Во что бы то ни стало

"Все будет хорошо. И даже вчерашние ошибки завтра пойдут нам на пользу." - Быть может Какилия? Или Анели? - Нет, я не хочу дочь с именем причудливее моего. - Хорошо, тогда Грет? Переводится как «жемчуг», м? – поглаживая едва выступающий живот, поинтересовалась Белль. – Или Фрок? А может, Эмма? Эмма – красивое имя. - Нет, нет, только не Эмма. У меня такое чувство, что это имя уже занято, – ответил жене Румпельштильцхен. – Может, Ют? Вева? - Вева? Эмм, мне не нравится. Может, Беатрис? – голубые глаза встретились с карими. – Очень «говорящее» имя. - Они все «говорящие». Однако мне и одной путешественницы хватит, – мужчина задумчиво провел черным ногтем по обнаженной ступне жены. – Мне нравится Ют. А если мальчик? Они сидели в библиотеке, на мягкой софе в окружении подушек, и выбирали имена. Со стороны наблюдать за могущественным Тёмным магом, что растирал отекшие ноги супруги и благоговейно слушал каждое ее слово, было крайне непривычно, если не дико. А молодая женщина в свободном платье и книгой в руках казалась такой умиротворенной и нереальной. После того, как Белль отвергла Куно, Каспара и Аццо, а Румпельштильцхен вычеркнул из ее списка Винфрида, Гоца и Роберта, супруги немного поссорились. Имен было великое множество, но ребенок был один, и поэтому выбранное ему имя должно было стать безукоризненным. Отойдя к окну и заложив руки за спину, колдун продолжал что-то бормотать себе под нос. Первый раз он не принимал участие в выборе имени для своего сына, но конечный результат его устроил. А теперь, когда у него было так много времени и так много вариантов, маг не знал, что и делать. - Мне нравится Тео, – теплые ладони супруги легли на его живот. – Но меньше всего мне бы хотелось ссориться с тобой из-за такой чепухи. - Но это ведь... - Важно, я не спорю, – кивнула девушка, медленно разворачивая мужа к себе. – Но какое бы имя мы не дали нашему первенцу, мы не станем любить его меньше. Румпельштильцхен молча обнял свою возлюбленную, прикрывая глаза. В ее объятьях всегда было так легко, так спокойно, и он чувствовал невероятную силу рядом с ней. Она преумножала любое его качество. - Майкл, – тихо произнес он. – Я хочу назвать его Майкл. Думаю, колдун с таким именем будет действительно могущественным. - Богоподобным, – согласилась Белль, крепче прижимаясь к мужу. Она уже перестала удивляться каким-то вещам, решив полностью довериться мужу. И если он говорил, что их первенец мужского пола, то она не стала спорить. – Мне нравится. Сильное имя. *** - Как, как? – раз в четвертый поинтересовался Мо Френч у дочери, то и дело, возвращаясь глазами к тому месту, где должен был сидеть Румпельштильцхен. - Ют, – повторила Белль, ставя чашку на стол. – Означает «богатая» или «счастливая». - Или «эффектная», – добавил мистер Голд, присоединяясь к ним. – Все мы очень давно ожидаем эту девочку. Его рука ласково погладила живот супруги, игнорируя слегка нахмуренного тестя. Они оба довольно давно научились общаться без язвительных, резких слов, приветливо пожимать друг другу руки и так же прощаться, обедать или путешествовать вместе, но всякий раз прилагали немало усилий. Даже сорок лет спустя Румпельштильцхен видел в отце жены угрозу, как и сэр Моррис всё ещё помнил монстра, укравшего его ребенка. - А если мальчик? – решая переключить внимание дочери на себя, поинтересовался Мо. – Варианты есть? - Это девочка, ни к чему варианты, – плотно сжав челюсти, ответил мистер Голд. - Вы делали УЗИ? - Я сам как УЗИ, мистер Френч. До этого я ещё ни разу не ошибся, – парировал Голд, но вдруг умолк на последнем слове. - Ладно, спасибо, что навестили меня, – вставая в кресла, Мо Френч потянулся, чтобы обнять свою дочь. – Буду рад вам в любое время. Попрощавшись, Голды покинули цветочный магазинчик, и сели в машину. Белль села на заднее сидение, листая книгу с именами и что-то шепча себе под нос, в то время как Румпельштильцхен