Ради тебя

На кастингах я стал снова высказывать свое мнение, но теперь уже спокойно и взвешенно. Благодаря этому, остальные меня более-менее приняли. Кастинг-директор даже пару раз ко мне прислушался. Потом я ехал в ресторан и обедал, а после, домой — работать. Однажды приглашал туда Диму, отдал дописанную главу, и мы обсудили всю книгу в целом, а также отдельные организационные моменты. А по вечерам я тоже оставался один. Макс уходил с утра по своим делам и не появлялся. Алекса тоже не было. Они возвращались за полночь, пьяные, едва держащиеся на ногах. С трудом добирались до кровати, падали в нее и засыпали. Вместе. В кровати Алекса. А я мог вдоволь любоваться, как мой любимый человек обнимается с другим. Я спал в гостевой. Утром молчал и старался смыться как можно раньше. Алекс тоже молчал, лишь пристально за мной наблюдая. Макс хмурился, и пару раз пытался со мной поговорить. Я его избегал. И я всерьез задумался о том, что пора бы это прекращать. Мне надо съехать. Я не могу больше ломать себя. Ради Алекса я и так нарушил слишком много своих принципов. Еще немного и я потеряю себя. Наконец, в студии появился Никита. Меня в очередной раз поразило насколько он позитивный. Как от одного его присутствия вокруг словно становится светлее и у окружающих повышается настроение. Я с восторгом наблюдал за его игрой. Он легко входил в образ и мне казалось, что он и есть Миша. А еще, его игра отражалась на партнерах. Никита втягивал их в мир игры и, казалось, даже самые безнадежные играли как надо. Мы вместе пили кофе, и он по-прежнему воровал у меня сигареты украдкой. — Может, снова сходим в «Шанс»? — предложил он. — У меня завтра съемки только в два, можно зависнуть дольше, чем в прошлый раз. У меня не было настроения веселиться, но едва взглянув на него, сразу стало лучше. — С удовольствием! — Тогда встретимся там. Никита уже ждал в клубе. Мы устроились в VIP-зале за угловым столиком, потягивая пиво и болтая. Через полтора часа я готов был материть себя за глупость. Надо было идти в другой клуб! На второй этаж поднялись четверо парней. Твинсы, Макс и Алекс. Я сидел и смотрел как они приближаются. Глаза Алекса чуть сузились и напоминали серые льдинки. Он уперся руками в стол и наклонился в мою сторону. — Солнышко, я не знал, что на сегодня запланирован выход в свет. Я выглянул из-за его плеча и демонстративно оглядел его друзей. — Не ты один, — хмыкнул я. — Никит, это Алекс и Макс. — Рад знакомству, — улыбнулся Никита. — Присоединитесь к нам? — Нет, — я холодно улыбнулся. — Они друзья детства, но сейчас редко видятся. Им стоит уединиться и не утомлять нас своими воспоминаниями, — я говорил Никите, но смотрел только на Алекса. Он кивнул и, развернувшись, направился к другому столику. — Что это было? — поинтересовался Никита. — Забей, лучше расскажи о съемках в Сибири. Мы продолжили болтать, а великолепная четверка оказалась прямо в поле моего зрения. И я невольно за ними наблюдал. Спустя какое-то время, Макс поднялся и утянул Алекса за собой. Они пошли танцевать! Я ни разу не видел, чтобы Алекс танцевал. А с ним… с Максом… Никита извинился и отошел. Я немного поскучал, а потом ко мне подсел Влад. Мы молчали, пили пиво и пялились на танцпол. — Что у вас с Алексом? — Ничего. — Поэтому вы пялитесь друг на друга и пыхтите от злости? Я вздохнул, поглядев на него. — Я его люблю. И сказал ему об этом. Влад выглядел удивленным. — А он? — Он предложил встречаться, и я переехал к нему. — Ну теперь-то понятно почему он бесится, — усмехнулся Влад. — В смысле? — Он бежит и