Заклинательница чувствовала, как становилось трудно дышать, когда грудь сдавливало болото безумного сна, но в этот момент она просыпалась. И сейчас, в надежде отогнать прочь дурные видения, вышла на улицу. Оказалось, не одной ей пришла в голову гениальная мысль прогуляться. Как на зло.       - Эй!       Роуг двинулся в ее сторону, и девушка заметно напряглась, вспоминая о «мелкой неприятности» в лице теневого мага. В данный момент времени он не вызывал ничего, кроме досады. Он ничего ей не сделает. Ну, может, свой драгоценный плащ отберет. Сколько можно уже потакать этому мерзавцу?       - Ты…       Чени не успел закончить, как ему на голову прилетел кусок ткани с еще сохранившимся теплом ее тела и терпким ароматом кожи.       - Забирай!       Люси сама не поняла, откуда взялось столько смелости, возможно, сказалось нервное напряжение за последние две недели.       Роуг рыкнул и, сорвав плащ с лица, уставился на Люси, но та словно потеряла интерес к происходящему, опять смотрела в сторону, поджав губы.       - Тебе не кажется, что ты наглеешь и забываешься?!       Злодей склонился над девушкой, буквально выдыхая угрозу ей в лицо. Заклинательница даже ухом не повела, лишь прикрыла на миг устало глаза, словно он был докучливое насекомое, продолжая игнорировать персону теневого мага.       Тонкие ручки обхватили плечи, и было понятно, что она заметно продрогла; как-никак плащ спасал от холодного осеннего ветра.       Буркнув что-то неопределенное, Роуг сжал ткань. Ладони ощущали, как медленно тепло уходит из ткани плаща, и это было… обидно. Хотелось, чтобы оно сохранилось, чтобы он чувствовал его, словно от этого становилось… уютнее.       Аккуратно развернув полы плаща и внимательно посмотрев на белоснежную ткань, Чени встряхнул его, а после накинул на плечи заклинательницы, усаживаясь рядом.       Люси даже подпрыгнула от неожиданности, когда плащ вернулся на прежнее место, окутав приятным теплом. Глаза непроизвольно расширились, а немой вопрос застыл на губах.       - Не надо меня взглядом сверлить. Лови момент моей щедрости, – фыркнул Чени, высокомерно дернув подбородком. - Это честь.       - Спасибо, – Люси поплотнее укуталась в плащ, уткнувшись носом в ткань, уже откуда–то изнутри буркнув: - За оказанную честь, ваше несостоявшееся драконье величество.       Сарказм на сарказм. У Хартфилии тоже был непростой характер, и сейчас она четко отдавала себе отчет в том, что играет в опасную игру с безжалостным оппонентом. Роуг не любит халатное обращение к своей персоне, а потому тонкие пальчики вцепились в ткань, ожидая подвоха. Нутро плаща казалось ей безопасным местом.       За то время, что он был у нее, она очень привыкла к этому горькому и агрессивному аромату, напитавшему сполна каждую ниточку. Она действительно укрывалась белым плащом из дорогой ткани как одеялом, бережно прячась в него.       Никогда не трогающая чужие вещи, девушка вдруг потеряла совесть, почти присвоив себе плащ. Но он грел. Двойной слой ткани и этот терпкий аромат, ставший родным. Это грело как горькая, иногда отвратительная, но полезная травяная настойка. Девушка искренне считала, что плащ отныне принадлежит ей. Наглость не наглость… Просто факт.       - Чего выползла в ночь глухую?       Роуг внимательно наблюдал, как эта чудачка вцепилась в его плащ, словно он ее спасение. Боится. Она боится. Ершится, храбрится и все равно впадает в панику. Так глупо, так наивно. Но такова ее настоящая суть. Глупой, трусливой и невероятно храброй девчонки.       А он облегченно выдохнул. Почему-то сейчас, сидя вот так рядом с ней, Роуг чувствовал, что словно все рамки и границы между ними стерты. Словно все смыло и унесло. Пропасть, отделявшая два сознания, заполнена кристально чистой и напитанной искренностью дождевой водой. Они никто. У них нет имен. Они не принадлежат разным мирам и временам. Обычные люди и нескончаемый поток дождя.       