Рокировка

Чиж и Ко — Дверь в лето

      Два месяца спустя.       Перехватив руку, он бьёт в челюсть, но промахивается. Противник пользуется моментом и, разворачиваясь, утаскивает Когами на себя, заламывая его руку за спину:       - Будь быстрее, — слышит он над самым ухом.       Хватка ослабевает и через мгновение попытка нового удара оборачивается успехом, сопровождаясь набором нецензурной брани и тихим смехом сторонних наблюдателей.       - Сам просил, — комментирует своё поведение Шинья, отойдя к брошенным в угол вещам, чтобы достать сигареты.       Курт еще некоторое время держится рукой за свою челюсть, проверяя на целостность, и лишь потом удрученно вздыхает:       - Это мне нужно у тебя учиться, а не наоборот.       - А это бьёт по твоему самолюбию, да, командир? — Ирит неумело пытается подобрать слова поддержки для проигравшего, но получается слишком банально, — зато снайпер из тебя хороший.       - Спасибо, конечно, но если так и пойдет дальше, я тут явно буду лишним.       Эти слова, не раз звучавшие за последние месяцы, уже давно перестали восприниматься как шутка. На новичка у Курта были большие планы. Об этом несложно было догадаться, наблюдая за тем, с каким рвением и терпением он подходил к тому, чтобы Шинья перестал выделяться среди остальных. Долгие беседы об устройстве мира, итогах военной компании, переделе сфер влияния и выводах, которые тот делал на основе получаемых материалов. Когами понимал, что теперь ему всему придется учиться заново, и впитывал получаемую информацию с жадностью, свойственной оголодавшему животному. Изо дня в день ответы находились на все те вопросы, что ставили его в откровенный тупик непонимания и невежества с первых дней, как только он очутился в несвойственной его обычному образу жизни обстановке. Теперь новый мир открывался перед ним в первую очередь с позиции человека, у которого не было необходимости поддерживать свой психо-паспорт чистым. Гнев, ложь и обсуждения преднамеренных убийств, считались нормой поведения среди его нового окружения. Эмоции и чувства, так несвойственные своей открытостью его прежней жизни, теперь представали перед ним во всей красе, словно со страниц книг, запрещенных Министерством благосостояния. Он срисовывал манеру поведения и способы общения с каждого, с кем приходилось сталкиваться, чтобы впоследствии иметь возможность ответить в нужном ракурсе, не выделяясь и не бросаясь в глаза иным, чуждым образом мышления.       Зачастую эти беседы переходили в темы, касающиеся вопросов, на которые Курт не хотел отвечать, уходя от тем или просто предпочитая замалчивать до поры до времени. В основном это было связано с военными разработками, объясняющими столь странную любовь местных к старой технике и оружию, при использовании которого еще требовались патроны. Но постепенно и это переставало быть чем-то секретным.       - В разгар войны у всех участников конфликта начались проблемы с живой силой, — начал он однажды, когда Когами, после очередного спарринга, задал вопрос о вышках, словно маяки выстроенных вокруг Дедала. — «Да и похуй» ответили ученые и начали изобретать всякую хрень, работающую на батарейках. Тебе это всё должно быть мало знакомо, а вот нашим приходилось неоднократно сталкиваться с танками без механика-водителя или роботами-переростками, которые всадят так, что не знаешь начинать молиться или уже поздно. Ясное дело, что с этим нужно было что-то делать, и в один прекрасный день злой гений, чьим именем следующее поколение, наверное, будет пугать своих детей, изобрел систему навигаторинга, которая позволяла обученным людям, имеющим предпосыл на нейронном уровне, кое-какой апгрейд и внутривенную мотивацию, находить в этих машинах слабые места.       - Навигаторы, — вспомнил Когами знакомое слово из их первого разговора в ночь, когда он все же решил здесь задержаться.       - Ага, они самые. Эта разработка толком и тестирование не прошла, а уже вошла в обиход, давая явное преимущество на поле боя, пока однажды война не закончилась. Вот тут-то великие умы, сидя в своих кабинетах, и задумались. Обладая умением и знанием, как вывести из строя высоко компьютеризированную технику чуть ли не в одиночку, такие люди в одночасье стали угрозой для поднимающегося из пепла мира. И умники в погонах приняли весьма банальное, хотя и верное с их позиции решение. Что ты так на меня смотришь, Шинья?       - Не вписывающиеся в рамки мирного населения люди или уничтожаются, или их используют на благо общества, я прав?       - А мне отчего-то казалось, что подобный образ мышления в вашей миролюбивой Японии искореняется.       - Как видишь, я сейчас здесь, а не в «миролюбивой Японии».       - Логично… В общем, да, ты прав. Одним из последних приказов, отданных правительствами, участниками третьей мировой было… как же там, — он прикрыл глаза рукой, пытаясь вспомнить, — «обеспечить невозможность проникновения специалистов навигаторинга в гражданское общество», кажется, так это звучало в официальном документе. Один-два человека на роту пехоты. Несущественная потеря, которую можно было при желании списать на несчастный случай. И понеслось… В общем, эти вышки - как большие усилители и предохранители одновременно, если хоть одна тварь к нам сунется, будь то киборг или что-то, у чего тахионный показатель окажется равным единице, то не у нас будут проблемы, если ты понимаешь, о чем я.       На этом тот разговор закончился. Курт в привычной себе манере перекинул куртку через плечо и отправился на этаж управления, куда большинству доступ был закрыт. Но и этого для Шиньи было достаточно. Дедал имел продуманную систему защиты, люди, теперь его окружающие, не видят в нём человека способного стать угрозой, а его прошлое было интересно лишь Ленор, заполняющей медицинскую карту новоприбывшего. Эти обстоятельства смогли дать бывшему инспектору и латентному преступнику возможность начать новую жизнь, не оглядываясь на совершенные им деяния и не боясь, однажды попав под уличный сканер, вновь спасаться бегством.       Конечно, не все было настолько прекрасно, как казалось с первого взгляда. За право проживать под защитой Дедала приходилось платить соблюдением строгой субординации и дисциплины. Безделье, невыполнение прямого приказа и любые действия, нарушающие установленные порядки, карались на усмотрение мнения большинства. За то время, что Шинья провел в этих стенах, он успел перезнакомиться почти со всеми, поучаствовать в жизни большинства структур и, как ни странно, осесть именно в отряде Курта. Его люди не посчитали нужным как-то комментировать прибавление в своих рядах, лишь тонко намекнули на необходимость многому научиться, прежде чем он действительно сможет приносить пользу. С тех пор и начались эти беседы с разъяснениями, многочасовые тренировки и многочисленные вылазки в Руины для отработки всего изученного.       - На выдохе ты сделаешь паузу и между ударами сердца плавно нажмешь на спусковой крючок. Не думай ни о чем, вопросы морали оставь мне. Твоя задача это выполнение приказа и ничего более. Каков был приказ?       - Уничтожение цели и возвращение в точку сбора до захода солнца.       - Верно, исполнять.       Когами пытался понять принципы и суждения новых товарищей. Зачем они выбрали для себя жизнь, почти лишенную благ цивилизации, и продолжают сознательно лезть под пули, отрекаясь от мирного сосуществования в городах? Они были счастливы по-своему, до смешного наивным упрямством, азартом в глазах и общим прошлым. Для них этого было достаточно, чтобы с уверенностью рассуждать о завтрашнем дне, и однажды и Шинья незаметно для себя пришел к такому же выводу. Этой самобытности ему с лихвой хватало для заполнения пустоты где-то внутри, оставшейся после того, как пришлось покинуть свою Родину. Он обронил значимое «домой», говоря именно о Дедале, ухмыляясь своим мыслям под аккомпанемент урчащего мотора и споров Ирит с Шекспи, непременно заканчивающийся «А ну заткнулись оба» от Курта или Филина. Отчего-то моргающие вдалеке вышки системы безопасности стали ассоциироваться с горячей едой и покоем, а постоянство в попытках Рейнеки уснуть на пассажирском сиденье радовало, так как означало преодоление границ периметра охраняемой зоны. Когда можно было расслабиться и перестать озираться по сторонам, выискивая в этом каменистом ландшафте угрозу для жизни - своей и тех, кто теперь находился рядом.       - Вот скажи мне, Шинья, — однажды возвращаясь с Руин, взамен Шекспи, Ирит решила найти себе собеседника в новичке, — будь у тебя возможность, ты бы вернулся в Японию?       - Если бы у меня была возможность, я бы и не уезжал.       Дорога домой занимала чуть более трех часов. После изнурительного дня, проведенного под палящим солнцем разрушенного города, все, что хотелось уставшим пассажирам старого пикапа, это душ и хоть немного сна. Единственный человек, который с этим всегда не был согласен, это вечно ищущая приключений Ирит. Располагаясь в кузове автомобиля, напротив Шиньи, выбрать оппонента для неё в эту поездку было просто.       - Не, ты не ответил, - вновь толкнув его ногой, она склонила голову на бок и состроила невинный вид, в ожидании ответа на свой вопрос.       - Не знаю, там совсем другая жизнь, вряд ли я бы смог снова стать частью того общества, после увиденного и совершенного.       Слова прозвучали как оправдание, но для девушки этого было достаточно. Она, цепляясь за борт, подобралась ближе к водителю и, не отрывая глаз от Шиньи, толкнула Курта в плечо.       - Может, возьмем его завтра, а, командир?       - Не ко мне вопрос, пусть «спящая красавица» решает.       Рейнека нехотя развернулась, сонно уставившись на жизнерадостную подругу, скривила недовольную гримасу и вернулась в прежнее положение, закутываясь обратно в куртку. По их движениям Когами видел, как находящиеся на переднем сидении что-то обсуждают, но слов разобрать так и не смог.       - О чем это они? — повернувшись к сидящему рядом Филину, Шинья кивнул в сторону разговаривающих.       - Завтра в Портовый собираются, хотят тебя с собой взять, да боятся, что кинешь, — как всегда прямолинейно ответил тот.       Столь явная откровенность отличала заместителя командира среди прочих. В первые дни знакомства с этим было сложно мириться. Словно этот по своей натуре молчаливый человек искал повода для драки, но впоследствии Когами перестал воспринимать его слова близко к сердцу, предпочитая в них видеть честность и не более того.       - Я бы не назвал это удачной идеей. Сивилла давно видит во мне цель для «уничтожителя».       - Волков бояться — по грибы не ходить, или как там… Шексп, сможешь объяснить Туристу в двух словах, что да как?       Парень напротив, изобразил сложный мыслительный процесс, после деловито вскинул палец вверх и довольно изрек:       - «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам!»       - Во, все понял? — рассмеялся Филин, столь информативному объяснению. — Не дрейфь, было бы желание, а возможность найдется.       Что бы ни значили эти слова, они надолго засели у Шиньи в голове. Он знал, что побывать на окраинах города можно было, независимо от цветового фона психо-паспорта, а вот центр уже был закрытой зоной для избранных, чей психо-паспорт не превышал отметку в сто единиц. Оказавшись там впервые после прибытия на корабле, у него не было возможности посмотреть достопримечательности, скрываясь на складе в ожидании машины, которая по договоренности с капитаном вывезла его за пределы контроля Сивиллы. Теперь же речь шла именно о сердце Дансана и это не могло не вызывать беспокойства вперемешку с жгучим любопытством. Если у них есть способ обойти кинематический анализ, или разработаны лазейки в обход уличных сканеров, то этот факт мог повлиять на многое, в том числе и на его нахождении в Дедале.       - Почему именно Рейнека решает о моём присутствии завтра? Курт решил избавить себя от ответственности?       - Я предпочитаю не обсуждать решения командира. И тебе не советую, целее будешь.       Большего от него добиться не получилось, да и Шекспи, отвернувшись и смотря на пыльный след, оставляемый быстро мчавшейся машиной, всем своим видом показывал нежелание обсуждать затронутую тему, в отличие от Ирит, буквально сверлящей Шинью взглядом.       - Слышь, Турист, — наконец хихикнула она, — я поставила половину своего месячного жалования на то, что ты завтра не сбежишь, воспользовавшись возможностью.       - Я бы не стал так рисковать на твоем месте, — попытка подыграть ее словам обернулась неприкрытым заливистым смехом и еще какими-то комментариями в его адрес, так и оставшимися неуслышанными.       