Выпускной

- Мне кажется, это неправильно, - пробормотал Сион, спустя пару минут. Они уже вышли с территории учебного заведения и сейчас медленно шли по улице. Альбинос упрямо игнорировал слабое головокружение, но все же, на всякий случай, вцепился в руку Нэдзуми ещё крепче. - Сион, ты любишь Сафу? – устало спросил актер. - Конечно! – мгновенно воскликнул парень, и тут же смутился. – Ну, в смысле, не так, как положено. То-есть, я люблю её, но только как друга. Не как… любовницу. - Ого, какие ты слова знаешь, - Нэдзуми широко усмехнулся, краем глаза замечая, как альбинос стремительно покрывается краской. - Но… в этом слове ведь нет ничего плохого? – его голос прозвучал неуверенно, словно он и сам не знал, о чем говорит. Ив издал смешок. - Нет, не беспокойся. Оно всего лишь связано с сексом, но тебя ведь это не смущает? – он посмотрел на него с явной насмешкой, на что Сион покраснел пуще прежнего, сейчас своим цветом напоминая мякоть арбуза. На несколько минут повисло молчание. Нэдзуми думал о том, какой же странный сегодня вечер, а Сион упорно пытался идти прямо. Алкоголь ударил в голову, и он уже начал чувствовать его влияние. Он был умным мальчиком и в теории знал, как спирт влияет на организм, но на практике он чувствовал это впервые. И все пытался понять, что же в этом находят окружающие. - Где ты..? – наконец, спросил Сион. Они уже почти дошли до пекарни, он даже видел знакомую вывеску, правда, почему-то, она чуть покачивалась. - Я здесь, - Ив нахмурился, на что альбинос улыбнулся. - Нет, глупый. Я имею ввиду – где ты был эти дни? Я искал тебя везде, но так и не нашел, - они остановились, и теперь Сион стоял прямо перед Нэдзуми, испытующе глядя ему в глаза. - Мне нужно было уйти, - произнес парень чуть раздраженным тоном. Он ожидал этого вопроса, но не хотел на него отвечать. Не рассказывать же наивному Сиону, что иногда ему нужно сорваться и исчезнуть, что полиция до сих пор его ищет, и когда он начинает слишком часто попадаться им на глаза, они могут возобновить поиски. Что обвинение, которое они предъявили против него четыре года назад – всего лишь ложь, которую полиции продали его недоброжелатели. Что он каждый день мечтал найти этих самых врагов и уничтожить их всех, отомстить за испоганенное детство и убитых родителей. - Но почему ты не предупредил меня? Я волновался, - обиженно произнес Сион, чувствуя, что головокружение, наконец, отступает. - Ну, конечно, Ваше Высочество, я должен был… Погоди-ка, - Нэдзуми нахмурился и наклонился к нему чуть ближе, - ты пил, что ли? - Нет, - уверенно произнес альбинос и как раз в этот момент переступил с ноги на ногу, чуть покачнувшись. Ив скептически вскинул брови, из-за чего Сион смущенно потупился. – Ну, совсем чуть-чуть. - Отлично, выпускник, справился с задачей – напиться и разбить девушке сердце. Молодец, - насмешливо произнес Нэдзуми и, подавшись вперед, запустил руку в карман на брюках Сиона. Парень округлил глаза, вспыхнул и невольно сделал шаг назад. - Ты что делаешь? – произнес он, глядя другу в глаза. Тот, в свою очередь, усмехнулся и достал руку, на указательном пальце которой звенела связка ключей. - Дверь открываю, болван. - А, - Сион зарделся пуще прежнего, чем вызвал у Нэдзуми тихий смех. - Тебе осталось переспать с кем-нибудь, и тогда план будет выполнен полностью, - лукаво произнес Ив, распахивая перед другом дверь. Альбинос ничего не ответил, лишь обиженно засопел, уверенным шагом проходя мимо парня. - Ты хоть переодеться сам сможешь? – в его голосе была явная насмешка, хотя лицо оставалось абсолютно серьезным – Ив был отличным актером. - Нэдзуми, не говори такие глупости, - проворчал Сион, топая по лестнице наверх, в свою комнату. Нэдзуми покачал головой и направился за ним следом. - Думаю, мне все же стоит проконтролировать – а то вдруг ты опять решишь идти к Сафу, - протянул парень, и