Лабиринт для Хранителя

Чёрные тучи, гонимые холодным ветром, бежали с запада, погружая планету во мрак и знаменуя начало ночи. В беспокойстве колыхались травы и листья на ветвях деревьев, которые со скрипом качались из стороны в сторону, сетуя на что-то своё. Тёплый день ушёл с заходом весеннего солнца, а ночь несла с собой ощущение тревоги и печали. Лира не помнила планету такой. Здесь никогда не было так грустно и так одиноко, так до дрожи тоскливо и холодно. Девушка бродила по отдалённым от поселений полянам, обнимая себя руками и вслушиваясь в голос природы, которая готовилась к полному тревожных опасений сну. Ветер приносил с собой шёпот напуганных чем-то растений и ворчащих от безысходности деревьев. Если вслушаться, если выйти на контакт, то можно почувствовать, как беспокойна вода в озере, что располагается чуть южнее леса. Лира слушала. Слушала природу и пыталась услышать себя, но её внутренний голос молчал. Она хотела, чтобы он обвинял её, оправдывал, чтобы давал подсказки или предлагал хоть что-нибудь, но было тихо. Было до ужаса тихо, и эта тишина съедала её изнутри. Она виновата. Она не может отрицать своей вины, не может говорить, что любовь к заклятому врагу в порядке вещей. Любить злодея! Ей, Хранительнице, той, кто должен уничтожать опасных существ в кратчайшие сроки, спасая Волшебное Измерение! Но она влюблена. Так отчаянно, так безнадёжно и так болезненно, что хочется выть от бессилия и кусать губы до крови. В то же время... А в чём её вина? Она родилась с проклятием, была обречена на эти чувства, как бы ни хотелось бороться с ними или их отрицать. В конце концов, даже признавшись в любви к демону, она не сделала ничего плохого. Она не передала ему Ключ Экьюлибрио, не встала на сторону Зла, не помогала атаковать школы. Напротив — она защищала Алфею, своих подруг и сестру, она пошла на этот поцелуй ради спасения Блум. Так в чём она может винить себя? Но вина всё равно поглощала всё её существо, тревожила и без того беспокойную душу, шептала обвинения на ухо... Лира не могла их отрицать. Отвечать на поцелуй было неправильно. Обнимать его было неправильно. Получать наслаждение и желать, чтобы это не заканчивалось, тоже было неправильным. Она должна была запереть свои эмоции, должна была помнить, кто она, на какой стороне сражается. Но, когда он смотрел ей в глаза, когда обхватил ладонями её лицо, когда прижимал к себе, обнимая за талию... Бирюзовые глаза наполнились слезами, и Хранительница спешно смахнула их, всхлипнув. Она не могла этому противиться. Не могла, как бы ей ни хотелось обратного. Ветер становился холоднее. Лира не замерзала — собственное пламя грело её изнутри, — но чувствовала, как холодные порывы касаются её рук и ног, возвращая в реальность. Она думала, что стихии и Ключ Экьюлибрио осудят её. Что Кай осудит, но артефакт молчал, а элементы природы относились к ней всё так же спокойно и бережно, нашёптывая свои тайны и принимая за свою. "Я нейтральна, — повторяла себе Хранительница, оглядывая сумрачные поляну и лес, — потому для стихий я осталась всё той же. Но кем я стала для друзей?" Ответа на этот вопрос она страшилась, но одновременно хотела его знать. О возвращении в Алфею сейчас не могло быть и речи, девушке страшно было даже представить, как отреагируют профессора и что скажет мисс Фарагонда... С возможным исходом в виде исключения из школы для фей Лира смирилась. Если так, то она вернётся на Линфею, будет помогать маме, устроится на работу... И это жизнь Хранительницы Волшебного Измерения? Лира горько усмехнулась своим мыслям. Она готова смириться с потерей места в Алфее, с жизнью обычной девушки, но вот с потерей подруг... Они стали такими дорогими, надёжными и любимыми, они принесли столько радости и столько приключений в её жизнь, что, кажется, без них она уже не способна существовать вовсе. А Блум... Блум занимала особое место в размышлениях феи четырёх стихий. Безусловно, сестра возненавидит её после того поцелуя. Она питает ужасную ненависть к Валтору за убийство Орителя и Марион, за разрушение Домино, за всю ту боль, что он принёс ей и её близким. Так что говорить о той, кто целовал его посреди поля боя, пускай и во имя её спасения? Блум непременно скажет Лире, что она должна была найти другой способ, должна была предложить поединок, навязать другие условия... Но Хранительница знала, что других условий он бы не принял, как и не позволил бы втянуть себя в схватку. Да и Лира не уверена, победила бы она Валтора или нет. Но всё уже случилось, и нет смысла думать о том, что исход битвы мог бы быть другим. Лира втянула голову в плечи и остановилась возле невысокого кустарника, прикрывая глаза. Блум — её сестра, единственная родственница по крови. И поэтому, наверное, внутри теплится надежда на то, что Блум её простит, попробует понять, что она сделала это для неё... Но она ведь сделала бы это и без повода! Эта разрушительная мысль враз уничтожает крепость оправданий, и Хранительница морщится, чувствуя ужасную тянущую боль внутри. От бессилия она садится на колени, ощущая под ногами мягкую траву, и закрывает лицо руками, давая выход эмоциям и чувствуя, как слёзы градом бегут по её щекам. — Что же я наделала... — шепчет она как в бреду, пока Ветер заботливо перебирает пряди её волос, а трава и листья кустарника аккуратно касаются её кожи. — И что мне делать теперь?.. Она теряется в своих мыслях и воспоминаниях, сотрясаясь в рыданиях, и неосознанно ложится на землю, касаясь ладонями травы. — Зачем мне это? Почему я? — истерика постепенно настигает её, доводя до грани безумия. — Почему не нашлось кого-то другого?! Хранительница, сломленная и поверженная морально, плачет навзрыд, и вместе с ней страдают стихии, разделяя боль своей хозяйки и чувствуя горькое отчаяние. Сила всегда была не только в теле, не только в магии. Сила в первоначальном ключе своём есть сила духа, воли, способность стоять до последнего, даже если твой враг — ты сам. Истинная сила — способность сражаться, заперев свои чувства глубоко внутри, позабыв о них или даже уничтожив. Быть слабым значит внимать голосу сердца, игнорируя голос разума, и поступать так, как велят эмоции, вместо того, чтобы творить во имя всеобщего блага. Лира не знает, сколько прошло времени, когда она наконец решает подняться с сырой земли. Она вытирает ещё мокрое от слёз лицо и бесцельно смотрит вперёд, как вдруг перед глазами возникает обрывок воспоминания. Маленькая она, бегущая прямо в Непроходимую Чащу, и Кай, подхватывающий её на руки и возвращающий Сэверии. Ряд высоких и крепких деревьев, неширокая тропа, идущая прямо посередине, большой серый валун рядом с ней... Неужели спустя столько времени она снова оказалась здесь?.. Но нужно ли спасение теперь? Непроходимая Чаща знакома каждому жителю Линфеи. Это огромный участок лесного массива, где встречаются все виды растений, редкие виды животных и насекомых, однако все исследователи, когда-либо пытающиеся исследовать Непроходимую Чащу, исчезали, а наиболее одарённые маги земли, способные просмотреть рельеф местности на многие километры, говорили, что деревья стоят слишком плотно друг к другу, местами срастаются, образовывая подобие высоких деревянных стен. И если предположить, что за вами гонится дикий зверь, коих на Линфее всё же немало, то шанс убежать практически приравнивается к нулю... Однако со временем Непроходимая Чаща стала скорее объектом различных легенд и сказаний. Ею пугают детей, говоря, что по этому лесу бродит огромный волколак, любящий поужинать маленькими непоседами; подростки с опаской рассказывают друг другу, что в чаще властвуют духи погибших, которые жаждут отмщения; взрослые же просто обходят это место стороной, а некоторые полагают, что деревья там злые и жестокие, оттого и губят народ. Малышке Лире Сэверия рассказывала особую сказку. Будто в Непроходимой Чаще, что стоит поодаль от всех лесов, живёт злая колдунья, которая гневается на весь мир и в частности на добрых фей, потому что они отняли у неё древнюю книгу заклятий, после чего изгнали тёмную волшебницу в лес. Оттого она всех животных и все растения заколдовала, сделала их безжалостными к каждому, кто ступит на тропу, ведущую в этот лес. Лира помнила, как в страхе прижимала к груди плюшевого жирафа, слушая эту историю. Но сейчас она не уверена, что верит в злую колдунью, в заколдованный лес и в древнюю книгу заклинаний. Конечно, жизнь научила её верить в сказки, но вместе с тем фея четырёх стихий убедилась и в том, что у каждой красивой истории есть обратная сторона, которую зачастую лучше не знать. Теперь она стоит здесь совершенно одна, ночью, а впереди — её детский страх, легендарное и опасное место, высокие и спокойные деревья, белая дорога, ведущая прямиком к смерти... Лира уже словила себя на мысли, что была бы не прочь уйти и потеряться. Пропасть навсегда, заблудившись среди деревьев или сорвавшись с обрыва... Но это слишком просто для неё, Ключ не позволит этому случиться, не позволит ей оставить маму и друзей, оставить Валтора. Девушка много думала о поведении Кая и тёмного мага и пришла к следующему выводу: они ненавидят друг друга. Едва ли причина была ей ясна, она могла лишь теряться в догадках. Возможно, блондин не терпит демона просто потому, что он мешает Хранительнице, а Валтор, в свою очередь, обозлён из-за того, что артефакт даже в случае победы ему не подчинится... Но было что-то ещё, фея это чувствовала, однако ответ от неё ускользал. Тем не менее, на смерть надеяться было глупо. Она рождена для борьбы, а значит, сейчас обречена её продолжить. Темнота сгущалась, начинала давить на плечи, а сердце Лиры было словно в тисках, руки судорожно сжимали края яркой юбки, а грудь вздымалась предельно часто. Она не могла выровнять дыхание, не могла заставить свои ноги остановиться — она всё шла и шла, желая где-нибудь найти спасение и успокоение, желая быть понятой. Но едва ли было такое место, едва ли были люди, готовые её выслушать. Но было ещё кое-что, было самое главное. Она не могла простить себя. Она не могла утешиться, не могла понять, что не было другого пути, не было и не будет другой жизни, в которой она будет подобна другим. Её мир не делится на светлое и тёмное, она — Равновесие, она рождена, чтобы быть нейтральной, совмещать в себе то, что противопоставляют. Но воспитание и взгляды её окружения играли ужасную, уничтожающую роль: светловолосая девушка терзала саму себя, корила и начинала ненавидеть, и в то же время чувствовала, как любовь к врагу словно растёт, становясь столь очевидной, что даже скрывать её нет смысла. Она потерялась. Потерялась не только на планете, где выросла. Потерялась в этой Вселенной, такой холодной и чужой, что впору кричать о своей боли, не боясь, что другие прислушаются. Мир казался ей равнодушным и злым, люди — такими же, и всю ночь она проходила, теряясь в глубине себя. Лира винила себя, ненавидела, оправдывала и упрекала, но явно понимала: она одна. Одна со своими чувствами, одна со своей бедой, и она одна даже в борьбе, в той битве, через которую ещё предстоит пройти. Выиграть её или проиграть — другой вопрос, это будет исходом, а вот сам процесс... Фея четырёх стихий отчаянно боялась вновь стать на поле боя, но в то же время так хотела, чтобы это побыстрее закончилось... Так или иначе, боль будет разрывать её изнутри, и не будет никого, способного её разделить. Истинное проклятие Хранителя в том, что он должен уничтожить единственное существо, способное уравновесить его разум и сердце, дабы получить силу Ключа Экьюлибрио.

Рассвет.

