Осторожней на поворотах!

Драгор почти стал императором, как тупая боль в шее заставила проснуться, вырвав его из сна в самый разгар сражения. Парень попытался перевернуться на другой бок, чтобы успеть ухватить улепетывающий сон за хвост, но, сделав этого, окончательно потерял желание спать - щека угодила во что-то липкое, мокрое и очень противное. Открыв глаза, он едва сдержал рвотный позыв - Драгор лежал посреди лужи крови, а немного подальше от него, раскинув руки, покоилась высушенная мумия того, что, судя по одежде, когда-то было девушкой. Холодок скверного предчувствия скользнул между лопаток. Парень подскочил, едва не поскользнувшись, и медленно подошел к трупу. Опустившись перед ним на колени, Драгор, сам не ведая зачем, вытащил из груди девушки ритуальный нож, и, так и зажимая его в руках, мучительно долго вглядывался в иссушенное лицо. Наконец понял и побледнел. - О, Великий Дракон, только не это. Молю, только не это. Воображение дорисовало слипшимся от крови черным волосам блеск и кудрявость, остекленевшим глазам зеленые искорки. Вечный легкий румянец сменился кровавой коркой, не свернувшейся окончательно, отчего становилось еще противнее. Драгор глубоко вздохнул и твердой рукой опустил веки своей бывшей боевой подруги – Кадо Бримнэс. - Мир твоему пеплу, – парень поднялся, мрачно глядя на круг, в котором лежала мумия. Почти все символы были неизвестны ему, а прочитать известные так и не удалось. Дверь отворилась, нерешительно замерев вначале. Стражники вломились в помещение, с профессиональной мгновенностью оценили обстановку. К магии прибегать не стали – библиотека, где произошло убийство, от огненных чар вспыхнула бы вмиг. Вместо этого мужчины вытащили арбалеты и одноручные мечи. Драгор узнал троих из четырех. Они его тоже. Стражи до конца не верили в донесенные им сведенья. Это же Драгор! Старый добрый белобрысый – приемный сын советника Его Величества, хоть и знатный авантюрист, но талантливый маг огня и надежный товарищ. Но увиденное мгновенно сменило их мнение. Убийца стоял над своей жертвой, и чужая кровь застывала на его руках, клинке и некогда светлой древесине пола. Драгору не дали сказать ни слова. Скрутили, надели амулет, блокирующий магические способности. Наградили несколькими синяками – парень не сопротивлялся, в мыслях вина уже петлей затягивалась вокруг шеи.

***

Дверь открылась медленно, в ее скрипе слышался приговор. Но еще рано. В камеру, где Драгор уже пятый час безмолвно рассматривал потолок, вошел Себ. Насколько незаконно заключенный помнил: это был парень Кадо и дело у них медленно, но неотвратимо шло к свадьбе. Мужчины неплохо были знакомы, поэтому намеренья вошедшего стража Драгор разгадал почти сразу. - Молчи. Молчи. Молчи, - прорычал убитый горем жених, захлопывая дверь. - Мне наплевать на твои оправдания, на папеньку-советника. С дракона плевать! На твоих руках ее кровь – ты зарезал ее, словно курицу и простым повешением не отделаешься! Драго не успел вставить и слова, как стражник схватил его за руку и усадил на единственный предмет мебели в камере – стул. - Ни звука, сволочь, - прошипел Себ. Его глаза подернулись красноватой дымкой ярости, требующей расплаты за содеянное. Стражник сжал ладонь заключенного до противного хруста, а через секунду Драгор перестал чувствовать пальцы. Они теперь неестественно выгнулись в разные стороны и нечеловечески сильно болели. Парень сжал зубы посильнее, не желая кричать. Тогда Себ отпрянул назад, но тут-же коршуном налетел снова. Драгор успел краем взгляда заметить, что мучитель в железных перчатках, перед тем, как последовали удары. Один, второй... Заключенный сбился на тринадцатом, когда просто стал захлебываться кровью. Потом его скинули со стула на спасительно-прохладный каменный пол. Перевернувшись на живот Драгор ощутил как тяжелеет и намокает рубашка. На этот раз кровь была его собственной. Ему явно намерились отбить почки, начиная пинать со всей доступной силой, но стражника остановил стук в дверь. - Хватит, твои полчаса кончились, - сказали за ней. – Его еще вешать, - неизвестный сплюнул, - Ты поведешь сегодня ночной патруль. Себ с ненавистью посмотрел в потолок, но оставил Драгора в покое, подошвой сломав нос напоследок. - Увидимся на рассвете, ублюдок. Обещаю первым станцевать на урне с твоим пеплом.

