Зависимость

Февраль 1994 года. Из личного дневника Кетрин Пирс. «Мне сказали, что сегодня великий день, что я, наконец, буду полезной и смогу выполнить, то ради чего меня растили. Боже, мне страшно. В поселение прибывает все больше народу, все хотят увидеть меня. Кто все эти люди? Почему они смотрят на меня, словно я святая? Родители нервничают, мама практически не отходит от меня, недавно она привела ко мне какую-то женщину, та ходила около меня с зажженной травой, что-то причитая. А потом эта же женщина принялась покрывать мое тело странными рисунками. Меня начали готовить, заплели волосы, надели шелковый халат. Я подслушала разговор родственников, они поведут меня на арену. Что в таком виде? Я же практически голая, халат лишь прикрывает наготу». Запись сделанная в тот же день. «Это было ужасно, руки до сих пор трясутся. Меня привели, на арену сняли халат и вытолкнули на всеобщее обозрение. Мне страшно, мне до сих пор страшно. Напротив стоял мужчина, лицо которого было скрыто в тени. Он подошел ко мне и я поняла, что сейчас произойдет. Хотелось кричать, но он не позволял, заткнул мне рот рукой. Мужчина повалил меня, и что-то большое проникло в меня, было жутко больно, никого не волновали мои слезы. Все это продолжалось, как мне казалось вечность, он вторгался в мое тело, причиняя боль. По бокам стояли какие-то люди в черных мантиях и все время, что меня насиловали, пели противные песнопения. Какой-то культ дьявола! Все мое лоно горело. В голове крутилась лишь одна мольба. Пусть это кончится. Остальные с интересом смотрели, а потом я увидела полную луну, и произошел кошмар, этот мужчина начал жутко кричать, все еще продолжая насиловать меня. Его тело деформировалось, а в воздухе запахло непонятным ароматом. Кажется, я отключилась не выдержав. Очнулась я в своей комнате, все тело ноет и болит. Это и было моим предназначением пройти, через унижение при толпе, пройти эти муки? К черту такое предназначение, у меня нет никакого желания больше тут оставаться. Такое ощущение, что часть меня умерла там, одно желание спасти себя, пойти на что угодно, лишь бы сбежать от них. Ведь нет гарантии, что это не повториться. А еще жгучие желание мести, отомстить родителям, которые меня без зазрения совести отдали ему, толпе что смотрела и не вмешивалась и этому мужчине, что изнасиловал меня при всех. Кто я теперь? Грязная шлюха, несчастная заблудшая душа». Конец марта 1994 года. «Меня больше не трогали, наоборот относились бережно и с волнением. Но охраняли, словно я дочь президента. Я не могла ступить и шагу без присмотра. В последнее время меня тошнит по утрам, они прислали врача. Он подтвердил мои опасения, но это лишь вызвало радость у моих тюремщиков. Я беременна. От этой новости с меня начали сдувать пылинки, причитая при этом, что внутри меня драгоценность для всего вида. Я стала инкубатором, сосудом. Что во мне? Святой Грааль? Или монстр, как и все в округе? Я не знаю ответ». Апрель 1994 года. «Мне удалось ненадолго выйти из поля зрения тюремщиков. Теперь я знаю, что они хотят от меня. И меня сводит с ума мысль, что мир не такой, каким кажется, что его населяют сверхъестественные создания. Я проникла в кабинет отца и украла его дневник. Оказалось, что мой род, что-то вроде царского, поколение за поколением чудовища выводили идеального носителя, чистую кровь. Мы берем начало от некой Татьи, чья кровь создала хищников, которых еще не знала земля. Созданий ночи, вампиров. Бессмертных и сильных, созданных с одной целью, уничтожить детей луны – оборотней. Но оборотней не устроил такой расклад, с помощью ведьмы они узнали, как можно положить конец вампирам. Дождаться чистую кровь, двойника, идеального носителя. Этим носителем оказалась я, а мой ребенок – дитя чистокровного оборотня, потомка одного из первых, без примеси человеческой крови. Та ночь была ритуалом, как только я рожу, монстры получат преимущество над вампирами, а я буду вынуждена терпеть это существо во мне, ведь магия