Во что бы то ни стало

"Ничто не может уничтожить любовь. Если любовь есть, то она будет расти." - Здравствуй, красавица. - Что ты тут забыл? – Белль нахмурилась, приняв воинственную позу. - Прослышал, что Крокодил теперь здесь обитает, – мужчина обворожительно улыбнулся, медленно придвигаясь к ней. – Решил навестить его семейку, посмотреть, каких гадов он успел наплодить. - Поаккуратней на поворотах, ты говоришь о моих детях! – голос Красавицы зазвенел, стальной спиралью исчезая где-то под потолком. – Не советую злить любящую мать, Крюк. - Кхм, мы оба знаем, что ты лишь одна из его пешек. Безоружная, маленькая, такая хрупкая, – мужчина настиг ее и прижал к себе, продолжая говорить. Его дыхание клубилось у ее губ. Белль мысленно сморщила нос в отвращении. – Не понимаю, зачем помогать тому, кто заведомо проиграет? - Это мы ещё посмотрим, – миссис Голд усмехнулась и ударила пирата коленом в пах. Мужчина скрючился от резкой боли, и это дало ей время. Телефона у нее не было, так что единственный способ позвать на помощь – покинуть здание. - Не так быстро! Крюк схватил ее за волосы и рванул на себя. С громким вскриком Белль упала лицом на мраморный пол библиотеки, чувствуя, как пират навалился на нее. Она отчаянно барахталась, понимая, что если сдастся, больше никогда не увидит свою семью, а Румпельштильцхен в ярости сровняет провинциальный городок с землей и забудет о главной своей миссии. Ей не хотелось подводить его теперь, когда они были буквально в двух шагах от Бейлфаера. - Отпусти, отпусти! – стонала женщина, зажмурившись от отвращения, когда шершавые мужские ладони миновали край подола платья и теперь исследовали ее тонкие ноги в капроновых чулках. – Пусти меня, Чудовище! - Тебе не привыкать так истошно просить прекратить, да, Белль? Наверное, он до сих пор заставляет тебя делить с ним ложе? - Мерзавец! – захлебываясь собственной слюной, процедила миссис Голд, укусив пирата за палец. Он вскрикнул, хватка ослабла, и этого хватило, чтобы она успела перевернуться на спину и чуть отползти. Крюк взял себя в руки, прекрасно понимая, что стоит его жертве покинуть здание, он обречен. Женщина тем временем побежала за стеллаж. - Думаешь, твои книжки тебя спасут? Очень сомневаюсь! - И правильно делаешь! – Белль ответила ему такой же искривленной самоуверенной улыбкой и толкнула на мужчину стеллаж с книгами. Новенькие издания посыпались на удивленного пирата, накрывая с головой. Миссис Голд схватила свою сумку и бросилась к выходу, потирая обручальное кольцо. В страхе, что Крюк всё же неожиданно догонит ее у дверей, она не заметила, как налетела на собственного мужа, который, заметив ее, приглашающе раскрыл объятья. Она крепко обхватила его шею руками и облегченно выдохнула. - Что случилось? - Унеси меня домой, – они тут же исчезли в фиолетовом дыме. *** - Каков мерзавец, – раздеваясь находу, возмущалась миссис Голд. Юта спала в соседней комнате, а мальчики внизу нарезали овощи к обеду. Ей хотелось избавиться от всего, чего касался Крюк. – Искренне не понимаю, что Мила в нем нашла! - Ну, он весьма красив, – задумчиво ответил Румпельштильцхен, устало сев в кресло и продолжая наблюдать за передвижениями супруги по спальне. - Знаешь, одной красоты с таким нутром будет ой как мало, мой дорогой, – уперев руки в бока, Белль решительно встретила взгляд супруга и нахмурилась ещё больше. На минуту её лицо приняло нейтральное, сродни задумчивому, выражение и она тут же добавила, – может, убьем его? - Ты подговариваешь меня на убийство, я правильно понял? – его удивлению, казалось, не было предела. Он прекрасно знал об этой стороне её натуры, но всякий раз сталкиваясь с ней, поражался. – Крюк, Реджина, ещё кто? Половина города? - Можно и всех, – безразлично пожала плечами Белль, затем подняла палец вверх. – Кроме моего отца, конечно же, и Джефферсона с Грейс, – она устало присела на кровать, одетая в одно лишь нижнее белье. – Временами я ужасаю тебя, ведь так? Ты женился на милой и доброй девушке, а с годами узнавал всё больше и больше моих пороков. - Я даже рад, что они у тебя