При любом раскладе, действия командира всегда были тщательно продуманы и исключали нюансы, способные нарушить последовательность решения поставленных задач. Эта черта бывшего снайпера хорошо пригодилась и в его нынешней должности — думать на два шага вперед. Освобождая от этого занятия остальных, он требовал взамен лишь четкое исполнение приказов, тем самым предпочитая самому держать все под контролем. Шинье же с этим смириться было сложно. Почувствовав свободу, он не хотел снова становиться слепым исполнителем, совершая действия, о целях которых ничего не было известно. Но пока что ему по-прежнему приходилось с этим мириться, изредка показывая своё несогласие молчаливым вздохом или парой фраз, за которые приходилось платить неурочной работой. Все это видели и все все понимали.       По прибытии, каждый занимался своими личными делами, благо наличие свободного времени предусматривалось для всех жителей, без исключения. Поход в столовую, стирка, ремонт снаряжения или несколько лишних часов для сна — выбор для траты свободного времени был довольно обширен. Но в конечном итоге все собирались в маленькой комнатке на втором этаже, служившей для этих шестерых и спальней и штабом одновременно.       - Мас дал добро, с утра выезжаем в город, — шепнул Филин Когами, как только тот появился в дверях.       - Я с вами? — непонимающе поинтересовался он, наблюдая как Курт, склонившийся над столом в центре помещения, рылся среди кучи конвертов, раскладывая их по разным кучкам.       - Указаний пока не было, сейчас все и узнаем.       Словно в ответ на его слова командир окинул собравшихся уставшим взглядом, остановившись на блондинке.       - За почтой пойдет Ирит, — одна из кучек была демонстративно передвинута в её сторону, — это разнесешь, наше соберешь.       - Отлично, будет время кофейку хлебнуть, — перебирая в руках конверты, она уселась на свою кровать.       - Не будет. Доведешь меня до Ямато, и, как разберешься с почтой, сразу возвращаешься.       - Обломщик, — без обиды произнесла она, убирая полученное в сумку.       - Шинья, вы с Рейн идете к гарнизонским. Объясняю по порядку: она — навигатор, — девушка подошла к Когами и, довольно улыбаясь, похлопала его по плечу. — Принцип тот же, что и с вышками, как я тебе рассказывал на прошлой неделе, только взамен железной арматуры — устройство в её кармане. Радиус с десятка километров уменьшается до десяти метров, так что будь всегда рядом.       - Постараюсь.       - Рей, — он переключился на стоявшую рядом, — передашь им это, — очередной конверт исчез из рук командира, — по пути гляньте там, что у них нового: уличные сканеры, новое оружие — все как обычно.       - Поняла.       - Фил, Шексп?       - Да? — раздалось в один голос.       - Курить бамбук и сторожить машину.       - Может лучше я с Рейн к гарнизонским? — Жалобно произнес парень, удрученно запрокидывая голову. — Скука смертная же…       Только вот свои приказы Курт отменял крайне редко, поэтому можно было и не надеяться на изменение уже оглашенного плана действий. Так же как и всегда, на сказанное не прозвучало никакого ответа, и Шекспи ничего не оставалось, как завалиться на свою кровать, и, закинув руку за голову, тяжело вздохнуть.       - Кажется, я догадываюсь, с кем поспорила Ирит.       Покинуть Дедал было решено ранним утром, чтобы добраться до города хотя бы к середине дня. Поездка по разбитой дороге выбила последние остатки сна, погрузив пассажиров синего пикапа в утреннюю изморозь, на большой скорости превращавшуюся в холодный, злой ветер. Штатская одежда, пришедшая на смену армейскому камуфляжу, согревала лишь отчасти, поэтому каждый предпочитал не тратить зазря имеющееся тепло и молчаливо развлекал себя созерцанием проносившегося мимо однотипного пейзажа, изредка ругаясь на ухабистую дорогу. Первые теплые лучи солнца были встречены победоносным кличем. Машина по-прежнему продолжала нестись средь малочисленных деревьев, но настроение пассажиров постепенно начало оттаивать в предвкушении солнечного денька на чистых улицах мирного города. И когда на горизонте замаячили первые опустевшие домики, бывшие когда-то частью ферм, питавших город, Ирит не выдержала и сцепилась с Шекспи в очередной словесной перебранке, найдя пустой повод, лишь бы не сидеть больше молча. Это веселило многих, заставляя становиться секундантами в их словесной дуэли. Только Когами по-прежнему был поглощен мыслями о том, что будет происходить дальше. Контрольно-пропускной пункт на въезде, уличные сканеры, военные, требующие предъявить документы всех, кто вызывал у них подозрение. Ведь со вчерашнего вечера касательно этих нюансов новой информации не поступало, и сейчас он едет со всеми, как ни в чем не бывало, уповая лишь на их опыт и знания, которых у него нет. Сказанного ранее «Не дрейфь» было явно мало, чтобы быть уверенным в успехе поставленной задачи, а город с каждой минутой становился всё ближе.       