плавно вырулил с парковки и направил автомобиль в сторону дома. - Мне казалось, за столько лет вы примирились друг с другом. - Я его понимаю, Белль. Я до сих пор не лучшая партия. - Неправда, я была с тобой счастлива, – ее рука потянулась вперед и замерла на плече мужчины. – И сейчас я счастлива. Я говорила тебе, с годами мало что измениться. - И всё же что-то да изменилось... - Прости, – быстро сказала женщина, отстраняясь. – Отец напомнил тебе о... - Да. Ты не представляешь, как было бы чудесно вновь увидеть их, обнять. Я так скучал по вам, Белль. Это не передать словами. *** Он прождал их тогда так долго. Ходил кругами, перемещался в разные концы своих владений, чужих королевств, чтобы только почувствовать их. Жил в странной магической изоляции, в вакууме, не теряя надежды отыскать семью. Так прошла неделя. Мужчина почти сошел с ума от своей беспомощности, когда пришла Реджина. - Выглядишь ты ужасно, Румпель. Хотя немудрено... - О чем ты? - Я пришла, как только узнала. Мне так жаль, не могу представить, как тебе сейчас больно... - Да говори же! – закричал Тёмный, хватая женщину за плечи и тряся. – Что ты знаешь? - Лучше я покажу. Махнув рукой в сторону большого зеркала, вечно накрытого тканью, Реджина высвободилась из хватки бывшего учителя. Картинка заставила того замерь на месте, неотрывно изучая такие знакомые силуэты. Его жена, его прекрасная Белль боролась с незнакомцем. Ее волосы растрепались, одежда выпачкалась в грязи, но она не спешила сдаваться. Позади нее Румпельштильцхен заметил двух мальчишек, постарше и помладше, один из которых сосредоточенно пытался вызвать свою магию. Их карета была разграблена, а высокий мужчина яростно размахивал мечом. Миг – и двое из троих лежали на земле, истекая кровью. - Смотри... Смотри, что ты сделал. Это только твоя вина! Не стоило отпускать их одних, – Реджина плакала, но Румпельштильцхен не видел этого. Всем его вниманием завладела беременная женщина, склонившаяся над мертвыми сыновьями. Она рыдала, не замечая никого вокруг. Мужчина позади нее занес меч. - Нет! – воскликнул Тёмный, чувствуя, как земля уходит у него из-под ног. – Когда... когда это случилось? - В прошлую среду, – безучастно ответила Королева. – Мне жаль, я думала, ты знаешь. - Где... где их тела? - Крестьяне нашли их и похоронили. Ужасная трагедия. - Уходи... – прошептал маг, потом добавил погромче. – Убирайся! В тот день он обыскал всю деревню, выспросил каждого жителя, но никто ничего не говорил ему о детях и жене. В гневе он сжег деревню, сжег все, что находилось вблизи «могилы» его семьи. Он плакал, корил себя за то, что позволил Белль отправиться одной к отцу, что был слишком занят сделкой с Золушкой, чтобы хотя бы предположить возможную беду. Зато теперь, сидя в подземелье, у него было предостаточно времени для раздумий. Но знал ли он, что не его одного обманула Королева, и что где-то в лесу, в замке Реджины, плакала его жена, дрожащими руками обхватив живот, и что совсем неподалёку от нее в такой же тесной комнате, сидели в обнимку два мальчика. *** Белль крепко сжала руку мужа, слушая его рассказ. Она и не пыталась сдержать слезы боли и сострадания, ощущая, как дрожат его руки. Мистер Голд отвлекся лишь на секунду, встречая ласковый взгляд жены и кивая на ее слова о том, что всё будет хорошо. Шины взвизгнули, а мужские пальцы вцепились в руль. Голды медленно подняли головы и не на шутку удивились, рассмотрев причину аварийной ситуации. Мэр Миллс широко улыбнулась им, всё так же стоя на пешеходном переходе. - Поосторожней, мистер Голд. Вы же не хотите угодить в тюрьму за убийство любимого мэра? – и, приняв молчание за положительный ответ, женщина продолжила свой путь. - Реджина! – громко окликнула ее Белль, выбравшись из машины. Мистер Голд последовал ее примеру. – У меня есть что обсудить. Уделишь минутку? - Я... – начала бывшая королева, но не договорила, увидев летящий в нее огненный шар.