бежит, — протянул твинс. — Старается реже появляться дома и избегает тебя, а потом ведет себя как собственник. — Ты хорошо его знаешь, — хмыкнул я. — Просто уже видел такое. — Часто? — нахмурился я. Влад усмехнулся. — Однажды. С ним такое было однажды. — С кем? — спросил я, догадываясь об ответе. — Не важно. — Сказал «А», говори и «Б». — А сам как думаешь? — он кивнул на танцующих. — С Максом. Это не вызвало удивления. Я подозревал нечто подобное и именно этого опасался. Слишком много было намеков на его чувства. Между Алексом и Максом было нечто много большее, чем просто дружба. Ярик подошел к нашему столику и утащил Влада танцевать. Вскоре вернулся Никита. Он окинул меня внимательным взглядом. — Что-то случилось? — осторожно спросил парень. — Ничего серьезного. Просто задумался. Я посмотрел на него. — Уверен? Это хорошо. В конце концов, мы здесь, чтобы отдыхать. И он улыбнулся. Широко, ярко и непринужденно. Я смотрел на него, подперев подбородок кулаком. — У тебя потрясающая улыбка. Ты знал? Никита окинул меня взглядом, чуть прищурившись, резко встал и, ухватив меня за локоть, потащил за собой. Мы оказались в одном из чилаутов и тут же принялись целоваться. — Гей? — поинтересовался Никита ненадолго оторвавшись. — Би. — Я тоже. Я усмехнулся и, прижав его к стене, впился в губы. Властвуя и напирая. Вот чего мне не хватало. Собственной инициативы. Никита огладил мои бока и, опустив руки вниз, обхватил ягодицы. — У тебя потрясающая задница, — заявил он. Я отстранился, ускользая от его губ. — Снизу не буду. Только в активе, — предупредил я его. Никита какое-то время смотрел оценивающе, затем кивнул. — Хорошо, — спокойно согласился он. А я в который раз поразился насколько Алекс меня изменил. Я всегда был активом, уверенным в своих силах. Благодаря Алексу я стал универсалом, но чувствовал себя абсолютным пассивом! И даже удивился, что Никита согласился. Раньше я никогда в себе не сомневался. Я повернул Никиту к себе спиной и стянул с него футболку. Руки легли на поясницу и заскользили вверх по гладкой коже, тугим мышцам. — У тебя потрясающее тело и красивая спина, — хрипло заметил я, прижимаясь губами к лопаткам. Я переместил руки вперед на грудь и, спустившись вниз, приласкал кубики пресса. Расстегнул его джинсы и забрался под резинку трусов. Он был такой горячий и возбужденный! Никита этого хотел и ждал. А я никогда не был так возбужден, когда был снизу с Алексом, и ему требовалось доводить меня до нужного состояния. Поняв, что опять отвлекся, я резко стянул с него джинсы с бельем. Секс был потрясающим! Жаркий, долгий, резкий, а потом мы сидели на полу, на подушках и курили. Я устроил голову на его плече, и Никита поглаживал кончиками пальцев мою руку. — Итак, — Никита выдохнул колечки дыма. — Алекс твой парень? Я замер в его руках. — С чего ты взял? — Вы так смотрели друг на друга! Это сложно не заметить. Так как? Вы встречаетесь? — Что-то типа…, но это временно. Мне скоро возвращаться домой. — Ты не думал перебраться в Москву? — Нет. Дома меня ждет пес и самый любимый в мире человек. — У тебя есть кто-то еще? — удивился Никита.  — Я говорил о дочери. — Дочь? У тебя есть дочь? Может, ты еще и женат? — Нет, и не был. Никита потрепал меня по волосам. — Ты удивительный. И странный, — рассмеялся он. — Да, мне говорили. Мы договорили и еще немного помолчали. — Сереж, слушай, — он замялся. — Ты же понимаешь, что то, что здесь произошло… — Останется между нами. Никит, я прекрасно понимаю, что огласка не нужна никому. — Да, и это тоже. Но еще, это ведь ничего не значит, да? — осторожно спросил Никита. Я рассмеялся. — Никит, это значит просто хороший секс и никаких отношений. Могу предложить только дружбу. — И секс? — Нет, секс вряд ли. Я ведь уезжаю. — Жаль. — Я пожал плечами. — Хотя может ты и прав. Ни к чему это все. Мне пора, — заявил Никита. — Уже двенадцать. А ты идешь? — Нет, хочу еще выпить. Никита снова потрепал мою челку. — Не хочешь поговорить со своим парнем? — Нет. Никита повернул мою голову и мягко поцеловал. — Спасибо, Сереж, было классно. Я погладил его по щеке. — Тебе спасибо. Он поднялся и ушел. Только я собрался последовать за ним, как в чилаут вошел Алекс. Точнее, ворвался. Дернул меня за руку, ставя на ноги, и впечатал в стену. — Что ты… Он заткнул мой рот грубым, жестким поцелуем. Где-то на периферии сознания я чувствовал, как он расстегнул ширинку и стянул с меня джинсы с бельем, натянул презерватив и нанес смазку. И все это он проделал, не прекращая поцелуя. Алекс отстранился и, вцепившись в мое плечо, развернул меня и снова впечатал в стену. — Моя шлюшка любит ходить налево? Трахался? — Да, — просто сознался я. Скрывать это не имело смысла. Алекс стянул с меня штаны с бельем и, сдернув резко вниз, обхватил рукой поперек живота, притягивая к себе, а другой надавил между лопаток, заставляя нагнуться. Я уперся ладонями в стену, чтобы восстановить равновесие. — Алекс, ты что?! Я не… Договорить он мне не дал. Резкий толчок, разрыв и я вцепился зубами в собственную руку, сдерживая вопль боли. Алекс замер. — Су-у-ука, — взвыл я, задыхаясь. — Ах ты ж мудак! О растяжке не слышал?! Алекс навалился на меня, вдавливая в стену, и по-прежнему оставаясь внутри. — Ты же сказал, что трахался с ним, — как-то обижено пробормотал он. — Я был сверху! Я всегда сверху! Понимаешь ты или нет?! — Понимаю, — промурлыкал он. — «Что позволено Юпитеру…» — Слышь, Юпитер, вытаскивай член, — прорычал я, потому что теперь он меня взбесил. Задница саднила в месте разрыва. — Прости-прости, Солнышко, — шептал Алекс, целуя мою шею. — Сейчас я все исправлю. Он обхватил мой член рукой и принялся ласкать, а еще не переставал целовать меня, до тех пор, пока я не расслабился в его руках, а член не стоял как каменный. Алекс медленно двинулся назад, нанес еще смазки и снова вперед с хлюпающим звуком. Затем еще пару раз, пока не заскользил легко. — Вот так лучше, Солнышко, — прошептал Алекс. Первым кончил он, а потом я, откинувшись в его объятия. Потом Алекс дотащил меня до дивана и упал на него, держа меня крепко в своих руках. Подтянул повыше, прямо на себя и принялся целовать, а я отвечал. Мы целовались и целовались. А потом лежали, пытаясь отдышаться. — Итак, Солнышко, расскажи с кем тебе больше нравится. В нем или подо мной? Я зарычал, извернулся и скинул его с дивана. — Пиздуй отсюда! — заорал я. — Вот на хуй каждый раз все портить? — Солнце… — Я тебе не Солнце! Заебало! — Но… — Алекс, проваливай! Он ушел, а я остался лежать на диванчике. С трудом натянул на себя штаны и уткнулся в собственную руку. Дверь снова открылась. Я сегодня популярен. — Привет, — тихо сказал Макс. — Тебя-то мне и не хватало. — Я хотел с тобой поговорить, но, видимо, не время. Я вздохнул. — Принеси мне выпить, — попросил я. — Виски. Хотя нет, лучше водки. Пожалуйста. Макса не было минут десять. А вернулся он с бутылкой, двумя стаканами и какой-то закусью. Мы выпии и закурили. — С тобой все в порядке? — спросил Макс. — А почему должно быть по-другому? — Когда Алекс рвался сюда, он выглядел взбешенным. Вот я и спрашиваю все ли в порядке. — Не