-Ты хочешь мою душу? - Нет. Я хочу твою любовь.

— Мистер Айеро? Вы с нами? — Пожилой мужчина шестидесяти лет, сидевший слева от Фрэнка, коснулся его руки, которая лежала на столе. От такого прикосновения парень вздрогнул и уставился на людей, сидевших за овальным столом. Вид у них был не очень-то доброжелательный, но их понять можно — сидеть на чертовом заседании с человеком, который даже не отражает, что ему говорят. Фрэнку стало стыдно. Немного. — Мистер Айеро, Вы в порядке? — Все тот же мужчина с настороженным видом смотрел на парня и ждал от него хоть какие-то признаки жизни. — О, да. Да. Конечно. — Фрэнк смотрел на свою занемевшую руку. После трехсекундной паузы, он поднял голову, одарил людей своей лучезарной улыбкой и со словами «Спасибо, господа инвесторы, заседание законченно» — резко встал, засунул папки, лежавшие на столе, в охапку и целеустремленно направился к выходу. И только грохот закрывающей двери, от которой вздрогнули пару мужчин, нарушил, так всех насторожившую, тишину. *** Машина на приличной скорости гнала по пустому шоссе. Неудивительно — все нормальные люди сейчас на работе. Моя жена тоже должна там быть. Я знаю она там. ОНА ТАМ. Фрэнк сильнее вцепился в руль. Он знал, что что-то не то. Он чувствовал это. По радио заиграла группа The Exies с песней Stray. О, это песня хранит в себе много воспоминаний… «Swore to never ever leave you…» Да, милая, я помню, как мы выбирали нашу свадебную песню. Переслушивая сотни композиций, мы остановились на этой. Я помню, как офигели наши родственники, когда мы начали танцевать вальс под удары барабанов. Я помню, как мы совершенно не попадали в такт. Я помню, как ты была счастлива. Я помню, как мы наступали друг другу на ноги, а потом смеялись. Я помню, как клялся, что никогда тебя не оставлю… Я помню, как ты просила меня остаться с тобой. Как ты кричала, что «они» приходят к тебе и шепчут, понятные только им одним, слова. Помню, как не стал слушать тебя, думая, что это бред. Помню, как кричал на тебя, когда ты билась в истерике, шепча сквозь слезы, что «они» близко. Я помню, как оставил тебя одну. Совсем одну. » -Милый, мне нужно тебе кое-что рассказать.- Джам как-то нерешительно стояла около меня и я видел, что она боится. Может таракана увидела или, еще хуже, крысу? -Да, что случилось дорогая? — Я сделал потише телевизор и с вниманием посмотрел на нее. Она теребила полотенце и явно подбирала слова. -Ну? — я приподнял брови. Милая, пожалуйста, давай быстрее. -Дорогой, мне страшно, они снова зовут меня.- О черт, только не это. -Нет, Джам, мы уже разговаривали на эту тему. Никого нет. Никто тебя не зовет. Это просто галлюцинации из-за усталости. А ты принимала таблетки сегодня? — Я попытался уйти от темы. Честно говоря, она меня пугала. Если человек говорит о каких-то голосах, разве он нормальный? Вот именно — нет! -ФРЭНК, ОНИ НАСТОЯЩИЕ. ОНИ СКАЗАЛИ, ЧТО ЗАВТРА УВИДЯТСЯ СО МНОЙ. ЗАВТРА, ПОНИМАЕШЬ. ЗАВТРА. ПОЖАЛУЙСТА, ПОВЕРЬ МНЕ! — Она упала на пол и зарыдала в полотенце. -ЗАТКНИСЬ, ЧТО ТЫ НЕСЕШЬ? ХВАТИТ! Я БОЛЬШЕ НЕ ХОЧУ СЛЫШАТЬ ОБ ЭТОМ.- Я встал, и, даже не посмотрев в ее сторону, пошел в спальню. Почему я был так зол? Почему я не выслушал ее? Может я боялся? Боялся, что это окажется правдой? Да, наверно, это так. Машина сворачивала к белокаменному дому. Красного Hyundai нигде не было видно. Должно быть она уехала. Может, я зря так переживаю? Дом был пуст. Что ж, видимо, я немного спятил. Нужно позвонить Джам и сказать, какой я шизофреник. Фрэнк достал телефон из кармана и занемел от ужаса. 34 пропущенных вызова от «Джамии». Вот блин, я же поставил телефон на беззвучный режим, когда началось это гребанное заседание. Глаза снова опустились на экран. Нет, не может человек столько раз звонить, чтобы поболтать. НЕ МОЖЕТ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ. Я долго не решался набрать ее номер. Я боялся. Боялся, что ответа не будет. Боялся, что не услышу ее голоса. Но время идет. Я держал палец над кнопкой «вызов». Прошло уже минуты три, но месторасположение мое не менялось. «Давай Фрэнк, ты должен. Нет, ты обязан ей позвонить. ЗВОНИ ТЫ, ГРЕБАННЫЙ ТРУС…» и я позвонил…