House of blossoms

Едва закрылась дверь за последним клиентом, Воншик растянулся на матрасе, чувствуя непривычную легкость во всем теле. Надо же, еще совсем недавно он и представить себе не мог, что с таким облегчением будет встречать окончание карьеры. Спасибо взгляду Тэгуна с их последней встречи, только без конца вспоминая его, Воншик сумел продержаться все это время. Тэгун стал лучиком света в его жизни, и без него он теперь не представлял, как раньше обходился. Но несмотря на желание увидеться с ним, Воншик убедил себя не спешить. Распрощавшись с работодателями, первым делом он поехал домой. Ведь не зря целый месяц провел в планировании и представлении, как пройдет их долгожданное воссоединение. У него все было продумано. Выбравшись из расслабляющей мышцы горячей ванны, он надел пушистый халат и устроился в гостиной с домашним телефоном в руке. Глубоко вздохнув, чтобы успокоить внезапно разыгравшиеся нервы, он набрал номер Тэгуна, который переписал себе еще в тот раз, когда Тэгун позвонил ему извиниться три месяца назад. В ожидании ответа, он перевел взгляд за окно. Тэгун снял трубку после третьего гудка. - Алло? Его нежный голос, раздавшийся в трубке, был подобен глотку свежего воздуха. Воншик зажмурился, торопливо сглатывая довольный вздох, что едва не сорвался с его губ. Как же он соскучился. - Я хотел бы назначить встречу, - не поздоровавшись, произнес он. - Что? Воншик, это ты? Зачем… - Пароль котенок, - перебил он и улыбнулся, услышав в ответ сиплый вдох. - Чьи услуги вас интересуют? – донеслось еле слышное, и Воншик забеспокоился, как бы на той стороне не лишились чувств. - Тэгун. - М-место? - Моя спальня. – Воншик представил на мгновение раскинувшегося на его постели Тэгуна, находящегося целиком и полностью в его власти, и закусил губу. - Когда? - Завтра, в час дня. - Продолжительность? – голос Тэгуна становился с каждым вопросом все уверенней, все нетерпеливей, и от этого Воншика пробирала легкая дрожь. - Выходные. - Это обойдется вам в целое состояние. - Я заплачу. – Сколько он пожелает. - Способ предохранения? - Не потребуется. – Его ответ вызвал тихий возглас, и сердце Воншика пропустило удар. - Будут какие-то дополнительные пожелания? – наконец, поинтересовался Тэгун слабым голосом. - Я буду занят до часу, поэтому хочу, чтобы он подготовился к моему появлению. Он должен быть голый с тремя пальцами глубоко внутри, другая рука на члене. Если что-то будет сделано не так, передайте ему, пусть пеняет на себя. - Тэгун не ведется на угрозы, - с вызовом раздалось в трубке. Воншик хмыкнул. - Передайте котенку, что я напрасно не угрожаю, я свои угрозы всегда выполняю. - Я передам. Воншик продиктовал код от входной двери и быстро повесил трубку, прежде чем успел наболтать всяких нежностей, которые так и просились на язык. Вроде господи, я так по тебе скучал и все позади, я - весь твой. Он ждал целый месяц. Подождет еще один день. * * * На следующий день Воншик отправился в кафе через дорогу, едва часы пробили двенадцать. Он занял возле окна столик с видом на свой жилой комплекс и заказал латте. По правде, никаких дел на утро у него не было, ему просто нужен был предлог улизнуть из дома до появления Тэгуна. В двадцать минут первого на улице показалось такси, и Воншик тянул голову, пока не убедился, что из него вышел Тэгун. Когда машина отъехала, и он увидел его в полный рост, одетого в длинное пальто и черные джинсы, Воншика пробрала дрожь. Потому что в следующий раз он его увидит уже голым и распростершимся на постели. Но это, конечно, при условии, если он послушается и выполнит заявку. Воншик не сомневался, что выполнит. Он отлично изучил Тэгуна. Он знал, что ему нравилось подчиняться и выполнять приказы, знал, что он заводился, когда его хвалили за послушание, когда он видел, что Воншик доволен им. Когда двадцать минут спустя он поднимался в свою квартиру, от предвкушения звенел каждый нерв в теле, и сердце билось, будто сумасшедшее. Открыв дверь, он заметил аккуратно стоящую в коридоре обувь Тэгуна. Поставив свою рядом, он снял пальто и на цыпочках стал красться вглубь квартиры, в сторону приоткрытой двери