важно, — отмахнулся я. Мы снова выпили. — Макс, почему вы расстались? — А? — удивился он. — Ты о чем? — Об Алексе. Он был влюблен в тебя, и вы встречались. Макс откинулся на спинку дивана. — Мы дружили с детства. С первого класса. Он ворвался в нашу жизнь как ураган. Знаешь, близнецы всегда были замкнуты друг на друга. Они словно целый мир и ничего им не нужно. Однако Алекс растормошил их. А я… я был замкнутым и необщительным. Меня не интересовало ничего, кроме моего компьютера. А Алекс снова и снова вытаскивал меня из раковины. И он был первым в кого я влюбился. И первым с кем я целовался. И первым с кем переспал. И первый с кем встречался. И первый, кто разбил мне сердце. — Как? — поинтересовался я. — Мы переспали, как друзья, и я испугался показать ему свои чувства. Боялся навязываться. Тогда Алекс переключился на других. — Но… вы встречались? — Позже, — усмехнулся Макс. — И если это можно так назвать. Он предложил мне встречаться. Вот просто так. И я, как последний влюбленный идиот, согласился. Мы занимались сексом непрерывно. Два дня подряд. Когда захочет, он умеет быть нежным и любящим. — Это да, — кивнул я. — А потом? — А потом он просто сбежал. И не появлялся неделю. Я… выгнал его после того, как он проигнорировал мой день рождения. А потом… я познакомился с Сеней и Артемом. — Ты еще любишь Алекса? Макс снова закурил и долго молчал. — Как бы правильно объяснить… я люблю Сеню и люблю Артема. Они все для меня, но Алекс… если я скажу, что он мой друг, то совру. Он много большее. Он важная часть моей жизни и я люблю его. В какой-то мере. И все же… это не та любовь. — А… Алекс пытался тебя вернуть? — Он оставил выбор за мной, и я решил, что себя люблю больше, чем его. Я горько усмехнулся и снова разлил водку по рюмкам. — Вот за это и выпьем, за любовь к себе. Мы еще покурили. — Сереж, твоя очередь, — заявил Макс. — Ты его любишь? — Да, — я горько усмехнулся. — Я впервые в жизни влюбился. Как и ты, выбрал самого неудачного парня. Видимо, себя я не очень люблю. Я жду. Я надеюсь, но каждый раз понимаю, что это глупо. Потому что он меня не любит. И вряд ли кого-то полюбит. Я бы решил, что он вообще не умеет любить, если бы он сам не признался, что однажды был влюблен. — Да? — удивился Макс. — Сам? — Да, он в тебя влюблен. — Он так сказал? — Алекс не называл твоего имени, но… это и так ясно. — И что ты собираешься делать? — спросил Макс. — Понятия не имею. Может, тоже завести себе гарем из двух красавчиков? — усмехнулся я. Макс рассмеялся. Водку мы допили. Он провел рукой по моему затылку. — Тебе идет новая стрижка. — Спасибо. Жаль Алекс любит длинные волосы, — я намотал на палец гладкую, черную прядь из его хвоста. Вздохнул и поднялся. — Знаешь, когда я вернусь домой, и ты вернешься, возможно, мы сможем подружиться. — Хотелось бы, — кивнул Макс. — Но если ты вернешься, то… как вы с Алексом… — А ты считаешь, что отношения с Алексом могут продлиться долго? Я направился к двери, чуть шаркая ногами, но было еще кое-что, что я хотел знать. — Макс, ты же универсал? — Ну да, — спокойно кивнул он. Вот кого совсем не парила его роль в постели. — Скажи, а с Алексом… ты был сверху? Макс усмехнулся. — Сереж, Алекс всегда сверху. Всегда. Я кивнул и покинул клуб. Почему-то важно было знать, что с Максом не было чего-то больше, чем у нас. Дома я налил себе выпить и устроился на подоконнике. Мне было о чем подумать. И главное, что засело в моем мозгу за вечер, это вопрос Алекса: «С кем тебе больше нравится. В нем или подо мной?» С Никитой было классно. Секс был потрясающим и мне