Лира сидела на пологом склоне лужайки, притянув к груди колени и напряжённо вглядываясь в светлое небо. Рассвет. Знамя нового дня, новых надежд и новой борьбы. И с кем бороться теперь? — С собой, — отречённо прошептала Лира, закусывая губу. — Теперь я должна бороться прежде всего с собой. Первый луч весеннего солнца скользнул по бледной, покрытой царапинами руке, и Хранительница неожиданно выдохнула, прикрывая глаза. Поднялся лёгкий ветер, принося запахи трав и цветов, что распустились на многочисленных клумбах у небольшого дома. У её дома. — Мама ведь не захочет меня видеть, правда? — Лира коснулась высокой флавентии — тёмно-фиолетового кустарника с маленькими нежно-розовыми бутонами. — Она, может, не ждёт и даже забыла... Растение на уровне восприятия начало отрицать. Лира усмехнулась, вспоминая, какие видения показывала ей Бездна Теней. — У неё теперь есть Фред, и они, возможно, уже ждут кого-то ещё... Зачем ей не родная дочь, которой не было почти полгода? И снова явный протест от красивого кустарника, отрицание и даже непонятные ругательства от Ветра... Однако Хранительница и сама понимала, что ей некуда больше идти. Не к кому обратиться, не у кого попросить помощи, и, что самое важное, она так соскучилась... Ей страшно было представить, что пережила Сэверия за эти полгода, не зная, где её приёмная дочь и что с ней. — Она так переживала, наверняка ведь переживала... — Фея четырёх стихий и не заметила, как к глазам подступили слёзы. — Я ужасная дочь, но я не могу хотя бы не убедиться, что теперь всё в порядке. А если она меня не примет, я уйду в Леса Вечных Ветров. Лира поднялась с холодной земли и, прошептав простое заклинание, очистила одежду и привела в порядок волосы. Нельзя пугать маму ещё больше, да и вопросов и без того будет очень много. Ощущая, как болят уставшие за ночь ноги, Лира неспешно спустилась со склона и вошла в цветущий сад. От сладких и прекрасных запахов закружилась голова, а ещё первокурсница передёрнула плечами от пугающей и вместе с тем чарующей мысли: она дома. Она наконец-то дома, но страшно было потому, что дома могли и не ждать... Собрав остатки решимости, Лира продолжила свой путь и спустя пару минут миновала сад, выходя к цветочным клумбам. Она помнила, что Сэверия встаёт на рассвете, а значит, спустя некоторое время появится здесь и начнёт проверять каждый цветок и каждый куст, поливать, вырывать сорняки, поправлять камни... Светловолосая девушка невольно улыбнулась, вспоминая, как мама с сияющими глазами рассказывала ей о растениях, как восхищалась ими и как их обожала. Студентка Алфеи и половины того не испытывала к "обитателям" их сада, однако видела некое успокоение в садах и лесах, любила их по-своему и частенько с наслаждением гуляла одна по зелёным холмам и склонам. И эти чувства воспитала в ней цветочница. Сэверия действительно вышла в сад спустя пятнадцать минут и сразу же бросилась проверять драгонтию — редкий и ужасно привередливый вид жёлтой розы, саженец которой ей подарил Фред. Мужчина изо всех сил старался обрадовать женщину и отвлечь её от грустных мыслей, но она лишь слабо улыбалась, и блеск в её глазах исчезал сразу же после появления. Она безумно тосковала по дочери, волновалась, не раз связывалась с директрисой школы для фей, но та лишь размыто объясняла, где Лира и почему не может выйти на связь. А затем сама эту связь прерывала, ссылаясь на срочные дела. Сердце цветочницы разрывалось от многочисленных предположений и опасений, и время её не лечило, наоборот — мыслей становилось всё больше и больше, а ответы не появлялись. Полив драгонтию, она по узкой тропинке подошла к клумбе, где росли цветы, выбранные приёмной дочерью. Все они цвели бутонами фиолетового и нежно-голубого оттенков, и женщина грустно улыбнулась, вспоминая, как она предлагала светловолосой девочке выбрать что-нибудь поярче, но та отрицательно кивала головой, продолжая указывать на мрачные, но одновременно прекрасные цветы. — Доченька, если бы ты была здесь... — вздохнула Сэверия, протягивая руки к колючей-преколючей розе, что к себе лишь блондинку и подпускала. — Что мне теперь делать с этой врединой?.. — Я сама всё сделаю, не трогай, ещё уколет тебя. Женщина замерла, забывая выдохнуть, а затем резко развернулась. Её дочь, такая высокая на каблуках, бледная и явно похудевшая, стояла чуть поодаль и изо всех сил пыталась улыбаться, однако бирюзовые глаза были полны слёз. — Лира... — цветочница выронила из рук лейку и сделала несколько несмелых шагов к девушке, однако та сорвалась и побежала к ней, угодив в распахнутые для объятий руки. — Мам, я дома?.. — почему её девочка спрашивала такую глупость, буквально рыдая у неё на плече, женщина не понимала, однако тут же прошептала: "Конечно, дома, милая!" — и заплакала сама. Лира всё ещё всхлипывала, и чашка с мятным чаем дрожала у неё в руках. Сэверия тоже утирала слёзы, смотря на совсем изменившуюся девушку, словно это даже не её дочка была. Кто-то другой, кто появился после многих, многих событий... — Милая, всё точно в порядке? — в который раз спросила женщина, видя, как измучена блондинка. — Да, теперь да, — уже подостывший чай приятно согрел горло. — Я просто так скучала, мама... Прости меня. Цветочница сжала бледную ладонь феи четырёх стихий и улыбнулась. — Мне не за что тебя прощать, Лира. Уверена, ты не по своей воле пропала на такое долгое время. Хранительница опустила глаза, вспоминая Обсидиан и Бездну Теней, вспоминая Трёх Древних Ведьм, Верум, Валтора... Всё это, весь негатив и все неудачи, мучения, всё отошло на второй план, стоило ей вернуться домой. — Я бы рассказала, но... Но ты будешь волноваться за меня. А ещё, — она-таки подняла глаза на приёмную маму, на лице которой уже читалось напряжение вперемешку со страхом, — я не хочу вспоминать. Это было ужасно, мама, это было самое худшее, что когда-либо со мной происходило. — Доченька... — на глазах женщины вновь проступили слёзы, и Лира постаралась исправиться. — Но сейчас всё позади, мам. Я хочу, чтобы это не вспоминалось. Хочу загнать эти кошмары так далеко, как только смогу. Пожалуйста, давай не будем об этом... — Не будем, — Сэверия всё же поднялась со своего стула и села рядом с девушкой, притягивая её к себе и начиная гладить по светлым волосам. — Если ты не хочешь об этом говорить и тебе эти воспоминания приносят боль, я не буду настаивать. Но я слышала об осаде Алфеи... — Я была там, — спокойно ответила первокурсница на ещё не прозвучавший вопрос. — Была и помогала сражаться. — Что с Валтором? — не стала тянуть цветочница, покрепче обнимая дочку. — Ушёл, мам, — дрожащим голосом сказала блондинка. — Ушёл, как и всегда. — И ты пришла сюда, хотя твои подруги наверняка разрабатывают план по его поимке, так? Лира... — Сэверия почувствовала, как напряглась девушка, но продолжила: — Если ты не хочешь говорить и об этом, я не буду настаивать, но сидеть здесь в неведении мне всё сложнее. — Просто... Просто всё так сложно, мама, — Хранительница закусила губу, пытаясь подобрать нужные слова. — Мне так сложно жить среди тех, кто видит лишь одну сторону вещей. Я нейтральна по своей природе, состою из положительной и отрицательной энергии, а они... Они такие светлые, у них чистые помыслы, и исход битвы они тоже видят лишь один... — А ты уверена, что существует другой? Лира поднялась с плеча мамы и непонимающе посмотрела ей в глаза. — Милая, ты уже взрослая девушка. И ты должна видеть не только то, что хочешь. Многие планеты разорены, города уничтожены, люди взяты в плен и лишены разума, остальные же страдают. Возможно, ты видишь и другую сторону своего врага, но посмотри, что происходит во Вселенной... — Хватит, — фея четырёх стихий оборвала женщину, отводя глаза. — Я всё это знаю, мам. И я ясно понимаю свою задачу, но бороться с собой так сложно... Почему я? — Наверное, потому, что никто больше на это не способен, — Сэверия ласково потрепала дочь по плечу и поцеловала в висок. — Ты сильная, Лира, даже не представляешь, насколько. Сильная хотя бы потому, что не пытаешься скрыть, кто ты есть. — Но это пугает людей, они отворачиваются от меня! — Ты так уверена, что твои подруги тебя оставили? — цветочница сразу догадалась, в чём же дело, однако имела своё мнение. — Они тебя любят, милая, и не оставят в беде просто потому, что ты влюбилась в злодея, — Лира покраснела и смутилась, на что женщина невесело усмехнулась и продолжила: — Я не одобряю этого, доченька, однако сердцу не прикажешь. Уверена, ты и сама понимаешь весь масштаб ситуации, потому не нуждаешься в чтении морали. Но только ты можешь это остановить, только ты в состоянии принять правильное решение. — Блум тоже может его одолеть, поэтому... — Ты думаешь, что такой сильный маг, как Валтор, не обезопасил себя от Блум? — Сэверия вопросительно выгнула бровь, и Лира посмотрела на мать совсем другими глазами. — Он ведь прежде всего подумал бы, как ему огородиться от её влияния. У вас ведь есть артефакты, способные остановить его, так что мешало ему найти способ остановить вас? Нет, милая, поверь мне: Блум ему больше не угроза. — Мам... — Хранительница сидела, широко распахнув глаза, пытаясь осмыслить то, что сказала ей женщина. — Всё зависит теперь только от тебя, Лира. Всё изначально зависело от тебя, он сам так решил. — Но как ты... — Я не один год живу на этом свете, милая, кое-что да понимаю, — улыбнулась цветочница. — Но давай не будем об этом. Ты очень устала, я вижу по твоим глазам. Иди, прими душ, я разогрею пирог, а затем ты поспишь немного, ладно? — А Фред? — Лира тут же вспомнила о соседе, с которым её приёмная мама теперь состоит в отношениях. — А Фред отправился в южную часть Линфеи за редким видом плодового багряныша, — Сэверия пожала плечами. — Так что можешь смело надевать свою пижаму с единорогами и громко включать музыку. Да и он тоже за тебя переживал и ждал, когда ты вернёшься. Блондинка выдохнула и улыбнулась, а затем ушла в ванную, ощущая, что горы на её плечах начинают крошиться и падать в пустоту, позволяя выпрямиться и начать верить в лучшее. Солнце клонилось к закату, и его блики радостно прыгали по волнам, которые от небольшого ветра поднялись на реке. Лира сидела на берегу, задумчиво склонив голову и всматриваясь в чистые воды, ощущая умиротворение стихии. Они тоже умеют чувствовать, сопереживать, грустить и веселиться. Они тоже живые, просто немногим дано их услышать. Когда она ушла спать, Сэверия плакала. Хранительница увидела это по глазам, по рассеянности и по неестественной улыбке матери, но промолчала. Хватит грустить и угнетать себя, она не хотела, чтобы женщина начала переживать за неё ещё сильнее. Девушка вздохнула, приподнимая ладонь, и небольшое количество воды из реки вмиг взмыло вверх, приобретая форму возникшего в голове блондинки образа. Алфея. Школа для фей, самая известная в Магиксе и за его пределами, место, где работают лучшие профессора и учатся лучшие феи. Лира нахмурилась, и Алфея тут же превратилась в Облачную Башню — не менее известную школу для ведьм, которой руководила мисс Гриффин. Фея четырёх стихий глубокого погрузилась в свои мысли, наблюдая за тем, как на деле мрачная школа сияет яркими переливами золота и багрянца на свету. Равновесие... Гаул спрашивал её, уверена ли она в правильности своего выбора, однако первокурсница ясно понимала, что учёбу в Облачной Башне она оставила бы сама. Так что же ей делать, если придётся уйти из Алфеи? А если можно будет остаться? Девушка начинала видеть и ощущать явную необходимость изучить тёмное искусство тоже, овладеть навыками самообороны, но если с последним ей мог помочь профессор Палладиум, то тёмной магии в школе для фей учить её никто не будет. Получается, нужно поговорить с мисс Гриффин, но ведьма с большой вероятностью уведомит мисс Фарагонду о просьбе её ученицы, и тогда... Решение в голову пришло неожиданно. Марселла! Ведьма, обитающая в Лесах Вечных Ветров, ранее мастерица тёмного искусства, мать предыдущей Хранительницы, та, кто может помочь не только с магией, но и с древними знаниями! Лира встала с земли, отряхнула тёмные джинсы и ещё раз взглянула на повисшую в воздухе Облачную Башню. И внезапно ей показалось, что она что-то упустила. Глядя