Шинья, наконец, опустил ворот толстовки, которую ему отдал Курт, и размял затекшие мышцы шеи.       - Сколько еще ехать? — задал он вопрос, не обращаясь к кому-то конкретно.       Словно его не расслышав, Шекспи в очередной раз сказал что-то в свою защиту, от чего Ирит покрутила пальцем у виска и залилась ехидным смехом.       - Меньше часа и блокпост, — раздался женский голос с переднего сиденья.       Рейнека, как всегда предпочитая комфорт, расположилась рядом с Куртом подальше от вечно спорящих друзей.       - Что дальше? Ты так и не сказала, каким образом мы пройдем в город.       Девушка легонько наклонила голову, чтобы Шинья мог лучше её слышать, по-прежнему оставаясь вне зоны видимости из-за разделяющих их подголовника.       - Я пока и сама не знаю, если честно. На месте разберемся. Лишь бы у них наших фото не было. Сканеры психо-паспорта - это одно, а вот против обычного видео наблюдения только эвристическая деятельность (1).       - Ясно, — вздохнул Когами, — ничего нового.       - Вот и я также думаю. Главное - будь рядом и не привлекай внимания, а с остальным по ходу разберемся.       - Так, сзади, заткнулись оба! — Курт сбавил скорость, чтобы звуки мотора и вылетающих из-под колес камней не мешали его слышать. — Ирит, на тебе общая, Рейн — вспомогательная.       - Есть, — в один голос отозвались девушки, извлекая из карманов маленькие устройства, представляющие собой продолговатый кусок пластика с маленьким экраном и набором кнопок со всех сторон выпуклого корпуса.       Зажав свой в руке, Ирит подняла устройство над головой, после посмотрела на экран и передала приборчик Курту, который, не отвлекаясь от ведения машины, убрал его в нагрудный карман.       - Шинья, — Рейнека передала ему подобное устройство, — это ПНР — портативный нейронный радар. Пусть пока будет у тебя. Пока мы оба в радиусе его действия, для Сивиллы мы обычные законопослушные граждане.       Немного помедлив, она все же развернулась к нему лицом.       - Слушай, — ей стоило больших трудов придерживать рукой непослушные волосы, разметавшиеся от ветра, который теперь дул девушке в спину, — в общем, если говорить начистоту: надумаешь сдернуть и кинуть меня в городе — это останется на твоей совести.       Когами повертел в руках непонятное устройство, отмечая для себя многочисленные царапины на его корпусе.       - Доверять мне или нет — это ваше личное дело.       - Дело не в доверии, Шинья, — Курт не стал дожидаться, пока Рейнека подберет нужные слова, и предпочел вмешаться, — считай это проверкой твоих намерений.       - В этом причина, почему я сопровождаю её к гарнизонским, чтобы в случае чего военным было проще меня взять?       - Мы никого насильно не держим, я тебе это уже говорил, но подумай сам, после того, чему мы тебя научили, того, что ты теперь знаешь… Прежде чем пустить тебя на настоящее дело и позволить прикрывать спину кому-то из моих людей, я должен быть уверен, что ты это сделаешь, забив на шкурный интерес.       - А тебе явно не хватает опыта командной игры, — Филин толкнул его в бок, привлекая к себе внимание.       - Значит, эта поездка не более, чем выпускной экзамен?       - Рискни, если смелости хватит, будет забавно понаблюдать. Только вот Рейн в обиду никто не даст, а тебе с ПНР еще разобраться надо. Так что, парень, все в твоих руках.       - В прямом и переносном смысле этого слова, — закончила за него Ирит, показывая пальцем на все еще зажатое в его руке устройство.       Как только Шинья, спрятав ПНР в карман и откинувшись на борт машины, уставился в уже посветлевшее небо, разговор постепенно вернулся в прежнее русло до тех пор, пока пикап не въехал на территорию контрольно-пропускного пункта. Словно подчиняясь немому приказу, все дружно замолчали, покачиваясь как в лодке, каждый раз, когда Курт гневно жал на тормоза, пропуская очередного прохожего или пристроившись в длинный ряд автомобилей, проезжал по паре метров за раз, продвигаясь в порядке живой очереди к заветному козырьку для проверки документов. Царивший вокруг хаос из многочисленных торговцев, еще не проникших в город, но уже пытавшихся продать свой товар, и военных, которым приходилось эту толпу контролировать, ничуть не интересовал пассажиров, старательно изображавших усталых путников, лишь бы не привлекать к себе лишнего внимания.       