Дикий

Предсказуемо, в эту ночь они так и не уснули. Ложиться смысла уже не было, потому что ситуация, в которой они оба оказались, требовала срочных и решительных действий. Абсолютно выжатый Тони с горем пополам собрал для Локи кое-какие вещи на первое время, сгрузил чемоданы в самую быструю из своих машин, и теперь дожидался в гараже, опершись о капот. Этот вид транспорта был выбран по одной причине – не привлекать лишнего внимания. Джарвис к этому времени уже завершил «создание» нового человека по имени Эйден Митчелл, открыл на его имя небольшой сберегательный счёт в одном из провинциальных коммерческих банков и арендовал квартиру в каком-то захолустном городке в двухстах милях от Нью-Йорка. Туда-то им и предстояло выдвигаться в срочнейшем порядке, потому что предчувствие у Тони было нехорошее, а своей интуиции он привык доверять. Они с Локи в какой-то миг совсем потеряли чувство времени и реальности, и если бы Джарвис бесцеремонно не вмешался в их слишком тесное общение, грозившее уже перейти в шуточную потасовку за право на роль альфа-самца, то случилось бы нечто непоправимое. Но об этом Тони узнал уже после, когда они отъехали на добрых шестьдесят миль от дома. Сейчас же Старк, нервно отстучав пальцами какой-то навязчивый мотивчик, начал не на шутку сердиться, меряя шагами лабораторию, которая традиционно по совместительству была гаражом. - Джарвис, где там эта дылда бродит? Дворецкий ответить ему не успел, потому что за него ответил сам Локи. - Тут я. Не мельтеши, - Локи выглядел уставшим не меньше самого Тони. Процесс превращения, бессонная ночь, заклинания и несколько часов непрерывных и до крайности эмоциональных физических упражнений давали о себе знать. У Локи под глазами залегли глубокие тени, и он зевал каждые две минуты, заражая сонливостью Старка. - Что ты там делал, мать твою? – шикнул Тони, садясь за руль. Он широко зевнул, вторя Локи, и рассердился еще больше. Ему ведь предстояло рулить несколько часов, а в глаза будто песка насыпали. – Загружай свою королевскую задницу в машину, и поехали. - Нужно было убрать магический след. Если сюда заявится Тор, он наверняка придёт не один. А уж те, с кем он придёт, магию за версту учуют, - Локи уселся на пассажирское сидение позади Тони, расправляя лёгкие светлые брюки, и устало выдохнул. Штанины ему были коротки, как и рукава тонкого свитера. Ночью не было никакой возможности купить новую одежду Локи по росту, так что пришлось довольствоваться подстреленным, но, как он отметил, довольно приятным к телу шмотьём Тони. - Ты издеваешься, что ли? - не понял Старк телодвижений Локи. – Вперёд садись. - Я буду спать, - отрезал тот и тут же улёгся на спину, кое-как поджав длинные ноги на узком сиденье. - Я сказал – вперёд, - с нескрываемой угрозой прошипел Тони, выруливая из гаражного лифта на проезжую часть. – Если ты будешь сейчас там дрыхнуть, то мы до пункта назначения не доедем. Моя крошка окончит свой недолгий жизненный путь в кювете или подпирая какой-нибудь столб, а я – с переломанными рёбрами и разбитым носом. - О боги, Старк! - поморщился Локи, поднимаясь и неуклюже перебираясь на переднее сиденье. Всё же в теле ягуара он был значительно более гибким, да и ростом явно пониже. Прежде подобный манёвр занял бы у него намного меньше времени, Локи не ударился бы головой о потолок и уж точно не пихнул бы своим задом Тони в плечо. – Зачем так много слов? Так бы и сказал, что тоже спать хочешь. - Я думаю, об этом было не трудно догадаться, тем более тебе, - сказал Тони. Раздражение понемногу отступало, и он включил музыку. - Ты так громко нервничаешь, что все остальные твои чувства просто не слышны. А теперь мне не