Месть Виндермирской Девы

Обычные дни на Бейкер Стрит тянулись надрывно и опасно тихо, когда консультирующему детективу с пожизненным правом на гениальность приходилось решать примитивные, по его мнению, ребусы или вовсе сидеть без дела. А с наступлением лета Лондон точно забыл о необходимости грешить особо тяжкими и запутанными преступлениями, и на пару недель представил себя в раю, что обычно сулило ад для Шерлока Холмса. Казалось бы, его друг, сосед и коллега мог, наконец, вернуться к нормальному течению жизни, ходить на редкие дежурства в местной поликлинике, спать по ночам, есть, смотреть телевизор – одним слово, наслаждаться повседневностью. Но нет! Несносный характер его напарника, страдающего от безделья и ржавых скрипов собственного мозга от недостатка интеллектуальной работы, просто с ума сводил всех жильцов дома 221б, и Джон, и добрая миссис Хадсон под конец просто молились на какое-нибудь убийство с подковыркой. Но Лондон продолжал цвести. А Шерлок продолжал хандрить. Были дни и ночи напролёт, когда он пропадал в лаборатории больницы Св. Бартоломео, проводя свои бесчисленные химические эксперименты, были ночи скрипичных концертов, дохлые подопытные грызуны, загаженная бог знает чем кухня и, наконец, части трупов в самых неаппетитных ситуациях. Джон был даже рад делать за двоих покупки и платить по счетам, потому что это давало ему повод свалить из дома, где бесчинствует безумный гений в дьявольских попытках победить скуку. Возвращаясь из одной из таких вылазок, он застал дома брата Шерлока, Майкрофта. Важный и всегда чем-то довольный, он вальяжно восседал в кресле, играясь ручкой своего вездесущего зонта-трости, в то время как сам Шерлок в пижаме и халате метался по комнате в поисках спасительной скрипки, которая всегда защищала его от бесед с братом. - А-а, Джон, рад вас видеть, - расплылся в улыбке чеширского кота мистер «Британское правительство». - Джон, ты как раз кстати. Помоги мне выгнать Майкрофта. Он уже четверть часа тут сидит! - Мой брат, как всегда, очень гостеприимен, - протянул Майкрофт, точно мурлыкая. Джон, с двумя пакетами продуктов в обеих руках на какое-то время задержался в дверях, пытаясь понять, что происходит. Наконец, он догадался поздороваться и оставить злосчастные пакеты на полу. - Добрый день, - пробормотал Ватсон Майкрофту, - что-то… случилось? Или это… - Визит вежливости, - закончил Майкрофт. - Скорее важности, - переиначил Шерлок. – Я сказал «нет». Пропади опять на месяц. - Так у вас семейная… Доктор хотел сказать «семейная драма» или «семейная встреча», «семейный чай», «семейный обед»? Но так и не нашёл подходящего слова, откашлялся и утащил пакеты на кухню, предоставив братьев всецело поглощать друг друга. После того случая с фальшивой смертью Холмса, Джон решил, что в дела этих двоих ввязываться не стоит. Кого-то одного по отдельности ещё можно терпеть, но двоих сразу! Нет, нет и ещё раз решительное «нет». Между ними двумя, Джон начинал чувствовать себя игрушкой, которую каждый из них использовал в своих целях, дабы обставить и обскакать другого. Впрочем, Ватсон был уверен, что все, что находилось между этими братьями, моментально превращалось в игрушку… - Шерлок противится, вероятно, самому важному делу в его карьере, - сказал Майкрофт Джону, хотя тот не спрашивал, и, казалось, даже не слушал. – Дело государственной важности, Шерлок. Прекрасная возможность практиковать свои способности и заслужить признательность самых высокопоставленных лиц своей страны. Шерлок фыркнул, наконец, нашёл свою скрипку и демонстративно уселся на ней играть, но не гармоничные классические мелодии, нет. Он упёр скрипку в бедро, точно это была маленькая виолончель, и принялся наигрывать так тягучие низкие ноты. Вероятно, чтобы вытравить брата. - Если всё не разрешится, и брошь не будет найдена к приезду Великого герцога Люксембурга с его ежегодным неофициальным визитом, нам грозит межгосударственный скандал, - Майкрофт, стараясь не замечать скрипку, принялся нагнетать ситуацию, предельно внимательно рассматривая рукоятку своего зонта, точно это он диктовал ему всё, что нужно было произнести. – Я обещал твоему… нанимателю, что найду лучшего частного детектива, единственного, кто способен разрешить дело в срок, не задавая лишних вопросов и не привлекая к этому внимание прессы и кого бы то ни было. Шерлок резко сфальшивил и отвёл смычок. - Лучшего частного детектива, чтобы найти стекляшку, – вывел он обижено. - Бирманский рубин, Шерлок, весом в тридцать два и шесть карата и стоимостью порядка десяти миллионов фунтов. Это «стекляшка», как ты говоришь, носит даже собственное имя, Сердце Востока, и принадлежит великому герцогу Люксембурга Анри Генриху, который согласился предоставить рубин на обозрение британской публике и оставил его на хранение королеве Великобритании. Всё это время герцог Йоркширский отвечал за рубин, который стал украшением помолвки его дочери. И в тот самый вечер он пропал. - Кто-нибудь погиб? – заинтересовался детектив. - Нет, насколько мне