Любимое ОТП VS. Канона

Наверное это было ошибкой. Моей самой худшей ошибкой из всех, что я когда-либо совершал.

***

Дверь кафе со звоном открывается, выпуская молодого парня, который скрыл пол лица за капюшоном своей черной толстовки. Улица окутала его холодными объятиями, забираясь под самые кости. Этот человек идет быстрым шагом к забытым многоэтажкам. Поднимается по затхлой лестнице на крышу и вдыхает резкий воздух в легкие, наслаждаясь пасмурным небом, которое вот-вот собиралось обрушить на город все собранные за долгое время слезы. — О, ты пришел, — послышался тихий голос, разбавляемый медленными шагами. — Значит, не против быть моим? — талию обвивают крепкой хваткой. — Джебом… Кольцо вокруг талии разрывают более сильные руки. Грубая ладонь сжимается вокруг горла, сдавливая артерию, мешая нормально дышать. — К сожалению, Югёми, я просто пришел подышать свежим воздухом, — Джебом сильнее сдавливает пальцы, когда руки младшего царапают его запястья своими короткими ноготками и слышится жалобное хрипение. — Впредь будь повежливее со старшими, — рука ослабевает, отпуская горло. Югем закашлялся, опираясь одной рукой о свое колено, а другой поглаживая шею. Джебом присел на корточки рядом с осевшим парнем, стряхивая невидимые пылинки с его плеч. — Надеюсь, что ты понял то, что я тебе сказал, — Джебом усмехается, ударяя несильно парня по щеке и удаляется, оставляя младшего наедине с собой. Как только послышался звук хлопающейся двери, Югем поднял свой взгляд вверх. Пасмурное небо начинало тихо рыдать.

***

Ночные улицы города одновременно притягивали и отталкивали. Многие люди бежали домой, желая поскорее оказаться в своей уютной квартирке. Некоторые же, наоборот, выползали из своих конур, чтобы немного проветриться и сходить в клуб. Ночная жизнь только набирала свои обороты. Сливаясь с черными стенами зданий по улице медленно плелся парень. Только лишь высветленные волосы выделялись на темном фоне ненужным пятном. Югем шел в клуб, чтобы просто забить в себе ярость, которая никак не хотела гаснуть. Помещение полно людьми, воздух был тяжелым, в нем смешались миллионы запахов, создавая одну неприятную вонь. Музыка немного глушила чувства, но этого было слишком мало. Кончики пальцев горели от одного только мимолетного прикосновения к холодной стойке, в груди что-то переворачивается, сжимается и хочет выброситься откуда-нибудь, главное — избавиться от этого странного чувства. Долго не думая, Югем направляется к темным углам клуба. Туда, где можно кого-нибудь подцепить на ночь. Джебом Глаза округляются и парень стоит, немного удивленный увиденным. Старший был прижат к стенке каким-то парнем, который толкался в него с остервенением. Люди вокруг не обращали на них внимания, давно привыкшие к таким ситуациям. Это… Югем возвращается к стойке совершенно опустошенный. Он ухмыляется своим мыслям, покручивая на пальце серебряное кольцо. Парень оборачивается в сторону того места, откуда только что пришел. Они уже закончили. Югем быстрым шагом направляется в туалет. Подходит к раковинам, начиная обмывать руки. Дверь со скрипом отворяется и в помещение вваливается Джебом. Он еле стоит на ногах, держась за стенки кабинок. Пьян? Или… Югем резко разворачивается и хватает мало соображающего парня за подбородок. Зрачки расширились настолько, что радужка еле виднелась. Югем снова усмехнулся, облизываясь. — Ты не против принадлежать мне? — младший нагло целует Джебома, языком проникая глубоко внутрь. Из горла парня рвется стон, глушимый напористым младшим. — Сегодня ты будешь моим, — Югем толкает безвольное тело в узкую кабинку туалета, усаживает на себя парня и спускает с него штаны. — Значит, вы не закончили… — младший расстегивает свою ширинку, вытаскивая член и проходясь по нему ладонью. — Тебе, наверное, повезло, что твой бывший хорошенько тебя растянул. Джебом все время молчит, он даже не смотрит на младшего. В его голове сейчас творится такой хаос, что до реальности нет никакого дела. Он чувствует, как в него входят. За сегодня это уже не первый и, кажется, еще не последний раз. Слишком… Приятно.. Стон вырывается из груди слишком рвано, чтобы как-то его предотвратить. Югем крепко сжимает бедра старшего, будто бы причиняя ему боль в отместку, но как сравнить физические и душевные страдания? Младшему кажется, что это легко. Стоит просто сделать как можно больнее. И не важно как и чем. Однообразные, грубые толчки иногда доставляли удовольствие, когда член бил по простате. В остальное же время секс просто утомлял. Джебому безумно хотелось спать, он бы честно, отрубился бы прямо сейчас, но его упрямство давало о себе знать. Югем кончил и старший почувствовал некое облегчение. Самому ему было плевать на свое удовлетворение, его член обмякал от других рук, от чужого человека. Простое физическое влечение пропадало в бездне, когда в мыслях появлялся некий образ из снов и мечтаний. Пока что Джебому не удалось встретить этого человека в реальности, возможно, это скоро случится, а может быть уже случилось. А вдруг этого никогда не произойдет?.. Старший отлетает в угол небольшой кабинки, прижатый к стене. Его горло сжимают с немыслимой силой, в глазах мелькают яркие пятна, толи созданные разумом, толи от ярких лампочек на потолке. — А ты говорил, что не будешь моим, — скулу сначала обдает жаром, а после чувствуется шершавый, но скользкий язык. — Это ведь приятно, принадлежать кому-то? Джебом не знает ответа, он еще никогда не чувствовал в себе необходимость быть рядом с кем-то. И, если честно, он хотел бы быть похожим на собачку. Такую доверчивую, ласковую, верную. Которая любила бы всем сердцем своего хозяина и никогда бы его не предала. Но проблема была в том, что хозяина никак найти не удавалось. Хватка на горле давно ослабла и кабинка как-то неожиданно опустела. Джебом был долго погружен в свои сошедшие с ума мысли. Возможно, это из-за наркотиков, возможно — просто так. Голова то забита, то совершенно пуста. В какой-то степени это сводило с ума и выводило из равновесия. Сперма стекала по ногам, но Джебом не обращал на это внимания, сосредоточившись на быстрых шагах и дыхании. И снова многоэтажка, и снова крыша. Тяжелые тучи обволакивали небо, медленно двигаясь на парня, который опирается руками о хрупкие железные перила. Тело перевешивается наполовину, а взгляд всё равно цепляется за облака, сквозь которые всё-таки можно разглядеть слабый восход. Восход, как маленький огонек надежды, вспыхивает в черноте души. Возможно, сегодня последний день в жизни Джебома, который никому не принадлежит.