в спальню, которую, уходя, он без сомнений оставлял закрытой. Тихие стоны доносились из-за нее. Воншик замер, прислушиваясь. Он прикрыл глаза, представляя, как Тэгун внутри старается для него, как насаживается на свои пальцы, как ласкает член, и в его собственных джинсах после таких картинок стало исключительно тесно. И воображение не подвело. Распахнув дверь, Воншик сразу увидел устроившегося в ворохе подушек Тэгуна, прислонившегося спиной к изголовью: ноги широко разведены, три пальца одной руки глубоко внутри, другая на вздернутом члене. Удивительное дело, но смазку он отыскал сам. - Да от тебя не отвести глаз, котенок, - глухо выговорил Воншик. Тэгун всхлипнул, услышав это, и подушечкой большого пальца размазал по головке выступившую каплю. Боже правый, если это были не самые сексуальные звуки во вселенной, которые доводилось слышать Воншику. - Нравится дрочить в моей пустой квартире? – спросил он, сдергивая с себя футболку и отбрасывая ее в сторону. Язык Тэгуна скользнул по губам, пока его глаза с нескрываемым интересом рассматривали обнаженный торс Воншика. - Потихоньку привыкаю, - выдохнул он и, изменив угол под которым трахал себя, поджал пальцы на ногах. - Не привыкай, - отозвался Воншик, вжикнув молнией на джинсах. – Отныне я буду рядом всякий раз, когда тебе захочется, – добавил он и тут же как-то резко осознал, что, в самом деле, начиная с сегодняшнего дня Тэгун всегда будет с ним. Больше никаких недель или месяцев ожидания, чтобы увидеть его. Это оказалось настолько глобальным открытием, что Воншик никак не мог уместить его в своей голове. Тем временем, его джинсы присоединились к футболке, а сам он занялся стягиванием боксеров в таком умопомрачительно неторопливом темпе, что Тэгун нетерпеливо заерзал на постели. Наконец, отпнув и их подальше, Воншик опустился на матрас и пополз навстречу Тэгуну, пока не навис над ним. Спустя миг их губы слились в жадном поцелуе. Он больше не мог ждать. Тэгун замычал и потянулся, чтобы получить больше, но Воншик отстранился и окинул его внимательным взглядом. Очутившись так близко к нему, Воншик заметил вожделение в его глазах, нетерпение, жаркий румянец на щеках, затрудненное дыхание, потемневшие заострившиеся соски и сокращающиеся мышцы живота, когда он менял положение пальцев внутри. Его вторая рука без движения замерла на основании члена, и Воншик потянулся убрать ее прочь, чтобы следом занять ее место. - Не убирай пальцы, - прошептал он, коснувшись губами головки члена, и опустил голову, вбирая ствол сантиметр за сантиметром. У Тэгуна распахнулся рот, и Воншик видел каких усилий ему стоило держать глаза открытыми. Но надолго его не хватило. Едва губы Воншика добрались до основания члена, Тэгун сдался и откинулся на подушки. Воншик приготовил для него самый мучительно однообразный минет на свете. Он только облизывал головку всякий раз, когда выпускал ее изо рта, затем, втягивая щеки, брал член целиком в рот, и так по кругу. Тэгун метался под его прикосновениями, всхлипывал и отчаянно забирался пальцами как можно глубже внутрь своего тела в поисках дополнительного источника удовольствия, который помог бы ему подобраться ближе к долгожданной разрядке. Он невольно застонал от восторга, когда обнаружил его, а Воншик в тон ему промычал с плотно сомкнутыми вокруг его члена губами, и от дополнительных вибраций его горла Тэгун окончательно потерялся в ощущениях. - Воншик! Я... Я сейчас... - пролепетал он. Вместо ответа Воншик вобрал его член до основания, и Тэгун с хриплым вскриком выгнулся на постели. Его накрыл оргазм, и Воншик принял в себя все, что он излил, до последней капли. Лизнув напоследок головку, Воншик поднял глаза на Тэгуна. Тот немедленно потянулся к нему и взял его за подбородок, проведя большим пальцем по нижней губе. Его собственные губы растянулись в нежной улыбке, глаза засияли, и Воншик почувствовал, как его грудь распирает от счастья. Он бросился вперед и впился в губы Тэгуна страстным и вместе с тем восторженным поцелуем, его сердце заходилось от неописуемой радости. Они смеялись, хихикали, глотали выдохи друг друга. Никогда прежде Воншик не ощущал