Дневник Мориарти

Сегодня переехал в новую квартиру. Владелец сказал, чтобы я не обращал внимания на некоторые оставшиеся вещи – как я понял, у него кто-то умер и этот кто-то был предыдущим хозяином дома. Себастьян Моран (так его зовут) разрешил мне даже перебрать несколько коробок – вдруг я найду что-либо интересное. Про того, кому эти вещи принадлежат, он не очень хочет рассказывать, и я его понимаю. Он разве что упомянул, что тот имел связи с криминальным миром, а я не стал расспрашивать. Теперь я живу только с моим котом. P.S. Надо отучаться вести дневник. Мне уже двадцать три, а я все еще этим занимаюсь. Ник откинулся на спинку кресла, закрывая глаза. Он полностью был доволен квартирой, которую решил снимать после окончания архитектурного университета – с родителями жить не хочется, а общежитие для выпускников закрыто. Единственным, что волновало парня, было отсутствие постоянной работы. Даже то, что у него на данный момент не было никаких отношений личного плана, его не беспокоило, и Ник решил, что посвятит ближайшие день-два коробкам, громоздящимся в углу, и своему горячо любимому коту. Юноша прикинул в уме, сколько он может еще жить подработками. Деньги улетучивались с невероятной скоростью, хоть дом и был на окраине Лондона, а квартира не была большой: маленькая спальня, не очень просторная гостиная и тесная кухня. Придя к заключению, что еще чуть больше месяца он может себе позволить бездельничать, Ник погладил сидящего на коленях кота и убрал толстую тетрадь, служившую дневником, в сторону. - Ну что, Алан, слезай, я пойду на кухню, - парень почесал кота за ухом. – Вставай, лентяй. Кот нехотя слез, недовольно посмотрев на хозяина, и ушел в спальню, забавно переваливаясь с боку на бок. Ник поднялся и побрел в направлении кухни, потягиваясь. Вернувшись оттуда с большим яблоком в руке, он наклонился перед коробками и, взяв фрукт в зубы, перетащил верхнюю из них на середину комнаты. Открыв ее, парень вздохнул. Книги. Целая коробка книг, хотя о том, что было на дне, он судить не брался. Вытаскивая одну книжку за другой и складывая их на полу аккуратным столбиком, Ник надеялся найти что-либо помимо классики, английской и зарубежной, и в результате, когда столбиков стало уже три, заметил слишком уж яркую обложку. Обрадовавшись, он вытащил книгу, но она оказалась лишь собранием рассказов Антуана де Сент-Экзюпери. Фыркнув, парень положил ее поверх какого-то томика и дальше стал вытаскивать содержимое коробки. Опомнился Ник, когда третья стопка упала на пол из-за того, что он складывал все последние книги в один столбик и, когда он случайно задел его основание, все с шорохом и глухим стуком обрушилось на пол. Собирая книги, юноша потянулся к очередной нетолстой книжке и замер. Она упала так, что страницы раскрылись, и Ник сразу же наткнулся взглядом на рукописные строчки. Отложив собранные томики в сторону, он закрыл книжку и окинул взглядом обложку: простой лист охристого цвета без каких-либо надписей был в одном месте подклеен скотчем. Неудивительно, что парень пропустил ее. При ближайшем рассмотрении книжка оказалась чем-то вроде ежедневника. Ник удивился, когда под бумагой обнаружил черную кожаную обложку, и наспех пролистал его. Записи были только в первой части и занимали чуть больше половины книжки, и, что необычно, велись чернилами разных цветов: черного, красного и синего. Парень открыл первую страницу, на которой не было ничего, кроме инициалов "J.M." в самом углу, написанных немного вычурным мужским почерком. Ник вернулся в кресло и, забравшись на него с ногами, перевернул страницу. Не было ни дат, ни еще чего-либо, позволившего бы узнать время написания, просто записи, разделяемые одной-двумя чертами. "Перечень наблюдений", - решил юноша и куснул яблоко. Первая же надпись ввела его в ступор. Дайте мне хоть одного достаточно умного человека, иначе я со скуки взорву Национальную галерею...