***

Окошко в камере было совсем маленьким, да и находилось под самым потолком. Драгору пришлось встать на стул, чтобы полюбоваться последним рассветом в его жизни. Возмутительно короткой, надо сказать! С болью в душе и распухшем от ударов лице, бережно поглаживая переломанные пальцы, беловолосый наблюдал как неумолимо карабкается вверх предательское солнце. Совсем скоро оно оторвется от горных пиков на горизонте и тогда в камеру войдут стражники. Драгор уныло поспорил сам с собой: если первый конвоир, переступивший порог, знакомый – прощай светлый мир, если нет – случится чудо и он выживет. А жить, между прочим, хотелось зверски. Ну, хоть для того, чтобы выяснить кто убил бедную Кадо да еще и так, что Драгор не услышал. Она ведь должна была кричать – передача энергии в таком объеме болезненна. А вот на принявшем ее обязательно останется след! Парень возмущенно хмыкнул и спрыгнул на пол. Ноги, тоже слегка пострадавшие от ярости Себа подогнулись и с грохотом «понизили» хозяина до состояния «несчастный, невиновный, на колени павший, маг». Драгор вздохнул, но попыток подняться не делал. Сознание изо всех сил пыталось забыть, что в любую минуту померкнет навечно. Поэтому мысли усиленно вертелись вокруг деталей убийства, становившегося все подозрительней и подозрительней. - Почему меня не допросили? – вслух стал размышлять Драгор, - разве не следует выяснить зачем Кадо убили, что за ритуал провели? Страшная догадка заставила содрогнуться. А ведь так удобно свалить все на него и, позаботившись об отсутствии суда и следствия казнить невиновного. Закроют дело и конец. Но подкупить стражей не выйдет. Разве лишь надавить положением… Выходит убийца работает тут в городском гарнизоне! - Может, он хотел занять место Кадо? Да не такая уж высокая должность. Или так хотели повлиять на ее брата Вэльгора Бримнэса – главнокомандующего гарнизонов всего Идерфора? Вот так уже больше похоже. Но причем тут ритуал? Зачем выпивать досуха девушку? Не понимаю! Снаружи послышались шаги. Звякнул ключ, поворачиваемый в замке. Все усилия Драгора с шипением испарились, оголяя неоспоримый факт – сейчас его повесят. Парень оперся о стену под окном и уставился на открывающуюся дверь. Ну, кто войдет первый? - Оль! – удивленно произнес Драгор, наблюдая как мелкая шустрая ласка вбегает поперед стража и резво карабкается вверх по штанам. Оль считался зверьком домашним, хотя кусался и своенравничал как самый настоящий дикий хищник. Ласка мог пропадать днями, но неизменно возвращался к хозяину. Драгор с долей опаски протянул руку, чтобы погладить зверька. Оль кусаться не стал и мужественно перетерпел почесывания шеи. Зато стражи ему явно не понравились, поэтому, оскалив пасть с крохотными, но чрезвычайно острыми клыками, он воинственно взвизгнул. - Убери животное, - поморщился конвоир, - оно тебя не спасет. В ответ лишь беспомощно развели руками, мол, я бы с радостью, но не выйдет. Стражи, все время косясь на злобную ласку, связали Драгору руки и вывели из камеры. Он не сопротивлялся – арбалетные болты летят быстрее, чем он бегает. - Знаешь где установили виселицу? Возле фонтана Лиреаль. Драгор поморщился. Этот фонтан местные жители называли кошачьим – скульптура на нем изображала умершую к этому времени императрицу Лиреаль, запомнившуюся народу из-за фанатичной любви к роду кошачьих. Тогда питомцам императрицы отвели целый этаж замка. Честно говоря, спустя десять лет там по-прежнему несет характерным запашком. Но главное сейчас не это. Фонтан находился почти-что на другом конце города, а значит прохожие успеют всласть насладится шествием приговоренного. Так оно и было. Кадо, несмотря на недолгое пребывание в городе, знали и любили многие, весть о ее убийстве разлетелась со скоростью пожара. На казнь обычно не так много народу приходило – смерть не то зрелище, чему стоит радоваться, но на это повешение