связала нас. Ему нужна мать. Никогда такого не будет. Я найду способ убежать и избавиться от ребенка». Июнь 2012 года. Лондон. Кетрин шла по мокрой от дождя улочке Лондона, настроение приподнято. Она бессмертна и красива, за годы она поняла, что у нее есть тело и есть красота, с помощью которой она может манипулировать мужчинами. Были, конечно, не приятные осадки в ее прошлой жизни, но она смогла сбежать и жить, как ей хотелось. Ей больше не нужно скрываться, не нужно нести бремя матери, магия, удерживающая ее рядом с Еленой, и не позволяющая бросить разрушена, как только она стала вампиром. Все это время это было ее целью, она искала вампира и нашла, соблазнила и хоть и с трудом, но получила желаемое. Оставив ему дитя, пусть убьет, сделает одолжение их виду, она, наконец, освободилась. Но в глубине души ей было жаль девочку, другая ее часть оставила не только потому, что хотела, а знала, что у вампира ребенка искать не будут, что Елене безопасней рядом с Деймоном. Кетрин думала, что больше искать ее не будут, но она ошибалась. Кто-то резко схватил ее и вколол вербену, яд для вампиров. Очнулась она прикованной цепями к стулу, сил вырваться не было. - Здравствуй заблудшее дитя, - этот голос был ей знаком, ее отец. Она оскалилась, показывая свои острые клыки. - Ты молодец, долго смогла скрываться, но, став чудовищем, ты утратила осторожность. В помещение противно пахло псиной, отец не один, с ним кучка оборотней. - Что вам нужно? Я бесполезна для вас уже! - Нам нужен ребенок и возможно мы отпустим тебя. - Ха-ха-ха с чего вы взяли, что она вообще родилась!? – произнесла Кетрин, от вербены ее голова затуманилась, поэтому она допустила оплошность в разговоре. - Судя по твоим словам, это девочка, но, так или иначе, мы знаем, что ребенок родился. - Я не выдам ее, она ведь оружие против вампиров? Мне еще дорога моя жизнь! - Где ты ее прячешь, девочка? Ответишь и тогда так, и быть, я пощажу тебя. - Так я тебе и сказала! В ее тело выстрелили деревянными пулями, но Кетрин держалась, не кричала о боли и не просила о пощаде. Ее подвергали пыткам два дня, мучили, калечили, насмехались. - Ну что, готова сотрудничать? – спросил ее отец, появившись два дня спустя. - Нью-Йорк, - прошептала вампирша, они сломили ее. – Если она жива, то она там. Особняк Сальваторе. К ее груди поднесли кол. - Стойте, без меня вам ее не достать. - Это еще почему? - Деймон Сальваторе вампир, она у него. Удар по щеке, казалось, что с пощечиной ей свернули шею, так не естественно она отклонилась. - Он испытывает к ней привязанность, я уверенна, он не тронул ее. - Кровосос знает, что собой представляет ребенок? - Нет, я не дура говорить ему, что девочка оборотень и на что она способна. Он бы убил меня. Но я могу попасть к нему в дом, я могу показать, где Елена, - с мольбой говорила Кетрин, нужно говорить, что угодно лишь бы они не убили ее. Им пришлось отпустить ее, Кетрин позволила следить за ней. Пусть так, но она жива. Но нужно обезопасить свою шкуру, где гарантия, что они не тронут ее? Дома она вела себя скрытно, ее спутник вампир Стефан заподозрил не ладное. - Что происходит Кетрин? - Оборотни, они угрожали мне, мне удалось сбежать, но я подслушала, что есть оружие, которое способно погубить всех нас, - немного приврала Кетрин. – Они прячут его в Нью-Йорке. - Что? – удивился он. – Какое оружие? - Не знаю. Кол или еще что. Мне некогда было прислушиваться, жить хотелось больше. - Прости, конечно, - сочувственно произнес Стефан. - Но если это правда, то нужно предупредить первородных. Кетрин тайком улыбнулась, все как по маслу. Она не знала в лицо этих первородных, но Деймон упоминал, что все вампиры идут от них, но кто и как их найти она не знала. Они были скрытны. - Как? – взволнованно спросила Кетрин, надеясь, что Стефан знает. - Элайджа в городе, мы сходим к нему, ты расскажешь ему все. Оборотням она сообщила, что перед отъездом, чтобы не вызвать подозрения Стефана она должна закончить свои Лондонские