Кто такая Шэрон Холмс?!

Сдав отчет своему "обожаемому" начальству с горем пополам, девушка умудрилась крупно поссориться с его секретаршей, с которой она с первого своего рабочего дня была на ножах, хорошенько врезать дверью одному из членов проверяющей комиссии по голове, на свои деньги купить ему самое дорогое кофе, причем это она еще мало отделалась, дважды спотыкнуться о порог и, наконец, попрощавшись со своими коллегами, спокойно покинуть здание офиса. На улице уже опускался вечер - солнце еще светило, но не так тепло и ярко, как днем, количество автомобилей на дороге значительно увеличилось, а ветер усилился и заметно похолодел. Холмс съежилась от ненавистного ветра и, застегнув пальто на все пуговицы и засунув руки в карманы, быстрым шагом направилась в сторону своей квартиры. Домой идти совершенно не хотелось, но живот противно урчал, требуя его покормить в самое ближайшее время, а денег на находящийся рядом шикарный итальянский ресторан не было. Шэрон в очередной раз пожалела, окинув грустным взглядом мирно сидящий в зале ресторана людей, что не стоило ей продавать квартиру во Франции и возвращаться в родной Лондон. Несмотря на огромную тягу к любимой Великобритании, девушка не могла не признать, что там дела у нее шли намного лучше: хорошая своя квартира, высокий пост в редакции одного из известнейших журналов, ежедневный шоппинг с подругами, поездки на природу, театры, ночные клубы. Там она жила на полную катушку - так, как нужно жить в ее возрасте, а не медленно гробила свое существование на однотипной работе, дешевом кофе и бессмысленных разговорах глупых коллег. Единственным нормальным человеком в редакции, с которым можно было спокойно пообщаться, была Элизабет. И то Холмс чувствовала, что та явно что-то от нее скрывала, причем очень важное и связанное с ней. Это заставляло ее хорошенько задуматься над теми многочисленными вопросами, что с недавних пор, как пчелиный рой, крутились в ее голове. Почему Шерлок так негативно настроен против Джима? Что ж, здесь вполне очевидно: Холмс - единственный в мире консультирующий детектив, вынужден, в удовольствие себе, прошу заметить, расследовать странные убийства, разгадывать увлекательные ребусы и загадки, созданные гениальным умом великого злодея-консультанта Мориарти. Все вполне понятно, кроме одного.., младшая Холмс с искренним негодованием заметила тот факт, что молодые люди не видят, как сильно они похожи друг на друга: высокоактивный социопаты, один получает удовольствие от расследования убийств, а другой - от их создания. Разные, противоположные, но друг без друга жить совершенно не смогут. Им обоим нужен драйв, риск, адреналин! А это они получают, враждуя друг с другом. С чего вдруг у Шерлока проснулась к ней братская любовь? Здесь тоже можно ответить, не особо задумываясь. Если Майкрофт, несмотря на свое высокое положение в обществе, холодность, притворное равнодушие, постоянный строгий костюм и длинный черный зонт, который, кстати говоря, подарила ему именно она, действительно всегда старался быть рядом с младшей сестрой, помогать, учить, защищать и оберегать ее, то его порыв заботы не стал для нее неожиданностью. Прекрасно зная, что, живя во Франции, она не знает о том, что творится в Англии, Холмс-старший взял на себя ответственность посвятить ее во все касающиеся ее дела, однако не успел - появившийся из ниоткуда Мориарти смешал все его карты. От него девушка еще ожидала услышать нечто подобного рода. Но вот Шерлок... Несмотря на их незначительную разницу в возрасте, брат с сестрой практически не общались. Она, как любая девочка, любила помогать маме, играла с подружками, бегала по улице, лазала по деревьям, бегала от собак, каталась на велосипеде. Он же тратил все свое время на подаренный родителями набор юного химика, читал книги, энциклопедии, строя стену, позволявшую ему наслаждаться одиночеством. Когда она приходила домой с разбитыми коленками, с трудом сдерживая слезы, он насмешливо говорил о том, что "с такой неуклюжестью, что совершенно неудивительно, но что взять с глупой девчонки". Когда