Аукцион

К нужной дате я подготовился, насколько фантазии хватило. И так, был куплен дорогой темно-синий костюм. Супер-качественная обувь – черные мужские туфли, которые я никогда раньше не носил даже. Крутые наручные часы, золотые запонки и прочая мелочь, которую я просто оставил дома, чтобы не сверкать, как люстра в том самом ресторане. Я сходил в салон красоты, хотя сначала очень стеснялся. Но стрижка, ровные брови и гладкая кожа сделали меня красавцем хоть куда. Ах да… машинку я тоже прикупил. Пока что взял Мерседес, сразу ездить на Порше как-то побоялся. В ресторан я приехал немного с опозданием, чтобы уменьшить время ожидания, сидя за барной стойкой. Когда наступил мой звездный час - точнее он был не мой, а того парня с челочкой -, я хлебнул стопку виски для храбрости и проверил свой новый портмоне, потрогав позолоченную карточку, при помощи которой я мог снимать деньги со своего счета. Кстати, забыл упомянуть, что я использовал свое право остаться победителем инкогнито. Если все будут знать, сколько у меня денег, то и отношение ко мне изменится. Особенно хотелось оставаться неизведанным для Него. С гулко бьющимся сердцем я наблюдал, как идут торги. Обычно юноша был одет в белые костюмы разных моделей, но сегодня он был облачен в неполный костюм голубого цвета. Прямые узкие брюки, белая рубашка и красивая жилетка с неуловимым серебристым узором на голубой ткани. Нежный цвет сделал его образ более хрупким и изящным. Наверное, поэтому цена в полмиллиона не остановила посетителей. А мне пришлось сильно занервничать. Но жадные богачи не стали заходить слишком далеко. Больше 650 тысяч никто предложить не захотел. И вот, когда ведущий уже начал объявлять, что аукцион закрыт, я сорвался с места и быстро подошел к сцене. - Миллион! Я даю миллион чертовых американских долларов! Затем я деловито извлек из портмоне карточку и протянул ее ведущему. Пока он и его подручный проверяли мой счет, я слышал перешептывания за своей спиной. Правда, сильно прислушаться не получилось, потому что я заметил на себе пытливый заинтересованный взгляд. Со смесью страха и смущения я повернул голову в сторону, встретившись глазами с чудесным существом, чье лицо было все так же обрамлено прямыми черными волосами и частично скрыто косой челкой слева направо. Я поднял руку и неуверенно помахал ему, что было очень-очень зря. Нежно-розовые губы растянулись в улыбку такой неземной радости, что я стал бояться, как бы не улететь ангелочком в небеса раньше времени. Нельзя же так сходу одаривать человека. Надо потихоньку, повышать ежедневно дозу, следить за состоянием здоровья и стрелочкой счастья на табло в голове. Но, боже мой… Он смотрел на меня, на одного лишь меня, не обращая внимания на голоса вокруг. Конечно, он мог вести себя так из-за денег, но я все еще надеялся на его незапятнанность этим опосредованным миром. Наконец-то, ведущий вернул мне мою карту, с почтением пожав мне руку. Вот ведь подлиза… Потом он толкнул торжественную речь, что еще никогда за все существование их благотворительного фонда они не получали такое огромное пожертвование. Пока я засовывал карточку в отдел портмоне, парень успел спуститься со сцены и подойти ко мне. Но, черт возьми, он двигался так бесшумно, что я чуть дух не испустил, когда поднял голову и заметил его рядом. - О, простите, я напугал вас? – Прозвучал его мягкий, но все же грубовато-мужской голос. Казалось, что я сейчас начну вздыхать, как девчонка. До чего же он был красив вблизи… Лицо точно фарфоровое. Азиатский разрез видимого глаза был не такой тонкий, какой обычно бывает у японцев или корейцев. Словно у него была увеличивающая линза, но карий цвет радужки смотрелся очень естественно. - Да нет… - Я потер шею ладонью, проверяя, не начала ли она потеть. – То есть, не нужно так подкрадываться больше. Не успело повиснуть неловкое молчание, как юноша спросил: - Может, мы присядем? - Ну, да, логично. Я сижу в баре. Повернувшись, я направился к стойке, где стояли два свободных высоких стула, занятых