слышно вообще ничего! – последние слова Локи проорал сквозь громогласный стук барабанов. – Если ты сейчас же не выключишь эти вопли, я буду убивать! И начну с ближнего своего! Тони окончательно повеселел, глядя на разъярённого Локи. Он был сейчас совсем как прежний – рычал, будто дикий кот, и в попытке выключить магнитолу царапал сенсорную панель к счастью уже аккуратно подстриженными ногтями. Старк приказал Джарвису сбавить звук почти до минимума и улыбнулся. - Зато теперь и ты тоже спать не будешь, - воодушевлённо сказал он. - Садист, - буркнул Локи себе под нос и уставился в окно. – Воздуха впусти. Тони опустил стекло со стороны Локи и прибавил газу, выезжая на широкое шоссе. Дальше дорога предстояла почти без поворотов. Возможно, им удастся добраться до места быстрее, чем он думал. - Посмотри на ручку двери, - сказал Тони. – Видишь две стрелки? Одна поднимет стекло, другая опускает. Какая именно что делает, думаю, сам разберешься, - Тони говорил спокойно и размеренно, но веселье внутри него немного оттеснило сон. Локи молча повернул голову и уставился на Старка, как на идиота. Ему захотелось немедленно съездить гению по уху, просто потому, что Тони позволяет себе, как с идиотом, обращаться с ним самим. - Тони, не испытывай моё терпение, - саркастично улыбнулся Локи. – Это чревато. - Чем? Опять нагадишь под сиденьем? – резонно предположил Тони. - Не думай, что я не могу, - заражаясь весельем Старка, пригрозил Локи. – Давай просто не будем доводить до таких крайних мер. - Договорились, - энергично кивнул Тони и протянул Локи ладонь для закрепления шуточной сделки. – А теперь спой мне. - Я скорее вырву себе глотку, - Локи пожал руку и, улыбаясь, отвернулся. Ночь была ясной. На горизонте уже забрезжил рассвет, но тёмное небо всё еще сверкало россыпями звёзд. Локи давно стал смотреть на них, как на родные. Он, ледяной великан, выросший в Асгарде, которого не ждали ни в одном из двух миров, ни в одном из всех миров, смотрел на эти совершенно чужие звёзды, как на самые родные. Совсем недавно в нём укоренилось чувство, что родина – это там, где дом. Наверное, если бы он не понял этого, то никогда не смог бы вернуться. Ему было тяжело покидать башню, но Локи даже не почувствовал, когда они выехали за пределы острова. Его дом был рядом с Тони. Теперь он понимал это всем своим существом. Его мысли прервал голос механического дворецкого. - Мистер Старк, в башне гости. - Локи вздрогнул. - Люди? – спросил Тони. - Нет, сэр. - Джарвис, разберись без меня. Если Тор спросит, скажи, что он был прав, поэтому я решил выпустить кота на свободу, - Тони перевёл взгляд на Локи и подмигнул. Встретив уверенный взгляд, Локи немного расслабился. - Да, мистер Старк. Приятной дороги. - Долго мне придётся прятаться? – спустя несколько минут молчания спросил Локи, глядя в открытое окно. - Я не знаю, - честно ответил Тони. Он и правда не знал. Сейчас он был уверен лишь в одном: сколько бы ни продолжались поиски беглого преступника, Тони будет прятать его до конца. Пусть хоть годами землю роют, но Локи они не получат, и Тони об этом позаботится. Теперь уж он точно никому своего не отдаст. – Я буду прилетать так часто, как смогу, - заметив сжатые в тонкую линию губы на серьёзном лице, поспешил добавить Старк. – Я бы хотел прилетать каждый день, но ты же понимаешь... Это вызвало бы ненужные подозрения. - Я понимаю, - ровно сказал Локи. - Чёрт, я бы и вовсе тебя никуда не увозил, - с досадой выпалил Тони, - Я же только что... - Всё нормально, Тони. Я всё понимаю. - Прости, - сдавленно сказал Старк. - За что ты извиняешься? – удивился Локи. - Я мог бы придумать что-нибудь получше. Сейчас я чувствую себя