она в первый раз влюбилась и с горящими от счастья глазами рассказывала матери о своем первом поцелуе, он, случайно услышав разговор, презрительно морщил нос и, окинув сестру ледяным взглядом, уходил в свою комнату. Но Шэрон всё равно знала, что, несмотря на такое поведение, Шерлок хоть немножечко ее любит. Он никогда не лез в ее дела, не интересовался ее жизнью, интересами, а тут вдруг запретил общаться с Джимом, словно он не отец. Девушка не знала, что на него нашло: внезапное осознание ответственности за нее, проснувшаяся братская любовь, желание, чтобы сестра своими чувствами не испортила ему всю игру, - но он впервые за долгое время проявил к ней заботу. Как обыкновенный живой человек. Блондинка свернула за угол, не сбросив скорость. В который раз она подумала, что, возможно, ей стоило принять предложение мистера Ватсона и пожить несколько недель у них, пока самостоятельно не встанет на ноги. Ах, милый, добрый Джон Ватсон... Он казался таким приятным мужчиной, что девушка искренне обрадовалась наличию такого друга у своего социопата-брата. "Может, хоть человеком нормальным с ним станет?" - думала она, смотря по сторонам в поисках своего нового дома. Ей даже не претила мысль, что Шерлок может оказаться гомосексуалистом - такому человеку, как Джон Ватсон она была согласна отдать брата. - Шэрон, давай поговорим! - девушка выплыла из своих мыслей, как только различила стоящий перед ней мужской силуэт. Первым ее желанием было развернуться на каблуках и отправиться куда глаза глядят, лишь бы не находиться рядом с ним, но сейчас, чуть приглядевшись, это желание мигом исчезло. Сердце сделало кульбит, а сердцебиение участилось от одного только блеска любимых глаз, смотрящих на нее с такой мольбой, что она почувствовала, как медленно тает. Джим неуверенно переступал с ноги на ногу, глядя на нее и впервые в жизни не зная, что делать. За столько лет он первый раз растерялся перед девушкой, не знал, как лучше себя с ней вести. Сейчас ему не нужно было вызывать в ней симпатию, заставлять влюбиться, производить хорошее впечатление. Нет, сейчас все было намного сложнее - он не знал, что сказать ей, чтобы снова вернуть то дружеское общение, которое у них было. Хотя Мориарти не был уверен в том, что ему нужно было только дружеское общение... - Джим, - на удивление мягко и устало сказала девушка, обхватив себя руками, и от одного только произношения его имени ее губами злодей-консультант встрепенулся, - я очень устала, у меня болят ноги, и я очень хочу спать. Мне сейчас совершенно не хочется выяснять отношения, поэтому давай отложим разговор на неопределенное время, например: навсегда? - Шэрон, пожалуйста, - мужчина виновато улыбнулся, однако голос его звучал твердо и уверенно. - Просто давай поговорим, а потом я уйду и больше никогда не появлюсь в твоей жизни! Все, что тебе сказали... - ...неправда? - закончила за него девушка и вопросительно вскинула бровь вверх. - Давай только без этого, ладно? Один раз я уже позволила навешать себе лапши на уши, но второго раза не будет. Все, что мне нужно было узнать, я узнала, спасибо. Так что давай сделаем вид, что мы вообще не знакомы, ты мирно уедешь, а я пойду домой, хорошо? - Да дай ты мне хоть слово сказать! - вспылил Джим, не выдержав и ударив ладонью по крыше своего автомобиля. Холмс испуганно вздрогнула и хотела было отойти, как он схватил ее за запястье и притянул к себе. Карие, почти черные глаза сверкали, глядя на немного взволнованное личико девушки, но голос по-прежнему был тверд: - Мне плевать, что там тебе сказали твои братья, слышишь? Да, меня зовут Джим Мориарти. Да, я злодей-консультант, играющий с твоим братом в опасные игры. Все это правда, признаю, но я сам хотел тебе все рассказать в более подходящее время. Я не знаю, что они тебе еще наплели про меня, но понимаю, что им ты веришь намного больше. Просто дай мне сказать одну очень важную для меня вещь... Я этого еще никому не говорил, и не собирался, но... - Что, Джим? - тихо спросила Шэрон, поднимая на него глаза. - Что еще я не знаю о тебе? - Я тебя люблю!