Кабинеты. Этажи. Подвалы. Из будней незаменимых.

Нервное постукивание пальцев комиссара по рулю во время вынужденных остановок на светофоре выводило Пургу из себя. Но он держался и молчал. И, как водится, тоже нервничал. - Все светофоры собрали, черт бы их подрал… - пробормотал себе под нос комиссар, раздраженно дернув заострившимся до предела ухом. Пурга заинтересованно на него покосился. - Комиссар… - позвал он робко. Тот не отреагировал, следя мрачным взглядом за пересекающей «зебру» со скоростью улитки старушкой. Пурга осмелел. - Как у вас получается так ушами дергать? - Автоматически. Пурга важно закивал, обдумывая мысль и стараясь шевельнуть ухом. И продолжил: - То есть вы специально не тренировались? Комиссар повернул голову в сторону Пурги. Несколько секунд вглядывался в его абсолютно серьезное лицо, потом медленно ответил: - Не тренировался, – и, помолчав, добавил: – Пурга, беспокойтесь лучше о своей квартальной премии, а не о моих ушах. Загорелся зеленый свет и Сантьяга дал по газам. - А что с моей квартальной премией? – не понял Пурга. - Ничего, – ответил комиссар, переключая скорость. – Вы ее не получите. Пурга грустно вздохнул, но спорить не стал. Еженедельная пресс-конференция в Тиградкоме прошла из рук вон плохо. В последние месяцы в Тайном Городе ничего интересного не происходило, поэтому военные службы Великих домов маялись дурью. Профессиональнее всех, как всегда, маялся комиссар. Он решил лично озвучивать экономические данные перед журналистами, намеренно взбесив этим начальника управления экономики и финансов Деньгу. Неделю назад они устроили знатный скандал, посмотреть на который сбежались все подчиненные спорщиков. А сегодня у комиссара была долгожданная пресс-конференция в новом качестве. Но Пурга с Телегой перепутали местами какие-то цифры с индексами чего-то там, и в результате Комиссару пришлось выкручиваться самостоятельно. Сделал он это, на скромный взгляд Пурги, великолепно, но сам посчитал, будто его выставили полным идиотом. Спорить, доказывать обратное, приносить извинения, видео-съемку и стенограммы было бесполезно. «Сантьяга имеет право злиться, но по такому незначительному поводу… Без премии плохо», - тоскливо размышлял Пурга, незаметно водя пальцем по мягчайшей бежевой коже, которой была обита ручка двери безумно дорогого комиссарского Бентли. Пурга завидовал: у него не было синего, удобного, исключительно эксклюзивного, неприлично вызывающего Бентли, чтобы рассекать в нем грязь и слякоть весенних московских улиц. Сквозь стекло он видел, как приветливо светит желтое солнышко на голубом небе, игриво пуская в московские квартиры солнечных зайчиков, а птички стаями возвращаются из южных краев. Видел, но не обманывался. Солнце еще недостаточно теплое. Снег растаял не полностью, и образовавшаяся из него грязно-коричневая каша могла промочить любые ботинки. И такие франты, несущиеся на своих Бентли к лету и штрафу за превышение скорости, могли окатить с ног до головы не хуже любой штормовой волны. Это часто происходило с обычными гражданами. А весенний ветерок на самом деле был влажным и пробирающим до костей ветрищем. - Без премии плохо, – озвучил свои невеселые мысли Пурга. - Надо было заняться бизнесом, - резонно заметил начальник, давя на газ, чтобы успеть проскочить очередной перекресток на «желтый». – Так многие делают. - Комиссар, это невозможно! – возмутился Пурга, всплеснув руками. Сантьяга заинтересованно приподнял бровь, выворачивая руль так, чтобы протиснуться на боковую улицу между столбом и салатовой машиной-карликом. Стоять в пробке на подъездах к Ленинградке ему не хотелось. - Почему же? Одолжил бы стартовый капитал в общем бюджете, придумал род деятельности, снял офис, нанял сотрудников. Реклама, переговоры. Дальше все завертится и… бац! – Сантьяга звонко щелкнул пальцами. – Вернул долг бюджету и вышел на чистую прибыль. Не так уж и сложно. - Я всегда думал, что «бац» - это взрыв. - Нет, врыв – это «бум», а «бац»… - Сантьяга задумался. – Впрочем, не важно. - Хорошо. Я – творческая личность, а не бизнесмен, – насупился Пурга. – Я не умею снимать и нанимать. Сантьяга весело улыбнулся. Раздражения он больше не чувствовал. Мысли плавно перетекли в иное русло. Время меняется, навь тоже