мной. Присев, каждый из нас заказал по одному напитку: я – виски с колой, он – какой-то яркий коктейль с итальянским названием. - Давай сразу на «ты»? Мы же не старички какие-нибудь, - бодро начал я, выдавливая из себя улыбку. - Ладно, я сам хотел предложить. – Он слегка улыбнулся, помешивая соломинкой кубики льда в бокале. - Может, я плохо расслышал со сцены… Как твое имя? Я прикинулся, что здесь впервые, пытаясь быть небрежным и расслабленным. Только я чувствовал, как дрожит моя рука, поэтому никак не мог поднять бокал с виски, чтоб сделать глоток. - С твоим слухом все в порядке. Просто мое имя не называли. Обхватив губами край соломинки, он втянул в себя немного коктейля и, оторвавшись, бегло скользнул языком по нижней губе. Я не мог этого не заметить, поэтому слегка завис. - На аукционах не называют имена при торгах. Ты ведь здесь уже был много раз, разве не замечал? – Его тон голоса вовсе не был саркастичным. Он говорил со мной, как добрая учительница со своим учеником. Но я не хочу быть учеником! Пора было пойти в наступление. Стоп. Он видел меня все эти полгода? - Но как ты… То есть откуда… - Я всегда наблюдаю за аукционом из-за кулис. – Он повернул голову и кивнул в сторону бархатных занавесок по бокам сцены. Он меня перебил! Какой негодяяя… Разворот головы обратно, идеальные прямые волосы заколыхались при движении, лаская его шею и скулы. Ох, черт, он еще что-то говорит. Раз, два, три, очнулся! - …на желании. Не называя своего имени, ты сохраняешь свободу личности. К тому же без имен встреча принимает эффект таинственности. - А ты всем это рассказываешь? – Задав вопрос сразу в лоб, я понадеялся застать его врасплох. – Может, еще про романтику, загадки, свечки в бантиках? Он снова улыбнулся, заставив меня пожалеть о своей наглости. - Нет. Почти все здесь знают мое имя. Не от меня, правда. Когда у тебя много денег, выяснить интересующую тебя информацию очень просто. – На какой-то миг он стал печальным, но тут же вернулся в свой привычный оживленный ритм. – Но я почти уверен, что ты не будешь так делать. - Делать что? Узнавать твое имя? Он кивнул, снова отпивая коктейль через соломинку. Это действие так легко заводило, что пришлось отвести взгляд. - Нет, не буду. Знаешь, почему? – Я взялся двумя руками за бокал и наконец-то смог донести виски до рта. - Ты хочешь, чтоб я сам тебе его сказал. - Верно… Но, на самом деле, я не знаю, что делать. Меня хватит только на то, чтобы вбить в гугл запрос «парень с длинной челкой в белом костюме» и рыскать среди фоток эмарей на свадьбе. Очаровательный тихий смех быстро выбил меня из равновесия. Бокал с виски задрожал и едва не опрокинулся, но бледные пальцы парня быстро выхватили его из моих ладоней и поставили на стойку. - Все в порядке? – Он обеспокоено посмотрел на меня, и это прибавило мне уверенности в себе. - Да… Просто… Ааа… Волнуюсь я. – Я взглянул на юношу и быстро завертел головой по сторонам, будто бы интересуясь интерьером. – А у тебя красивый смех, - добавил я чуть погодя, вызывая на кукольном лице невольную улыбку. - Волнуешься из-за меня? – В голосе засквозило явное удивление. - А ты себя со стороны видел? Как тут не волноваться… - Я подпер голову рукой, впервые улыбнувшись юному созданию. - Я такой же, как все. Обычный человек, - спокойно ответил он. - Ну да, конечно, - поддакнул я, делая лицо самого неверующего на свете. - Я не в ответе за то, что придумывают другие люди обо мне. В том числе, и ты. Он наклонил голову набок, повторяя за мной и подпирая рукой свою щеку. - Мм… А почему ты не расспрашиваешь меня о моей работе, имуществе, поездках за границу? Всех остальных спрашивал. – Вроде бы успокоившись, я поскорее выпил свой напиток и попросил бармена налить мне еще. - Потому что тебе нужно не это, - последовал загадочный ответ и новое звяканье льда о дно бокала. - А что мне нужно? – удивился я, все больше расслабляясь от мягкой, едва ли не фантастической атмосферы, которую создавало его присутствие. - Пока не знаю. Но я обязательно почувствую, что