Рокировка

      Что бы ни находилось в том шприце, его действие наступило сразу. Когами понял это, провожая взглядом промчавшуюся мимо стайку полицейских дронов, вжавшись в стену, дабы не столкнуться с ними на узком тротуаре. Перейдя улицу, он с опаской поинтересовался у встречного прохожего, как ему побыстрее покинуть город и тот со свойственной всем здешним горожанам улыбкой, указал незнакомцу вдоль улицы с подробным описанием маршрута. Больше Шинья ни с кем заговорить и не пытался. Следуя указаниям, сгорбившись и сунув руки в карманы, он, опустив голову, изредка выглядывал из-под капюшона, чтобы следовать ориентирам, полученным ранее. Иногда его внимание привлекали голографические билборды, транслирующие последние новости о произошедшем час назад взрыве. Одна и та же миловидная девушка, используя весь свой словарный запас, пыталась успокоить горожан, говоря, что работы по поимке совершившего столь ужасное преступление уже ведутся и обязательно увенчаются успехом в ближайшие часы. И что гражданский долг каждого сообщить любую информацию о нахождении преступника, тактично намекая, что сокрытие может привести к потемнению психо-паспорта. Через полчаса в добавление к словесному описанию появилось весьма четкое фото Курта — кадр, судя по всему взятый из архивов видеонаблюдения гостиницы.       Если у командира действительно получится скрыться после всего, что сегодня произошло это лишний раз докажет его профессионализм, которым тот так кичится, если же нет, то его будет ждать показательный арест со всеми вытекающими последствиями. Именно такой исход Шинья видел для человека, которого пытались подставить, свалив на него вину за смерть министра. В том, что произошедшее в гостинице было тщательно спланировано, он уже не сомневался. Раз за разом он прокручивал события проходящего мимо дня, и внутреннее чутьё неизменно повторяло одно и тоже: им дали подойти достаточно близко, чтобы у них не было шансов уйти. Все было предельно ясно, если сложить все те странности и закономерности, которым Курт пренебрег. Письма. Как часто в век высоких технологий на почту приносят классические белые конверты в количестве больше десяти штук? Именно столько Ирит убрала в свою сумку вчерашним вечером, и именно это могло послужить сигналом к тому, что они уже здесь. Люди. Тот секундный взгляд человека в полицейской форме на аллее. Ненависть и презрение. Именно так смотрит собака, оправдывая себя наличием поводка в руках хозяина, запретившего лаять. Они были готовы сорваться в любой момент, ждали только команды. Отсутствие доминаторов. Когами знал, что местное отделение Службы Общественной Безопасности работает по тому же принципу, что и головной офис, тогда почему за ними гнались именно местные полицейские, а не инспектора, у которых было достаточно времени прибыть на место? Если первые успели оказаться около гостиницы раньше, означает ли это, что полиция работает более оперативно, или, возможно им также приказали не вмешиваться, чтобы сохранить возможность взять преступников живыми?       Оставалось не ясно, что произошло с Ирит и Рейн, удалось ли им уйти, как надеялся Курт, и какова судьба Филина и Шекспи? Когами рассуждал, спешно шагая по каменной мостовой, уже видя заветную калитку, но зайдя на территорию парка, предпочел сначала сделать «круг почета», чтобы лишний раз проверить, что никто его не преследует. Только после этого Шинья прогулочным шагом пересек контрольно-пропускной пункт, скептически обнаружив на месте стоянки машины лишь пустое место и несколько фантиков, прижатых ветром к бордюру.       Происходящее слишком быстро выходило из-под контроля, и с каждым новым принятым им решением, становилось только хуже. Возможные варианты дальнейших действий стали по очереди проникать в мысли. Выбрав наилучший, Когами направился в сторону арки между домами, намереваясь вновь уйти из-под присмотра камер видеонаблюдения, и сразу же наткнулся взглядом на выглядывающего оттуда Шекспи.       - Мы отогнали машину, как узнали про взрыв, — затараторил он, зайдя за угол. У них появилась возможность перекинуться несколькими фразами.       - Ирит, Рей они выбрались?       - Да, — утвердительно кивнул Шекспи. — Мы только тебя ждали, Фил сказал, что ты непременно найдешь способ.       Парнишка явно был не в себе от происходящего, и держать себя под контролем у него с каждым произнесенным словом получалось все хуже.       - Где он?       - Идем, я покажу.       Намереваясь поскорей покинуть это место, Шекспи засеменил между мусорными баками, но Шинья притормозил его, на ходу хватая за плечо и разворачивая перед собой.       - А Курт?       - А что Курт? — удивился он.       - Его вы не собираетесь оттуда вытаскивать?       Шекспир непонимающе пожал плечами и, стряхнув руку, пошел дальше.       - Нет.       - Собираетесь просто так бросить его там одного, — толи вопрос, толи утверждение.       - Ты знаешь правила, он сам за себя, а мы должны держаться вместе.       - Сейчас не тот случай, когда стоит придерживаться придуманных им правил, ты ведь и сам это понимаешь!       Последние слова Шиньи словно прозвучали в пустоту, Шекспи просто замолчал и, выйдя с другой стороны узкого проема между зданиями, скрылся из виду.       До машины, стоявшей в нескольких кварталах от того места, они дошли молча.       При встрече Филин отреагировал также, и даже коротко изложенное повествование о произошедшем и последний приказ Курта, не поменяли его решение, даже наоборот. Он твердо заявил о необходимости действовать по плану, забрался на водительское сиденье и завел машину.       - Привыкай, — кинул он напоследок. — От этого черта всегда одни проблемы, которые разгребать ему проще в одиночку.       - Истину глаголешь, — согласилась Ирит, а остальные просто одобрительно закивали.       Когами пришлось смириться, рухнуть на своё место и, навалившись на борт машины, вновь заставить себя не думать о происходящем как о чём-то неправильном или неоправданном. Правила этого маленького мирка, в котором он стал шестым, не состыковывались с правилами морали, которые он сам воспитывал в себе многие годы. А для них это было обыденностью.       - Шинья, — тихий голос Рейнеки выкинул его из размышлений, когда они, покинув город, выехали на главную дорогу, — я знаю, тебе это кажется странным…       - Я понял, можешь не объяснять, — не поднимая головы, ответил он.       - И прощения просить за то, что оставила тебя там, я тоже не буду.       Он лишь сделал глубокий вдох, запустив пятерню в темные волосы и в очередной раз так и не найдя, что сказать, смолчал.       На контрольно-пропускной пункт они въехали с наглостью пойманного на краже вора, по-прежнему утверждающего о своей невиновности. Фил, как до этого делал Курт, показал документы, обмолвился несколькими фразами, в том числе о взволновавшем всех взрыве и, кляня не желающих жить в мире террористов, поехал дальше, съехав с основной дороги на убитый временем путь к Руинам, при первой возможности.       - Боже, благослови навигаторов, — хихикнула Ирит, роясь в настройках своего ПНР.       Необходимости поддерживать их психо-паспорта в чистом виде теперь не было. Все возвращалось в привычные рамки повседневной жизни. Ухабистая дорога, однотипный ландшафт, уходящий в горизонт и поставленная Куртом задача, выполнение которой может занять от одного часа до нескольких суток. Раньше Когами любил эти вылазки, так контрастирующие с бытом жилого комплекса Дедала. Тогда это в шутку называлось игрой в кошки-мышки или охотой на лис, если добычей была Рейн. Ограниченная территория и проверка на выносливость, умение быть скрытным или наоборот наука обнаружения того, кто по очереди умудрялся вычеркивать всех из отряда, планомерно «убивая» каждого. Забава, учащая перенимать опыт у более в этом разбирающихся, чтобы после сыграть «по-взрослому» уже с реальным противником.       Когда дорога стала все чаще пролегать между низенькими домами и молодыми деревьями, Филин сделал остановку, чтобы можно было достать оружие и кое-какую амуницию из тайника во втором дне кузова. Через несколько часов, проехав железнодорожный мост и облегченно вдохнув, наконец, пыльный воздух давно опустевших улиц мертвого города, Филин заглушил мотор. Стукнул по рулю, как это обычно делал Курт, покосился на Шинью и отдал единственную снайперскую винтовку Рейн, на ходу придумывая план действия.       - Сделаем все, как приказал командир, — скомандовал он, убирая ключи от машины в карман. — Сработаем тот вариант, что и пару месяцев назад. Рей, захвати с собой Туриста, пусть смотрит в оба. Я засяду в магазине. Ирит с Шекспи, в здании напротив.       - Мы даже не знаем, кто будет в этой машине, ты уверен, что стоит устраивать стрельбу?       - Кто бы там ни был, он представляет угрозу для Дедала, если ты хочешь сначала с ним поговорить, уберешь всю его охрану.       Ирит подняла руки в знак поражения и замолчала.       - Мы не знаем, во сколько, кто и сколько, поэтому устраиваем фатальную зачистку, — его самого мучали сомнения в правильности такого решения, но с таким количеством народу другого плана он придумать не смог. — Мы всегда действовали решительно, поэтому нас и боятся. Так что за дело!       - Идем, — Рейнека проверила обойму в пистолете и передала его Шинье, — это уже не учения, теперь все серьезно.       Он кивнул, принимая оружие, и последовал за ней.       Этот район казался ему чем-то знакомым. Он не сразу понял, что именно здесь несколько месяцев назад, вследствие подобной операции, его машина оказалась обстреляна, а ему самому пришлось спасаться бегством. Теперь Когами оказался на стороне стрелявших и собирается проделать тоже самое с тем, кто проедет по той же самой дороге. Передвигаясь мелкими перебежками, они разошлись каждый по своим позициям и затаились, пряча свое присутствие. Рейн шепнула, что в прошлый раз она стреляла с крыши церкви, теперь же им лучше занять точку в другом месте и выбор пал на крышу рядом стоящего здания. Добраться туда заняло некоторое время. Просторная площадка под открытым небом имела свои плюсы наличием хорошего обзора и двумя путями к отступлению, если придется срочно ретироваться. В остальном же - худшего места для длительного нахождения придумать было сложно.       Началась самая нелюбимая часть подобных мероприятий — томительное ожидание.       Первый час Когами занимал себя рассуждениями, закрыв глаза и слушая, как завывающий холодный ветер гоняет по крыше высохшие листья. Эти места всегда навеивали на него покой своей опустошенностью. Он знал, что незаметно для остальных, по городу передвигается еще с два десятка людей Мастера под командованием некого Камиля, с которым ему так и не посчастливилось пересечься. Но у них была иная задача, и ни в какие конфликты они не вступали, оставаясь для всех не более, чем призраками.       Другое дело - это ситуация с остановкой транспорта. Курт объяснял, доказывая необходимость этого возможно варварского метода. Для тех, кому не страшен закон, есть объездная дорога, охраняемая военными. По ней отгруженный в порту Дансана легальный товар мог безопасно добраться до дальних частей континента, но те, кому было чего бояться, раз за разом продолжали пытать счастье здесь, в половине случаев тут навсегда и оставаясь.       Иногда он брал в руки бинокль и всматривался между бетонными гигантами, силясь заметить какое-либо движение, но каждый раз все было тихо.       Постепенно начало темнеть, и вместе с сумерками пришел и осенний холод. До этого легкий ветерок сменился сильными порывами, закачавшими куски металлических конструкций, обнаженных еще со времени бомбежек города. Они скрипели на ветру, лязгая друг о друга, и продолжали монотонно качаться, отвлекая на себя внимание постоянным движением. Филин провел перекличку по рации, удостоверился, что все по-прежнему начеку, и снова замолчал.       По завершению второго часа, наблюдение за улицами начало постепенно походить на пытку. Рейн все чаще начала опускать голову, разминая затекшие мышцы шеи и по очереди согревая немевшие на холоде пальцы. Шинья, видя это, боялся предположить, какого ей будет в её гражданской одежде, когда небо полностью покроется ночными звездами.       Стемнело. Предложение сменить напарницу на посту было категорически отвергнуто молчаливым мотанием головой.       Подходил четвертый час.       - Вижу, — осипшим голосом, наконец, произнесла она, долгожданные слова.       Шинья резко привстал, передал рацию и, притянув бинокль, посмотрел между домами. Даже без прибора ночного видения в блеклом лунном свете хорошо просматривался единичный свет от фары.       - Мотоцикл? — предположил Когами и Рейн, согласившись, повторила в рацию.       - Тормози его, — послышался заведомо известный ответ.       Приникнув к окуляру, она сняла винтовку с предохранителя, но выстрела так и не произошло. Мотоциклист резко ушёл в сторону и словно растворился в темноте.       - Упустила, — с досадой произнесла она, но разочарование было недолгим.       В дальнем конце улицы еще еле заметным движением показался какой-то транспорт. Чем ближе он приближался, тем отчетливее стали видны очертания армейского фургон довоенного образца, которые до сих пор использовали в Дедале. Чтобы не ошибиться, Филин велел подпустить его максимально близко. На удивление, тот останавливается как раз в том месте, где в прошлый раз был убит водитель, в аккурат напротив подъезда в жилой дом. Из него сразу же высыпает по меньшей мере двадцать человек в полном обмундировании. С механической четкостью они разделились на две цепочки и скрылись в здании, где были в засаде Ирит и Шекспи.       - Что происходит? — этот вопрос Рейн произнесла Шинье, понимая, что хвататься за рацию - это обнаружить голосовым сигналом тех, кто сейчас пытался уйти из дома, не обнаружив свое присутствие.       - Такое было раньше? — Когами наблюдал за происходящем через бинокль, после осторожно отполз назад, развернулся к Рейн.       - Нет. Руины - это наша территория, в здравом рассудке сюда никто не сунется.       - Это странно.       - А я как будто не понимаю! — язвительно произнесла она, на доли секунды отрываясь от прицела.       Машина тронулась дальше и, завернув за поворот, остановилась, заглушив двигатель. Еще через несколько минут два одинаковых щелчка в рации сменились тихим голосом Ирит.       - Они на пятом этаже. Нас не заметили, ждем указаний.       - Посмотрим, что будет дальше, сидите смирно, — также безэмоционально ответил Филин, и голоса прекратились.       Когами вновь посмотрел в оконные проемы здания. Из-за неудачного угла обзора ничего разглядеть не получилось и он, бросив эту затею, потянулся к рации, но Рейн вновь покачав головой, придвинула ее к себе поближе.       - Сидим смирно.       Все это слишком напоминало их засаду, и это не давало Когами покоя. Сжав переносицу, он замер, слушая свое чутье, которое трепыхаясь, пыталось докричаться об опасности. «Человек, который должен стать причиной для нападения на Дедал», отчетливо всплыли в голове слова Курта. Шинья широко открыл глаза, и быстро схватив бинокль, снова посмотрел вдоль улицы. Вдали неторопливо ехала машина. Легковой автомобиль при включенной иллюминации фар дальнего света двигался к месту засады, игнорируя все меры предосторожности, которыми пользовался бы человек, желая оставаться незамеченным.       - Черт.       Теперь в его голове все сложилось, как должно было с самого начала, когда только завязался этот разговор с Куртом, когда догадка о выставлении его виновным за взрыв в гостинице оправдалась. Он схватил рацию, игнорируя возражения Рейн, зажав кнопку, уверенно произнес:       - Фил. Их цель тот, кто в машине. Убив его, они обвинят Дедал, и это даст обоим городам повод для нападения.       - Уверен? Ошибемся - и всем нам кранты.       Когами сомневался, но лишь несколько секунд.       - Да.       - В любом случаи, берем их живыми. Рей, бей по колесам, чтобы валили из машины. Ирит, Шексп…       Филин понимал, как рискованно этих двоих посылать в ближний бой, но и сам осознавал, что никого другого, кто мог отвлечь от машины тех, кто засел в здании, у него нет.       - Как говаривал командир, — послышался голос Шекспира, — у них нет шансов. Так что, все еще ждем указаний.       - Хорошо. Черт с вами, действуйте.       - Есть.       Машине, не смотря на ее медленную скорость, понадобилось лишь несколько минут, чтобы оказаться в опасной близости от засады неизвестных. Целиться по колесам, стреляя на упреждение через прицел, снабженный дополнением в виде прибора ночного видения, все же было сложно. Но этот выстрел должен был произойти в течение нескольких секунд, иначе попросту не имел смысла. Рейн затаила дыхание, слушая биение собственного сердца, и когда палец был готов вжаться в спусковой крючок, характерный хлопок и звук осыпающегося камня заставил ее резко откатиться в сторону, схватившись за голову.       - Рей?!       Шинья бросился к девушке и упал рядом, услышав, как повторные удары пуль заставляют осыпаться мелкие камни из кирпичной кладки карниза.       - Жива?       Она, простонав, легла на спину и, убрав ладонь от головы, тихо выругалась, смотря на испачканные в крови пальцы.       - Что у вас там? — затрещала рация.       Звуки автоматной очереди разнеслись между зданий, снопом ярких искр покрыв ночную темноту. Визг тормозов и удар о твердую поверхность.       - Фил, по нам прицельный огонь. Снайпер. Рикошет, — сквозь сжатые зубы выговорила девушка, хватаясь скользкими пальцами за рацию.       Шинья поднял ее за локоть, второй рукой притянув за ремень винтовку, и толкнул в сторону лестничного проема, по которому они пробрались на крышу.       - Уходим.       Рация молчала, дальнейших указаний не было, но и выбора, что делать дальше, тоже. Перекинув винтовку через плечо, Шинья достал пистолет, направляя в темноту лестничных пролетов. Если тот, кто вел по ним прицельный огонь, знал их расположение, значит, есть все шансы на то, что где-то поблизости затаился тот, кто намеревался закончить дело. Именно так поступил бы он сам — спугнул жертву, загоняя в нужном направлении, и тихо дожидался бы, когда она окажется в зоне выстрела. Но выходов с крыши было два, и чем дольше они медлят, тем больше шансов, что оба окажутся для них закрытыми.       - Кто меня слышит? — запыхавшись, Филин все еще старался говорить уверенным, приказным тоном. — Дал автоматную очередь, считай, остановил. Два парня, девушка. Скрылись в переулке, что со стороны магазина. Нужно опередить, взять живыми.       - У нас минус семь и их рация, — голос Ирит слышался не менее сбитым, — цель - девушка, повторяю у них приказ уничтожить любой ценой.       - Ясно. Рей, ты вне игры, затаись. Я отвлеку их на себя, остальные ищут девушку. Все, погнали.       Рация вновь замолчала, а вдоль улицы раздались новые автоматные выстрелы. Шинья взял Рейн за предплечья, заставив посмотреть на себя. Она с мутным взглядом кивнула и, потянув за ремень винтовки, улыбнулась.       - Как в судьбу не поверить, а? Теперь ты должен оставить меня.       - Я вернусь, сиди здесь и не высовывайся.       - Конечно, вернешься, — словно пьяным голосом усмехнулась она, — иначе Курт тебе шею свернет.       - Справедливо.       Оставив ее на крыше, в месте, где она, находясь в самом темном углу, могла видеть оба входа, он быстрым шагом спустился на первый этаж и, выскочив из здания, свернул вдоль соседней улицы, стараясь обойти магазин через дворы. В безоблачную ночь лунного света хватило бы в избытке, только все тот же ветер, не желая признавать свое поражение, продолжал нагонять тучи, закрывая небо сплошной темной пеленой. Запахло дождем. Кто бы ни были эти люди, сейчас они находились в более выигрышном положении, и дело тут было не только в количестве. Шинья перескочив через сетчатый забор, так по-глупому отделявший улицу от очередного переулка, и притих, затаившись за ближайшим углом. Металлическая проволока, взбудораженная действиями ночного гостя, еще несколько раз лязгнула и замолчала, давая возможность вновь погрузиться городу в ночную тишину. Выстрелов больше слышно не было, и это пугало больше, чем перспектива нарваться на кого-то с устройством ночного видения, кто мог бы наблюдать его передвижения, не боясь быть раскрытым.       Вглядываясь, выискивая движения, обходя темные углы и направляя оружие во все, что вызывало подозрения, Шинья надеялся добраться до этой девушки раньше, чем раздадутся новые выстрелы. Кто бы она ни была, вряд ли ей придет в голову добровольно сдаться на милость первого, кому она попадется на глаза. Возможно, даже если он сможет найти ее первым, поднятый ею шум заставит сбежаться всех в округе, тогда жертв не избежать. Очередное намерение прочесать первый этаж одного из магазинов, прервалось еле слышимым женским голосом.       - Вам это с рук не сойдет!       Сердце делает удар и замирает. Ему знаком этот голос. Он слышал его в той, прошлой жизни.       - Аканэ.