Люси высунулась из «укрытия», решив ответить на заданный ранее вопрос.       - Не спится… - девушка уныло опустила взгляд, наблюдая, как ветер колышет пожухлую траву. - А ты?       - Не спится… - хмыкнул Роуг, скопировав ее манеру речи и усмехнулся реакции девушки, опять обиженно надувшей щеки.       И вновь тишина. Шум дождя и шелест листьев, сорванных порывистым ветром. Впереди сумрак леса, такой притягательный и отталкивающий своей непроглядной темнотой. Там сокрыто нечто невероятно зловещее и страшное, но от этого не менее манящее и зачаровывающее.       Люси поежилась. Она никогда не любила темноту и сейчас чувствовала, как детский липкий страх пробирается под кожу. После сна хотелось немного света. Огня. Хотя бы лучинку, но чтобы она светила и чуть согревала озябшие от страха и холода руки.       Инстинктивно сжав кулачки, заклинательница испуганно глянула на темную чащу впереди, сжимаясь в комочек. Наверно, стоит зайти в дом, но там вновь охватит этот удушающий жар и ужас сна. Липкий страх до сих пор холодил кожу, напоминая о недавнем. Ощущение, что если она зайдет, то вновь попадет в свой кошмар, не оставляло ни на минуту. Лучше посидеть тут и терпеливо подождать рассвета. Он должен рассеять страшные видения. Но сколько же придется ждать?       Противоречивые чувства охватывали с головой, затмевая здравые мысли. Холод и неприветливая погода – скудная перспектива страшным видениям, но деваться некуда.       Девушка с силой сжала ключи и прижала холодный металл к груди, ощущая леденящее прикосновение к итак замерзшему телу.       Взгляд невольно скользнул на Роуга. Мокрые волосы чуть прилипли к оголенным плечам и лицу, создавая невообразимый грязно-серый узор, тускло светящийся на бледной коже. Весь его образ размыт и нереален. Кажется, глаза застилает какая-то пленка, не давая нормально провести границы его силуэта на фоне дождя. Лишь черная татуировка хищно скалится и кажется единственной связью Роуга с этим миром.       Хартфилия подавила любопытство и, оторвав взгляд от Чени, попыталась сосредоточиться на полупрогнивших досках ступенек.       Вопросы опять начали крутиться в любопытной головке заклинательницы. С того момента, как она столкнулась с самой собой из будущего, а после и с Роугом, девушка никак не могла успокоиться.       Насколько же их жизнь поменялась за семь лет, что они стали сами на себя не похожи?       Роуг прикрыл глаза от удовольствия и, кажется, наслаждался промозглым ветром. Резкие порывы нещадно хлестали его кожу, принося ледяные капли дождя. И как ему не холодно?       Сидеть рядом с бывшим врагом было странно и, как бы Люси не отпиралась, страшно. Она боялась Роуга. Точнее какая-то ее часть. Вид собственной гибели оставил глубокий след в душе, а летящий черный, сотканный из тьмы, клинок иногда являлся во сне, грозясь пронзить насквозь грудь. И его ухмылка. Этот злобный оскал убийцы. Девушка дернулась.       Было желание просто встать и уйти, но взявшееся из ниоткуда упрямство заставляло прижиматься сильнее к холодным доскам пятой точкой и стоять на своем.       Она тоже хочет подышать свежим воздухом, и даже эта ходячая язва ей не помешает! В конце концов, можно не обращать внимания. Пусть знает, что она не последняя трусиха! С чего вдруг она так вскипела? Ведь Роуг даже не смотрит в ее сторону!       От быстрого «накаливания» до «остывания» прошла всего пара минут, и Люси зябко поежилась, выныривая из своих мыслей. Даже «любезно» одолженный Роугом плащ не спасал.       Но, с другой стороны, лучше испытывать этот вполне осязаемый холод, чем ощущать ледяной пот неизведанного и сокрытого во сне ужаса. От одной мысли дрожь пробежала по телу, встряхивая девушку и заставляя шумно вдохнуть.       - Замерзла.       