на вовсе не точный макет школы для ведьм, блондинка ясно осознавала: какой-то момент она не заметила, что-то произошло за её спиной, и явно нечто такое, что аукнется в скором будущем... Она махнула рукой, и вода вернулась в реку с весёлым плюхом, однако налетел колючий Ветер, путая её волосы и подталкивая к дому. Не задавая лишних вопросов, Лира поспешила к саду, а затем, миновав цветущие деревья и надышавшись сладким запахом белых и розовых бутонов, вышла к дому. И застыла на тропинке, удивлённо глядя на русоволосую девушку, беседующую с её мамой. — Флора? — с недоверием спросила скорее у себя самой Хранительница, но фея природы услышала её и тут же обернулась, а затем крепко обняла, не успела Лира и моргнуть. — Лира! — Флора едва ли не плакала, а фея четырёх стихий вообще не понимала, что происходит. — Почему ты ушла, почему не осталась?! — Я... Я просто... — Лира и не знала, что ответить подруге, даже обнять её в ответ отчего-то не решалась. — Я вас оставлю, девочки, — Сэверия кивнула дочери и ушла в дом, а Флора оторвалась от удивлённой Хранительницы, с ворохом чувств смотря ей в глаза. — Флора, я... Ты ведь видела, что произошло, — сдалась Лира, опуская голову. — Разве я могла после такого остаться? — Ты спасла нас! Спасла Блум, спасла все школы! Конечно, ты могла остаться, ну! — с некоторым негодованием заметила Флора, сжимая плечи подруги. — Я не об этом говорю, — ещё тише ответила Лира, до крови прокусывая губу. — Лира... Я ведь слышала, что он вынудил тебя, — Флора аккуратно нагнулась, и Хранительница, приняв это за знак, подняла голову и посмотрела в полные заботы зелёные глаза. — Вернее, не я... Я спросила у деревьев. Но это не имеет значения. Ты не спасла бы Блум по-другому. — А она как к этому относится? Флора закусила губу, и Лира горько усмехнулась, стараясь сдержать слёзы. — Я не нужна в Алфее, Флора. И Блум я тоже не нужна. — Не говори глупостей! — насупилась Флора, морща носик. — Ты нам всем нужна, и Блум в особенности! Она просто... Она очень зла, Лира. Но не на тебя. — На Валтора... — как зачарованная прошептала фея четырёх стихий. В голове вспыли слова Сэверии, затем образ Облачной Башни... Чего-то не хватало в этой мозаике, но она пока не могла понять, чего. — Она не в себе от ярости. — В голосе Флоры проскользнула очевидная грусть. — Уже ночью она ушла в лес и тренировалась до самого рассвета. Мне кажется... Мне кажется, что это её погубит. — А мне кажется, что мы что-то серьёзное упустили, — задумчиво, но серьёзно сказала Лира, а затем сжала ладони подруги. — Флора, я хочу пока побыть с мамой, но завтра утром я вернусь в Алфею. Мне нужно во всём разобраться. — О чём ты? — удивилась Флора. — Я пока не знаю, и это меня пугает... — Я останусь на ночь у тебя, ты не против? Мой дом довольно далеко отсюда, но если вам будет неудобно... — Какие глупости, Флора! — Лира улыбнулась. — Мама будет очень рада, а мне будет спокойнее. Фея природы заботливо обняла подругу, в душе понимая, как той тяжело сейчас. И она очень хотела бы взять на себя хоть частичку её боли, но разве она позволит?.. Две девушки и цветочница сидели на уютной кухоньке до позднего вечера. Флора и Сэверия оживлённо обсуждали различные растения и способы ухода за ними, делились рецептами фруктовых пирогов и травяных настоек. Лира с отстранённой улыбкой слушала их и даже иногда добавляла что-то своё, но мыслями была далеко. Её не отпускало настигшее около реки чувство недосказанности, словно обмана. Будто бы кто-то схитрил без её ведома, и последствия собственной невнимательности должны настигнуть со дня на день... — Так, девочки, время позднее, — заметила Сэверия, взглянув на настенные часы. — Флора, я принесла ещё одно одеяло в спальню Лиры, ты не против? — О нет, что вы! — Флора отрицательно покачала головой. — И большое спасибо за чай и печенье, всё очень вкусно!.. Хранительница с радостью смотрела на маму и подругу, наслаждаясь домашней и тёплой атмосферой. Ей очень не хватало таких простых вещей и разговоров, и теперь на душе стало намного легче. Жаль только, что завтра всё снова встанет на круги своя, увлекая её в бездну магии, заклятий, противостояний и интриг... — Спокойной ночи, девочки! — Сэверия по очереди обняла фей, и те пошли в комнату Лиры, заговорив только после того, как укутались в лёгкие белоснежные одеяла. — Так о чём ты говорила в саду? — поинтересовалась Флора, подпирая голову рукой и смотря на подругу. — Я подумала о том, что мы явно что-то упустили. — Фея четырёх стихий легла точно так же, задумчиво глядя в мерцающие в свете луны глаза Флоры. — Ты говоришь о Валторе? — Да, вернее, о его пребывании в Облачной Башне. — Там очень много заклинаний и ведьм, а ещё он хотел отомстить мисс Гриффин. — Но затем он Облачную Башню покинул, заколдовав её. — В задумчивости Лира свела брови на переносице. — Конечно, он многое оттуда своровал, но что-то не даёт мне покоя... — Думаю, ты просто устала, — мягко заметила Флора. — Тебе нужно отдохнуть, а утром мы вернёмся в Алфею и поговорим с девочками и мисс Фарагондой. Уверена, что-нибудь точно придумаем! — Ты права. — Лира улыбнулась и опустилась на подушку, закрывая глаза. — Доброй ночи, Флора. — И во Тьме рождённый, и во Свете, не будет одному ему преград в этой Вселенной, коль золота металл души коснётся его и тела, благословляя на годы правления... Тесный корсет не позволял дышать, да и воздух был пропитан пылью и смесью духов различных господ. Зал был богатым и светлым, но определённая мрачность всё же присутствовала. Люди, роскошно одетые и причёсанные, стояли тесно друг к другу, молча наблюдая за чем-то, что происходило у двух тронов. Лира попыталась пройти вперёд и неожиданно обнаружила, что может двигаться сквозь людей. "Я снова призрак? — промелькнуло в голове у девушки, пока она отчего-то медленно продвигалась к цели. — Тогда к чему это платье?" Дамы охали и ахали, правда, максимально тихо, а мужчины фыркали в усы и бороды, поглаживая рукоятки мечей. У Хранительницы не было даже идеи касательно того, что происходит, однако по первым репликам неизвестного оратора она могла точно сказать: это связано с Ключом Равновесия. — И сила Его распространится на весь свет, даруя жизнь и прощение, но будет отравлен тот, кто без согласия посягнёт на мощь Его и власть... Впереди в лучах яркого солнца блестели два трона, посередине, на небольшом от них расстоянии, размещена была трибуна, за которой стоял старый седовласый волшебник, сжимающий в руках Ключ Экьюлибрио. Лира невольно ахнула, но потом её внимание привлекла незнакомка, стоящая по левому боку от трибуны, ближе к людям. Высокая и статная, со светлыми вьющимися волосами и бирюзовыми глазами, она с грустью улыбалась собравшимся и так напомнила фее четырёх стихий её саму... Сходство было поразительным: волосы, глаза, улыбка, даже черты лица и фигура были почти одинаковыми! Но стоило блондинке перевести взгляд на портрет над одним из тронов, как о незнакомке она враз позабыла. Дейморвалес! Тёмный лорд, который убил Кая и переселил его в Ключ, тот демон, которого после убил сам Кай... — Лианн... — догадалась первокурсница, смотря на расстроенную девушку, которая так старалась это скрыть. — И пусть ведёт Он Избранного, пусть наставляет на путь верный, и пусть все отныне знают: нет и не будет в мире этом сильнее ничего власти и могущества Его, и тот, кто осмелится соперничать, будет повержен, а тот, кто присягнёт Ему, познает прекрасное бытие! Люди зааплодировали, некоторые с восторгом, некоторые с опаской, а некоторые с презрением. Лианн ещё раз растянула губы в ненатуральной улыбке и отошла от трибуны, однако знать тут же бросилась к ней, засыпая вопросами. Седовласый маг прокашлялся и, бойко растолкав дворян, протиснулся к девушке и отдал ей артефакт. — Спасибо, Жайан, — кивнула она и, миновав желающих поговорить с ней, скрылась за массивными дверями. Лира, опомнившись, бросилась за ней. Она нашла Лианн в одной из комнат, плачущую и сжимающую в руках Ключ. — У меня ведь никого не осталось, — через всхлипы тихо говорила она, а студентка Алфеи так и замерла на пороге, не решая приблизиться. — Ни родителей, ни любимого, ни тебя, Кай... Почему ты согласился? Почему ты не остался, может, ты спас бы Дейморвалеса или просто помог мне... А теперь я одна, и всё из-за этого артефакта! — Лианн... — Лира не рассчитывала, что та её услышит, но девушка обернулась, с изумлением глядя на Хранительницу. — Кто вы? И кто вас впустил? — Лианн, он не соглашался, — непонятно, почему, выдала фея четырёх стихий. — Его принудил демон. — Вы... Вы о Кае? Какой ещё демон?! — похоже, она не понимала, о чём ей говорят, а может, и не хотела понимать. Она же светлая... Светлая фея, которая осталась одна. — Лианн, кто теперь Хранитель? — внезапно спросила блондинка, серьёзно глядя на фею. — Я, — всхлипнув, ответила Лианн. — Хранительницей стала я, Ключ отказался принимать кого-то ещё. — Кай... — догадалась первокурсница, поджимая губы. И снова нить догадки, ускользающая от неё... Взгляд внезапно переметнулся к гобелену. Золотыми и пурпурными нитями на нём был вышит силуэт Феникса, окружённого полураспустившимися бутонами роз, и по кругу — тёмно-фиолетовое плетение из колючих стеблей с добавлением изумруда. — Это герб моего рода, — объяснила первая Хранительница Волшебного Измерения. — Символ Пламени Жизни и Силы Цветения. — Лианн, — внезапная догадка промелькнула в голове Лиры, и она с некоторым страхом и нетерпением взглянула на девушку, — с какой планеты ты родом? — Линфея, — с некоторой заминкой ответила та. — Потом моему отцу предложили править в другом месте, но родилась я там. — Феникс... Вы ведь заключили его в Ключ, так? Ты вывела их на Феникса? — Лира начала осознавать смысл происходящего, и это не могло не пугать её. — Да, но он был заключён, Дейморвалес его спас и уговорил... — Нет же, Лианн, он никого не уговаривал! — не выдержала фея четырёх стихий. — Он... — внезапно Лира осеклась, но затем осмелилась спросить, в корне меняя тему разговора: — Есть ли что-то, способное остановить Огонь Дракона? И что такое Пламя Жизни в сравнении с ним? — Водные звёзды — Золотое Королевство их надёжно хранит. Но это не единственный способ, есть кое-что ещё... Говорят, ведьмы практикуют его, но я не уверена... — А Пламя Жизни? — дрожащим голосом поинтересовалась Лира, восстановив в голове один кусочек мозаики. — А Пламя Жизни способно не только рождать огонь, но и восстанавливать силы тех, кто пожертвовал их для боя. Оно в некотором роде является целительным и тесно переплетено с энергией Солнца и Души, потому разрушающее действие Водных Звёзд способно обойти. — Лианн встала с кровати и пристально посмотрела на бледнеющую девушку. — Но кто вы? Вы не ответили мне. — Я пока и сама не знаю. — Лира смотрела в такие же большие бирюзовые глаза, и сомнений становилось всё меньше и меньше. — Но знаю только то, что мы все были прокляты намного раньше. Гаул лишь подвёл черту. Комнату красивой светловолосой феи поглотила Тьма, и Лира провалилась в привычную пустоту, в следующий же момент распахивая глаза. *** Холод и темнота, конечно, верные спутники прислужников Тьмы, но такой собачий мороз даже Валтору не нравился. С этой планетой у мага было связано много воспоминаний, но последнее — битва с Орителом и Марион, окончившаяся поражением, — заставляло чуть ли не ненависть испытывать к Домино. Наследная принцесса с копной рыжий волос точно пошла по стопам своих родителей, унаследовав огромную силу, упрямство и доброту, а вот вторая... Мужчина чуть нахмурился, вспоминая Лиру. Нет, сюда она не впишется. Не в это общество, не в эти рамки и правила. Пускай и член королевской семьи Домино, пускай и истинная претендентка на престол, Лира не рождена для светской жизни, для балов и пустых разговоров с придворными дамами. Она рождена для битв и войн, как бы ни хотелось сделать из неё послушную принцессу с белокурыми локонами. Много времени прошло, а охранное заклинание дворца всё равно пыталось сопротивляться его проникновению. Рыкнув от злости, Валтор попросту выломал огромную дверь, и защита спала, однако маг знал: если где-то есть источник, а он наверняка есть, то спустя четверть