тебе нужно, и дам тебе. Осмелившись, я всмотрелся в его лицо. Он тоже смотрел на меня. «Почувствует? Экстрасенс что ли? Магия Вуду? Или он видит призраков?» - Ладно. А если я тебя расспрошу обо всем, ты ответишь? Я сел прямо и ослабил галстук, а потом и вовсе его снял. Сразу стало как-то проще и легче, еще бы заменить рубашку на футболку. - Можешь спросить о чем угодно, но мои ответы могут тебя не устроить. - А зачем тебе что-то скрывать? - Разве будет интересно сразу узнать все? – ответил он вопросом на вопрос, а потом поставил бокал на стойку и поднялся. - Хочешь пересесть за столик? – не понял я. Он покачал головой, снова показывая магию своих волос. - Хочу сделать этот вечер и наш разговор больше похожими на свидание. Он приблизился ко мне и склонился к моему уху. Пока он тихо говорил, его легкое дыхание касалось моей кожи. - Сбоку от сцены есть дверь. Она расположена в тени занавеса, мало кто обращает на нее внимание. Войди в нее и поднимись по лестнице на самый верх. Тебе нужна крайняя комната слева. – Затем он развернулся и ушел, как-то быстро потерявшись из виду. Я остался сидеть в легком шоке. Потратил на него столько денег, а он взял и свалил. Вздохнув, я потихоньку допил виски и засунул галстук в карман брюк. Поднявшись с места, я дошел до той самой двери, боясь, что меня кто-то остановит. Но я беспрепятственно зашел в узенький коридор и преодолел несколько лестничных пролетов, оказавшись на третьем этаже. Когда я открыл дверь в первую комнату слева, там царила кромешная темнота. Шагнув вперед, я стал шарить ладонью по стене в поисках кнопочки, которая бы осветила здесь все. - Не включай свет. – Раздался мягкий голос юноши. – Просто иди на мой голос. Держась за стену, я прошел немного вперед и остановился. Через какое-то время я смог различить силуэт парня, стоявшего возле окна, занавешенного шторами. - Ты пришел ко мне на свидание без маски. И я бы хотел снять свою, если ты не против. – Он замер в ожидании моего ответа. - Ты не обязан… - произнес я, откашлявшись. – Мне не нужны лишние привилегии из-за того, что я заплатил больше, чем остальные. - Но я не получаю ни цента, ты ведь знаешь. - Ты заставляешь людей приходить сюда снова и снова. Я видел, как ты очаровываешь их. Без лести и обещаний, одним своим вниманием. Откуда мне знать, что происходит между тобой и ними вне этого аукциона? Он молчал. И это пугало, ведь раньше он никогда не молчал, не делал пауз и не оступался. - Ох… Кажется, я ляпнул что-то не то. – Я сморщил нос, сунув руки в карманы брюк. В темноте бесшумно заколыхались волосы. - Все в порядке. Это логичный вопрос. Правда, мне жаль, что его задал ты. Я не ожидал, что ты будешь думать обо мне так. - Я тоже обычный человек, - буркнул я в ответ. – Что ты там хотел мне показать? Я посмотрю, хорошо. Он задвигался, что-то делая с окном, а точнее это были двери на балкон. Я понял это, когда они растворились, впуская в комнату уличное освещение и лунный свет. Он встал в проходе, чего-то ожидая, и я подался вперед, подумав, что должен подойти к нему. Но тут в комнату влетел порыв ветра, и парень медленно развернулся ко мне лицом. Легкую челку растрепали воздушные дуновения с улицы. Тогда он поднял на меня свой взгляд. Я резко стал дышать чаще, подходя к нему все ближе. Неподвижный правый глаз переливался в слабом свете далеких фонарей и еще более далеких звезд и луны. Он был больше левого глаза и какой-то неровной формы. Но при этом он был цветным, хотя неестественная яркость придавала ему жуткий вид. Остановившись в двух шагах от парня, я заметил, что искусственный глаз внутри прозрачный. От этого он и казался больше и глубже. - Ты им не видишь? – Я подумал о сверх-крутой электронной системе, заключенной в круглый шарик. - Нет, это полый камень, покрытый защитной оболочкой. – Он торопливо убрал челку на место и отошел к перилам балкона, повернувшись ко мне спиной. Я огорчился, что не смог посмотреть совсем близко, но было совестно просить показать еще раз. Я подошел к юноше, становясь