опустился в свое любимое кресло. Сам хозяин комнаты стоял около старого шкафа и пыхтел над пуговицами на пиджаке. Он все четко видел, стоял ровно, но глупые пальцы его не слушались. - Ты и в постель меня собираешься укладывать? – проворчал альбинос, стягивая, наконец, пиджак, и бережно повесил его в шкаф. - Посмотрим, - Нэдзуми усмехнулся и откинулся на спинку, прикрыв глаза. За эти дни у него не было возможности нормально отдохнуть. Однако блаженный покой был нарушен спустя несколько секунд, ещё и самым наглым образом. В комнате раздались тихие, неуверенные шаги, и внезапно Нэдзуми почувствовал, как на коленях возникает давление, а его шею обвивают чужие руки. Он мгновенно распахнул глаза, и лишь тогда понял, что Сион просто уселся ему на колени. Альбинос крепко обнимал его, уткнувшись холодным носом куда-то около уха, и как-то прерывисто, взволнованно дышал, обдавая горячим дыханием чувствительную шею. Его потряхивало. - С-сион? – он не двинулся с места, пытаясь осознать, что происходит, но юноша лишь прижался к нему ещё крепче. - Я так волновался, когда тебя не было. Мне стало так страшно, - зашептал Сион ему на ухо, зажмурив глаза. – Я боялся, что ты опять ушел, что ты уже не вернешься. Не делай так больше, Нэдзуми, пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты уходил. Не бросай меня одного. Альбинос дышал тяжело, с трудом сдерживая слезы. Он жмурил глаза и прижимался к другу все ближе, словно боялся, что он исчезнет прямо сейчас. Все внутри него скручивалось, когда он думал о том, что Нэдзуми опять уйдет. Сафу собиралась уезжать, он узнал это давно от её бабушки, а кроме неё и Нэдзуми у него не было друзей. Он боялся, что останется совсем один. Послышался тихий смешок. Первое изумление сменилось снисходительным пониманием. Нэдзуми облегченно улыбнулся. Его руки скользнули вверх, ладони успокаивающе прошлись по спине Сиона. Он не прижимал его ещё ближе, лишь мягко гладил, успокаивая, давая понять, что он здесь и никуда не уходит. - Сион, я и не собирался уходить. Скорее ты сам захочешь, чтобы я ушел, - он криво улыбнулся, прижавшись щекой к белоснежной макушке. - Нет! – альбинос резко выпрямился, оскорбленным взглядом посмотрев ему в глаза. На его щеках играл слабый, алкогольный румянец. – Не говори так, этого никогда не будет! Он сидел вполоборота, одной рукой уперевшись Нэдзуми в грудь, а другой все ещё сжимая его плечо. Он смотрел ему прямо в глаза, пытаясь взглядом показать, насколько ему дорог человек, сидящий напротив. На это актер лишь усмехнулся, поерзал на кресле, устраиваясь поудобней. От этого движения Сион слегка покачнулся, и одну руку Ив положил на его колени, придерживая на месте – юноша даже не обратил на это внимание. Сион судорожно думал, как доказать другу насколько он ему важен. Его взгляд был напряжен, он вспоминал и пытался придумать, но в голову ничего не приходило. Этот актер не поймет, не воспримет все то, что он может сказать или показать. И внезапно ему вспомнилась Сафу. Её признание, а после… - Ты не можешь знать наперед, что будет… - договорить ему не дали. Сион резко подался вперёд, прижался губами к губам Нэдзуми, вцепился пальцами в его футболку, стремясь показать, объяснить, выразить все те чувства, что скопились внутри. Он смотрел на него упрямым, уверенным взглядом, замечая, как широко распахнулись глаза друга, как руки, приобнимающие его, замерли. Он чувствовал всем телом, как напрягся Нэдзуми, и прижался ещё ближе, боясь, что его сейчас оттолкнут. И это все же случилось. Нэдзуми мягко, но уверенно нажал на его плечи, отстраняя от себя, разрывая то, что можно было бы назвать поцелуем. Только он знал Сиона, знал, что он вкладывает в этот жест совсем не то, что другие люди. Он показывал свою любовь, вот только любовь, живущая в его сердце, не имеет ничего общего с тем, что внезапно вспыхнуло в груди