часа заклинание будет восстановлено. Ему нужно торопиться. Эту часть дворца мужчина знал плохо, однако магические волны били фонтаном, и он просто пошёл по следу их энергии. Ещё одна дверь, и здесь заклятие защиты в разы сильнее того, что было у входа во дворец. — Словно там не комната пропавшего принца, а склад оружия и артефактов, — прошипел тёмный маг, концентрируя в руках сферу. Однако плодов мощное заклинание не принесло: защитное поле его отразило, и демону пришлось уворачиваться, чтобы не получить по лицу собственным заклятием. Он испробовал всё, что знал, но не было ничего, что бы открыло проход. От злости Валтор тяжело дышал и скалился, но тут же вернул трезвость и холодность ума. Чудовище внутри него в последнее время просыпается всё чаще, просится наружу и грозит разорвать человеческое тело. Магу всегда нравилась вторая ипостась, но сейчас он не хотел лишаться этого образа. Возможно, позже, когда понадобится действовать на устрашение... Идея пришла сама по себе, и мужчина самодовольно хмыкнул, спустился на этаж ниже и, ещё раз соединив мощные заклятия, проломил потолок. Его расчёты оказались верны: главным образом покои Димитриоса охранялись у двери и окон, линии защиты у стен, пола и потолка не были так сильны. Валтор взлетел и огляделся, приземляясь на пыльный ковёр. Со стены на него смотрел огромный портрет крепкого светловолосого мужчины с небольшой короной на голове и мечом в ножнах. — Если бы вы, Ваше Высочество, стали королём, я бы едва ли тут стоял, — задумчиво проговорил Валтор, смотря на отца феи четырёх стихий. — Однако лишь для глупцов теперь секрет, что трон вы оставили ради дочери. Так что же хранится здесь, раз защита дееспособна и после падения Домино? Лира знала о себе лишь самую малость, демон это сразу понял. Стало быть, все ответы хранит замёрзшая и безжизненная планета, и он попытается найти то, что может стать его козырем в последней битве. А битва эта будет очень и очень скоро, любая игра, даже самая яркая и увлекательная, когда-нибудь должна закончиться... Многое в этой комнате было связано с семьёй и любимой женщиной Димитриоса, с оружием и магией, книг по которой было великое множество, но у Валтора не было времени их рассматривать. Он искал что-то, что брат Орителя приберёг для нынешней Хранительницы Волшебного Измерения. Не мог ведь он, в конце концов, уйти и не оставить подсказок любимой дочери... Защитное заклинание дворца почти восстановилось, и мужчина скрипел зубами, обыскивая шкаф. Но ничего. Едва не теряя рассудок от злости, он вновь подошёл к портрету, и... Засиял камень на ножнах. Тёмный маг тут же расслабился и победно улыбнулся, касаясь рубина и открывая тем самым тайник. Целая шкатулка, но Валтор взял лишь то, о наличии чего догадывался уже давно. Медальон с древним гербом скрылся в кармане бордового плаща, а сам демон с довольной усмешкой покидал планету. Едва ли Лира устоит перед соблазном приоткрыть тайну своей родословной. *** Флора сладко зевнула перед тем, как открыть глаза, зная, что она всегда просыпается спустя полчаса от рассвета. Однако каково же было её удивление, когда она увидела, что Лира, любящая поспать до позднего завтрака, уже встала! Наскоро расчесавшись и одевшись, русоволосая девушка вышла из комнаты на поиски подруги. Фея четырёх стихий обнаружилась на кухне, облачённая в пижаму с единорогами и неспешно пьющая мятный чай. У плиты стояла Сэверия и как-то напряжённо смотрела на задумчивую дочку. — Доброе утро, — тихо сказала Флора, пытаясь понять, что же успело произойти за ночь. Первокурсница тут же обернулась, и в бирюзовых глазах заиграли блики огня. — Доброе. Нам срочно нужно вернуться в Алфею! — Но что случилось? — изумлённо спросила фея природы. — Для начала вам обеим нужно позавтракать! — возразила цветочница, и девушки тут же уселись за стол, где уже стояли горячие сырники с ягодами. — Я видела сон сегодня ночью, — пояснила блондинка, прожевав первый кусочек. — Из тех, где Ключ показывает мне прошлое. Мне удалось поговорить с первой Хранительницей Волшебного Измерения. — И кем она была? — Лианн, та фея, что вместе с демоном создала Ключ Экьюлибрио! — казалось, Лира всё ещё не может отойти от увиденного. — К моменту завершения работы над артефактом она осталась одна, и Ключ отказался принимать кого-то другого. — То есть, Кай решил остаться с ней? — уточнила Флора, благодарно кивая Сэверии за завтрак и приступая к чаю. — Да, у него на то были свои причины, но это не главное. Суть в том, что тот демон не раз её обманывал, пытаясь наделить Ключ максимальным могуществом. А ещё она была феей Пламени Жизни... — Реликс Блум! — воскликнула Флора, вспоминая второй курс и последнюю битву с лордом Даркаром. — Нет, это другое. — Хранительница отрицательно покачала головой. — Блум преобразовала магию Тёмного Феникса с помощью Огня Дракона. Пламя Жизни — первоначальная энергия Светлого Феникса. Хотя по свойствам это что-то схожее с Реликсом, да. — Подожди... — Фея природы наконец поняла, о чём говорит её подруга, и распахнула глаза. — Твоя сила! Здесь, на Линфее, когда Валтор пленил твою маму, ты не сдержала свою энергию, но зато мы восстановили силы... — Мне тоже кажется, что это Пламя Жизни. — Лира кивнула, задумчиво смотря на плавающие в чашке листики мяты. — Но есть кое-что ещё. И оно связано с Облачной Башней. — Он забрал из школы мисс Гриффин что-то важное, да? — тут же догадалась Флора, начиная чувствовать волнение. — Лианн сказала, что против Огня Дракона могут работать Водные Звёзды, но также она упомянула и какой-то способ, разрабатываемый ведьмами... Это лишь предположение, конечно, но что, если у Валтора теперь тоже есть оружие против меня и Блум? — Против Блум в частности, девочки, — внезапно подключилась к разговору Сэверия. — Лира, ты ведь говорила, что Пламя Жизни способно отразить воздействие подобного заклинания, а уж Водные Звёзды тебе точно не навредят. — Печать стихии Воды, конечно! — Флора выжидающе посмотрела на фею четырёх стихий, и та поморщилась, отводя глаза. — Блум теперь в опасности, а я... — А ты теперь единственная, кто может победить Валтора, — озвучила неприятный для Хранительницы вывод Флора, а Сэверия тяжело вздохнула, обнимая приёмную дочь за плечи. — Ты научилась открывать порталы? — Флора восторженно смотрела на сияющую бордовым огнём брешь в пространстве. — Нет, это Верум меня выручает. — Лира слабо улыбнулась и обернулась к Сэверии. Та крепко обняла Хранительницу и грустными глазами посмотрела на неё. — Мам, я... — Просто звони мне каждый вечер, ладно? Или хотя бы пиши сообщения. Чтобы я знала, что всё в порядке. — Я думала, ты меня не отпустишь. — Я бы хотела, но, боюсь, моя дочь — единственная, кто может остановить опасного тёмного мага. — Сэверия с болью усмехнулась. — Но она должна пообещать, что будет беречь себя. — Обещаю. — Лира согласно кивнула, вновь обнимая приёмную маму. — Я тебя люблю. — И я тебя люблю, милая. — Сэверия посильнее обняла Хранительницу и отстранилась. — До свидания, Флора, я была очень рада повидаться! — И я! Спасибо, что приютили, до свидания! — Флора помахала женщине рукой, а затем они вместе с Лирой скрылись в портале. Всё так же солнечно и ярко, всё так же волшебно и в некотором роде сказочно. Лира несмело вышла из портала, закрывая его, и натолкнулась на внимательный взгляд Флоры. — Всё в порядке, — ободряюще улыбнулась фея природы. — Пойдём, мы должны поделиться своими опасениями с мисс Фарагондой и Винкс. Светловолосая девушка кивнула и последовала за подругой, однако её нутро кричало и молило о побеге. Она всё ещё не знала, что сказать девочкам о том поцелуе, об армии Аирдана, о своих чувствах... Сбежать казалось идеальным решением, но она понимала, что так нельзя. Что это трусость, а её этому не учили. В холле было много студенток с чемоданами, и первокурсница догадалась, что девушки возвращаются в школу. Значит, опасность действительно миновала, хоть что-то хорошее она сделала... На ватных ногах блондинка поднималась на этаж третьего курса, едва поспевая за Флорой. Ей было страшно и очень стыдно перед подругами, но только вместе они смогут во всём разобраться и одолеть врага. Мысль о том, что ей придётся сражаться с Валтором в одиночку, вводила её в панику, но Хранительница знала: подруги не оставят её. А значит, у них всё получится. Должно... — Девочки, Лира вернулась! — русоволосая девушка распахнула двери в квартиру Винкс, и четыре пары глаз уставились на фею четырёх стихий, которая так и осталась стоять у порога. — Лира! — первой с дивана поднялась Муза и тут же обняла испуганную девушку. — Почему ты сбежала? — Ты думала, что мы осудим? — тут же спросила Текна, и в её глазах действительно что-то такое читалось. — Сложно было бы не осудить, но ты ведь спасала Блум... — А он мерзкий подлец, раз потребовал от тебя такое! — тут же заявила Стелла, сжимая кулаки. — Лира, ты ведь наша подруга, — Лейла присоединилась к объятиям, — мы понимаем, что ты сделала это ради нас. Светловолосая девушка облегчённо вздохнула, хотя и чувствовала себя некомфортно, а затем неожиданно отстранилась и спросила: — Но где Блум? — Блум очень плохо, — с сожалением ответила принцесса Солярии. — Она винит себя в том, что произошло. И она очень зла на Валтора, очень сильно. — Она тренируется с профессором Палладиумом. Он единственный, кто согласился с ней работать, — Муза прикусила щёку изнутри, отводя глаза. — В чём загвоздка? — тут же задала вопрос первокурсница, заранее опасаясь ответа. — Профессор, по сути, играет роль соломенной куклы, — покачала головой фея морфикса. — Они... Дальше Лира не слышала. Она выбежала из комнаты и бегом спустилась по лестнице, направляясь на тренировочную площадку. Ей было знакомо это чувство, желание выплеснуть свою силу и уничтожить что-нибудь, сломать, подавить. Казалось, боль тогда уйдёт, но почему Блум это делает?.. Звуки борьбы были слышны ещё на подходе, и блондинка ускорилась, преодолевая оставшееся расстояние и буквально вылетая из-за поворота... — Нет, Блум, без магии! — прикрикнул на ученицу эльф, отражая её удары; взмахи мечей разрезали воздух. — Чисто физическая сила, лишь так вы достигнете гармонии! Рыжеволосая девушка, явно разъярённая, атаковала снова и снова, а профессор Палладиум, будучи искусным бойцом, с лёгкостью блокировал её, однако Хранительница не могла не заметить, что он устал. И потому... — Блум! — она позвала сестру, даже не успев придумать, что скажет ей. Полные злости голубые глаза вмиг уставились на неё, и под таким взглядом фея четырёх стихий вздрогнула. Эльф тоже посмотрел на первокурсницу и тут же сосредоточился, видимо, готовясь к любой реакции принцессы Домино. Однако та лишь всхлипнула, и блестящий меч упал на землю. — Зачем ты сделала это? — слёзы потекли по румяным щекам, а фея Огня Дракона полными боли глазами смотрела на растерявшуюся сестру. — Почему ты пошла у него на поводу? Мы бы нашли другой способ, он же... Ты ведь... — Блум, — Лира приблизилась к девушке и обняла её, и та доверчиво прижалась к ней в ответ, — у меня не было выбора. Мы были слишком слабы, чтобы искать другое решение. Я не могла оставить тебя... Блум просто расплакалась в объятиях сестры, а блондинка чувствовала, как ей хоть немного, но становится легче просто от того, что принцесса Домино не ненавидит её. Палладиум же со всей силы сжимал рукоятку меча, понимая, что чувствуют его ученицы. "Бесчеловечный поступок, абсолютно подлый и омерзительный, — думал он, воскрешая в голове образ Валтора. — Но очень продуманный, глупо было бы это отрицать..." — Блум, есть кое-что ещё, — наконец подала голос Лира, понимая, что тянуть с её предположением нельзя. — Нам нужно пойти к мисс Фарагонде, слышишь меня? — Да, — рыжеволосая девушка отстранилась и вытерла слёзы, пару раз всхлипнув. — Всё ещё хуже, чем я думаю, верно? — Не знаю, — частично соврала Хранительница. — Но если я права, то мы все в большой беде. — Я вас проведу, — подал голос эльф. — Остальным Винкс отправлю сообщение, они будут ждать вас в кабинете директрисы. — Мне нужно умыться... Я отойду, — фея Огня Дракона пошла вперёд чуть быстрее, а светловолосая девушка и преподаватель остались наедине. — Зачем вы идёте с