Пожелтевшие письма

Утро. Солнце так мягко и нежно светит через открытое окно, что Сакура невольно улыбается, ей даже на минуту показалось, что это Наруто смотрит в её окно своими добрыми глазами. Она приоткрыла веки, и в этот момент из окна подул колючий утренний ветер, забрав с собой улыбку Харуно так, как он подхватывает осенний золотой лист, унося его вместе с собой в дальние путешествие к небу. Сейчас Сакуре, подумав об этом, вдруг захотелось стать этим воображаемым листком и улететь вместе с диким, задорным ветром в небо. С таким же непобедимым ветром, перерастающий в ураган, как этот странный блондин, улететь в такое же чистое доброе небо, как его лазурные глаза. Сакуре так не хотелось вставать с кровати, но нужно было отметить день в календаре. Она лениво встала, надев мягкие красно-розовые в «горошинку» тапочки и, шаркая ногами, подошла к столу, где рядом с фотографией команды Номер Семь лежал маленький листочек с числами и месяцами, именуемый календарем. Она достала смоленные чернила и закрасила ими сегодняшний день — пятое июля. Сакура взяла в руки календарь, пролистав его на два месяца назад — июнь и май были полностью закрашены черным цветом. И сейчас он был таким пустым, таким темным, таким страшным, что Сакура могла почувствовать, как эта темнота молотом колотится об её сердце, вызывая дикий волчий крик, как у раненного хищника, которому попали клинком прямо в грудную клетку. Этот цвет — черный — как никакой лучше характеризовал состояние Харуно, в котором она провела те немыслимо долгие недели. Полная апатия, пустота, захватывающая душу девушки, как пожар захватывает сухую степь, и без того до этого выжженную ярким и беспощадным солнцем. Больно, а Сакуре захотелось опять потеряться в себе, вновь превратиться в ту маленькую, глупенькую девочку, которая ничего не могла сделать, но могла только плакать и переживаться за Товарищей. Она бы уже лежала на полу и рыдала, как отбившейся от теплой руки мамы ребёнок, но не может: она обещала ему быть всегда сильной и цветущей. Как он не понимает, что цветок не может цвести без Солнца? А разве тогда Сакура может цвести без Наруто? «Жди меня через три месяца, Сакура-чан!» Сакура жалко и горько улыбнулась, открывая ящик стола и осторожно касаясь аккуратно сложенных в стопку помятых листов бумаги. Помятые они были из-за того, что, когда Сакура читала Его письма, её ладони сами собой потели, и когда бумага, впитав в себя влагу, высыхала, на ней оставались неровные искривления, как будто её скомкали, а потом расправили. От его писем всегда шло необъяснимое тепло, поэтому Сакура была уверена, что, когда писались эти письма, он улыбался. Осталось совсем немного. Уже скоро, Наруто.