меняется. Меньше становится рациональных вымуштрованных гарок и больше «творческих личностей». «Креативщики, блин», - веселился про себя комиссар, пытаясь припомнить, когда Великие Дома увлеченно начали создавать PR-отделы, пресс-службы и жуткие подразделения корпоративной культуры. Ему нравилась глобальная «цивилизация» населения. И ему нравились челы, которые запустили процесс. Даже среди навов в последние двадцать лет начали появляться «уклонисты» - те, кто был гарками, но на самом деле ими не был. Эдакие хиляки. Этими лентяями не жертвовали в боях, их ссылали в пресс-службу, аналитический отдел, в финансовое управление, в лаборатории… Они должны были продуктивно работать на благо дома. На свое благо «ленищи» трудиться были не в состоянии. Тон разгильдяйству задавал отдел пресс-службы и корпоративной культуры. Сантьяга не знал, как они это сделали, но, в конце концов, года три назад, они довели начальника до ручки. Он попросил столетний отпуск и сбежал на острова Карибского бассейна, потребовав не сообщать сотрудникам, где он. Вопрос вынесли на повестку дня и решили, что лучше и проще скинуть одну головную боль на другую головную боль. Так комиссар взял неофициальное шефство над пресс-службой и ее сотрудниками, часть из которых в действительности там не работала. Пурга – организатор пресс-конференций, мастер трепать языком и забалтывать. Телега – автор пресс-релизов и официальных заявлений; ни слова в простоте. Мессага – редактор и единственный журналист корпоративной газеты, великий мастер дзэн-уклонения от работы. И Яранга, который на самом деле официально работал в отделе аналитики, - предсказатель ближайших событий. Был еще Деньга, но Деньга был отдельной историей. Сотрудничество оказалось плодотворным. Как только случалась какая-нибудь задница, простите, локальная катастрофа, комиссар вежливо намекал подчиненным о передовой, тем самым подвигая их на информационные подвиги. В остальное время работа пресс-службы его не беспокоила. В остальное время комиссар за счет пресс-службы развлекался. Как сейчас. - Телега тоже останется без премии. Посмотрим, что он заработает в университете, – довольно протянул Сантьяга. - Это жес… - начал Пурга, но его прервал звонок мобильного. Сантьяга, продолжая с приличной скоростью плутать по московским подворотням, рылся во внутреннем кармане пиджака. Наконец, он выудил из него телефон. - Алло. Да, я. Здравствуйте, господин Онуфриенко. На другом конце трубки некий господин Онуфриенко очень быстро что-то говорил. С каждой секундой лицо комиссара становилось все мрачнее и мрачнее. - Да что вы говорите! Какая неприятность вышла у вас с прогнозами, – очень ласково сказал он в трубку. – И каков размер долга? Смелый господин Онуфриенко снова начал говорить. До чуткого слуха Пурги долетали только обрывки слов «ипот», «депоз», «облиг». Видимо, неизвестный господин отчитывался о долгах по пунктам. Нехилых долгах, рассудил Пурга, наблюдая за дергавшимся в нервном тике глазом начальника. Тем временем они выехали на длинную прямую улицу недалеко от Ленинградского шоссе. Сантьяга отпустил руль и освободившейся рукой попытался быстро достать что-то из заднего кармана брюк. Не получилось. Он выровнял слабо вильнувшую машину. - Да, сейчас я вам продиктую. Пурга, держи руль, – отрывисто бросил комиссар и снова начал рыться в карманах костюма. Пурга, перегнувшись через коробку передач, вцепился в руль и расширенными глазами уставился на дорогу. Они все ближе и ближе подъезжали к очередной «зебре». Зеленый сигнал светофора сменился желтым, желтый помигал-помигал, и зажегся красный. На переход, не смотря по сторонам, быстрой летящей походкой вышла девушка. - Тормози! – взвыл в ужасе Пурга. Комиссар, мгновенно переключившись, ударил по идеальным тормозам идеальной машины и она, по инерции пролетев еще немного, затормозила метрах в четырех от замершей девушки. - Хм… - начал Сантьяга, но высказать свое «хм» в развернутой форме не успел. Сзади послышался визг тормозов, за которым последовал ощутимый удар в бампер. Восхитительный Бентли тряхнуло и протащило немного вперед. Пурга понял, что сейчас они наедут на остолбеневшую девушку, Сантьяга почти на автомате создал аркан. Девушке повезло. Сантьяге и Пурге – нет.