нами, профессор Палладиум? — внезапно спросила первокурсница, глядя на эльфа. — Лишь хочу помочь, — вздохнул эльф, оправляя жилет. — На тебя слишком многое свалилось, Лира. Нельзя всё делать в одиночку. — Я так надеюсь, профессор, что не придётся, — внезапно призналась фея четырёх стихий, и, игнорируя вопросительный взгляд преподавателя, продолжила: — Но, кажется, всё уже решили за меня... Когда девушки и профессор зашли в кабинет директрисы, остальные Винкс были уже в сборе. Лира привычно замялась у порога, но эльф мягко надавил на её плечо, вынуждая пройти дальше. Блондинка с опаской подняла глаза на мисс Фарагонду, которая привычно сидела в своём кресле. Женщина улыбнулась и заговорила первой: — Я рада видеть вас, Лира. Вам не стоило сбегать, мы беспокоились за вас. И, я так полагаю, моя теория касательно того, что вы вернётесь на Линфею, оказалась правдивой? — Я хотела увидеться с мамой, — кивнула первокурсница, буквально заставляя себя смотреть на директрису. — Я рада, что вы побывали дома, — женщина наклонилась чуть вперёд, и Хранительница едва ли не сделала шаг назад, благо, за её спиной всё ещё стоял профессор Палладиум. — Уверена, это пошло вам на пользу. Но Флора рассказала, что вы обнаружили что-то важное. — Этой ночью я видела сон, один из тех, в которых Ключ Экьюлибрио открывает мне тайны прошлого, — светловолосая девушка вздохнула, чтобы выровнять дыхание и прогнать нелепый страх перед наставницей, а затем продолжила: — Он показал мне первую Хранительницу Волшебного Измерения — Лианн. К моменту, когда об артефакте объявили знати, все её близкие погибли, и Ключ отказался принадлежать кому-либо, кроме неё. — Получается, Ключ Равновесия сам решает, кто станет Хранителем? — несколько удивлённо переспросил эльф. — Я всегда думала, что это работает вроде рулетки... Знаете, как лотерея, — вмешалась Лейла, тоже пребывая в некоторой растерянности. — Я тоже так считала. Уверена, есть ещё критерии и какие-то линии Судьбы, но я хотела рассказать не об этом. Дома я вспоминала Облачную Башню, а именно то время, когда она была захвачена Валтором. И в определённый момент мне показалось, что мы что-то упустили. Будто он сделал что-то за нашей спиной, и ошибкой является то, что это осталось незамеченным... — Вы говорите о каком-то заклинании, Лира? — мисс Фарагонда внимательно слушала студентку, и стёкла её очков блестели в свете солнца. — Да, я сделала такое предположение. — Валтор действительно многое украл из школы для ведьм, но мисс Гриффин уже обозначила всё пропавшее. Думаю, если бы среди похищенных зелий, книг и артефактов было что-то, имеющее для нас особую важность, она бы сообщила. — Хорошо, — Лира примирительно закрыла глаза, но затем всё же спросила: — Мисс Фарагонда, Вам известно что-нибудь, что воздействует на Огонь Дракона так же, как и Водные Звёзды? Феи Винкс тут же встрепенулись, профессор Палладиум за спиной Хранительницы нахмурился, а директриса Алфеи, чуть ссутулившись, произнесла: — Водные Звёзды — единственный известный мне артефакт, способный погасить Пламя Дракона. Но неужели вы хотите сказать, что существует... — женщина от собственной догадки растерялась и замялась, и потому блондинка не стала молчать. — Лианн сказала мне, что определённый способ разрабатывали ведьмы, но она не назвала его, и я не могу быть уверена в том, что он действительно есть и практикуется в наше время. Однако... — Если это так и если это, предположим, заклятие хранилось в Облачной Башне... — подхватила линию рассуждений Текна. — Нет, девочки, постойте! — возразила Стелла. — Даже если и что-то такое существует, то почему мисс Гриффин не рассказала нам об этом? И почему сама не дала отпор Валтору? — А если она не знала? — тихонько предположила Флора, и все обернулись к ней. — Помните: Башня — живое существо... — Если это заклинание хранит сама Облачная Башня, то да, моя дорогая подруга могла и вовсе не знать о его существовании, — мисс Фарагонда кивнула и откинулась на спинку кресла, задумываясь. — Лира, а что вы хотели этим сказать? — внезапно поинтересовался эльф, вспоминая первоначальную тему беседы. Первокурсница закусила губу, но решительно ответила: — Я хотела рассмотреть теорию существования такого заклинания и нахождения его в руках Валтора. Девушки ахнули, директриса нахмурилась, и вдруг Блум, сжав кулаки, заметила: — Девочки, вспомните визит Трикс, когда вы были в Золотом Королевстве. Валтор, зная, для чего мы прилетели туда, отправил их, хотя Трикс не раз разочаровывали его. Если бы Водные Звёзды действительно были для него так важны, он явился бы сам. — То есть, ты хочешь сказать... — принцесса Солярии с испугом смотрела на рыжеволосую девушку. — Да, Стелла. Боюсь, Лира права, и у него тоже есть оружие против Огня Дракона. — Очередной ход его игры, спрятанный козырь в рукаве! До чего же коварно! — не сдержала эмоций фея морфикса. — Подождите, девочки, мы ведь это ещё не выяснили! — Лира попыталась отвлечь подруг. — Возможно, я ошибаюсь... — Нужно проверить, — мисс Фарагонда свела брови на переносице, серьёзно глядя на светловолосую девушку и стоящего позади неё преподавателя. — Профессор Палладиум, Вас не затруднит сопроводить Лиру в Облачную Башню? Нам нужно точно знать, с чем мы имеем дело, ставки сейчас слишком высоки. — Разумеется, — эльф покорно кивнул, а фея четырёх стихий впилась короткими ногтями в ладонь. — По возвращению я сразу же доложу Вам, что удалось узнать. Лира? — Палладиум вопросительно взглянул на ученицу, и та, опустив голову, первой вышла из кабинета, чувствуя необъяснимую тревогу внутри. Когда же за профессором Алфеи закрылась дверь, директриса мрачно посмотрела на шестерых своих учениц. — Девочки, останьтесь. Нам нужно поговорить о вашей подруге. Профессор Палладиум уводил светловолосую девушку в ту часть Алфеи, где она не то, что не была: о существовании оной вообще не подозревала. От леса веяло сладкой прохладой, чирикали неугомонные птички, гордо колыхались на ветру весенние цветы. Ярко, красиво, солнечно и совершенно волшебно. Феям Алфеи положено восхищаться и радоваться жизни, но первокурсница с сильнейшим артефактом на груди лишь тоскливо вздохнула и остановилась около скамьи, когда эльф попросил подождать его и скрылся за пастельной стеной школы. Она боялась и очень хотела уйти. Внутри всё сжималось от непонятного страха и неясного, пока неразличимого предчувствия, лес звал в свои объятия, обещая укрытие, но Лира прекрасно понимала, что не могла оставить сейчас Алфею и Винкс. Особенно если её догадка подтвердится... Она слишком сильно любила подруг, чтобы позволить им умереть. — Надеюсь, ты не боишься ветролётов, — голос преподавателя вернул блондинку в реальность, и она расширенными от удивления глазами посмотрела на Палладиума, который с довольной улыбкой сидел на огромном белом ветролёте. — А Вы... А откуда у Вас он? — в голове феи четырёх стихий никак не вязался статный профессор и навороченный летательный аппарат. — Подарок, — беззаботно пожал плечами мужчина. — Так что, не боишься? — Профессор Палладиум, я полгода провела в абсолютной темноте. Думаю, летать на этой штуковине не так уж и страшно, — невесело усмехнулась девушка, и эльф тут же напрягся, желая найти нужные слова, но что тут скажешь? Пока он сжимал руль, позади него села первокурсница, надевая шлем. — Слышать мы друг друга будем хорошо, у ветролёта особое энергетическое поле, — преподаватель тоже натянул свой шлем и начал настраивать двигатель. — Я включу его в работу, и во время полёта мы не будем оставлять магический след. Проще говоря, никто не узнает, что мы покинули Алфею. — То, что надо в нашей ситуации, — Хранительница кивнула, чувствуя, как аппарат поднимается вверх. — Скорость будет приличной, так что держись! — едва Лира успела схватиться за жилет эльфа, как ветролёт рванул с места, направляясь в лесную чащу. Оказалось, вопрос профессора Палладиума был более, чем просто резонным: они летели вперёд на такой скорости, что внутри блондинка искренне недоумевала, как мужчине удаётся избегать столкновения с деревьями. Ветер бил по коже и рвал волосы назад, адреналин начинал шкалить в крови. И если фею четырёх стихий захлёстывали эмоции, то что же чувствовал преподаватель? Мимо проносились деревья и узкие тропинки, уводящие в непонятном направлении. Светловолосая девушка знала, что лес волшебный, но сейчас он был пристанищем Валтора, и не беспокоить это не могло. Если верить словам эльфа, то тёмный маг их не почувствует, но что, если увидит? Собьёт их или просто будет наблюдать? Лира зажмурилась, пытаясь отогнать ненужные мысли. Сейчас нужно сосредоточиться на неизвестном заклинании, ведь если мисс Гриффин даже не подозревала о его существовании, то найти хотя бы место его хранения всё равно придётся. Когда померкли краски и сгустились над головой тучи, Лира поняла, что они совсем близко. И спустя минуту Облачная Башня во всей красе показалась перед ними, озаряемая светом фиолетовых молний, величественная, таинственная, полная опасностей и ловушек. Истинная школа ведьм, пристанище Прародительниц, башня, обладающая умом и характером. Тёмная, мрачная и всё же прекрасная. Мисс Гриффин ждала их у главного входа, облачённая в чёрный плащ. Профессор Палладиум первым спрыгнул с ветролёта, сняв шлем, приветственно поклонился женщине, а затем помог спуститься своей ученице. — Здравствуйте, мисс Гриффин, — отчего-то едва слышно произнесла Хранительница, и голос её заглушил раскат грома. Ведьма пристально посмотрела на неё, проникая своим взгляд в глубь души, а затем губы её растянулись в загадочной улыбке. — Совсем другая. Новая, — и серьёзно: — Здравствуй, Лира. Фарагонда сказала, что у тебя ко мне срочное дело. — Это связано с тем, что Валтор украл из Башни... Хотя было бы просто замечательно, если всё-таки не украл. — О чём именно идёт речь? — выгнула брови директриса Облачной Башни. — Некое заклинание или артефакт, оказывающий такое же воздействие на Огонь Дракона, как и Водные Звёзды. Первая Хранительница рассказала мне о нём, но не дала точной информации... — Хм-м, — Гриффин нахмурилась, касаясь подбородка, и в это время несколько молний разрезали тёмные скопления туч. — Я не слышала о таком, но у этого замка много секретов. Я могу попытаться выйти на связь с духом Облачной Башни, но вам нужно будет подождать. — Нам важно узнать хоть что-нибудь, — эльф кивнул. — Мы прождём столько, сколько нужно. Юные ведьмы с презрением смотрели в сторону следующих за директрисой светлых волшебников. Им неведомо было, что светловолосая девушка, которую мучили воспоминания о ночи, проведённой в их школе, на деле обладает нейтральной энергией, и потому не чувствует угнетения от переизбытка тёмной магии. Палладиум же хотел побыстрее покинуть это мрачное место, но ответа они пока не получили, а бросить свою студентку он не мог. Мужчина по её поведению понимал, что фея чувствует себя крайне некомфортно, терзается не самыми приятными мыслями и догадками. Как и те, кому Лира была небезразлична, он очень хотел помочь, но что мог на деле? Чувство собственного бессилия давило на молодого преподавателя, однако единственное, что оставалось, — смириться. Иного пути не существовало, видимо, Хранительнице суждено справиться с этим в одиночку. — Надеюсь, это не займёт много времени, — они остановились у одной из дверей, и мисс Гриффин сняла и отбросила плащ, после чего посмотрела на своих гостей. — Однако замок может быть упрямым. — Достаточно лишь места, проверить мы можем и сами, — блондинка нетерпеливо и вместе с тем боязливо смотрела на женщину. — Лира, — Гриффин, как мудрая и опытная ведьма, сразу всё поняла, — я осознаю ответственность и ценность этой информации. Фактически я выношу вам приговор. Фея четырёх стихий тяжело сглотнула и почувствовала, как на её плечо легла ладонь эльфа. Ведьма, неопределённо хмыкнув, скрылась за дверью, и первокурсница поникла плечами, рвано вдыхая тяжёлый воздух. — Ты не одна, Лира, — аккуратно начал профессор, боясь вызвать негативную реакцию, однако девушка молчала, и он продолжил: — Что бы ни случилось, рядом есть те, кто готов тебя поддержать. — Да, но... Но убить его смогу только я, понимаете?.. — прошептала