Для Когами выполнение этой задачи давалось с трудом. Первые уличные сканеры, считывающие психо-паспорта, он заприметил еще на подъезде. Словно стрелок на диком западе, отчетливо слыша стук собственного сердца, Шинья не спускал глаз со знакомых устройств, ожидая в каждую секунду окрика или начала стрельбы, но ничего не происходило. Как будто не замечая его, они оставались неподвижными, давая зеленый свет группе солдат, обступивших их транспорт, как только он подъехал к красной линии пункта досмотра. Шекспи и Филин приветливо откинули полог брезента, под которым валялся всякий хлам: от домкрата до покрывшегося ржавчиной металлического троса. Служащий таможни, не задавая вопросов, быстро пробежался взглядом и махнул рукой своему товарищу, который, подойдя к водителю, спросил документы и задал несколько стандартных вопросов, ответы на которые его абсолютно не волновали. Всё шло по плану и, судя по тому как Курт вновь убрал документы в бардачок, первый этап они прошли без проблем.       Машина тронулась, оставляя в клубах дорожной пыли, быстро исчезающий в поле зрения пост.       - Ну что, Турист, каково это вновь вернуться в рамки «сто единиц»?       - Забавное чувство, — честно ответил Когами на вопрос командира, позволив себе, наконец, выдохнуть. — Похоже, эта ваша система действительно работает.       - А то! Или ты думал, мы тебя на убой везем?       Отвечать не хотелось, так же как и вновь поднимать неприятную для всех тему, поэтому он предпочел достать сигарету и сменить русло так и маячившего в воздухе разговора.       - Я не заметил ни дронов, ни доминаторов в руках военных. Не могу понять, какой тогда смысл от сканеров?       - Понимаешь, — раздался голос с соседнего пассажирского сиденья, — в городе у них с этим проблем почти нет, там все по-взрослому, тут же это в новинку, а оборудования, так же как и людей со знанием дела, все еще не хватает.       - Это лишь упрощает тебе задачу, верно?       Выжать огонь из зажигалки на такой скорости получилось лишь с пятой попытки, закурить с седьмой. Шинья с досадой для себя отметил, что в пачке осталась одна сигарета, но не подал вида.       - Чем сильнее ПНР влияет на тахионные поля, тем проще вычислить навигатора. Не сравнивай с постами Дедала, там все иначе. Больше аппаратуры, больше возможностей и безопасней. А хотя, забей, ладно? Это все… сложно.       - От этого зависит моя жизнь, как ни как, хотелось бы знать больше информации.       - Шинья, — окрикнула его Ирит, — оставь её в покое. Девчонке надо думать, как твою задницу протащить по центральным улицам, а ты её банальщиной закидываешь.       - Ой, да ладно, — вскинул рукой Шекспи и сразу же ухватился обратно за борт, побоявшись на полном ходу вылететь из машины, — сама-то, небось, тоже не знала бы, что да как, явись ты в Японию с задачей «не обращайте на меня внимания, я просто прохожу мимо»?       - Это другое, — оскалилась Ирит, поворачиваясь к другу в предвкушении очередного спора. — Я не настолько беспечна, чтобы лезть без детальной подготовки.       - А последняя доставка провианта Камилю, помнишь?       - Это был экспромт. Ты мне до конца дней это припоминать будешь?       - Понеслась… — закатил глаза Филин, — разбудите, как приедем.       Лучший способ не ввязываться в пустые разговоры — это их игнорировать.       Закутавшись в свой неизменный серый плащ, он завалился на бок и закрыл глаза, предпочитая с пользой провести оставшееся в пути время. Двое напротив, не обращая на него внимания, продолжали свою словесную перебранку, усиленно жестикулируя и приводя все новые доводы в защиту своих мнений, и Шинье в очередной раз ничего не оставалось, как продолжить изучать окружающую их местность, слава Богу, тут уже было на что посмотреть.       