Шлак

      Уже через полчаса после того, как Ипсилона увел Ультра Магнус, Рэтчет узнал об этом, и такой ход событий его совсем не устраивал: он не видел в этом трансформере никакой опасности, привязавшись к несчастному меху и узнав правду, он решил помочь. Вечером следующего дня медик обивал порог кабинета Магнуса.       - Ультра Магнус, это же очевидно, что он не преступник. Неизвестно, как поступили бы мы в такой ситуации.       - Не лукавь, ты прекрасно знаешь, как бы поступил, Рэтчет. Такой самоотверженностью, как у тебя, немногие могут похвастаться, - Магнус продолжал смотреть то на бота, то в инфорамку, от чтения которой его и оторвал доктор. Однако медбот стоял на своем и отступать не собирался.        - Магнус! Он ещё юнлинг, я проверял его возраст - от активации прошло всего пара тысяч ворн. Он только начал свой путь, а ты хочешь загубить в нем остатки веры в будущее. Нахождение в тюрьме даст лишь отрицательный результат, и вот тогда он как раз и может стать преступником. Потому что ничего хорошего с ним пока не происходило, - обычно спокойный мех сегодня явно был возбужден и обеспокоен судьбой спасенного им трансформера.        - Я консультировался с Рангом, он тоже считает, что тюрьма - худшее решение. Не губи юнлингу жизнь. Я возьму его под свою ответственность. Научу тому, что у него будет получаться. Он еще не потерян для общества, не стоит ставить на нем крест. Жертва именно он. Жертва обстоятельств.        Магнус терпеливо выслушал медика, после чего тяжело провентилировал системы.        - Хорошо Рэтчет. Но только потому что я доверяю тебе. Дело Ипсилона я закрою лишь тогда, когда смогу убедиться сам в его положительных результатах. Желаю тебе удачи и надеюсь, твой труд будет не напрасным.        - По-другому и быть не может, - твердо сказал Рэтчет и, пожав Магнусу манипулятор, заполнил все документы на ответственность, после чего Магнус сделал звонок охраннику тюремных камер, предупреждая, что медбот заберет Ипсилона.       Через пару часов, уладив все дела, медик стоял в камере осужденного. Зеленый мех встал напротив и смотрел в пол, не веря своим аудио.       - Я взял на себя ответственность за твое поведение. Будешь помогать мне, я тебя обучу всему. Медика из тебя не выйдет, но посмотрим, что можно сделать. Сразу предупреждаю, ты должен меня слушаться беспрекословно, иначе Ультра Магнус вновь запрет тебя и уже на большой срок. Легко не будет, но ты сможешь взаимодействовать с экипажем, получишь профессию. - Медик мягко коснулся плечевого сегмента меха напротив, что был немного выше его самого, отчего последний немного дернулся и перевел взгляд на красный манипулятор.       - Я договорюсь со Скидсом, он даст тебе боевые навыки, мне он в просьбе не откажет.        Ипсилон тихонько стоял, внимательно слушая все, что говорит ему Рэтчет. Покусывая нижнюю губу, он еле-еле сдерживался, чтобы не кинуться в объятья медика и не начать его благодарить, но боялся близкого контакта: страхи прошлого все еще накрепко его держали поодаль от всех.       - Спасибо Рэтчет...спасибо тебе за все.., - голос дрожал, казалось, мех вот-вот пустит омыватель, но сдержался.        Наконец, заключенного вывели из камеры. По дороге медбот предупредил его, что жить тот теперь будет вынужден с ним. Что его платформу уже перенесли в отсек вместе с небольшими пожитками в виде бутылки заряженного энергона, что ему зачем-то принес Сверв, и пары безделушек, подаренных Тейлгейтом.        Обустраивать Ипсилону было нечего. Рэтчет жил в строгой обстановке, поэтому в их отсеке стояло лишь две платформы и компьютер, видимо, для экстренных вызовов медика. Правда, он попросил приставить к платформе ещё и тумбу, если она мало ли понадобится его новому соседу, хотя как раз ему это было совсем не нужно, он по прежнему продолжал спать на полу. Медика это не напрягало. Попервости он просил Ипсилона лечь на платформу, тот, чтобы не огорчать своего спасителя, ложился на неё, но как только медбот уходил оффлайн, вновь ложился на пол и только после этого мог отдохнуть. Ипсилон мог часами наблюдать за тем, как Рэтчет перезаряжается. Особенно, если тот поворачивался лицевой. Это успокаивало и как-то странно грело искру.       Медик в свою очередь вплотную принялся за обучение своего нового ученика. Руки Ипсилона были совсем не предназначены для медицинских работ, но старого меха это не останавливало, и он нашел ему прекрасное занятие, которое у бота получалось хорошо и к тому же соответствовало рекомендациям Ранга. У Ипсилона прекрасно получалось делать новые детали. Но ведь для того, чтобы сделать новую, необходимо было изучить старую, а это несомненно физический контакт с нуждающимся в замене. На корабле все было мирно и тихо, поэтому медик просто приглашал разных мехов к себе, чтобы они дали новому помощнику изучить некоторые детали и сделать идентичные. Ранг считал, что Ипсилону нужно как можно больше физического контакта, чтобы нормально себя чувствовать в местах большого скопления трансформеров и, наконец, иметь смелость выходить из отсека. Сначала получалось плохо, но юнлинг был крайне усидчив и мог корпеть над одной деталью несколько суток, пока она не выходила такой, как было нужно. Рэтчет был очень доволен. Суровый взгляд все чаще и чаще сменялся мягкой улыбкой и тактильным поощрением. Прихлопывание по спине, крепкое объятье за плечи. Ипсилон менялся на глазах. Он уже не вздрагивал, когда медик касался его, и принимал такую благодарность лучше любой другой, которую ему могли бы дать.        