есть, – мистер Голд улыбнулся супруге, вставая с кресла и идя к ней. Он сел рядом, приобняв. – Ты идеально дополняешь такое чудовище, как я, Белль. И если, чтобы ты открыла мои хорошие стороны, я должен буду открыть твои плохие, то я согласен. - Румпель... - Потому что даже полностью состоящая из тьмы ты будешь единственной для меня. Они соприкоснулись лбами, оба растроганные этим разговором, сильно взволнованные произошедшим и своей близостью, как и всякий раз, когда оставались наедине. Мужчина с нежностью очертил контур вишневых губ и прикоснулся к ним своими. За стеной раздался детский плачь, и через секунду Ют оказалась в родительской спальне, продолжая тянуть руки с матери. - Как она?.. - Магия, дорогая. Магия. *** Белль всегда восхищалась технологиями и с интересом наблюдала за починкой и строительством. Она любила лошадей, но если выбирать что-то более приемлемое для многодетной матери, то она останавливала свой выбор на карете. Приятное покачивание, ровная спина и возможность наблюдать в окно бескрайние пейзажи. Природа охотно демонстрировала ей свою девственную совершенность, от игры ветерка в кроне дуба до лисицы, опасливо озирающейся по сторонам у входа в свою нору. - Куда мы направляемся? – женщина подалась вперед, всматриваясь в царственную фигуру своей спутницы, наконец, решившись задать вопрос. Сегодняшнюю поездку в карете омрачила смерть сыновей. - В мой замок, дорогая. - Это очень великодушно с твоей стороны было прийти по первому моему зову, но... – Белль вновь почувствовала, как слезы потекли по щекам. – Он не пришел, я... Я не понимаю, почему? – Реджина выдержала больной взгляд старой подруги. – Не представляю, как посмотрю ему в глаза. - Не придется смотреть, Белль, – грубость в голосе Королевы впервые так отчетливо проступила, не скрытая больше ничем. Реджина теперь была самой собой. – Его убил твой бывший... Гастон, кажется? - Нет... Гастон не мог так поступить, он... – колдунья сунула подруге зеркало и вместо своего отражения, Белль увидела, как Гастон наклоняется над её мужем с волнистым лезвием в руке и пронзает его сердце. – Нет!.. Зеркальце упало на пол и разбилось. Женщина заметалась по карете, нащупывая ручку дверцы, чувствуя, как ей не хватает воздуха. Карета тут же остановилась и Белль чуть ли не кубарем свалилась с подножки, и, подхватив юбки, бросилась бежать. Реджина высунулась следом, прищуриваясь, пытаясь придержать злость. - Я, разумеется, убила его, Белль! – кричала королева, но Красавица всё бежала и бежала, пока не достигла оврага. Резко втянув в себя воздух, понимая, что одно не верное движение, и она упадет вниз, потеряв последнюю свою драгоценность. Она инстинктивно положила руки на живот, чувствуя, как кровь разгонялась по венам, как пульсировала в истерзанном любящем разбитом сердце. Её дочь, магию которой она едва могла ощущать, была последней, ради кого стоило сделать шаг назад, но ей так хотелось вперед... - Белль, вернись в карету, – Реджина, пробравшаяся за подругой средь кустарника и мха, устало облокотилась на дерево. – Ты уже ничего не сможешь сделать, мне жаль. - Не смогу? О, ты ошибаешься! – ужас застыл в крови у королевы, когда Белль резко повернулась к ней, с перекошенным от ненависти и горя лицом. – Я рожу и воспитаю его дочь, я обучу её всему, что знаю, и когда она станет достаточно взрослой, мы найдем того, кто так подло поступил с её отцом и братьями. Я сама вырежу этому чудовищу сердце и разолью кровь по чашам. Я выпью эту гнилую кровь в память о своей семье, даже если буду давиться ей. - Сильное заявление, – хмыкнул кто-то третий, заставив женщин обернуться. – А я-то уж рассчитывал, что мерзкий Крокодил погибнет от моей руки, ну, видать не судьба! - Кто ты, черт возьми, такой? – мадам Тёмная нахмурила брови и приблизилась к незнакомцу. - Белль, иди в карету, – приказным тоном ответила ей Реджина. – Я сама с ним разберусь. - Ты говоришь про моего мужа? – игнорируя попытку подруги, повторила Белль. – Я хочу знать, кто ты и чего хочешь? - Я тот, кто поклялся отомстить ему за смерть Милы, – мужчина