каким-то умственно отсталым, потому что в голове нет ни одной внятной идеи. Только эта. Тони почувствовал странную тупую боль, презрение к себе, ненависть к тем, кто мешает ему делать то, чего хочет не знавший отказа король Манхэттена. А хотел Тони только одного – Локи. Он хотел его каждую секунду с тех пор, как позволил этому чувству поселиться в сердце, захватить мысли и каждую клеточку тела. Даже сейчас, сонный, уставший, он с трудом удерживал себя от прикосновений. Тони помнил, что Локи знает все его эмоции, но почему-то именно с ним хотелось обращаться как-то по-особенному, уважать его. Пусть Локи сам скажет, чего он хочет, пуcть попросит, и тогда Тони сделает всё, что угодно. Старк никогда прежде после секса со случайными дамочками не становился таким заботливым. Впрочем, Локи и не был дамочкой, да и случайным его тоже не назовёшь. Тони ждал его. Он видел его в своих снах слишком часто, чтобы просто забыть о нём, как об отголоске воспоминаний. С первого дня знакомства Старк не забывал о Локи. Сейчас он был совсем другим, и в то же время таким же, как раньше, - язвительным, самовлюблённым, сумасшедшим богом. Пропала лишь ненависть, которую Тони увидел во взгляде неземных глаз тогда, когда ещё, как врагу, пытался что-то объяснить Локи – о мире, о власти и мщении. А еще пропала боль. Тогда Старк заметил ее сразу – в безумной улыбке, в яростном свете из-под ресниц. Теперь в них осталась лишь какая-то горькая тоска. - Тони, я благодарен тебе за помощь, - сказал Локи, с улыбкой посмотрев на Старка. – Ты сделал намного больше, чем должен был. Я ведь всё еще осуждённый преступник, сбежавший из-под стражи, а ты всё еще мой враг, который должен при первой возможности упрятать меня в клетку. - Что должно произойти, чтобы тебя перестали искать? – вдруг спросил Тони. – Это твоё наказание, в чём оно заключается? От Тора я так и не добился внятного рассказа. Локи вдруг сжался и отвернулся. Он давно не вспоминал свой приговор, от которого бежал, готовый на что угодно, только не на то, к чему его приговорил Один. - Вряд ли ты поймёшь, Тони. Это... наказание было создано специально для меня. Всеотец знает меня слишком хорошо, чтобы позволить отделаться малым испугом, - саркастично усмехнулся Локи. - Ты можешь попытать удачу. Я ведь не самый глупый человек на Земле. - Меня приговорили к смирению, - после секундного колебания с трудом выдавил Локи. - И? – Тони, моргнув, уставился на него, действительно не понимая. - Что «и»? - И что это значит? - Локи, сын Лафея, я приговариваю тебя к вечным мукам в корнях Иггдрасиля! В бесконечном мраке твоё тело будут терзать когти и ядовитые зубы дракона Нидхёгга, но его зловонное дыхание не даст тебе умереть. Свобода вернётся к тебе, лишь когда смирение и покаяние исполнят твоё сердце. Тогда всемирное древо отпустит твоё тело, и ты вернёшься в мир света, - дословно процитировал свой приговор Локи и уставился в одну точку. В этом заключались проклятие и дар всех богов – всегда помнить каждую секунду своей вечной жизни. Он будто снова сидел, скованный, в золотой клетке посреди толпы, понимая, что никогда не сможет смириться. Смирение для Локи означало только одно – конец. Тони, не понимая и половины из сказанного, всё же уловил основную суть, и холодный пот покрыл его тело. Он догадался, что Локи с отсутствующим взглядом сейчас повторил слово в слово то, что однажды сказали ему на суде. Старк старался не представлять, как это всё могло выглядеть, но всегда активное воображение моментально нарисовало жуткие картины. Тони замутило. Привычное красноречие внезапно отказало, и он не смог выдавить ни слова, а только сидел с приоткрытым ртом и смотрел