Равноценное наказание

«Семь утра, моя база» - безразличный голос Хибари Кёи все не выходил с головы Тсуны. [flashback] - Простите, Хибари-сан… - Кёя лениво приоткрыл один глаз, смотря на вошедшего, хотя прекрасно знал, какому из травоядных принадлежит этот голос. Мягкие каштановые волосы свободно трепал ветер, гуляющий по крыше школы, а глаза были опущены вниз, хоть и полны решимости. Видимо, зверек долго собирался с силами, чтобы так просто прийти в это место. - Чего тебе? Савада Тсунаеши. Тсуна вздрогнул. Он настолько привык слышать, как этот человек окликает его «травоядным», что не был уверен, знает ли вообще Хибари Кёя его имя. - Хибари-сан… - Он сжал кулаки. – Через два дня. Придите на гору Намимори. Я передам вам атрибуты, вмещающие в себе пламя Хранителей Облака других семей, и мы вместе спасем аркобалено. - Воа… - Кёя чуть насмешливо покосился на своего «Босса». Голос Тсуны звучал вполне уверенно в себе, но ребенок дрожал от страха как осиновый лист. – А ты осмелел. С чего ты взял, что я присоединюсь к толпе? - Я… Я сделаю всё, что угодно, Хибари-сан… - Смелости в голосе заметно поубавилось. Тсуна вспомнил, на что способна фантазия Главы Дисциплинарного Комитета Намимори, когда он хочет унизить кого-либо и уже приготовился провести все наступающее лето, с утра и до ночи отрабатывая в школе. - Всё? – Хибари сощурился в ответ на неуверенный кивок. - Сразись со мной. - В-вы серьезно? – Янтарные глаза расширись в удивлении. - Я похож на шута? Ты стал сильнее в последнее время… - Ухмылка промелькнула на тонких губах. - И я очень хочу загрызть тебя до смерти. Тсуну передернуло. Как же он мог забыть, что разговаривает с боевым маньяком Вонголы. - Почему же вы еще не сделали этого? У вас было столько возможностей избить меня. - Ты бы не сопротивлялся. А я хочу, чтобы ты дрался со мной в полную силу. [/flashback] Тсуна еще раз перевернулся на кровати, как можно комфортнее трамбуясь в одеялах. Он лежал уже не один час, но сон все не шел. По-видимому, идея лечь пораньше, чтобы не проспать «свидание», назначенное ему, успешно провалилась. «Стал сильнее? Похоже, Хибари-сан хочет, чтобы я стрелял в него пламенем с двух рук, но… Я ведь не смогу! Эта техника слишком опасна. Кроме основной зоны поражения есть еще и мощная взрывная волна. В итоге, единственное более-менее безопасное место - за моей спиной. Хибари-сан быстрый и выносливый, но если он не успеет…» - Тсуна протяжно застонал, уткнувшись лицом в подушку, чтобы никто не услышал. Он не хотел представлять себе, что же будет в этом случае, но богатая детская фантазия в подробностях описывала ему кишки-мясо-кровь, - единственное оставшееся от Хибари-сана. В этот момент ему очень не хватало удара миниатюрных ножек Реборна, вышибающего остатки мозгов из головы, и фразы “Это же Хибари, глупый Тсуна”. Это всегда помогало, но аркобалено ничего не должен знать об этом, и… Мальчик содрогнулся, представив, что станет с его головой, если репетитор ударит его так сейчас, после снятия проклятия. Думая еще о каких-то глупостях, Савада сам не заметил, как заснул. И не смотря на то, что жутко любил спать подолгу, проснулся спустя каких-то несколько часов. И не просто открыл глаза, его будто холодной водой окатили. Выйдя из прострации и расставив по местам сон и реальность, Тсуна расстроился еще больше. Настолько, что полностью проигнорировал Реборна, спящего вместе с ним на кровати, закинув на него ногу. Это был очень странный сон… Абсолютно нереальный, но такой желанный. Выбравшись из-под подозрительно легкой тушки, Дечимо кинул взгляд на окно по дороге в ванную. Уже светло, но еще тихо и поют птицы, одна из которых сидела прямо на подоконнике, нахально смотря на мальчика. Похоже, он проснулся как раз вовремя. Одной причиной загрызть его до смерти у Хибари меньше… Одеваясь, Тсуна все косился на репетитора, уже раскинувшегося звездочкой на его кровати. Нет, он, конечно, понимал в глубине души, что детский гамак Реборна ну никак не выдержит веса взрослого тела, но почему ему было не лечь на футоне, зачем нужно было лезть вторым на и так узкую, односпальную кровать? Да как Нана вообще впустила его?! Спустившись на кухню, Савада узнал от Бьянки, что Реборн представился дядей малыша, и Нана радушно приняла его. Тсуна глухо фыркнул и, схватив бутерброд, быстро выскочив из дома, делая вид, что не расслышал воплей девушки, предлагающей ему попробовать её пирог. «Он сказал, что является неизвестно-откуда-приехавшим-дядей-Реборном неизвестно-куда-девшегося-малыша-Реборна. Господи, мама, как ты можешь верить в этот бред?» Свежий утренний воздух выветрил у него из головы лишние мысли, и Тсуна, собравшись с силами, отправился искать вход на базу Хибари, один из которых, как он слышал, находился в квартале от него. Он мог бы войти через собственную базу, но все шесть входов находились много дальше, а времени оставалось все меньше. В тот же самый момент, в нескольких километрах от дома Савады на плечо Хибари сел Хибёрд и что-то защебетал. Кёя, видимо, отлично понимая птицу, лишь стиснул зубы. Какого черта опять позволяет себе этот аркобалено? Реборн же в это самое время, не имея ни капли сна во взгляде, разглядывал потолок комнаты Тсуны и поглаживал до жути довольного Леона, издающего при этом какие-то кошмарные звуки. - А глупый Тсуна повзрослел с того времени, как я преподал ему последний урок, что думаешь? – На губах киллера заиграла улыбка. – Из него получится отличный Босс. Хамелеон закивал. Реборн тут же перестал улыбаться, обеспокоенно цокнув языком. - Надеюсь, Хибари ничего не испортит сегодня. Я сделал все, что мог для них обоих… - Почувствовав настроение хозяина, Леон тоже погрустнел.