Роуг скорее констатировал факт, нежели спросил. Он медленно открыл единственный глаз и чуть скосил взгляд на Люси, заставив ту вздрогнуть. Алый цвет радужки вспыхнул зеркальным бликом, указывая на прекрасное зрение убийцы драконов в темноте.       - Нет… просто… - сознание начало судорожно подкидывать ответы к «просто», но все они казались какими-то глупыми и нелепыми.       Чени хмыкнул, но продолжил смотреть вперед. Кто бы сомневался, что эта глупая девчонка начнет опять корчить из себя непоколебимую. Как глупо.       Правда, с другой стороны, ее упертость поражала. Продрогнув уже до каждой мелкой косточки – в чем Роуг не сомневался – Хартфилия продолжала сидеть, испытывая свой организм на прочность.       Тихое, немного суетливое шебуршание, и вот она уже пытается согреть дыханием ладошки, стараясь одновременно не выпустить ключи и прижимая их ещё ближе. Потерла и вновь выдохнула, опять потерла и выдохнула…       Толку, судя по всему, немного, так как теперь ее еще и мелкая дрожь бьет.       - Иди уже в дом.       Роуг сдвинул брови и недовольно нахмурил лоб, но тут же натолкнулся на упрямый взгляд и гордо вздернутый подбородок.       - Ну, конечно… «Хвостатые» не слушают никого. Даже если советы толковые, да?       Люси вновь надула обиженно щеки и уже набрала в грудь побольше воздуха, чтобы дать достойный отпор этому самодовольному негодяю, как вдруг его широкая ладонь захватила ее кисть и, несильно сжав, потянула на себя. От такого заклинательница рвано выдохнула и приоткрыла рот от удивления. И возмущения. Этот жест невольно заставил ее придвинуться ближе, прижимаясь к Чени, который даже не смотрел на нее, раздраженно прикрыв глаз.       Теневой убийца тем временем аккуратно обхватил ее ладошки, практически полностью скрыв их, и принялся несильно растирать, тем самым разгоняя кровь, Люси инстинктивно дернулась, но стальная хватка драгонслеера и его ледяной голос отрезвили ее и заставили замереть.       - Может, хватит уже? – Роуг недовольно мотнул головой и раздраженно цокнул. – Я бы уже мог давно прибить тебя, не сходя с места и не поворачивая головы! Поэтому перестань истерить при моем появлении и корчить из себя жертву! Может ты у меня тоже радостных мыслей не вызываешь, но я же терплю…       И вновь нахальная усмешка, от которой Люси вновь вскипела и твердо решила, что вытащит руки из плена, но кончики пальцев уже почувствовали тепло и тонкие иголочки пробегают по ним, словно приятный ток, а замерзшие ладошки уютно согреваются в горячих руках злодея.       Его ладони были грубые, мозолистые, от них исходило живое тепло, словно Роуг был магом огня, а не тени.       Растерев нежную кожу девушки и почувствовав, как кровь вновь приливает к ладоням, теневой осторожно приподнял их и поднес к лицу, чувствуя, как Люси вновь начинает впадать в панику. Страх перед ним сковал девушку, не давая сделать хоть одно осмысленное действие.       Как завороженная она наблюдала за действиями Чени. Он немного склонил голову к сжатым в его руках девичьим ладошкам и, чуть прикрыв глаз, словно сосредотачиваясь, медленно обдал горячим дыханием, даря целую волну тепла. Оно прокатились от самых кончиков пальцев, заставляя девушку одновременно почувствовать облегчение, а щеки непроизвольно зардеться румянцем.       Ей словно каплю света подарили, согревая озябшее сознание и скованную тоской душу.       - Так лучше?       Роуг приподнял бровь и скосил взгляд на смутившуюся девушку. Та в свою очередь быстро закивала, справляясь с возникшей неловкостью.       - Да… - еле слышное, но столь ласкающее слух.       Непередаваемое ощущение. Сейчас, имея возможность даже просто коснуться ее, он не чувствовал той неуемной жажды похоти. Скорее это было чем-то естественным, вот так сидеть почти вплотную друг к другу и наблюдать за бесконечным темным потоком, что лился с неба.       