на дорогу. - Лучше бы он убил меня, - будто в трансе сказал Локи. От этих слов Тони вышел из оцепенения и бросил на него возмущенный взгляд. - Что ты несёшь вообще? По крайней мере, тебе дали шанс. Весьма сомнительный, но всё же. Ты сможешь вернуться. - Я никогда не смогу вернуться, - тем же тоном произнёс Локи. – Никогда. Теперь уже точно. Если они всё-таки найдут меня, то я навечно останусь там – в этом аду. И это к лучшему. - Почему?! – недоумевал Старк. – У тебя есть выбор. Сколько должно пройти времени, чтобы ты признал свои ошибки? - Дело не в моих ошибках, Тони. Дело в том, что когда я смирюсь со своей судьбой... - Локи еще никогда никому не говорил об этом. Ни одна живая душа во всех мирах не знала его тайны, его проклятия, которое вновь настигало, когда он уже наивно решил, что всё это было страшным сном. – Моё смирение – это первый шаг к Рагнарёку. После этого уже не будет пути назад. И выбора тоже не будет. Тони, Рагнарёк – это конец света. Старк отдалённо отметил, что его руки дрожат, поэтому, съехав с дороги, он остановился – от греха подальше. Рациональный ум сейчас подсказывал, что всё это – какой-то пафосный бред безумца, но Локи говорил серьёзно, со страхом, граничащим с полным отречением. И Тони понял, что не всё в этом мире дано лишь для его, Энтони Старка, удовольствия, не всему суждено быть понятым его гениальным мозгом, не всё подчиняется законам гравитации, которые каким-то уникальным образом совершенно по-особенному действовали в окружении Тони. - О чём, блядь, ты говоришь, Локи?! Я не понимаю! - Я тебя предупреждал, - усмехнулся Локи. - Объясни мне, каким, к чёрту, местом ты имеешь отношение к концу света? Куда ты еще успел влезть за свою жизнь? - Тони, я живу слишком долго. И лет мне намного больше, чем ты думаешь. На самом деле я очень стар. По меркам бессмертных богов я, конечно, еще юнец неоперившийся, но людей закаляют не годы, а опыт, полученный в битвах. Моя битва – бесконечная. Пока я живу, я буду бороться и идти против судьбы, - Локи в глухой обреченности говорил сейчас всё то, что уже много веков терзало его душу, выплёскивал боль, которая, кажется, уже намертво вросла в тело. Совсем недавно он думал, что боли больше нет, но вот она - снова вернулась, погружая разум в беспросветное отчаяние. Даже если Тони не поймёт, Локи всё равно расскажет, для себя в первую очередь. Это было слишком страшно, чтобы доверить кому-то, и это было слишком больно держать столько лет внутри, под семью замками. – Я только лишь хотел выбирать. В своей жизни я не часто получал такую возможность. Я просто хотел быть свободным, но когда три женщины-Норны предрекли мою судьбу, я словно умер. Снова. Знаешь, тот ваш друг, которого я убил, Фил Коулсон, перед смертью он сказал мне то, что я, в общем-то, всегда и сам понимал, но отказывался принять, признать. Я сдался в душе. Я не понимаю, как можно жить, неся в себе подобное проклятие. Кто вообще в состоянии выдержать такую ношу? А я вот почему-то всё еще хожу и дышу, и сердце моё всё еще бьется – ценой всех сердец во всех мирах. Всё, что я делал, было лишь попыткой убежать – не от богов, нет. Я хотел спасти Асгард, но всё равно, несмотря на все мои усилия, я с каждым шагом всё ближе подходил к тому дню, когда мне придётся стать причиной его погибели. Я как белка в колесе. И я очень устал. Локи хотел бы разрыдаться, но слёз не было, только тугой ком в горле мешал дышать. Он потёр руками лицо и стал смотреть на медленно восходящий диск солнца. Тони отказывался понимать. Для него это всё было слишком. Слишком сказочно, слишком драматично, слишком страшно. Он не верил в судьбу. Так же, как он не верил в Бога и в прочую