нравится быть сверху. Точнее, я только так считаю… правильным. Всегда считал. Но Алекс… с ним было классно и потрясающе даже несмотря на позицию. К сожалению, дело было не только в физиологии. Дело было в моих чувствах! В объятиях любимого человека было не просто потрясающе. Это было… сказочно. Рай и ад. Мои чувства возносили меня в рай, а потом, отсутствие чувств у Алекса скидывало в глубины ада. Я ненавидел себя, потому что ломался! После встречи с Алексом я ломал себя и менялся. Слишком сильно менялся. Ради него. Моя любовь меня измотала. Я от нее просто устал. А еще понял, что Алекс никогда не изменится. Он не полюбит меня и не станет меняться для меня. Макс и Алекс снова вернулись за полночь и снова, едва держась на ногах. И они направились в нашу спальню! — Э, нет, — возмутился я. — Макс, сегодня ты спишь в гостевой. Я отлепил от него Алекса и задал парню ускорение в нужную сторону. — Солнце мое, — пьяно улыбнулся он. Я уложил Алекса на кровать и стянул с него одежду. — У тебя далеко идущие планы? Я поднял голову и поймал его взгляд. Внимательный и изучающий. Он был достаточно пьян, чтобы плохо стоять на ногах, но недостаточно, чтобы перестать соображать. — О да, милый! — мурлыкнул я. — У меня на тебя большие планы. — Знаешь, Солнышко, давно хочу тебя в позе наездника, — заявило это пьяное чудовище. Вместо ответа я стянул с него всю одежду, а затем разделся сам. Я наклонился и поцеловал его губы с чувственным изгибом. А затем покрывал легкими поцелуями его крепкую шею и грудь. Выводил влажные узоры на горячей коже, бронзового цвета. Я целовал внутреннюю сторону мускулистых бедер, а потом делал минет. Никогда не был любителем делать минет, хотя, как говорили бывшие, делал его неплохо. Это же подтверждал прочный стояк Алекса. Я поднялся выше и погрыз мочку. — Алекс, давай поменяемся. Я хочу быть в активе. — Нет, — отрезал он. — Я не меняюсь. Никогда. И не ложусь ни под кого. — Как и я. — Нет, Солнце. Ты счел для себя возможным пойти в пассив. — Под тебя Алекс. Только под тебя. И сейчас я прошу сделать это ради меня. — Нет, Солнце, никогда. И не под кого. Я усмехнулся, поднимаясь с кровати. — Что ж, очень жаль. Я надеялся, все будет проще. Пара резких движений, полупьяный я, против пьяного Алекса. И вот руки его привязаны к изголовью. — Солнышко, развяжи меня! — заорал он, дергая руками и лишь сильнее затягивая узлы. — Я убью тебя, если ты только попробуешь! — Милый, если ты не заткнешься, я заткну тебе рот кляпом и свяжу ноги. Выебу в позе морской звезды. — Рыжик, Солнце мое, — тихо заговорил Алекс. — Успокойся. Это не лучшая идея, поверь. Ты очень пожалеешь, если сделаешь это. — Милый, заткнись, — повторил я, доставая смазку. — Солнце, не надо, — в его голосе послышалась паника. — Я нежно и осторожно, девственник ты мой ненаглядный. Согрел смазку и нанес между ягодиц. Мой палец кружил вокруг сжатой дырочки, осторожно массируя. Алекс напряженно следил за мной. — Милый, расслабься, я не хочу причинить тебе боль. Я надавил пальцем, пытаясь проникнуть внутрь. Не получилось. Что ж, у меня и раньше были пугливые девственники. Наклонившись, я обвел языком влажную головку и втянул член в рот. Лаская его, я продолжал поглаживать промежность и, едва он расслабился, протиснул палец внутрь. Алекс тут же сжался, но было поздно. Никогда у меня не было такой долгой и трудной растяжки. И все же, благодаря минету, Алекс стал расслабляться. А уж когда я нащупал простату, его выгнуло от удовольствия. Посчитав, что сделал достаточно, я раскатал резинку по члену и нанес