рядом. По улице прохаживались редкие парочки и иногда проезжали дорогие иномарки. - Ты стыдишься его? Если да, то зря. Парень поднял свое красивое лицо к небу, закрыв глаза и будто бы облегченно выдохнув. - Я похож на киборга или пришельца. Нельзя быть другим. Не хочу чужой жалости или излишнего любопытства. Я заметил, как он сильно стискивает пальцами тонкие перила, хотя его голос был по-прежнему спокойным. - Искреннее сочувствие и любопытство ради помощи не так уж плохи. - Ты смотрел на него всего несколько секунд, а я смотрю уже 5 лет. И я пугаюсь его каждое утро, когда подхожу сонный к зеркалу. Сколько бы я не старался стать красивее и умнее, добрее и внимательнее к остальным… Я не могу довериться всем и каждому. Чем больше я им нравлюсь, тем сильнее они разочаруются, и тем больше я буду противен их взглядам. – Он вздрогнул, когда я накрыл его ладонь своей. – Не надо… Он обхватил себя руками, снова вздохнув, и втянул шею в плечи. - Тебе холодно? Возьми пиджак. – Я быстро расстегнул пуговицы и сбросил с себя лишнюю тяжесть. - Что ты делаешь? Я же мужчина, а не школьница на выпускном, - насмешливо отозвался юноша. - Мужскому полу тоже бывает холодно. Не только снаружи, но и внутри. Как тебе сейчас. – Я набросил ему на плечи пиджак, улыбнувшись. – Может, мое физическое тепло хоть немножко затронет твой внутренний лед. Он ошеломленно посмотрел на меня, шумно сглотнув. Потом его лицо снова исчезло из поля зрения, а тонкие пальцы схватились за лацканы пиджака, подтягивая их ближе друг к другу. - Кажется, не выйдет у нас нормальное свидание. Но так тоже хорошо. – Я наклонился вперед, оперевшись локтями о перила. - Почему ты раньше не пошел со мной на свидание? – В его словах звучало огорчение, и мне это польстило. - Все просто – денег не было. - Ясно, прости. – Он придвинулся ко мне, снова подняв голову и устремив свой взгляд на улицу. - Потому что я работаю бухгалтером в книжном магазине. Эх… - Серьезно?! – Его резкое удивление позабавило меня. - Ну да. Платят средненько, но зато своя квартира есть, не съемная. – Я похвастался и только потом осознал, как это жалко звучало. - Здорово… Ни от кого не зависеть. Повернув ко мне голову, он мягко улыбнулся. Челка едва подрагивала под легким ветерком, и во тьме под ней тускло блестел щербатый камень. - Ох, ничего себе! Да у тебя ямочки! – внезапно воскликнул я, поражаясь, как я раньше их не разглядел. – Какие же милые… Парень моментально заулыбался еще шире, и ямочки на его щеках проявились очень отчетливо. - Я бы за такие ямочки глаз отдал. Честное слово. Это и вовсе смутило его, он отвернул от меня свое довольное лицо, принявшись кусать губу, чтобы перестать улыбаться. - Ты такой хороший, знаешь… - начал он, но я его перебил. - Юджи. Меня зовут Юджи. Приятно познакомиться. – Я протянул ему руку. Замешкавшись, он все-таки быстро пожал ее и снова спрятал свою нежную ладонь под мой пиджак. - Я догадывался, что ты японец. - А ты нет? - Папа – японец, а мама отсюда, американка. - Наверняка твоя мать топ-модель или актриса. - Нет… - Он поглубже зарылся в пиджак, словно хотел избежать ответа. – Она была… президентом компании по производству игрушек. Мои родители давно умерли. - Прости, мне очень жаль. Так что ты там говорил про меня? Что я хороший и...? – Я быстро перевел тему, заметив, что мой собеседник все больше грустит. - Я хотел сказать, что с тобой мне очень легко и очень тяжело одновременно. – Парень посмотрел на меня, уткнувшись подбородком в край пиджака. - У нас это взаимно. Так сильно хотелось притронуться к нему или сделать для него что-то особенное. Но у такого, как он, кажется, было все, что необходимо. Хотя именно сейчас у меня было столько денег, что я мог позволить себе почти все, возможное и невозможное. - Можно подарить тебе что-нибудь? Только не отказывайся. У всех есть желания, даже у самых богатых. - Я не самый богатый, так что есть одно желание… Совсем обычное, но для меня невыполнимое. – Он уставился вперед, смотря куда-то далеко, погруженный