дела. Они поверили, Кетрин надеялась, что они не знают Элайджу иначе все пойдет прахом. Элайджа согласился с ними встретиться и выслушать. Благородный вид первородного поразил Кетрин, еще никогда она не сталкивалась с такими старыми вампирами. В нем чувствовалась сила, он мог одним пальцем сломать ей позвоночник. - Чем вызвана такая срочность, Стефан? – обратился он к вампиру. - У моей подруги есть для вас срочное сообщение, - проговорил вампир, не осмеливаясь смотреть в глаза первородному. - Я слушаю, - теперь Элайджа смотрел на Кетрин. - Пять дней назад меня похитили оборотни, хотели убить, но мне удалось сбежать, - Элайджа не перебивал ее, слушал внимательно. – Во время побега мне удалось подслушать их главного или вожака, не знаю как правильно. Они говорили об оружие против вампиров, способное уничтожить весь вид. - Интересно, давно не было активности от этих лохматых отступников. Продолжай. - Они скоро намериваются забрать его из тайника, который где-то в Нью-Йорке. Сказали, что сейчас самое удачное время, чтобы напасть, - серьезно говорила Кетрин, ее голос ничем не выдавал ее ложь. Элайджа молчал. Обдумывая ее слова, сопоставляя факты и взвешивая эту маловероятную, ничтожную информацию. - Знаешь, мне не понятно одно, оборотни скрывались долгое время, за долгое время не было ни одного факта, о нападении или проявлении агрессии по отношению к вампирам. А тут они тебя похищают, и ты так удачно подслушиваешь их планы, - скептически проговорил Элайджа. – К тому же единственное оружие уничтожено лично мной и моей семьей две тысячи лет назад. Виду ничего не угрожает. - А если это не так? – спросила Кетрин. - Подожди, я не договорил свою речь. Но ты упомянула Нью-Йорк, и я так полагаю, они нападут там же. А в этом есть доля смысла, в Нью-Йорк отправился мой брат. И если оружие дошло до наших дней, то кровная линия в опасности. Скажи, они говорили об одном? - Они просто упоминали оружие. - Если одно, то со всем видом они не смогут покончить, лишь с кровной линией одного из нас. Тогда им ничего не мешает прийти за мной. Раз они не приходят, значит, оно действительно спрятано в Новом Свете, значит, они придут за моим братом. Но потерпят поражение, брат не будет церемониться, тем не менее, оружие нужно добыть и уничтожить, дабы более ничего не угрожало мне и моей семье. Ты видела оборотней, запомнила их? Кетрин кивнула. - Стефан ты поедешь со своей спутницей в Нью-Йорк. Как только она укажет на знакомого ей волчонка, схвати, пытай, но достань мне информацию о месте положения оружия. Действуете вы от моего имени, ни один вампир не навредит вам, по крайней мере, тот, кто знаком с первородными. В Нью-Йорке вы поселитесь у Деймона Сальваторе, он сможет обезопасить вас. Я сообщу брату, чтобы он предупредил его. Кетрин еле сдерживала улыбку. Все шло как нельзя лучше, сама судьба улыбалась ей. Первородный сам отправляет ее к нему, никаких подозрений ни со стороны вампиров, ни со стороны оборотней. - Запомни Екатерина, - исковеркал он ее имя, – если окажется, что ты врешь, - он выжидающе на нее посмотрел, но не один мускул не дрогнул на лице вампирши. - То твоей участи не позавидуют даже мертвые. Ступайте, запомни, Деймон Сальваторе. - Я знаю Деймона, он обратил меня. - О, даже так. Что ж тогда это дело выгодно и тебе, чтобы оборотни утеряли оружие, - загадочно сказал Элайджа. Разговор окончен, первородный покинул их. - Тебя обратил Деймон? – тихо спросил Стефан. - Да, ты с ним знаком? - Нет, слышал о нем, поговаривают, что он не просто вампир. Будто при его обращении произошел сбой и он любимец своего создателя. - А кто его создатель? - Я не знаю, это тайна известная лишь не многим. Но он входит в круг вампиров особо приближенных к первородным. Кетрин лишь хмыкнула, подумаешь. Он не сделал с ней ничего пять лет назад, не сделает и сейчас, а вот про сбой при обращении ей стало интересно. Игра началась. Вампирша и сама не понимала, какой улей она может разворотить своими действиями.