Хранительница, и её голос, полный отчаяния и боли, заставил Палладиума отпрянуть, задумываясь над сказанным. А ведь если поразмыслить, отбросив проклятия, древнюю связь, силу и чувства... Она ведь лишь первокурсница. Девочка, которая осенью впервые переступила порог школы для фей, желая найти ответы. И они обрушились на неё, закрывая с головой, не давая жить и радоваться так, как это делают её сверстницы. Одна битва за другой, тайны, загадки, миссии, бесконечные метания и страдания, Бездна Теней, что принесла столько кошмаров и столько Тьмы в её душу... И сейчас рядом с ним воин, девушка, в чьих руках судьба всего Волшебного Измерения, но готова ли она распоряжаться этой судьбой? Готова ли она смотреть, как от её заклинания погибают? Пускай и злодеи, но гибнут, закрывают глаза, чтобы никогда их больше не открыть... Во имя всеобщего блага, но что же с тем, кто взял на себя роль палача? Дверь вздрогнула на петлях, и едва ощутимая волшебная волна прошла сквозь профессора Палладиума и студентку Алфеи. Лира мгновенно оживилась, прислушиваясь к ощущениям. — Что там? — тут же поинтересовался эльф. — Чувствуешь что-нибудь? — Башня... Она определённо говорит. Но слова разобрать не могу, она хочет, чтобы её слышала лишь мисс Гриффин. Спустя пару мгновений директриса школы для ведьм уже стояла на пороге, с сожалением глядя на первокурсницу. От последней это не утаилось, и блондинка замерла, чувствуя, как всё тело покрывается мурашками. — Заклинание, о котором вы говорили, носит название Экстинтио Маигнис. Для его активации используется древний артефакт: пыль самой холодной звезды Волшебного Измерения. Много веков всё это хранила Облачная Башня, но Валтор украл и кулон, в котором заключена звёздная пыль, и старинную книгу заклятий. Мне очень жаль, — последние слова действительно прозвучали искренне, но фее четырёх стихий едва ли могла помочь жалость ведьмы. Всё оборвалось, разрушилось, рассыпалось на миллионы кусочков. Есть всего один путь: битва один на один. — Одного не могу понять: откуда же Валтор знал об этом артефакте? — недоумевал профессор Палладиум. — Хороший вопрос, профессор, — кивнула мисс Гриффин. — Если учесть, что к тому моменту, когда Винкс достали Водные Звёзды, пыль и заклинание уже были у него на руках... — Прародительницы, — спокойно перебила директрису побледневшая и раздавленная морально Лира. — Этот способ изначально придумали ведьмы. Прародительницы сказали ему, больше никто этого сделать не мог. — Три Древние Ведьмы создали Валтора, это правда, — женщина кивнула, и глаза её засияли нездоровым блеском. — Однако если они всё ещё поддерживают связь, для вас, Винкс, дело становится в разы опаснее. На директрису Облачной Башни посмотрели бирюзовые глаза, полные холодной решимости, и в тот же момент в глубине их полыхнул огонь. — Мне не страшны Прародительницы, ведь я нейтральна по природе своего волшебства. Я уверена, что сталкивалась с ними в Бездне Теней, это не могли быть лишь образы. Связаны они с Валтором или нет, похоже, иного пути не существует. Я должна победить, девочки отныне на это не способны. Гриффин молчала, однако затем с хрипом произнесла: — Я лишь желаю тебе не потерять этот настрой, когда ты окажешься перед Валтором. К сожалению, я уверена в том, что он сумеет удивить тебя напоследок. *** Союзники — это так хрупко, на самом-то деле. Три пары глаз с неприкрытой яростью пристально смотрели мужчину, который пытался сосредоточиться на чтении древней книги заклятий. Айси, Дарси и Сторми успели друг с другом обсудить случившееся на поле боя, пока Валтор отсутствовал, но им это ни капли не помогло. Ведьмы лишь рассвирепели ещё больше, не понимая, зачем поцелуй с этой глупой феей был нужен магу и, что самое главное, зачем он закрыл Ворота Тьмы после этого. Ведь план был блистательным, ещё час — и лучшие школы Магикса пали бы у их ног! Зачем, зачем было всё рушить, когда победа была так близка?! Первой не выдержала Айси. Пускай и сёстры тоже были на взводе и едва сидели на своих местах, ведьма льда первая вскочила на ноги и в повышенном тоне потребовала: — Валтор, нам надо поговорить! — О чём? — лениво спросил демон, но внутри уже зашевелилось раздражение вкупе с презрением. — О твоей светловолосой девчонке, которая вечно портит наши планы! Тёмный маг медленно отложил книгу и, выгнув бровь, холодно уточнил: — "Наши" планы? В убежище злодеев резко похолодало, однако девушки не приняли это за предупреждающий знак. — Да, наши! Ведь это мы делаем большую часть грязной работы! — Сторми скрестила руки на груди и задрала подбородок. — Точно, ты вечно отправляешь нас во всякие захолустья! — поддержала сестру Дарси, надменно смотря на мужчину. Валтор поднялся со своего кресла и прикрыл глаза, пытаясь сдержаться. Пытаясь усыпить монстра, что рычал и когтями рвал его призрачное спокойствие, но... — Ты постоянно говоришь о том, какой ты непобедимый и могущественный, а на деле?! Где все твои крутые заклинания? Или их ты тоже отзовёшь, когда до победы над этими сопливыми феями останется всего ничего?! Ему хватило лишь одного взгляда. Единственного взгляда на этих докучливых мерзавок, чтобы полностью потерять контроль над собой. Надоело терпеть, надоело держать рядом трёх тупоголовых ведьм, которые не могут нормально справиться ни с одним его заданием. Самым великим магом может стать лишь один, недоучкам рядом с ним делать нечего. И он его отпустил. Чудовище внутри возликовало, и демоническое пламя побежало по телу, трансформируя его, делая больше и сильнее. Больно не было, наоборот, вторая ипостась разжигала непреодолимое желание действовать, пробуждала древнюю силу, заложенную самими Прародительницами. Огромные крылья раскрылись позади, рычащим стал голос, глаза приобрели голубой цвет и засветились огнём, а кожа огрубела, становясь своеобразной бронёй. Демон ожил, обрёл свободу и обнажил в улыбке клыкастую пасть. А затем горящими глазами посмотрел на дрожащих девушек. — Вы... — неторопливо рыкнул он, привыкая к звучанию голоса, к тому, что теперь он слышен. — Мы больше не будем! — тут же взмолилась Дарси, испуганными глазами глядя на Валтора. Маг, наверное, дал бы второй шанс. Но демон нет. Фиолетовый знак, используемый для клейма, засветился бордовым огнём на когтистой лапе. Трикс даже не успели что-либо понять, как оказались невольными игрушками пробудившегося чудовища. И оно было намного безжалостнее светловолосого мужчины. Ларец Агадора взлетел с каменной поверхности, откинулась назад золотая крышка. Демон в предвкушении усмехнулся, открывая портал к озеру Рокалучия и мановением руки зовя ведьм за собой.

Пора действовать.

*** Директриса Алфеи молчала, прожигая стол напряжённым взглядом. Напротив неё сидели шесть взволнованных и несколько растерянных третьекурсниц, из-под нахмуренных бровей поглядывающих на профессора Палладиума и Хранительницу Волшебного Измерения. — Значит, вы были правы в своих предположениях, Лира, — наконец подала голос женщина, и её лицо приняло беспокойное выражение. — Это значительно ухудшает наше положение. — Но ведь у нас тоже есть Водные Звёзды! — воспротивилась принцесса Домино, поднимаясь с бархатного кресла. — Да, я могу пострадать, но Валтора победить всё ещё возможно! — Сущность Валтора состоит из Огня Дракона лишь наполовину, — вздохнула мисс Фарагонда. — Вы можете уничтожить эту часть, но останется вторая, та, которую создали Три Древние Ведьмы. — Энергия Тьмы! — воскликнула Текна. — Именно, девочки, — кивнула наставница, поправляя очки. — Огонь Дракона наиболее действенен против любой негативной энергии. А у Валтора теперь сил хоть отбавляй. — Лира... — несмело протянула Стелла, но директриса не дала ей договорить. — Мы хотели вам кое-что сообщить, дорогая, — взгляд фиолетовых глаз внимательный, но где-то глубоко читается жалость. — Я отстранила вас от битв с нашим врагом. — Что?! — искренне изумилась фея четырёх стихий. — Но почему? Блум угрожает опасность, я единственная, кто может... — Нет, Лира! — вступилась рыжеволосая девушка и подошла к сестре. — По-настоящему находишься в опасности лишь ты, и так было с самого начала. Мне очень жаль, что мы не поняли этого раньше, но теперь, когда мы нашли друг друга, когда я знаю, что ты моя единственная выжившая родственница, я сделаю всё, чтобы тебя спасти. — Но Блум! — нахмурилась первокурсница, чувствуя, как стучит в груди сердце. — Не спорь со мной! — внезапно отрезала фея Огня Дракона. — Мисс Фарагонда меня поддержала в этом решении. — Я не собираюсь стоять и смотреть, как он убивает тебя! — невольно рыкнула блондинка. — Ты будешь, — голубые глаза загорелись решимостью и упорством, — и если ты не воспринимаешь это как просьбу своей старшей сестры и директрисы школы, то ты подчинишься приказу. — Приказу принцессы Домино? — язвительно осведомилась Хранительница. Винкс, пребывая в шоке, не смели вмешиваться в спор двух сестёр, профессор Палладиум изумлялся поведению студенток, а мисс Фарагонда, напряжённая и расстроенная, просто молчала. — Да, — Блум свела брови на переносице. — Как твоя принцесса, я имею полное на это право. — Право мне приказать? Что же, пожалуй, кронпринцесса действительно бы подчинилась. Но я Хранительница! — глаза Лиры полыхнули фиолетовым пламенем, и рыжеволосая девушка невольно сделала шаг назад. — И не собираюсь подчиняться приказам тех, кто просто решил погибнуть на поле боя! Присутствующие опомнились лишь тогда, когда хлопнула дверь директорского кабинета. Стелла тут же подскочила к находящейся в абстракции принцессе Домино, желая её утешить, а эльф вопросительно взглянул на седовласую женщину. Мисс Фарагонда тяжело вздохнула и покачала головой. — В чём-то Лира права, но рисковать мы не можем. — Вы думаете, она не ослушается? — тихо поинтересовалась Муза, впиваясь ногтями в ладони. — Нет, — директриса Алфеи отрицательно покачала головой. — Она будет злиться, но исполнит моё распоряжение не вмешиваться. — А если... — на лице Флоры отразилась тревога. — Будем надеяться, что это не убьёт и её тоже, — тихо проговорила наставница, отводя глаза в сторону. Она готова была сжечь весь лес, заставить землю острыми пиками подниматься к небу, залить всё водой, а затем превратить в лёд с помощью воздуха. Но вместо этого фея четырёх стихий лишь быстро шла мимо вековых деревьев, сжав зубы и уговаривая себя дышать глубже. Ярость пропитала её изнутри. Приказать! Как она могла ей приказать?! Неужели Блум всерьёз думает, что Лира покорно не вмешается в битву, если Валтор использует то заклинание? И неужели сама Блум не спасла бы первокурсницу в такой ситуации?! Принцесса Домино, потому приказала ей. Серьёзно?! С каких пор фея Огня Дракона отдаёт ей приказы? Светловолосая девушка сжала кулаки, чувствуя, как бурлит внутри пламя, желая вырваться наружу. Негативная энергия искала выход из её тела, но Хранительница сдерживала себя, сопротивляясь неправильным желаниям. Но как же она могла?.. Отстранена от битв. Положим, это не самое худшее, что могло случиться. Но как девочки справятся без неё? Если подумать, то только она и Блум имеют реальные шансы против тёмного мага. И сейчас, когда выяснилось, что у их врага есть заклинание против Огня Дракона, её сочли нужным отстранить! Блондинка рвано выдохнула, резко останавливаясь и до крови прокусывая губу. Она не могла этого понять. Не могла понять, зачем так рисковать, если она может сражаться. Но в то же время... Лира села около дуба и прислонилась к нему спиной, запрокидывая голову. Сражаться с Валтором. Она не раз это делала, но сердце всё равно замирает при виде демона. А после того поцелуя, наверное, билось бы в бешеном ритме, мешая сосредоточиться. Так может, решение старшей сестры и мисс Фарагонды является верным? Что, если она не сможет ему противостоять, не сможет устоять перед соблазном? Да, он не причинял ей особого вреда, но что он сделает с Винкс и Блум в частности?.. Фея четырёх стихий вздохнула, вглядываясь в зелёную крону дерева. Как же сложно... Как сложно быть и там, и там, как сложно поддерживать Равновесие и принимать верные решения... Она устала. Девушке так хотелось чего-то простого, лёгкого и безобидного, чего-то тёплого и согревающего, такого, как...

Огонь.