наверняка соберется половина населения. «Не хочу умирать, - думал Драгор, - я еще слишком молод! В жизни столько восхитительных и неиспробованных вещей. Я не сбил корону с головы императора, не надрал Себу зад, не пил «Терновую воду», не влюблялся, в конце концов! Мне срочно нужно чудо». Вместо чуда мимо просвистела гнилая картошка. Метатель с досадой сплюнул на землю, но поймав взгляд стража, в которого попал снаряд, быстренько исчез из поля зрения. Это было только начало. «Кадо, миленькая, ты ведь знаешь, что это не я тебя прирезал, - по мере возможного Драгор уворачивался от летящих в него отходов, - шепни Великому Дракону, чтоб спас меня от этого. А я обещаю найти ту гадюку, что так испоганила тебе смерть, а мне жизнь». - Тьфу, чтоб вас прожарило, - парень тряхнул головой, избавляясь от ошметков помидора, попавшего в висок. Теперь казалось, что на снежно белых волосах расплылась кровавая рана. Стражи выглядели не особо лучше – все трое уже не могли похвастать чистыми доспехами. Близость амулета-блокиратора, висевшего на шее Драгора, частично действовала и на стражников, отчего чистящие заклинания отказывались работать в полной мере. Да и шум ругательств, адресованных заключенному, мешал как следует сосредоточиться. К счастью, осталось не так много – фонтан Лиреаль уже виднелся в конце улицы. Драгор последний раз посмотрел на такое голубое небо, подумал, куда пропал Оль, глубоко вздохнул, и медленно, сохраняя максимальное достоинство для человека, которого закидали гнилыми продуктами, принялся восходить на сцену. Главное – не смотреть на петлю. Толпа, собравшаяся поглазеть на его казнь, улюлюкала и портила всю торжественность момента. А уж если умирать - так с пафосом! - Щас я вам устрою козью мать… - тихо пробормотал парень, прескверно улыбнувшись. Стражники, идущие за ним, не увидели, как их осужденный, ловко работая длинными пальцами целой руки, освободился от веревок. Ему однозначно не удалось бы бежать, но шоу напоследок обязательно. Повернувшись лицом к толпе, Драгор сорвал амулет и закричал, вскинув руки вверх: - Великий Дракон, невинного казнят! – народ разом ахнул и отхлынул на шаг. В небо полетели два снопа огня, взорвавшись там тысячами красных искр. Опомнившись, стража тут-же скрутила безумно хохочущего смертника. Он не сопротивлялся, даже помогал, чем пугал их еще больше. Амулет разбился, что совершенно не было частью казни. Теперь осужденный мог нанести внезапный удар. Нацепив петлю на шею Драгора, стали оглашать приговор. Корча рожи, осужденный передразнивал слова тонким девичьим голосом. Толпа, хоть и желала Драгору смерти, заволновалась. Послышались неуверенные смешки. Вдруг парень перестал пищать и уставился в небо. Удивленный тишиной страж тоже задрал голову. Один за другим люди поднимали взгляд вверх и почти сразу находили там точку. Она стремительно приближалась. - Птица?.. – неуверенно предположил стражник. - Не птица, - возразил другой и суеверно покосился на Драгора. Тот тоже был ошеломлен, но вида не подавал. Точка все увеличивалась и наконец стало ясно, что это самый настоящий ящер. Таких использовали огневики второй ступени для перемещения между городами. Животные были послушны и не нуждались в особом уходе. Правда, человечиной не брезговали, что их диких сородичей делало весьма опасными. - Великий Дракон! – возопил кто-то в толпе. Крик подхватили, и вот уже народ кинулся кто-куда, спасаясь от гнева ожившего божества. Вспыхнула сцена с виселицей. Стражи в ужасе бросились бежать, забыв, что могут сдерживать пламя магией. Драгор скинул с себя горящую петлю и тоже собирался сбежать, но не успел. Ящер вышел из пике у самой земли и, мимоходом развалив хвостом скульптуры на фонтане, цапнул беднягу когтистыми лапами. Парень даже вскрикнуть не успел – его приложило головой о горящую перекладину, и блаженная темень застелила глаза.

