Аукцион

Когда я проснулся утром после того дня, я посчитал, что это был гипноз или в воздухе распылили какое-то дурманящее вещество. Но за сутки я вспомнил о юноше раз двадцать, если не больше. И что же я сделал, чтоб избавиться от этой глупой одержимости? Первым делом я забронировал столик в том ресторане на следующую дату аукциона. А потом я неделю перебивался кашей, пока мне не дали зарплату. Таким образом, я побывал на еще шести аукционах. Вот только свой столик у меня был лишь один раз. На остальные разы мне либо не хватало денег, либо все места оказывались заняты. Поэтому пришлось участвовать в аукционах в качестве лота. Это было забавно – стоять на сцене, смотреть, кто в тебе заинтересован, и узнавать, сколько денег за тебя дадут. Почему-то я был нужен только зрелым женщинам за сорок. Но я вроде как не скучал. Они угощали меня дорогим вином и деликатесами, грех жаловаться. По счастливому случаю, мое каждое свидание проходило недалеко от свидания самого дорогого лота. До меня долетали обрывки бесед, музыкальный смех юноши с челкой и звон бокалов. К тому же, мне удавалось смотреть на него почти безпалевно, устремляя взгляд вперед и немного вбок от лица собеседницы. Три раза он ужинал с мужчинами разных возрастов, один раз с молодой, но уже не юной девушкой, и два раза с той самой разодетой фифой, с которой я видел его в мое первое посещение этого ресторана. И за эти шесть вечеров я заметил много интересного и нового для себя. Поначалу я думал, что все его действия заученные, чтобы привлекать и только. Но к каждому человеку он находил свой подход и вел себя совершенно иначе, чем с кем-то другим. Словно видел тебя насквозь и безошибочно переделывал себя под твой идеал. С мужчинами он мог говорить на серьезные темы, показывая широкие познания в политике, спорте, науке и бизнесе. Не перебивал, сводил спорные моменты на нет, намеками восхвалял достоинства и легко преуменьшал недостатки чужой личности. Улыбок было меньше, но становилось больше плавных кивков, больше мужественности в его красивом лице, больше внимательности во взгляде, чем это бывало с женщинами. Но стоит сказать, что разводить женщин куда сложнее. Я поражался его изобретательности в речи, как он ловко уходил от ответа после просьбы о втором свидании. Если бы каждый парень на планете умел так же, то счастливых браков стало бы куда больше. Невольно я стал замечать за собой, что постоянно пытаюсь найти в нем что-то раздражающее. То, что может оттолкнуть или заставит подумать о нем плохое. Я даже изучил теорию лжи – мимику лица и эмоции, которые можно прочесть исходя из тех или иных движений мышц на лице. Уж не знаю, насколько я стал экспертом, но я не нашел в нем даже завалящей скуки. Этот парень был искренен и ему, на самом деле, было интересно болтать о всякой ерунде с этими чванливыми богатыми мужиками и бабами. Я тоже был искренен в эти моменты. Мне было очень сильно и искренне жаль его. Он не стоил полмиллиона, он стоил раз в тысячу дороже. Почему? Да потому что ни одна из этих шикарно одетых сволочей не вела себя с ним дружелюбно. Мужчины хвастались своими постами, деньгами, недвижимостью, пытаясь поразить и удивить своими достижениями, на которые я бы с удовольствием плюнул. Причем так смачно и с чувством. Ну, а девушки тупо хотели, чтобы он их хотел. Некрасиво звучит два раза «хотели», «хотел», но по-другому никак. Эти их декольте и стреляния глазками туда-сюда. Я бы давно сбежал с воем от таких долбанутых. Нет, они были красивы, этого не отнять. Но эта чрезмерная самоуверенность, с которой они смотрели на него, как на желанную игрушку, которую хотелось поскорее достать из коробки, разобрать на части и изучить под всеми углами, выбешивала очень сильно. Каждый из этих людей считал, что зацепил юношу. Ведь он проявлял к их каждому слову интерес, задавал вопросы и просил подробностей. Может, в элитной среде это и походило на открытость и заинтересованность, но у обычных людей, работающих на обычной работе, это называется вежливость или воспитанность. Чего не замечается за всеми этими богачами и их женами. Порой я просто умолял их в своих мыслях, чтобы хоть кто-то расспросил красивого парня о том, что он тут делает, какие книги читает, любит ли он вообще читать или умеет танцевать брейк-данс, да хоть что-нибудь! Имя. Ни разу никто не произнес его имени. Такого не бывает. Он, что, агент ФБР? Или Бэтмен? Да хотя бы фамилию скажите. Вот я бы… Я бы… Нет, проводить анкетирование это похоже на полный бред. Что бы сделал я? Что бы сказал ему, о чем спросил? Именно этим я и занимался в промежутках между аукционами. Лежа на диване, сочинял наши возможные беседы, где-то в уголке своего сознания надеясь, что однажды я смогу все это применить на практике. За полгода я скопил только двадцать тысяч. Оставалось накопить еще 480. Перспектива отличная. Но вскоре меня затопил сосед сверху, и все свои сбережения я потратил на ремонт потолка. Полмиллиона, эта цифра мне снилась. Пятерка и пять ноликов, а сбоку надо мной потешался знак доллара. От безысходности я пошел выпить с друзьями. В баре мы натрескались на неплохую круглую сумму, и бармен подарил нам бесплатно четыре лотерейных билета. Розыгрыш как раз шел по телику над стойкой. Конечно, когда ты пьян, ты не будешь сидеть и перечеркивать кружочки на каком-то оранжевом листке. Поэтому мы просто затолкали лотерейки в карманы и поплелись провожать друг друга по домам. Утром моя башка так сильно трещала, что я смотрел новости по телевизору с выключенным звуком, попивая крепкий кофе. Там я и увидел сюжет о вчерашнем розыгрыше. Кто-то выиграл джекпот в 300 миллионов долларов и не удосужился связаться с передачей, чтоб узнать, как получить свое огромное состояние. - Что за дебил? Мне бы такое счастье привалило, я бы землю целовал. – Я выключил телик и опрокинул в себя остатки кофе. Позже вечером я собрался постирать свои вещи, от которых воняло вчерашним перегаром. В кармане джинс я нашел лотерейный билет и грустно вздохнул, уверенный, что не мог такой неудачник, как я, стать миллионером за ночь. Однако, я все-таки зашел в Интернет на телефоне и нашел картинку с рядом выигрышных чисел. Сверившись с кружочками на помятом листе, я так охренел, что перепроверял числа еще полчаса. Потом я дождался вечерних новостей и проверил еще раз, когда числа крупными цифрами высветились на экране. - О боги… Я пойду на это чертово свидание… Я на него пойду! В следующие долгие минуты я носился по квартире и хохотал, как псих.