Хранительница стремительно поднялась на ноги и прислушалась к ощущениям, полагая, что ошиблась. Откуда взяться огню в лесу? Но огонь был. Ужасно горячий, уничтожающий лес, он сжигал всё на своём пути и двигался в сторону... Алфеи! — Энчантикс! Магия окутала всего на мгновение, даря превращение, но блондинке казалось, что прошла вечность. Он слишком быстрый, а ей надо успеть предупредить школу! Едва почувствовав большие крылья за спиной, первокурсница взмыла в воздух и изо всех сил полетела назад, в Алфею. Внутри всё было окутано холодом и липким страхом не успеть, хотя сама она не боялась стихии. Огонь легко шёл на контакт, и Лира вопреки ситуации смогла понять, что энергия этого пламени чиста и первозданна, а значит, это стихия в её естественном проявлении. Но не просто же так он неумолимо надвигался на школу для фей! Зефирные башни показались впереди, и светловолосая девушка ускорилась, пролетела через щит и тут же заметила профессора Авалона, который что-то объяснял студентке со второго курса, используя энергетические сферы. — Профессор Авалон!!! — тут же закричала фея четырёх стихий, снижаясь. — Огонь!!! Мужчина с недоумением поднял глаза на ученицу, а затем посмотрел в сторону леса, и глаза его округлились. В следующий момент на территории Алфеи зазвучала сирена. Винкс тут же оказались на улице, и злость вспыхнула в душе блондинки наравне с тревогой за подруг. Однако не время было отдаваться во власть эмоций, сейчас нужно было максимально быстро разработать план действий. И понять, как остановить пламя. — Вперёд! — шесть третьекурсниц побежали к лесу, и Лире оставалось только следовать за ними. Она видела, как Гризельда пыталась потушить пылающую ель, однако та лишь упала, и боль дерева тут же почувствовала фея природы. — Я не могу это терпеть, какие ужасные крики! — Флора схватилась за голову, едва справляясь с зовом леса. Хранительница тоже слышала растения, чувствовала, как они страдают, но не могла понять, почему они ещё не погибли. Ведь хоть одно дерево к тому моменту уже должно было сгореть… — Я остановлю пожар! Энчантикс! — перевоплотившись, принцесса Солярии поднялась в воздух, произнося: — Солнечное отрицание! Небо тут же заволокло тучами, и идея золотоволосой девушки стала ясна. — Я сосредоточу весь дождь на этих деревьях! — уверенно объяснила Стелла, направляя потоки воды в нужную сторону. Но огонь не желал гаснуть, хотя обычный лесной пожар пошёл бы на убыль. На лице феи Солнца и Луны отразилось непонимание. — В огне тёмное волшебство! — подошедшая сзади мисс Фарагонда смерила бушующее пламя серьёзным и настороженным взглядом. Светловолосая девушка же решила заявить о своём присутствии и приземлилась рядом с подругами. — Может, там и есть магия, но по существу этот огонь всего лишь стихия. — Однако именно поэтому его невозможно потушить, — директриса выглядела крайне сосредоточенной, но в то же время в её глазах читалось большое беспокойство. — Он ничего не сжигает, — заметила Текна. — Деревья горят, но не опаляются. — Это значит, что они будут гореть вечно? — удивлённо спросила Стелла. — Да, — кивнула фея технологий. — Красный Фонтан разрывают ветра, Облачная Башня тонет в дождях, Магикс рушится от мощного землетрясения! — раскрыла всю ситуацию пожилая женщина, не скрывая своего испуга и бессилия. — А нас скоро поглотит вечный огонь... — невесело добавила розоволосая девушка. — Стихии! — первокурсница сжала кулаки, оглядываясь на языки красного пламени. — Он направил против школ и Магикса стихии, но как?.. — Видимо, Валтор сумел где-то отыскать это ужасно мощное заклинание, сильнейшее в Измерении! — Фарагонда грустно покачала головой. — Однако это значит, что Лира может помочь! — Лейла выжидающе посмотрела на фею четырёх стихий. — Это ведь твоя магия, ты можешь снять это заклинание! — Снять не получится, — директриса перевела взгляд на пожар, неумолимо приближающийся к её школе. — Валтор полностью контролирует эти четыре элемента, и стихийные бедствия прекратятся, когда он лишится власти над заклинанием. — Я смогла бы его снять, будь у меня познания в тёмном искусстве, но их нет, — блондинка, разочарованная в себе самой, опустила голову. — Вы можете сдерживать натиск стихий. Лира, вы единственная, кто может оттянуть время и спасти жизни людей, которые бессильны в этой ситуации, — заметила наставница. — А мы должны идти! — решительно заявила Блум. — Иначе он уничтожит всё вокруг! Лира… — фея Огня Дракона обернулась к сестре, но та лишь покорно кивнула. — Я остаюсь. Вы будете бороться с Валтором, а я по мере сил защищать школы и столицу. — Мы постараемся справиться с ним побыстрее, — Муза подошла к подруге и положила руку ей на плечо. — Я справлюсь, — Хранительница выдавила из себя улыбку. — У вас есть столько времени, сколько нужно, пока я в деле. — Хорошо! — директриса Алфеи оглядела своих учениц. — Девочки, идите и спасите нас всех! Лира, начните с Магикса, там много тех, кто не обладает магией! — Фарагонда взмахнула рукой, открывая портал, и светловолосая девушка закусила губу, понимая, что женщина так ничего и не узнала о Веруме. — Удачи, Винкс! — она обернулась и с немой болью окинула подруг последним взглядом, после чего скрылась в пространственной бреши. Едва телепортировавшись, Лира ощутила мощные подземные толчки и услышала крики людей, которые пытались спастись. Взмахнув крыльями, фея четырёх стихий поднялась в воздух и полетела к трещине, которая стремительно разрасталась, и на пути её была испуганная женщина, прижимающая к груди маленького плачущего мальчика... — Остановись! — ладони первокурсницы загорелись зелёным огнём, который тут же перекинулся на разлом. Трещина замерла, женщина, с благодарностью взглянула на блондинку и убежала, а студентка Алфеи застыла в воздухе, концентрируясь. Стихия подчинилась легко, но в то же время желала продолжить это буйство. "Я должна это остановить, — подумала девушка, закусывая губу. — Тёмное заклинание, может, и контролирует стихии, но лишь я имею над ними полную власть". Стиснув зубы, она направила большой поток энергии на разлом, и земля повиновалась, кора покорно сошлась, убирая трещины. Люди, находившиеся рядом, с искренним восхищением смотрели на Хранительницу, однако она, разобравшись с одним участком Магикса, уже открывала портал в школу специалистов. Из пространственной бреши подул холодных ветер, развевая её волосы. Видимо, Красный Фонтан тоже нуждается в помощи. *** Винкс находились на территории Алфеи и напряжённо наблюдали за пламенем, которое вплотную подступило к защитному барьеру. Дальше медлить было нельзя. — Слушайте, поскольку я чувствую Огонь Дракона Валтора, я буду вести вас, — решительно обратилась к подругам Блум. В этот момент раздался неприятный треск: волшебный щит, оберегающий школу для фей, начал разрушаться. — Барьер не может сдерживать огонь, — Лейла указала на брешь. — Скоро начнёт гореть школа... — Тогда пошли! — принцесса Домино, поднявшись так высоко, чтобы обогнуть пожар, первой направилась в лес, а за ней последовали и остальные. Магия вела рыжеволосую девушку в сторону озера Рокалучия. Пламя заметно уменьшалось по мере приближения к озеру, и она поняла, что на правильном пути. Валтор должен быть где-то близко. Приземлившись на не охваченной огнём поляне, девушки огляделись, а фея Солнца и Луны с натянутой улыбкой заметила: — А я жалела, что не взяла с собой купальник! — Стелла, может, перестанешь шутить? — недовольно попросила Текна. — Ты что, её не знаешь? — вопросительно выгнула брови принцесса Андроса. — Это правда! Чем опаснее наше задание, тем больше она шутит, — пожала плечами Муза, смотря на золотоволосую девушку. Стелла в ответ лишь неопределённо хмыкнула, а фея Огня Дракона, поняв наконец, куда ведёт её магия, обернулась к подругам и произнесла: — Тогда начинай придумывать новые шутки, потому что мы идём туда, — и указала на дно озера, вода которого была направлена тёмным магом в Облачную Башню. *** Едва Лира переместилась в школу для специалистов, как её чуть не снесло мощным потоком ветра: совсем рядом пронеслось торнадо, направляющееся в Красный Фонтан. — И что теперь делать? — послышался знакомый голос. — Ривен! — Хранительница повернула голову влево и впереди заметила трёх специалистов, которые растерянно смотрели на надвигающуюся стихию. Разумеется, даже с помощью передовой технологии остановить воздух они не смогут, да ещё и шесть воронок за раз. А вот ей это вполне под силу, если учесть, что печать этого элемента заполнена... Светловолосая девушка решительно полетела вслед одному из смерчей, концентрируя вокруг себя чистые потоки воздуха. Главное не растеряться и следовать только что возникшему в голове плану, тогда парни смогут какое-то время передохнуть... — Эй, смотрите туда, это Лира! — Брендон первым заметил первокурсницу, которая находилась на опасном расстоянии от торнадо. — Что она делает? — вопросительно вскинул брови Скай, активируя доску, чтобы, в случае чего, успеть защитить девушку. — Постой, Скай, — Ривен перегородил ему путь рукой, вглядываясь в тоненькую фигуру блондинки. — Лира наверняка знает, что делает. Однако тут же сердце специалиста пропустило удар: фея четырёх стихий влетела в смерч, и из-за поднявшихся частиц земли, песка и растений совершенно не было видно, что с ней случилось. Воздушная оболочка защищала девушку от повреждений и сумасшедших потоков ветра, пока сама Лира, активировав печать, подчиняла себе ураган. Это заняло не больше нескольких секунд, но первокурсница отчетливо ощутила сопротивление тёмной магии. "Без печати мне бы наверняка не удалось", — пронеслось у неё в голове, но пока всё шло по плану. Ощутив полную власть над смерчем, она резко ускорила его и сдвинула в сторону, объединяя с другим. — Что происходит? — голос Брендона выдавал его волнение. — Она точно в порядке? — Она Хранительница, дружище, — принц Эраклиона, наблюдая за тем, как шесть надвигающихся торнадо становятся одним большим вихрем, выпрямился. — Она единственная из нас, кто в любом случае будет в порядке. Воздух окружал, развевал волосы и края платья, чистые потоки изгоняли тёмное заклинание, набирали силу. Ветер донёс до феи четырёх стихий слова специалиста. Она улыбнулась и развела руки в стороны, высвобождая энергию стихии и в одно мгновение расправляясь с огромным ураганом.

Да, она действительно в порядке.

*** — Он там, я это чувствую! — Где он? Тут ничего нет, — Лейла недоумевающе взглянула на Блум, но та и сама не знала ответа. Флора же, выгнув брови, долго всматривалась в земляную поверхность, а затем сказала: — А может и есть... — наклонившись, фея природы коснулась дна, и её рука прошла сквозь него, давая понять, что проход есть, просто на него наложена иллюзия. — Что же, пошли! — рыжеволосая девушка кивнула подруге, и Винкс направились вперёд. Портал пропустил их беспрепятственно, и не успели феи оглядеться, как раздался хорошо знакомый им голос: — А вот и вы, — принцесса Домино тут же заметила тёмного мага, который просто стоял и смотрел на них. — Наконец-то. — Пришёл твой конец! — решительно заявила Блум, хотя в душе закопошилось сомнение. — Хм, я думаю, вы принесли Водные Звёзды, — голос Валтора звучал совершенно спокойно, и Текна нахмурилась, внимательно смотря на демона. — Я не могу воевать в их присутствии. Фея Огня Дракона тоже начала понимать, что что-то не так. Сначала Валтор укрылся под озером, а потом вышел их встречать, и сейчас, когда Стелла демонстрирует ему древние артефакты, он отступает, но лицо его и голос не меняются, словно это какая-то непонятная ловушка... — Что-то не так, — не выдержала Блум, нахмурившись. — Что? — тут же спросила Муза. — Сейчас я чувствую Огонь Дракона только за своей спиной, — пояснила рыжеволосая девушка. — Но Валтор перед тобой! — возразила фея музыки. — Если только... — Если только конец настал тебе, а не мне, Блум! — заявила уже очевидная иллюзия, и в тот же момент сверху на девушек начали осыпаться грунт и валуны, рискуя придавить собой. — Это ловушка! — Текна маневрировала между падающими камнями, пытаясь отыскать выход. — Мы находимся под озером и не хотим быть похороненными тут! — Лейла прикрылась рукой, когда сверху осыпался песок. — Уходим! Поддельный тёмный маг смеялся им вслед, скрытый столпами пыли, а пространство начало стремительно сужаться, рискуя попросту задавить студенток Алфеи. — Быстрее! — Стелла указала на портал. Пять фей Винкс задействовали волшебную пыльцу, чтобы уменьшиться, а Блум первой полетела к проходу, в душе сетуя на своё неполное превращение. Однако было непонятное чувство недосказанности, неопределённости и фальши, хотя ловушка и была разгадана. Словно это было создано лишь для потехи, а настоящая битва ещё впереди. И с колотящимся в груди сердцем принцесса Домино понимала, что эта схватка может стать последней не только для демона, но и для неё самой... — Вы не меня ищете? — вежливо поинтересовались сзади, и на этот раз внутри полыхнуло Пламя Дракона, указывая на присутствие рядом ещё одного хранителя древней силы. Рыжеволосая девушка обернулась и тут же решительно нахмурилась, смотря на спокойного Валтора и Трикс, которые с каменными выражениями лиц парили на небольшом расстоянии от земли. Странно, что нет привычных ухмылок и язвительных фразочек, ведьмы были подозрительно равнодушны, словно послушные куклы... Но фее Огня Дракона некогда было думать о том, что сделал тёмный маг со своими союзницами. — Да, и на этот раз пощады не будет! — её сердце жаждало битвы, жаждало шанса отомстить за всё, а особенно оно желало победы, победы любой ценой, лишь бы сестра не вмешивалась... — Согласен, — деловито кивнул светловолосый мужчина, — никакой пощады, — и вытянул руку вперёд. Ладонь его блеснула магией, и земля под принцессой Домино всколыхнулась, тут же начиная утягивать её вниз. — Блум!!! — всё произошло так быстро и неожиданно, что Стелла теперь лишь смотрела на образовавшийся туннель, в котором исчезла её подруга. — О нет, посмотрите в небо! — Муза указала на приближающихся к ним Трикс, которые всё так же спокойно взирали на противниц. — Совместный щит! — тут же сориентировалась фея Солнца и Луны. — А я добавлю удар! — Лейла тоже