известно. - Возвращайся, когда кого-нибудь убьют, - и Шерлок с увлечением продолжил играть. - Когда регент Люксембурга явится за своей собственностью, окажется, что Британия его обокрала. А с учётом и так напряжённых отношений… - О, ради Бога, Майкрофт, сейчас ваше Сердце Востока может быть где угодно, может, даже на самом дальнем востоке, какая теперь разница, кто украл его? Герцог, лакей или трактирщик. Он может быть даже на дне озера, - взмахнул он смычком. - Мы знаем, что нет, - спокойно ответил Майкрофт, довольно улыбаясь. Шерлок замер, в его взгляде проскользнул хищный огонёк. Майкрофт, радуясь такой перемене, взял папку с какими-то официальными документами, отпрянул от спинки кресла и подал брату: - В день пропажи рубина, наш герцог получил уведомление о том, что Сердце Востока у вора, и возвращать его он не собирается, потому, как камень является его собственностью. - Письмо набрано на компьютере, - проглядел он бумаги, - бумага принтерная, уплотнённая, такая в любом офисе имеется, никаких отпечатков? А конверт? - Стандартный конверт отеля, где останавливались гости, и в которых обычно оставляют записки на ресепшн. Отправителя либо никто не видел, либо никто не запомнил, либо его покрывают. Мы ужесточили контроль на таможенных постах — рубин не покидал даже Эмблсайда. Выясни, кто присвоил камень, Шерлок. Это лучше, чем целыми днями играть на скрипке, - произнёс уверенно мистер «Британское правительство» и поднялся с кресла. - Кто сказал, что я возьмусь за это дело? – вдруг напрягся Шерлок, демонстративно шлёпнув папку на пол, вероятно, почувствовал, что брат оказывает ему помощь. Майкрофт ухмыльнулся, как самый настоящий довольный кот, припрятавший сметану на потом, достал из внутреннего кармана длинный белый конверт и подал Джону. - Это билеты на поезд первым классом, пригласительные в один из лучших отелей Эмблсайда, где остановился герцог и его гости. Всё оплачено. Живописный курорт на озере Виндермир, минимум шума и Лондонской суеты, максимум загадок. Это ведь в этом озере видели горбатое чудовище похожее на Лохнесское? – уставился он на Джона как единственное здравомыслящее существо в комнате, - в газетах так много об этом сейчас пишут. Почему бы вам самим всё не разузнать? – снова расплылся он в улыбке, которая погасла от злобного взгляда Шерлока. Майкрофт неловко повернулся к Джону, улыбнулся теперь ему. - Дайте мне знать, Джон, если решите взять себе отпуск на пару дней. Доктор молча взял конверт и сдержанно кивнул. - Хорошо, я… обязательно сообщу, - пообещал он и посмотрел на Шерлока, который теперь усиленно делал вид, что Майкрофт выпил эликсир невидимости. Чеширскому Коту, ему же, м-ру «Британское Правительство», Холмсу старшему, ничего не оставалось, как ещё раз приветливо улыбнуться и покинуть их дом. Однако улыбка его, точно в истории Керолла, все ещё витала в комнате и, похоже, злила Шерлока не меньше, чем материальное присутствие брата. Предельно осторожно Джон подошёл к своему другу и произнёс: - У тебя ведь нет дела на настоящий момент, Шерлок, - он уселся в кресло, где совсем недавно сидел Майкрофт, - я же вижу, тебе просто необходимо себя чем-то занять! Я не хочу тебя упрашивать помочь своей стране, но порой ты ведёшь себя как ребёнок… Шерлок бросил на своего напарника неопределённый, не то обиженный, не то ироничный, взгляд и демонстративно уставился в камин. Он ещё держал в руках скрипку и смычок, но, казалось, забыл о присутствии музыкального инструмента, как и своих собственных рук. - Так, ладно, - нахмурился Джон, - это действительно не моё дело... Он встал с кресла и вернулся на кухню к своим продуктам, но через какое-то мгновение все равно продолжил, заполняя полки холодильника: - Конечно, мы с сестрой тоже не в лучших отношениях, но когда она просит о помощи, я стараюсь ей помочь, - Ватсон не был уверен, что Шерлок его вообще слушает, но упорно добавил, - это семья, Шерлок, это все, что у тебя действительно есть. Я не знаю, может в гениальных семьях все гениально по-другому, может, там гениально не могут поделить игрушку и после того гениально обижаются до конца своих гениальных дней, но я всегда думал... Ватсон повернулся к Холмсу и посмотрел прямо на него. - Я всегда думал, что ты выше всего этого, - он снова по привычке сжал кулаки, - а ты, как все обычные люди, почему-то цепляешься за какие-то детские обиды. - Любовница, - вдруг буркнул Шерлок совершенно не в тему, точно друг его не с ним говорил, и вскочил с кресла. – Камень украла любовница, только она имеет на него право. Сердце Востока великого герцога Люксембурга, его ежегодные неофициальные визиты в Англию и обязательные обеды на озере Вимдермир в сотнях миль от столицы. С чего бы? Любовница, великолепно! Джон. Мы едем в Эмблсайд. - Он задумался и добавил, - пока её не убили охотники за стекляшками. С такими словами Шерлок ретировался в свою спальню, откуда послышались странные звуки летающей одежды. Как позже окажется, он искал фиолетовую рубашку среди десятка других одинаково фиолетовых рубашек.