себя настолько живым. Ни на секунду не отрываясь от любимых губ, он подмял Тэгуна под себя и зашарил руками вокруг в поисках смазки. Но подготовить себя не получилось, потому что Тэгун крепко вцепился в него, почти задушив в объятиях, и сосредоточиться на чем-то другом не получалось. Вполне предсказуемо проникновение получилось не самым гладким, им повезло, что Тэгун немногим раньше постарался за них обоих. Быстро заполнив его собой, Воншик задохнулся от чистого восторга. Он оставался неподвижным некоторое время, наслаждаясь чувством единения, и давая Тэгуну возможность прийти в себя после недавнего оргазма. Когда Тэгун заерзал под ним, давая понять, что готов к продолжению, Воншик задвигался, подбирая нужный ритм, но что-то было не так. Он ощущал внутри себя незнакомое напряжение, истоков которого не мог понять. Он занимался сексом тысячу раз и никогда не имел с ним никаких проблем. Да и последняя их встреча прошла идеально. Тэгун заметил смятение на его лице. - Что случилось? - Я не знаю, - зажмурился Воншик. – Я не… Я привык помнить про ограничение по времени. И мой секс всегда был спланирован заранее. Наконец, то, что мы в моей спальне… Как будто все происходит не по-настоящему. Сотни размытых лиц пронеслись у Воншика перед глазами, но исчезли, когда чужая рука легла на его щеку, возвращая в реальность. Он открыл глаза и посмотрел на Тэгуна. - Все в порядке, - прошептал Тэгун, притягивая его к себе и пробегая пальцами по спине. – Не спеши. Просто поцелуй меня. Воншик послушно прижался к его губам, и это подействовало. Ведь поцелуи всегда были тем, что он не позволял себе с клиентами. Они целовались неспешно и глубоко, и это заставляло Воншика замедлять толчки, превращая их в неторопливые, чувственные движения, а если он вновь начинал срываться, спеша навстречу воображаемой финишной ленте, Тэгун касался его спины, выдыхая: "Здесь только мы. У нас есть все время на свете". И Воншик терял ощущение времени, всей душой устремляясь к лежащему под ним Тэгуну, наслаждаясь его движениями, издаваемыми им звуками, пойманными взглядами, и все его тело горело огнем от осознания, что это их первый раз в преддверии многих-многих последующих. Когда Тэгун убрал руку с его спины и положил ее на свой член, Воншик отвел ее в сторону. Он зажал его ствол в своей ладони и рвано задвигал ей в такт своим толчкам. Предчувствуя подступающий оргазм, он поднял одну ногу Тэгуна повыше, раскрывая его под новым углом и целенаправленно метя в ту единственную точку, источник блаженства, внутри него. Тэгун едва не терял сознание от наслаждения, его глаза закатились, а рот приоткрылся, стоны, издаваемые им, становились все несдержанней, пока он не кончил второй раз за день. От выражения его лица на пике Воншик не мог отвести глаз. Он присоединился к нему незамедлительно, несильно прикусив зубами кожу на его плече в попытке заглушить глухой стон, и следом мягко опустился на него, уступив подрагивающим от напряжения рукам. Они остались лежать друг на друге, пока дыхание не пришло в норму, тогда Воншик отодвинулся к краю кровати, чтобы взять салфетки. Тэгун потеряно всхлипнул ему в спину. Вернувшись, Воншик быстро обтер их обоих, снова лег на подушку и переплелся с Тэгуном пальцами. - Как все прошло? Я про твой уход, – спросил Тэгун спустя несколько минут. - Они предлагали повысить зарплату и хотели дать возможность выбирать себе клиентов. То есть, другими словами, умоляли меня остаться. Мои постоянные, наверное, в бешенстве. - Еще бы, - протянул Тэгун. Воншик горделиво раздул щеки. - Я им прямо заявил, почему не собираюсь оставаться. - Я знаю, мне позвонили. – Воншик моргнул и перевел на Тэгуна взгляд. – Меня забанили, - объяснил тот. - Вот и прекрасно, - выдохнул Воншик. – Если ты еще хоть раз выкинешь что-нибудь вроде того тройничка, я… - Что ты сделаешь? Отшлепаешь меня? Через столешницу перегнешь? – с энтузиазмом поинтересовался Тэгун. - Нет, вы посмотрите, как заговорил, а, - проворчал Воншик, в глубине души предвкушая осуществление каждого выдвинутого предложения. - Накажешь меня чуть позже, потому что сейчас моя очередь, - прошептал Тэгун.