На опустевших полях, которые теперь расположились по обе стороны от прямой дороги в город, средь собирающих остатки урожая роботизированных комбайнов, возвышались ветряные мельницы. Редкие здания, точно такие же как и до контрольно-пропускного пункта, но ухоженные, покрашенные в одинаковый зеленый цвет и увенчанные шпилями антенн для ловли радиосигналов. Когами резко повернул голову, не заметив, как на горизонте из неоткуда появились первые высотные дома, засверкав яркой вспышкой от солнечных бликов, отраженных на зеркальных поверхностях окон. Сам город располагался в низине, поэтому, как только дорога дала резкий спуск, в воздухе запахло уже забытым морским воздухом. В сочетании с последними теплыми лучами осеннего солнца и запахом скошенной травы, эти ароматы наполняли легкие, принося покой и умиротворение, ровно до тех пор, пока Рейн не взвизгнула, зажав голову руками и Курт, стараясь не терять самообладание, не припарковал машину в нескольких километрах от здоровенных ворот, отделявших город от всего остального мира.       - Эй, Рей, смотри на меня. Рей, черт!       Он попытался разжать ей руки и заставить посмотреть себе в глаза, но девушка тяжело дыша, продолжала мотать головой, не реагируя на его уговоры.       - Что случилось?       - Турист, ПНР, быстро.       Ирит, буквально выхватила устройство из его рук, и, с силой надавив на шею, заставила ничего не понимающего Шинью распластаться на дне кузова.       - Лежи и не высовывайся, — скомандовала она, неприемлющим возражения голосом.       Обладая немаленьким ростом, выполнить указание было проблематично. Уткнувшись спиной, предположительно в домкрат, он уже почувствовал, как тело запротестовало, намекая, что долго так пролежать не получится. Вдобавок доброжелательница уселась на борт пикапа, перекинув через лежащего ноги, от чего перед глазами и так находящегося в некомфортном положении парня, оказалась внутренняя часть её юбки со всеми вытекающими картинами.       - Будешь пялиться, урою, — безэмоционально произнесла она, зажав оба ПНР в одной руке и с опаской глядя по сторонам.       - Что происходит? — вновь повторил он вопрос, надеясь хоть сейчас получить объяснение.       - Если в течение пяти минут к нам не припрутся вояки, считай ложная тревога. Курт, как она?       - Шексп, дай воды!       Шинья слышал шаги около машины, тихий разговор, до непривычности мягкий голос командира и шебуршание в дорожной сумке.       - Сколько она поймала? — Филин сел рядом с Ирит и тихо присвистнул, глядя на табло прибора в её руке.       – Командир, у твоей подружки сегодня второй день рождения.       - Она не моя…       - Я не его…       - О, оклемалась, — не скрывая радости, рассмеялась блондинка, вставая и возвращаясь на прежнее место, упираясь в спинку водительского сиденья.       Когами же так и остался лежать, не зная, что ему делать дальше, но, видя полную незаинтересованность своей персоной, перевалился на один бок и с осторожностью выгнул плечи.       - Это бывает, — Ирит протянула ему ПНР, предлагая забрать его обратно. — В Портовом тоже ведь не дураки работают, — она вздохнула, отводя взгляд куда-то в сторону. — Прекрасно понимают, что навигаторы средь всего этого электронного величия себя как дома могут чувствовать, вот и устраивают подлянки в виде вот таких вот сюрпризов.       Она кивнула в сторону переднего сиденья и по-мальчишески взъерошила свою короткую стрижку.       - Почему на тебя это не подействовало? — не видя больше угрозы, Шинья тоже предпочел не стеснять себя в движениях и, мимолетно взглянув в сторону пассажирского сиденья, также уселся на прежнее место.       - А ты думал, Рейн на переднем катается просто так, для красоты? Приди такой поток тахионов на меня, и ты бы меня до старости с ложечки кормил.       После этих слов картина происходящего стала немного понятнее, по крайней мере Шинья в очередной раз удостоверился в своих догадках, что все происходящее не делается ради прихоти или личной заинтересованности командира. Все его действия всегда имеют под собой обоснованность, которую стороннему наблюдателю не всегда видно с первого взгляда.       - Не бойся, обычное укрытие двоих от сканеров — это на раз плюнуть.       Словно прочитав его опасения, Ирит в очередной раз игриво подмигнула, а Шинья полез за последней сигаретой, стараясь не думать, что может произойти с ним дальше, если подобное повториться уже за городскими воротами.