Истинно – дождь смывает границы. Дождь смывает сомнения. Дождь смывает все.       Люси чувствовала как начинает согреваться, как живительное тепло ласкает и обволакивает со всех сторон. Странное чувство...       Она искоса наблюдала за Роугом, невольно уже прижимаясь боком к бывшему врагу, а в голове почему-то навязчиво вертелся лишь один необъяснимо глупый вопрос:       - Роуг…       Парень чуть кивнул.       - Откуда у тебя татуировка?       Похоже, что он не ожидал такого вопроса. Сейчас от него можно ждать любого язвительного комментария.       - Я думал, что это вполне логично, хотя если ты не сталкивалась…       Он сидел абсолютно серьезный, даже отрешенный. Люси никогда не видела его таким, словно привычного Роуга подменили.       - Может, слышала когда-нибудь о «метке магии»?       Девушка кивнула. Да, конечно. Когда человек получает доступ к какой-то особой тайной технике, то на теле обычно появляется некий символ или знак.       - Моя татуировка – это символ магии. Отпечаток моего волшебства.       - Теневой?       - Нет, - Чени махнул головой, - ни свет, ни тьма не являются тайными техниками.       Хартфилия приподняла брови и понятливо кивнула. Как она могла забыть? В голове очень четко нарисовалась картинка, когда огромные ящеры лишь мановением руки этого мага подчинялись его воле. Она помнила ужас от осознания, что человек управляет драконами.       - Точно, ты же владеешь тайной техникой повелевания драконами! – воскликнула заклинательница, - Как я могла забыть! И поэтому у тебя на лице узор!       Роуг благосклонно улыбнулся и зажмурился как довольный кот. Сейчас Люси от волнения и интереса зашевелила пальчиками, и они очень приятно щекотали ладони. Девушка распахнула глаза и в предвкушении замерла, совершенно не обращая внимания, как придвинулась еще ближе.       - Повелевание – ментальная магия. Основана на подавлении воли. Сила в твоем разуме и сознании, а потому магический знак расположен на лице.       Чени приставил два пальца к вискам, как обычно делал Руфус, и вернул ладони обратно, едва очертив черный рисунок на коже.       - Голова. Здесь играет ключевую роль голова, магия идет из сознания. Как-то так. Понятнее объяснить уже не смогу.       - Нет-нет! Ты толково объяснил, извини, что прицепилась! – Люси улыбнулась и заерзала, а после опять подняла глаза, с легким, но уловимым восторгом смотря на Чени. - Но создать магию управления драконами… Неужели…       Теневой маг пожал равнодушно плечами, скрывая гордость и ликование.       Позор! Он радуется тому, что девчонка восхищается им. Точнее, его магией.       Что за детский неописуемый восторг? И почему рядом с ней он иногда чувствует себя ребенком?!       - Роуг… - опять ее шепот, щекотящий душу. Нежно и дерзко проникающий в сокровенные глубины и дергающий за тонкие и, кажется, уже давно заржавевшие струны.       - М? – ему казалось, что волшебство дождя и этой ночи поистине безгранично, раз она решается заговорить с ним во второй раз.       - Спасибо, что согрел, – Люси искренне и доверчиво ему улыбалась.       Драгонслеер постарался сдержать уже неприлично доброжелательную ответную улыбку за усмешкой, но в голосе слышались невольное облегчение и нотки скрытого удовольствия.       - Не за что, Люси.       Утро началось с одного немаловажного факта. Все промокло. Прохудившаяся крыша не спасла от ночного ливня, и теперь вещи и продукты магов были обильно пропитаны дождевой водой.       Стинг взлохматил волосы на макушке, создав абсолютный беспредел.       - Карты вымокли. И все записи коту под хвост.       Эвклиф аккуратно поднял промокшие насквозь листы, смотря на расплывшиеся по всей бумаге чернильные пятна.       - Восстановим.       