Луч

Непонятно на что ушел целый час. Солнце медленно пряталось за горизонтом, завистливо глядя на Луну, которая, в отличие от него, быстро неслась по небу, словно стремясь поскорее встретить своего кролика. Который в данный момент сидел в кафе и уплетал десерт за обе щеки. — Очень вкусно!!! — пробубнила Усаги, пытаясь съесть шесть десертов сразу. — Мы это уже слышали… — устало отозвался Мамору. — Раз десять, наверное… Девочка виновато захихикала. — У меня сегодня стресс, мне можно! — авторитетно заявила она. — Я, знаете, сколько нервных клеток сегодня истратила?! Вот теперь восстанавливаю! — Нервные клетки не восстанавливаются, — с улыбкой отозвался Джед. Его очень веселило поведение девочки. Она вся перепачкалась, измазалась, все время что-то пыталась сказать с набитыми щеками и практически не переставала смеяться. Неф и Кун тоже улыбались, глядя на нее. Зой же был непривычно задумчив, а Мамору — привычно раздражен. — Ерунда! — тем временем отрезала Усаги. — Не знаю, как ваши, а вот мои — восстанавливаются, и еще как! Стоит только сладостей поесть! И она запихала себе в рот еще одну полную ложку мороженого. Тут же взвыла от холода, позабавив всех, за исключением шефа, разумеется. — Слушай, — бросил ей последний.—  Ты позвала отмечать нас, но слопала вдвое больше всех вместе взятых. Что ты думаешь, как мы теперь должны… — Ой, точно! — с трудом сглотнув, перебила его девочка. — Совсем забыла!!! Раз я вас позвала, то я и плачу! Угощайтесь!!! Тут уж все пятеро искренне недоуменно взглянули на нее. Тут на них даже люди с соседних столиков покосились. — Эх, мне бы такую девушку… — донесся до Мамору шепот одного из парней, сидящих недалеко от них. — И не говори! — ответил его сосед. — А то плати за них каждый раз… Шеф нахмурился. Решение Усаги, привлекшее к ним всеобщее внимание, не понравилось ему. Но не возражать же ей на глазах у всех! За пять с лишним лет все они здорово отвыкли от чьего-либо внимания. Поэтому даже ему стало довольно неловко. — А ты уверена, что сможешь за все заплатить? — внезапно спросил Нефрит. — Все это уже завесило кругленькую сумму… — Смогу! — безалаберно отмахнулась Усаги. — Не бойтесь и заказывайте!!! Мамору и сам не понял, зачем вступил в их разговор. — Ну надо же, — тем не менее потянул он. — А если я закажу это? И он ткнул на один из самых дорогих десертов. — Смогу, — уверенно ответила девочка. — А если еще и это? — Тоже смогу. — А это? — Смогу! — А это и это! — Смогу! — А вот это, это, это, это, это, это и вот это? Усаги на минуту задумалась. — Смогу… — уже не так уверенно, но все еще твердо ответила, наконец, она. — Ну, а если вот это, это… — Чего ты добиваешься? — внезапно перебила Мамору девочка. — Вот чего? Тот удивленно перевел взгляд на ее необычно серьезное и взрослое лицо. — А? — только и выдавил он, практически впервые в жизни не сумев удержать свою вечную строгую и скупую манеру речи. — Если ты хочешь доказать всем, что я не всемогущий миллионер, то я сразу могу ответить, что, если ты закажешь все то, что назвал, денег у меня не хватит, — спокойно сказала Усаги. — Я не смогу заплатить за все. Но у меня хватит на все то, что у нас сейчас. Вы даже можете заказать себе еще что-нибудь. Не только Мамору, но и все остальные не нашли, что сказать. Он словно взглянул на себя со стороны и испугался, до того это было несвойственно спокойному шефу — так вот взрываться, с азартом спорить. Мамору аж растерялся. Спас положение Неф, который широко улыбнулся и заявил, доверчиво глядя на девочку: — Ну, тогда я возьму какой-нибудь десерт… Усаги, не подскажешь, что тут самое вкусное? Серьезность слетела в мгновение ока.Кролик, захлебываясь словами, начал расписывать все десерты подряд, советуя парню то одно, то другое. Вскоре к их беседе присоединился Джед, за ним Зой и Кун. Мамору упрямо держался в стороне. Ему не хотелось, подобно своим подчиненным, заразиться вечной радостью солнечного зайчика, поэтому он не особо старался хоть как-то общаться с ней. А уж особенно — после полученного отпора. Поэтому шеф просто молчал. Вышли из кафе они поздно. Луна уже вовсю освещала ночное небо, а Солнца не было и в помине. Усаги протянула руки навстречу своей верной спутнице. — Как красиво… — прошептала она. — Правда? — Ночь как ночь, — отозвался Мамору, решив, что вопрос адресовался ему, так как непривычно серебряные глаза девочки смотрели только в его сторону. Усаги грустно улыбнулась. Потом глубоко вдохнула. — Да ночью даже воздух особый! — заявила она. — Неужели вы этого не чувствуете?! Когда Мамору обнаружил, что его коллеги с самым что ни на есть серьезным видом пытаются «почувствовать особый воздух», он не на шутку разозлился. Все происходящее стало его невероятно раздражать. — Ничего необычного! — несколько громче, чем нужно, рявкнул он. — И вообще, у нас уйма отчетов да дел не рассортированных, а мы тут, видите ли,«ночь нюхаем»! Усаги звонко рассмеялась. — Ты просто ничего не понимаешь! — сквозь смех выдавила она. — Любая ночь — особая! Потому что есть звезды, есть небо. Есть Луна!!! Все это делает каждую ночь совершенно необычной! Мамору и не вслушивался даже. Он не собирался ничего говорить, но, когда заметил, что Зойсайт с глупой улыбкой кивает головой, а остальная тройка внимает каждому слову этой девчонки, он попросту взбесился. — Будь добра, — перебил он ее. — Избавь всех нас от этой поэзии! Мы люди современные, мало того, мы — полицейские! И пока ты восстанавливаешь свои нервные клетки, лопая пирожные, нас еще ждет работа! Нам пора. Завтра на отбывку наказания без опозданий, пожалуйста. Он развернулся, твердо зная, что остальные парни сейчас пойдут за ним, и двинулся в сторону здания полиции. Его подчиненные и вправду тут же покорно зашагали следом, напоследок лишь молча кивнув девочке. Вскоре они растворились в темноте. Усаги осталась одна. — Ну почему, Луна?! — громко спросила она, неожиданно для себя самой замечая, что у нее глаза на мокром месте. — Почему он так поступает? Почему всегда все портит? Почему… — она всхлипнула. — Ну почему?! И почему именно он? Девочка вытерла рукой глаза. — Нет, так не пойдет…— она посмотрела на небо, и Луна увидела в синеве ее глаз ту твердую решимость, которая порой превращала милого кролика в сильного воина. — Все будет хорошо! Точно. Даю…даю слово! Будь Луна человеком, она бы вслед за подружками Усаги поддразнила девочку тем, что та неровно дышит по отношению к ее холодному и упрямому шефу. А потом бы утешала разобидевшегося кролика. А потом бы ласково говорила, что все хорошо или что-то в этом духе. Но Луна была лишь спутником, поэтому все что она могла сделать — поярче освещать дорогу домой маленькой девочке с мокрыми щеками и невероятно сильными синими глазами.