***

Очнулся Драгор когда на его голову опрокинули ведро ледяной воды. Не в силах разлепить глаза, он продолжать неподвижно сидеть по грудь в воде. Ванная, чтоль? - Холодная дольше греться будет, - произнес неодобрительный женский голос откуда-то сзади. - Дэя, любимая, не учи меня готовить суп! -раздраженно зарычали уже прямо у Драгора над ухом. - Как ты смеешь рычать на собственную жену, чудовище?! Тебя не было год! – возмутилась женщина. - Только не говори, что рада меня видеть. Только в малой гостиной я нашел троих. - Это слуги. - Ты изменяешь мне со слугами? - Идиот! Они тебя больше смерти боятся, вот и прячутся. Драгор решил, что такая идиотская беседа явно ему мерещится, поэтому решил успокоиться и наслаждаться тем, как прохладная вода остужает многочисленные синяки и раны. Глюки тем временем продолжали спорить. - Дэя, иди, погуляй. Уверен, что магазины просто жаждут, когда ты спустишь все наши деньги на очередные тряпки. - Не забудь убрать кости, "любимый", - ехидно произнес женский голос, именуемый Дэей. Послышался стук каблуков, затем хлопнула дверь. - Мымра... - вздохнул мужской. - Козлина! - донеслось из коридора. - Дура, - значительно тише огрызнулись в ответ, а затем опять громко, - О, мертвяк очнулся! Драгор неуверенно открыл сначала один глаз, затем второй, ужаснулся, но не зажмурился. Дело в том, что прямо перед ним, нарезая морковку, стоял сам Вэльгор Бримнэс - главнокомандующий королевской стражи, маг второго уровня и брат убитой Кадо. - Скажите, что я сплю... - глядя в потолок взмолился Драгор. - Что-что? - прикинулся глухим Вэль. – О-о-о, нет, не спишь. Ты готовишься стать очень-очень вкусным обедом для моих ящеров. Они, знаешь-ли, любят человеченку. - Супом? - красноглазый с ужасом обнаружил, что сидит не в ванной, а в огромном котле. Голый. Мимо проплыла картофелина. - Вкусным, - еще раз заверил Вэльгор, добавляя в воду морковки, - Сам когда-то пробовал. Поход, все дела, еды не хватало. Я в магазин, посиди пока тут, – мужчина направился к двери, попутно отряхивая руки от воды и сока. - Можно один вопрос? - обреченно спросил Драгор. - Валяй, только быстро мне укропа купить надо. - Вы сорвали казнь только для того, чтобы сварить из меня суп? - Естественно.