в мысли или мечтания. - И что же это? Сегодня выполнимо все, я гарантирую. – Выпрямившись, я потер ладони и потрогал портмоне через карман. Не дай бог, еще потеряется в нужный момент. Парень застенчиво улыбнулся и тихо-тихо проговорил: - Я очень хочу потанцевать в настоящем клубе. Я озадаченно поднял брови, не понимая, что в этом такого сложного. Парень сразу же сконфузился, но продолжил говорить. - Мой… правый глаз. Он очень хорошо отражает свет, поэтому я закрываю его челкой. Но это не такая проблема, ведь можно закрыть его чем-то еще, повязкой или очками. – Он вздохнул, рассматривая городской пейзаж перед глазами. – Просто… я очень боюсь выходить. - В смысле, в клуб или вообще? – переспросил я и получил в ответ молчание с поджатыми губами. Потом он повернулся ко мне и снял с себя пиджак, протянув его мне. - Спасибо. – Он улыбнулся, но впервые его улыбка показалась мне натянутой. - Эй… - Как только я забрал пиджак, он ушел в комнату и сел в кресло в дальнем углу, погрузившись в темноту. Я решительно подошел к нему и присел перед креслом на корточки, потянувшись к руке парня снова. Но он успел убрать ладонь прежде, чем я ее коснулся. - Да что с тобой? – Я постарался выразить свое непонимание помягче, говоря тихо, словно общался с ребенком. – Со мной ты можешь ничего не бояться. И если тебе противны мои прикосновения, надо было сразу сказать. - Я никуда не выхожу и никого не касаюсь. Это мои правила, - проговорил он, не скрывая свое раздражение и расстроенный тон. - И какой в этом смысл? Я не видел его лица. Что я буду делать, если это прекрасное лицо покроется пятнами и слезами? - Прикосновения рождают воспоминания. Воспоминания рождают фантазии. Фантазии это те же мечты. А не сбывающиеся мечты пробивают твою защиту. Делают тебя слабым и ленивым. – Его голос все больше угасал и терял свою притягательную магию. - Ничего себе ты загнул… - подивился я, лихорадочно придумывая, как его подбодрить. - Родители всегда должны защищать своих детей. С тобой я могу не бояться? Когда я шел по улице в тот день вместе с ними… Конечно, я не боялся. Беды всегда застают нас врасплох. А пули тем более. Но родители всегда берут удар на себя. А потом ты просыпаешься в больнице, с иглой в вене. Без глаза и без родителей. – Судорожный вдох и молчание. - Послушай… - Я начал говорить медленно, тщательно продумывая слова. – Заперев самого себя, ты поступаешь правильно с точки зрения банальной логики. Но так ты перестаешь жить. Конечно, ты хорошо одеваешься и общаешься с влиятельными людьми, помогаешь благотворительному фонду. Но ты же не получаешь никакого удовольствия от этого. - Юджи, я не за себя боюсь. – Быстрые, резкие слова. – Я уже не могу жить полной жизнью с таким лицом. Да, перестрелки не случаются каждый день. Но из-за моей внешности достанется не только мне, но и тебе. - Короче. – Я встал и надел пиджак, застегивая пуговицы на нем. – Я получил желание, я его исполню. Остальное меня не волнует. Как и ожидалось, энтузиазма у парня моя короткая речь не вызвала. Поэтому я наклонился и поднял его на руки, поражаясь легкости его тела. - Отпусти меня! Быстро! – завозмущался он, трепыхаясь в моих руках. - Ты можешь пойти в клуб ножками, но, при условии, что не сбежишь по пути и не будешь распускать нюни, как маленький. Кстати, сколько тебе лет? Если ты несовершеннолетний, будет потруднее… - Мне двадцать один! Поставь меня! – Парень отвернулся от меня, перестав дергаться. Я осторожно опустил его на пол. - Я тебе верю, но для фейс-контроля надо взять документы. Он долго мялся на месте, а потом сердито буркнул: - Жди меня на выходе, - и ушел. Довольно улыбаясь, я спустился вниз и дошел до парадного входа в ресторан. Вскоре туда пришел и он. На нем был голубой пиджак, куда изящнее и красивее, чем мой. Так же он надел темные очки, что вечером казалось полной глупостью. - Что? Там ветрено, - оправдался парень, подметив мое недоумение. – Без них я не пойду никуда. - Ладно-ладно. Пойдем. – Я приоткрыл дверь, пропустив его вперед.