метафизическую чушь. Он доверял лишь своему разуму и чувствам. Это всё, что у него было. Тони мог выбирать. Он ясно понимал, что при определённых условиях мог бы стать худшим из людей. Он мог бы уже давно быть съеденным червями или распылённым на атомы. Но вот он здесь, и маленький кружочек света в его груди, как ничто другое, доказывал, что судьбы нет. А есть только жизнь и беспочвенные человеческие страхи. И выбрать можно всегда, даже когда кажется, что выбора уже нет. - Локи, всё, что ты говоришь, это... Я опять с трудом понимаю. Ты хочешь сказать, что какие-то три неведомых бабищи предсказали тебе конец света, который ты сам и устроишь? Прости, но по-моему, ты воспринял всё слишком близко к сердцу. С какого перепугу ты вдруг решил, что обязательно должен это делать? - Сказанное жрицей судьбы не подлежит сомнению, - грустно усмехнувшись, сказал Локи. - Они знают всё – что было, что есть и что будет. Знаешь, нас, богов, принято считать бессмертными, но даже нас можно убить. Тогда мы полностью перерождаемся, но судьба – это навечно. От нее не спрятаться даже в смерти. Раньше мне нечего было терять – у меня не было дома, друзей, семьи. Всё это у меня отняли. Но даже тогда я боялся. А теперь... теперь вот ты. Я не понимаю, как устроена судьба, и какого хрена она послала мне тебя. Зачем вообще? Чтобы я окончательно сошел с ума от боли? Что ж, это весьма изощренно. Я не знаю, когда успел насовершать таких непростительных грехов, которыми заслужил всё это. Тони вдруг понял, что Локи только что практически признался ему в любви. Но его скорбный вид, отчаяние, звучавшее в каждом слове, оттесняли всю радость по этому поводу на второй план. У Локи блестели глаза, уголки губ подрагивали, а пальцы судорожно сжимались до побелевших костяшек. - Посмотри на меня, - Тони дотронулся до его плеча, привлекая внимание. – Я не знаю, кто и что тебе там предсказал, мне, если честно, плевать на них всех. Пусть сами выкручиваются со своими пророчествами. Но сейчас ты здесь. Это главное. Ты можешь делать, что угодно. Не важно, что будет потом, важно, что ты чувствуешь сейчас. Только ради этого и стоит жить. Просто забудь обо всём этом. Скажи, чего ты хочешь, Локи. На самом деле, в эту самую секунду, чего ты хочешь больше всего на свете? Локи понимал, что всё совсем не так просто, как говорит Старк. И рано или поздно ему придётся вернуться к своим демонам. Наверное, тогда он сам вырвет из груди своё сердце, чтобы больше не чувствовать ничего, стать бездушной марионеткой рока. Но сейчас, сидя вот так в тишине рядом с Тони, слушая, как просыпается мир вокруг, как шумит листва редких деревьев вдоль дороги, как кричит в них ранняя птица, всё, что было прежде, слишком давно, рассеивалось в прозрачном утреннем тумане. Локи вспомнил те чувства, которые пронзали его тело в момент превращения. Тогда он был почти счастлив, посылая в бездну свою судьбу, обретая нечто значительно большее. - Ты действительно хочешь, чтобы я сказал совершенно очевидные вещи вслух? Не вижу смысла сотрясать воздух, - Тони снова делал это - растапливал в нём лёд одним лишь прикосновением, одним только своим присутствием. Прочтя все ответы в глазах Локи, Старк потянулся к нему и мягко прикоснулся губами к губам. - Ты идиот, хоть и гений, - тихо сказал Тони, глядя Локи прямо в глаза. Он завел машину и выехал на дорогу. Ехать оставалось недолго. Сумбур в голове мешал думать рационально, а Тони хотел лишь поскорее выбраться из автомобиля и прижать Локи к себе. Даже после всей той откровенности, что недавно происходила, Локи оставался тайной. Мотивы его действий постепенно прояснялись, но ответы неумолимо порождали новые вопросы.