Нэдзуми. Сион любил искренне, всепоглощающе, сильно, но той любовью, которая живет в сердцах пятилетних детей, искренне радующихся каждому новому дню. Это было не то, чего хотели окружающие, чего хотела от него Сафу… чего хотел Нэдзуми. - Стой, Сион, что ты делаешь? – его голос прозвучал чуть ниже и грубее, чем хотелось бы. - Я хочу показать тебе, как ты мне дорог, Нэдзуми! – голос Сиона на мгновение дрогнул. – Ты ведь не понимаешь ничего. Думаешь, что ты мне не нужен – Инукаши сказала то же самое. Но это не правда! Я тебя очень люблю, Нэдзуми, я не хочу расставаться с тобой. Никогда. - Хорошо. Только не говори таких слов другим людям, особенно парням, тебя неправильно поймут, - с усмешкой произнес парень, чувствуя, как губы горят. - Ты не уйдешь от меня? – Сион приблизился к нему, заглянул в глаза, стремясь найти там ответ на свой вопрос. Ив ласково улыбнулся и потрепал его по голове. - Нет. И ради этого не нужно было меня целовать, - произнес он ласковым тоном. Альбинос широко улыбнулся и кинулся вперёд, прижался к его груди, обнял так крепко, как только мог. А Нэдзуми в ответ лишь вздохнул, обвил его тело руками, и прижал ещё ближе, опустив веки и вдохнув в легкие запах его волос. - Ты знаешь, что от тебя алкоголем несет? – наконец, с улыбкой прошептал Ив, приоткрыв глаза. - Неправда, - Сион резко отстранился, воинственно сверкнув глазами. Нэдзуми тихо засмеялся и взъерошил его волосы. - Правда-правда, мне же лучше знать, - он лукаво усмехнулся, глядя, как альбинос краснеет. - Врешь ты все, - парень недовольно отвернулся и даже ринулся было встать, но, неожиданно для себя, Нэдзуми удержал его. - Да ладно тебе, не обижайся. Пить меньше надо, - проворчал он, вновь притягивая к себе парня. Так не хотелось отпускать от себя это хрупкое чудо. Он был такой теплый, уютный, Ив чувствовал, что готов заснуть, вот так обнимая его, словно любимую игрушку. Сион на это лишь недовольно выдохнул воздух, но послушно прижался обратно. Впервые Нэдзуми обнимал его, сам, не успокаивая, а просто желая контакта. А ещё он был очень теплый, хотя пальцы его всегда были прохладными, и альбинос чувствовал, что его уже клонит в сон. - Сион. - М? - Почему ты подумал, что если поцелуешь, то это удержит меня? – задумчиво спросил актер, рассеянно скользя по его спине пальцами. Так хотелось снять с него эту рубашку и почувствовать под пальцами мягкость и тепло бледной кожи. Нэдзуми на мгновение зажмурился, отгоняя ненужные мысли. - Сафу… тоже поцеловала меня так. В губы, - Сион почувствовал, что краснеет, вспоминая об этом поцелуе. Ведь она не просто прижалась к нему, она ещё и… - Эй, ты чего? – окликнул его Ив. Альбинос часто заморгал и, смутившись, выпрямился, отстраняясь от него. - В смысле? - Ты покраснел и замолчал, что само по себе странно, - Нэдзуми нахмурился. - Да нет, ничего. В смысле… Просто она поцеловала меня не совсем… так, - с каждым словом, Сион покрывался краской все сильнее, что невольно заставило актера подумать о самом худшем. – Она… - Она что? – переспросил Нэдзуми, когда пауза чересчур затянулась, хотя он уже догадывался что. Боже, да этот мальчишка никогда даже не целовался, а она… Парень почувствовал, как пальцы невольно сжимаются ещё крепче. - Ай! Нэдзуми, ты чего? – Сион удивленно посмотрел на него, почувствовав, как руки, лежащие сейчас на плече и коленях, с силой вцепляются в кожу. - Извини, - Ив помотал головой, и заставил себя ослабить хватку. – Так, что она сделала не так? - Да нет, ничего, забудь, - Сион окончательно смутился и отвернулся от парня, краснея под его испытующим взглядом. Несколько секунд Нэдзуми молчал, затем вздохнул и пальцами мягко пробежался по щеке Сиона, скользнул на подбородок и повернул голову альбиноса к себе. - Она сделала так? – тихо произнес он и резко подался вперед, прижимаясь своими губами к мягким, пухлым губам Сиона.