побольше смазки. Едва я приставил головку к входу, он снова зажался. Меня это не смутило. Я просто поцеловал его долго и нежно. И едва он отвлекся, вошел одним плавным движением. — Су-у-ука! — взвыл Алекс, выгибаясь и дергаясь назад, пытаясь избежать проникновения. Он сжимался, пытаясь вытолкнуть меня. — Тише, милый, я внутри. Ты теперь не девственник. Расслабься и получай удовольствие. — Ты за это ответишь! — Всенепременно! Я снова потянулся к его губам и едва успел отстраниться, когда он попытался меня укусить. Что ж, не судьба. Я сел на колени, устроив его бедра поверх своих и, обхватив его член, принялся дрочить. Головка покраснела и истекала смазкой. Алекс выругался и прогнулся в спине. — Давай уже, Солнце. Не тяни. Я покрепче ухватил его бедра и задвигался. Медленно, осторожно, находя нужный угол. — Солнце, я не фарфоровая кукла, — проворчал Алекс. — Я не рассыплюсь. Сильнее! И чуть левее. Я только вздохнул. Вот как Алекс, будучи снизу, умудряется оставаться активом? И раздавать указания? Что ж, Алекс есть Алекс. Я поменял угол и задел простату. Его стон и изогнутое тело были лучшей наградой. Он обхватил меня ногами покрепче и я, совершенно потеряв голову, сорвался на быстрый темп. Ощущения были улетные. Внутри было горячо и узко, а благодаря смазке, двигаться было так легко. И Алекс, подо мной был Алекс, такой живой, тяжело дышащий, остро реагирующий на каждый толчок. Он кусал свои губы, сдерживая стоны, и мне хотелось самому вцепиться в них зубами. — Блядь, Солнце, развяжи мне руки, — простонал Алекс. — Ну уж нет. Я крепче ухватил его за бедра и задвигался еще резче. Он снова вцепился зубами в свою губу и дернул руками. А до меня, наконец, дошло чего ему не хватает. Я обхватил его член и задвигал рукой. Алекс выгнулся и, не сдержав стона, излился. Его мышцы так восхитительно меня сжали. Я кончил и, поддавшись вперед, смог коснуться его губ, приласкал их языком и навязал поцелуй. Поднявшись, я прошел в ванную и быстро ополоснулся. Затем намочил полотенце и обтер Алекса. Оделся. — А сейчас, Солнце, немедленно развяжи меня! И имей в виду, ты мне за это ответишь! И больше такого не повторится. Я сидел рядом с ним, разглядывая любимое лицо. Правильные, немного жесткие черты лица. Я провел кончиками пальцев по скуле вниз к подбородку, погладил его губы, чувственные, сводящие меня с ума губы. На душе было муторно. — Люблю тебя. Я тебя люблю. И ты прав, этого больше никогда не повторится. Просто мне безумно захотелось стать для тебя кем-то особенным. Хотя я не имел права этого делать. Прости, мне очень жаль, что так ничего и не вышло, — я накрыл его простынею и направился к двери. — Стой, что это значит?! — возмутился Алекс. — Все кончено. Я возвращаюсь домой. Не беспокойся, Макс тебя развяжет. Я не стал дожидаться его ответа, плотно закрыл за собой дверь. Я вошел в спальню Макса. Парень спал в одних боксерах. Я вздохнул. Он был действительно красив и изящен. У меня никогда по-настоящему не было ни шанса в сердце Алекса против Макса. Я коснулся его плеча, будя парня. — Что случилось? — хрипло спросил он. У меня забилось сердце быстрее. Разгоряченный, сонный и до умопомрачения сексуальный. — У меня к тебе просьба. Макс, сходи к Алексу, помоги ему. — Что с ним? — Ничего, просто зайди к нему. Сейчас. — А ты? — нахмурился он. — Зайди. Я покинул комнату, квартиру, дом, город. Я покинул Алекса. А дома меня ждали родители, дочь и моя собака. И несмотря на разбитое сердце, я почувствовал настоящую радость, когда моя девочка оплела шею своими тонкими ручками.