Вскоре у юнлинга выдалась возможность проявить себя. То самое, всем известное нападение искроеда дало много работы, с которой он отлично справился под пристальным наблюдением медика. Но было и ещё кое-что - внезапно он понял, что слаб и совсем не может постоять за себя. А ведь, как подметил Рэтчет, конструкция у него вполне боеспособная. И хотя Ипсилону нравилось его новое занятие, которое было по душе из-за монотонности, в один из вечеров он сообщил Рэтчету, что готов познать боевое искусство.       Скидс с радостью согласился. Кстати говоря, конструкции их корпусов были приблизительно похожи, юнлинг разве что был немного тоньше, но в этом были и плюсы - маневренность. Почему медик выбрал именно Скидса? Скорее всего потому, что тот относился ко всему нейтрально. Не завалит Ипсилона вопросами и не будет слишком суров и нагружать несчастный процессор терабайтами ненужной информации.        Боту нравилось. Медик вмонтировал ему в правый манипулятор трансформирующуюся пушку. Как он пояснил, у Ипсилона раньше она была и на втором манипуляторе тоже. Но когда тот попал в плен, их естественно удалили. Хотя отчего-то мех не помнил этого момента.        Рекомендации Ранга тоже дали свои плоды. Ипсилон стал более общительным. Конечно, он побаивался до сих пор таких мехов как Ультра Магнус, Вирль, отчего-то сторонился Родимуса, хотя тот был крайне приветлив, наверное, его статус сильно смущал бота.        Рэтчет же стал для него отдушиной. Единственным мехом, которому он позволял прикасаться к себе. Что, в общем-то, тот и делал все чаще и нежнее. Стоит ли говорить, что совместное проживание и работа поселили в искре медика сильную привязанность. Но порой казалось, что это даже больше...       Как-то в очередную подзарядку Ипсилон вновь боролся со своим страхом, пытаясь отключится на платформе. Медбот наблюдал за этим несколько часов, пока тот вновь не слез на пол.       - Тебе все ещё тяжело? - Юнлинг замер, широко раскрыв оптику и чувствуя себя виноватым.       - Прости, я не даю выйти тебе оффлайн? Слишком много шоркаюсь.., - виновато произнес зеленый бот и потупил взгляд.       - Все в порядке. Может, ляжешь со мной? Так тебе будет спокойней? - Ипсилон был повернут к Рэтчету спиной, поэтому тот вряд ли видел его мерцающую от смущения оптику.       - Иди ко мне. Если что-то случится, я смогу защитить тебя, - минут пять Ипсилон не шевелился, и Рэтчет уже было решил, что тот просто проигнорировал предложение, но он неожиданно поднялся, подошел и лег рядом, стараясь не касаться врача корпусом.       - Эй, все хорошо, я буду рядом. - Медбот обнял манипулятором зауженный корпус и прижал его к себе. Он думал, что мех как обычно начнет дрожать, но в этот раз этого не произошло. Он сам прижался ближе и соприкоснуться практически всей поверхностью корпуса с корпусом своего учителя.       - Отключай оптику и отдыхай. У нас завтра много дел, - почти шепотом произнес красно-белый бот, а сам не мог оторвать взгляда от лицевой напротив. Она была полностью расслаблена, никакой тревоги, совсем не походило на то, что он видел в первый раз. После взгляд остановился на губах меха. Заметив это, Ипсилон поджал нижнюю, сам не сводя оптики с медбота. На мгновение оба перестали вентилировать, замирая и слушая тишину. Рэтчет аккуратно провел пальцами по металлической щеке, чуть приблизился, так что они были в паре сантиметров друг от друга. Но в этот момент вентиляция Ипсилона сбилась, рот приоткрылся, он заметно нервничал, и медик отступил.       - Прости.       - Нет... я хочу, - неожиданно признался юнлинг и ещё раз поджал губы. Медбот чуть приподнялся на локте и оказался прямо напротив лицевой своего ученика. Он аккуратно обнял его и осторожно еле коснулся его губ своими. Отстранился, взглянул на Ипсилона, оптика у того была отключена, и тогда он поцеловал его ещё, но на этот раз вложив всю свою любовь к нему. Да, это была именно любовь. Бот неумело ответил на поцелуй, тяжело вентилируя, и, черными тонкими фалангами сжимая плечевой сегмент Рэтчета, тихо издал приятные звуки. Углублять поцелуй медик не стал, боясь испугать Ипсилона, тот и так позволил ему слишком много. Он лишь погладил еще немного его по шлему. Юнлгинг прижался сильнее, чтобы чувствовать лучше единственную искру, которой он доверял. После этого он быстро ушел в оффлайн, чувствуя себя в безопасности и действительно нужным.        Сегодня был особенный день. День, когда он впервые за долгое время почувствовал себя настоящим.