ощетинился и бросился на женщину. - Крюк! Красавица ловко увернулась от него, беря Реджину за руку, побежала к карете. Кровь стучала в висках, плакать расхотелось. Единственное, что ощущала сейчас вдова Румпельштильцхена, это страх. - Милая моя, по-твоему, мне стоит убегать от однорукого пирата? – королева остановилась и медленно повернулась к мужчине. Он как раз бежал на них. Если бы Румпельштильцхен видел, как его жена защищала их врага, то сошел бы с ума. Подобрав палку, Белль замахнулась и ударила пирата по голове, как раз тогда, когда он замахнулся на Реджину. Огненный шар в руке королевы потух, и она недовольно посмотрела на подругу. Красавица выдохнула, удовлетворенно осматривая распластавшегося на траве мужчину. - Идём. - Защитила меня? – почему-то голос Злой Королевы сорвался на едва различимый шепот к концу фразы. Она, не веря, посмотрела на беременную женщину перед собой. – Зачем? - Потому что ты моя подруга, Реджина. Ты не причинишь мне боль. - Ошибаешься. Белль непонимающе всмотрелась в лицо королевы и начала вдруг оседать наземь, теряя сознание. Двое солдат по приказу сразу подняли её и понесли в карету. Реджина долго смотрела, как уносят Белль, и несколько слёз скатилось по её щекам. - Мне правда жаль, Белль, – проговорила она в пол голоса. – Но ты соврала мне, когда сказала, что всё измениться к лучшему. Если я не могу иметь то, чего хочу, то почему кто-то другой может? *** - Уверен, что готов? – в двадцать шестой раз спросила миссис Голд, обеспокоено сжимая в руках шаль старшего сына. Несмотря на то, что Бейлфаер никогда не был ей родным сыном, кроме того, она ни разу не видела его вживую, Белль всё равно считала его своим сыном. – Точно сможешь пересечь черту без проблем? - Точно, – рассеяв её сомненья, с улыбкой ответил мистер Голд. – Проверил зелье на одной крысе, пока ты была в школе. - Это хорошо. - Эй, – он приподнял её лицо за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. – Я просчитал всё до мельчайших деталей. Я найду его, обещаю. И все, наконец, закончится. - Надеюсь на это, потому как я безумно соскучилась по дому. - Скоро поедем назад... - Да я не об этом... - Да я понял. Они вновь замолчали, с опаской и нежностью всматриваясь в лица друг друга. Румпельштильцхен наклонил голову на бок, в который раз любуясь своей женой. Затем, окропив шаль Бея, Белль набросила её на плечи мужу и смущенно улыбнулась. - Готов попробовать? - С тобой, всегда. Мужчина шагнул за черту, нехотя отпуская руку жены, и магия окутала его тело. Миссис Голд взволнованно переступала с ноги на ногу, пытаясь понять, получилось ли. - Румпель? – не выдержав, позвала мужа Белль. Он обернулся, сведя брови, и долго всматривался в её лицо. – Ты меня помнишь? Кто я такая? - Белль, – он указал на нее пальцем и расплылся в улыбке. – Моя Белль, кто же ещё. - О да, – радостно ответила женщина, подойдя ближе к красной черте и снова переплетя их пальцы. – Теперь ты сможешь отправиться за сыном. - Да, я смогу... – он коснулся её щеки, но не успел договорить. Раздался оглушительный выстрел, и Белль начала падать на него. – Нет! Она переступила городскую черту, раненая и напуганная, четко ощущая на своем теле чьи-то трясущиеся руки. Румпельштильцхен поддерживал ее голову, пораженный обилием крови на собственных пальцах. Его мозг даже успел подумать, что будто бы это он, Румпельштильцхен, убил свою жену. Магия мгновенно исцелила раны. - Теперь ты прочувствуешь мою боль, Крокодил, – голос Капитана Крюка, сжимающего пистолет в вытянутой руке, добавил в его открытую рану пуд соли. Голд закусил губу и повернулся. - Ты даже не представляешь, что наделал, – пробормотал маг, совершенно не стесняясь слез. Он не допускал даже мысли, что оплакивать семью было чем-то позорным. – Ты лишил её памяти, это не повернуть вспять! - О, смотрите-ка, прямо, как и смерть, – парировал Крюк, самодовольно улыбаясь. – Удачи, Крокодил. - Кто... кто вы? – прошелестел голос, обладательница которого лежала на руках у мистера Голда. - Белль! Белль, это я, всё хорошо. С тобой всё будет хорошо. - Кто эта Белль?