Роуг махнул рукой и с тоской посмотрел на сырые дрова, потянувшись к промокшим под дождем прядям, которые, как и ожидалось, естественно не высохли в такой влажности. Они вчера часа два просидели с Хартфилией, прежде чем отправится спать.       Волосы жалкими сосульками висели за плечами, неприятно охлаждая кожу. И так неуютно, так еще и это добавляет "оптимизма". Холодное и унылое утро, если бы не одно «но»... Ладони до сих пор ощущали тепло девушки, кажется, ее аромат до сих витал в воздухе и щекотал нос. А улыбка…       - Твою мать… - Стинг швырнул бывшие записи на стол. - Придется все восстанавливать.       - Зачем? - Роуг закатил глаза. - Там не было ничего путного. Не было смысла даже записывать. Я могу это тебе и так рассказать.       - Но лучше записывать, ведь можно перечитывать и вспоминать по мере прочтения, – Сайто выдохнул и принялся складывать дрова в печь. - В конце концов, мы, кажется, и на миллиметр не сдвинулись с мертвой точки. Время идет, а мы словно на отдых приехали. Лишь знаем, что эти твари называются виверны и что для их воскрешения нужна кровь сильного светлого волшебника. А дальше? Как их можно победить? И, собственно, где их можно прятать в таком количестве?       Щелчок пальцами, и озорное пламя заплясало по поленьям, бросая отсвет на лицо волшебника, в один момент ставшим невероятно серьезным. Для мага огня поджечь даже вымокшие дрова не составляло труда.       - В городе ходят лишь отрывки слухов, - продолжил Сайто. - Все твердят о пропаже людей. Особенно мужчин. И ладно, если бы простые горожане, но пропадают сильные маги! Даже приезжие из гильдий.       Ли поднялся, отряхнул руки и сложил их на груди, смотря хмуро исподлобья на Роуга и Стинга.       - Мужчины, говоришь… - Чени хмыкнул и откинул челку назад. Она неприятно липла к лицу и раздражала. - Я говорил, что в темнице было много истощенных мужчин. Именно истощенных, но не убитых. Для ритуала надо принести жертву.       - Значит, они не имели отношения к этому…       - Нет, - Роуг оборвал Стинга и, сощурившись, посмотрел на Сайто. Теневой маг вдруг осознал, что в последнее время голова была забита чем угодно, но никак не заданием, что им выдали, и из-за которого он, собственно, здесь находится. И сейчас, когда этот недомерок Ли, начал свой упрекающий монолог, Чени осознал, что превращается в овощ. Он не особо рвался помогать, но уступать этому идиоту… Увольте. Тем более сейчас картинки всплывали одна за одной. Он начал вспоминать подземелье. И гостью. Кстати, он даже имени ее не знает, - Стинг, я, кажется, знаю, что мы должны сделать.       Белый дракон вопросительно приподнял брови, уже заранее зная, что предложение Чени будет весьма и весьма опасной и в то же время полезной затеей.       - Нам надо проникнуть в ту темницу, из которой вы меня вытащили.       - Зачем? – Венди все-таки вмешалась в разговор. - Ведь вас там…       - Там было весело! - Роуг тщательно пригладил волосы и ловким движением собрал их в хвост. - На самом деле, мы упустили из виду ту особу, что приходила ко мне с таким заманчивым предложением.       Марвелл непонимающе хлопнула глазками, а злодей повел плечами, разминая их.       - Темница буквально переполнена истощенными магами, - продолжил Чени. - Они висят на грани. Полудохлые куски мяса. Измученные, доведенные до крайности, но живые. Это не просто так. Тем более, что этим всем заведует та самая "святая".       - Я, кажется, знаю, кто это может быть, - Ли словно забыл о неприязни к теневому магу, абсолютно спокойно рассуждая и плавно ведя беседу, - В городе есть одна влиятельная женщина - леди Амелия или Леди Любовь, как ее называют. Она имеет огромное влияние. Является жрицей культа богини любви. К ней не подкопаешься, всегда вежлива, тактична и изящна. Многие мужчины головы положили бы ради нее.       - Любви… - Чени передернуло, а лицо перекосило от воспоминаний. В голову сразу пришел тот самый «Дух Любви», ставший теперь частым гостем в его снах. Благо, его гримасу приняли за обычное высокомерие. Тупых вопросов Роуг бы им не простил.       - Да, именно. Культ новый, но уже имеет несметное количество последователей. Говорят, молитвы помогают обрести счастье в любви.       Теневой маг встряхнул головой, прогоняя ночные кошмары и растягивая губы в привычной ухмылке.       - А ты, типа, пробовал?       Поворот головы и лишь взгляд в сторону Ли, а сколько у этого недоумка эмоций на лице отразилось. Сколько неприязни.       - А я, типа, ходил туда на разведку, - Сайто фыркнул, гордо задрав подбородок, чем теперь абсолютно и без сомнений напомнил Роугу индюка, - Я помнил, что ты рассказывал про эту женщину, и решил проверить, однако, потерпел крах. Она не в городе сейчас, а в храме ничего необычного: алтарь и куча цветов.       Стинг нахмурился, краем сознания отмечая: перепалка не началась. Обычно этим двум хватало пары слов, чтобы сорваться. Эвклиф с минуту смотрел на карту, прежде чем вставить свое веское слово:       - Решено. Нам надо больше выяснить об этой темнице и леди Амелии.       Роуг и Сайто, не сговариваясь, кивнули.       Люси, которая слушала внимательно разговор, параллельно уже снимала с печи чайник и заваривала душистый сбор трав. Рядом Венди нарезала уцелевшие после потопа булочки и сыр. Суетливый Лектор относил кружки на стол, а вот Фро то и дело прыгал всем под ноги, заставляя заклинательницу об него спотыкаться. Лягушонок во всю резвился, пока кот Стинга не поймал его за хвост и не сунул в рот булочку, отвлекая приятеля от игр.       - Так все-таки мы оторвем свои задницы и, наконец, примемся за дело! Как там говорит один небезызвестный идио… то есть, общий наш с вами друг: я воспылал и покрылся тенями с головы до пят! – Роуг ударил кулаком по ладони и принял воинствующий вид, при этом не упустив максимального количества язвительности в голосе и как можно отвратительнее пародируя Нацу. Сегодня он готов был покорять горы, портить настроение и жизнь всем и каждому, и просто уничтожать все вокруг… Или мир, что было бы более приемлемо в его случае.       - Отлично! Меня прямо радует твой оптимизм, - Эвклиф скептично поднял бровь, собираясь выдать очередную гадость, но был прерван голосом Люси:       - Завтракать, и без возражений.       Разговор продолжился уже за столом. Волшебники прихлебывали горячий чай, ощущая, как тепло разливается по телу, а силы крепнут. Сейчас уже утро не казалось таким холодным и неуютным, а тонкие лучи солнца, проскальзывающие в мутное стекло, и вовсе сулили "прекрасный" день.       - Так ты все-таки не уверен в их местоположении? – Стинг перевел взгляд с карты на Роуга. Тот, задрав подбородок, смотрел на пересечение трех линий.       Маг перестал ерничать и решительно расстелил карту на столе. Губы плотно поджаты, волшебник щурил единственный глаз, размышляя о чем-то своем.       - В будущем именно здесь был основной храм. Проблема в том, что он находится высоко в горах. Почти в недоступном месте. Лавины, обвалы… просто так туда не попасть.       Он обвел взглядом небольшую территорию на карте, что и так выделялась более темным цветом, а после очертил дорожку влево:       - А здесь виверна вылезла первый раз, и тут… - парень ткнул, словно в никуда, - была деревня, где я и нашел необходимую информацию.       - Так просто? – Стинг принялся недоверчиво вглядываться в обозначение смешанного леса на карте.       - Нет. Не все так просто, - Роуг махнул головой, а после, чуть склонив ее на бок, протянул. - Я их два месяца выслеживал. Думаю, если мы хотим хотя бы зацепки, надо идти сюда.       - Два месяца?! – Люси, неверяще переводила взгляд с карты на Чени. - У нас нет столько времени!       - Я не виноват, что вы можете только копошиться, - злодей развел руками в стороны и ухватил последний ломтик сыра, - Вот вам лишний повод перестать сидеть на одном месте и уже, наконец, взяться за все серьезно.       Повелитель драконов откинулся на спинку стула. Раздался тихий треск, который разрушил наступившую тишину. Волшебники всерьез задумались о том, что расслабились и совсем забыли о задании, от которого зависела судьба страны. Они настолько увлеклись внутренними распрями и воспитанием Роуга, что просто забыли о всей серьезности положения.       - Значит, сначала пробуем проникнуть в тюрьму… - Стинг едва начал, но был тут же перебит смехом Роуга.       - Ты не против, нет? Просто это так забавно, - Чени сложил руки в замок, принимая благодушный вид. - Как ты собираешься вновь проникнуть в темницу?       Белый дракон резко обернулся, одаривая бывшего напарника убийственным взглядом.       - А ты для чего нужен?.. Значит, завтра проникаем в темницу и… - Эвклиф замолчал, хмуря брови и пытаясь понять, как можно выяснить, что происходит в городе и в то же время поспешить на место обозначенного храма.       Делить команду? Нет. Это безрассудно. Но и тащить Венди в горы, полные опасностей, малопривлекательный вариант... Оставить ее здесь, но с кем? Даже при всем доверии к Сайто, Стинг не был уверен, что маг сможет защитить ее в случае нападения. Оставить с Люси? А если они тоже не справятся?       Со всех сторон засада. Куча вопросов и ни одного ответа. Почему Макаров доверил ему такое дело?! Почему взвалил на его плечи ответственность за двух хрупких девушек?!       Белый дракон сжал кулак и чуть заметно оскалился, начиная испытывать раздражение к «хвостатому» мастеру. Вот что ему делать? На его плечах и так висит этот ублюдок-негодяй!       Едва не долбанув кулаком от злости по столешнице, Эвклиф встал из-за стола и молча вышел из хижины на свежий воздух. Надо подумать и принять решение на трезвую голову.       День прошел без особых происшествий. Стинга не было пару часов и, по возвращению, он был более мрачным , чем обычно. Ему не хватало поддержки. Он привык, что всегда может поделиться, спросить совета у друга… которого уже нет. Эвклиф прошел в домик и молча сел за карту, продолжая составлять план действий.       Волшебники решили не трогать задумавшегося командира, стараясь вернуться к своим занятиям, что немного отвлекали от мрачных мыслей.       Роуг, не особо о чем либо заботясь, учил Венди гонять смерчики. Сам теневой маг мог создавать их только с помощью темных завихрений, а вот Марвелл делала самые настоящие из воздуха.       В конце концов, гонки маленьких торнадо закончились на спутанных волосах Люси, которая не преминула зловещим голосом напомнить, что ответственная за ужин она, и если у одного мерзавца окажется в тарелке таракан, она будет не при чем.       Собственно, Роуг, несмотря на такое отвратительное и оскорбительное замечание в его сторону, лишь недобро ухмыльнулся, и в ту же минуту сгусток темной магии вновь поднял золотистую копну дыбом, выводя заклинательницу из и так хрупкого нервного равновесия. Через мгновение в несостоявшегося короля драконов полетел половник и парочка не особо радужных пожеланий. Роугу безумно нравилось, когда Люси злилась. Ведь ее раскрасневшееся лицо и надутые сердито щеки вызывали целый спектр приятных эмоций. Вряд ли она ему улыбнется как ночью, но именно эти воспоминания заставляли его раз за разом досаждать своими выходками волшебнице, невольно заставляя ее обращать на него внимание. Ему было необходимо это ее внимание. Он хотел ловить ее взгляд на себе… странная, глупая прихоть.       Чени усмехнулся, и вновь кинул на Люси мимолетный взгляд. Она притягивала… Он невольно вспоминал тепло ее прикосновений на своих мозолистых руках.       В своих легких грезах теневой маг не замечал, как пара глаз с нескрываемой ревностью к девушке наблюдают за ним...