подключилась к созданию барьера. — Усиливаю! — Текна направила заклинание-алгоритм, объединяющее магию подруг, на ведьм. Щит был очень мощным, и девушки полностью полагались на его силу, однако уже первая атака Трикс дала трещину в ярком золотом куполе. — Но почему? — искренне изумилась Флора. — Магия! — фее технологий хватило лишь мгновения, чтобы задействовать свои датчики и выдать результат. — Их магия многократно усилена! — И посмотрите на их шеи! — изумлённо воскликнула Муза. — Знак Валтора! — фея природы ахнула, невольно делая шаг назад. — Получается, — принцесса Андроса поморщилась, вкладывая ещё больше энергии в щит, — он подчинил своей воле и Трикс? Но зачем? Ведьмы объединили свои силы, и тёмное заклинание разрушило барьер фей, вынуждая тех вступить в бой, а демон, не замеченный девушками, влетел в туннель, предвкушая расправу с Блум. *** Ведьмы Облачной Башни с ужасом бегали по школе, желая хоть где-нибудь укрыться от настигающей их водной стихии. Преподаватели останавливали потоки воды, но надолго их колдовства не хватало. Сам замок старался защищать архивы и залы магии, но едва справлялся с одним из элементов природы. Телепортировавшись, Лира тут же ощутила буйство стихии, тот хаос, в который Валтор превратил воду из озера Рокалучия. Светловолосая девушка подавила жалостливый вздох, вспоминая о демоне и подругах, которые сейчас сражаются друг с другом. Она утешала себя лишь тем, что ничего не чувствует, а значит, и Блум, и Валтор пока в порядке. Но как долго это продлится... Едва фея четырёх стихий приблизилась вплотную к тёмной стене Облачной Башни, как школа сама открыла ей проход. Первокурсница усмехнулась, с пониманием глядя на замок. — Тебя больше некому спасти, верно? Сама ты не можешь. Стена содрогнулась, и Хранительнице послышался отдалённый вой. В тот же момент в коридоре, где теперь стояла блондинка, раздался шум, и огромная голубая волна показалась из-за поворота. Вода — первый элемент, который покорился новой Хранительнице Волшебного Измерения, и первый элемент, который стал частью печати. Поэтому Лира лишь выставила ладонь вперёд, и поток, бурлящий и стремительно несущийся вперёд, замер. — Ого! — послышалось изумлённое и даже несколько восхищённое сзади. Студентка Алфеи обернулась и увидела ведьм, которые удивлённо смотрели то на неё, то на замершую волну. Судя по тому, что они даже не пытались сделать брезгливые и равнодушные выражения лиц, курс первый или второй. Светловолосая девушка скрыла улыбку и чётко произнесла: "Проход". Облачная Башня покорно сместила каменную кладку стены, образуя большой разъём, в который сначала вылетела фея четырёх стихий, а следом за ней и вода, которой оказалось очень много. Просто позволить ей огромным потоком обрушиться на землю было нельзя, и у первокурсницы родилась идея получше... — Алфея! — скомандовала она, поднимая вверх левую руку, а правой удерживая огромную сферу водной стихии. Верум засиял бордовым светом, и в воздухе образовалась пространственная брешь, куда тут же направилась блондинка, не замечая восхищённых взглядов юных ведьмочек, что смотрели ей вслед. Алфея пылала, охваченная огнём, щит давно пал, и феи с профессорами защищались так, как могли. Натиск стихии едва сдерживался, но никто не ожидал сильного дождя, который обрушился на школу под сияющим солнцем. — Что это за аномалия? — профессор Визгис заинтересованно поднял голову и тут же подпрыгнул от радости. — Лира! Хранительница улыбнулась забавному лепрекону и с удовольствием заметила, что огонь пошёл на убыль. Хоть так, это даст им немного времени... — Лира! — студентку позвал профессор Палладиум, и она тут же подлетела к нему, замечая, что на руках и ногах эльфа красуются ожоги. — Магикс! В Магиксе полная катастрофа, тебе нужно спешить! Девушка кивнула и тут же с немой просьбой посмотрела на преподавателя, на что тот снисходительно кивнул головой. — Верум, я знаю. Мисс Фарагонды здесь нет, не бойся. Конечно, блондинке было стыдно, но Палладиуму она безоговорочно доверяла, потому открыла портал, торопясь в столицу Волшебного Измерения. *** Блум быстро оправилась от падения, приходя в себя. Несколько гудела голова и болела спина, но это неважно. Понять, почему Валтор разделил её и подруг, было несложно, но лёгкие сдавило, и, кажется, начали потеть ладони. Главное, чтобы Лира не явилась сюда, но Хранительница ведь всё равно почувствует, если с сестрой что-то произойдёт... "Вставай! — приказала себе принцесса Домино. — Вставай и борись с Валтором, у тебя нет права проиграть эту битву!" Правая ступня была в грязи, и рыжеволосая девушка попыталась её стрясти, однако ощутила, как материя ползёт вверх по ноге. Не успела фея удивиться, как грязь выросла, превращаясь в монстра, который с мычанием поднял её вниз головой и разинул широкую беззубую пасть. — Даже не думай об этом! — вспышка огня — и несуразное чудовище вновь стало лишь лужей грязи, в которую упала принцесса Домино. — Молодец, — похвалил наблюдающий за девушкой Валтор. — Тут нет никаких Водных Звёзд, Блум, только ты и я. — Правда? — фея Пламени Дракона выгнула брови. — А как же древнее заклинание и Звёздная Пыль? На лице тёмного мага отразилось удивление, но затем губы растянулись в усмешке. — Я полагал, что это останется в тайне, однако вам, малышки Винкс, всё равно понадобилось слишком много времени, чтобы разгадать эту загадку. — Что же ты не применял их раньше? — Блум, грязная и напряжённая, встала на ноги, воинственно смотря на демона. — Ты давно мог расправиться со мной, зачем ждал, пока мы обретём оружие против тебя? — Приятно иметь в рукаве козыри, о которых никто не догадывается, — Валтор усмехнулся, впиваясь в противницу взглядом, пробирающим до костей. — И приятно уничтожать тебя, Блум, зная, что на помощь тут же прибежит твоя дорогая сестра. — Нет, она не придёт! — принцесса Домино и сама слышала, как дрожит её голос, выдавая обман. Конечно, Лира придёт, если почувствует, что Блум в беде, хотя бы потому, что сама она поступила бы точно так же, наплевав на любого рода запреты. — Глупышка Блум, — маг хмыкнул, снижаясь и становясь напротив рыжеволосой девушки. — Ты не спасёшь её, наша битва неизбежна. И твои подруги не придут спасти тебя, они очень заняты с Трикс. О да, — заметив недоумённое выражение лица феи, демон пояснил: — Я решил заколдовать их, чтобы проще было договариваться. Ужасно работать с кем-то, кто имеет собственное мнение. — Ты чудовище! — вскипела фея Огня Дракона, и её ладони засияли ярким светом, материализуя Водные Звёзды. — Ты решила покончить и со мной, и с собой? — Валтор выгнул бровь. — Что же, давай, мне приятно будет услышать твои болезненные стоны перед смертью. — А я буду рада слышать твои! Блум не заметила хитрых ноток в тоне врага, не почувствовала подвоха. Артефакты загорелись древней магией, рождая силу, обратную её собственной, и поток волшебства полетел в демона. Демона, который только этого и ждал. Огонь Дракона был и благословением, и проклятием. Являясь одним из сильнейших источников силы, он также был клеткой для его истинной сущности, которая была так нужна во время боя. Чудовище, спящее внутри, было безжалостным, беспощадным, рвалось в бой и побеждало, оставляя за собой лишь смерть и разрушения. Три Древние Ведьмы, осознавая это, наделили своё дитя магией Пламени Дракона, чтобы и они, и он был в состоянии себя контролировать. Но демон вырвался наружу ещё до начала происходящего, и всё это было лишь представлением, рассчитанным на избавление. Избавление от той части волшебной энергии, что ему мешала. Загорелась одежда и кожа, которая являлась лишь иллюзией, и вместе с ними загорелись остатки человеческого обличья. Монстр распахнул крылья и сверкнул пылающими глазами, смотря на испуганную принцессу Домино. — А теперь, Блум, — прорычал Валтор, призывая артефакт, содержащий пыль Звезды, — мы сыграем по моим правилам. *** Магикс рушился на глазах. Величественная и современная столица, город возможностей и идей, который давал приют каждому, уходил под землю, трескался, превращался в развалины. Люди пытались спастись бегством, но стихия настигала их, забирая жизнь или травмируя. Плакали дети, девушки, боролись те, у кого были силы, но ничего не спасало. Обычное волшебство не помогало остановить разбушевавшуюся Землю, которая заставляла всех падать, сбиваясь с ног, которая уничтожала здания и технику, вспарывала машины и фонтаны, оставляя за собой лишь груду материала. Земля была настолько сильной, что энергии Лиры крайне не хватало. Светловолосая девушка, стиснув зубы, сдерживала огромных размеров трещину, которая двигалась к многоэтажной больнице. Люди, находившиеся там, едва ли смогут убежать или защититься, и фея четырёх стихий в буквальном смысле была их единственным шансом на спасение. Но блондинка с ужасом осознавала, что практически бессильна перед таким натиском стихии. Она не понимала, почему земля не подчиняется ей, с некоторым удовольствиям отдаваясь во власть тёмных сил. Первокурсница злилась и пыталась найти решение, но его не было. А ореол зелёной магии вокруг неё стремительно слабел. Она слышала крики людей и их тихие молитвы: Ветер доносил голоса до её ушей, и она держалась только поэтому. Но вечно колдовать над одной трещиной Хранительница не могла: три школы Магикса нуждаются в её помощи, и кто знает, когда она почувствует угасающее Пламя Дракона и чьим оно будет... В голове возникла идея. Глупая, вовсе не надёжная, но идея, которая даст ей хоть немного времени, чтобы проверить Красный Фонтан. Сияющее зелёное волшебство, окружающее студентку Алфеи, загорелось ярче и ринулось к краям трещины, пробуждая крепкие стволы деревьев. Выросшие до шести метров, они потянулись друг к другу, переплетаясь и таким образом сдерживая расщелину, не давая ей пройти вперёд. Окинув больницу полным сожаления и в то же время надежды взглядом, Лира открыла портал в школу для специалистов. Красный Фонтан со всех сторон был окружён надвигающимися торнадо, но светловолосую девушку обеспокоило не это: едва она оказалась на территории волшебного леса, как почувствовала слабые, но вместе с тем чёткие сигналы. И сигналы эти слала Хранительнице Облачная Башня. Светловолосая девушка, игнорируя усталость, глазами отыскала корабль специалистов и показалась прямо перед стеклом, пугая сидевших внутри Тимми и Гелию. Брюнет открыл ей люк, пропуская на звездолёт, и фея тут же услышала: — Лира, мы могли тебя сбить! Нельзя так просто зависать перед передним стеклом корабля! — Тимми поправил очки, всё ещё отходя от испуга. — Извини, я не хотела, — первокурсница тут же подошла к парням, вглядываясь в схему расположения других звездолётов и приближающихся ураганов. — Ребята, как у вас тут? — Мягко говоря, не очень, — Гелия напряжённо смотрел на экран. — Ещё пару минут, и школу разнесёт на части. — Мне нужно в Облачную Башню, дела там совсем плохи, но вас бросить не могу, — фея четырёх стихий слабо улыбнулась, а большие крылья позади встрепенулись, раскачивая баночки с волшебной пыльцой. — Если я объединю все торнадо в один большой ураган, в основе которого будет моя нейтральная энергия, вы сможете его уничтожить? — Да, если внутри потоков воздуха будут наши бомбы, — Тимми тут же отправил сообщение Ривену, Скаю и Брендону. — Но ураганы спустя некоторое время всё равно возвращаются. — Пока действует тёмное заклинание Валтора, так и будет, — Лира пожала плечами, а внутри разлилась горечь от бессилия. — Я могу лишь сдерживать натиск стихий, но остановить это безумие можно лишь остановив Валтора. — Без тебя нам было бы в разы сложнее, — заметил Гелия, понимающе смотря на подругу. — Не вини себя. Блондинка грустно посмотрела на специалиста, и в этот момент на борт зашли три других члена команды. — Лира, ну ты даёшь! Расправляешься с этими воронками быстрее нас! — бодро заметил Брендон. — А теперь у вас есть возможность тоже поучаствовать в фейском экспрессе, — девушка попыталась придать голосу бодрость и весёлость, но нотки фальшивости были тут же замечены Ривеном. — Какой план? — спросил принц Эраклиона. — Я создаю своё торнадо, несущее нейтральную энергию, и наполняю его волшебной пыльцой и вашими бомбами, затем собираю в него торнадо Валтора, энергетика которых негативна... — Волшебная пыльца нейтрализует тёмную магию, и наши бомбы срабатывают, когда одна большая воронка становится лишь воронкой! — догадался Тимми, перебивая студентку Алфеи. — Гениально! — Я пойду с тобой, — Ривен поправил шлем. — Тимми, открывай! Лира полной грудью вдохнула наэлектризованный воздух и развела в стороны руки, загорелась на груди печать, и вокруг Хранительницы начал образовываться ураган. Её сердце было неспокойно, она предчувствовала беду, но работала быстро. Когда огромное торнадо стало кружиться на одном месте, она вылетела, подпуская Ривена с охапкой бомб, а сама потянулась к сиреневой баночке. — Волшебная пыльца! Если сработает, она знает, как помочь Облачной Башне... Ураган засиял, впитывая в себя частички светлой энергии, а теперь оставалось самое сложное: подавить сопротивление тёмных торнадо и направить ураган так, чтобы ненароком не задеть школу... — Лира... — кажется, специалист тоже понял истинную сторону ситуации. — Я справлюсь, — сжав зубы, прошептала светловолосая девушка. — Становись на доску, — Ривен чуть подвинулся. — Не трать силы хотя бы на полёт. Первокурсница повиновалась, опускаясь рядом с парнем, и тут же её ладони загорелись почти белым пламенем, а большой ураган сдвинулся вбок, направляясь к торнадо поменьше... Первые три дались легко, сами растворились в воронке, становясь нейтральными, но чем дальше, тем сложнее было фее четырёх стихий. Слишком тяжело, слишком большой поток воздуха, слишком напряжённая борьба... Болели мышцы рук и спины, кислорода, казалось, не хватало, и что-то непреодолимо тянулось вниз, но она держалась, кажется, из последних сил... — Лира, — Ривен неожиданно обнял за талию, но она не успела удивиться, потому что огромная, нейтральная по энергии воздушная воронка поглощала последнюю пару торнадо, — у тебя дрожат ноги. — Просто... — Хранительница закусила губу, и печать засияла из-под платья, потому что её сил уже не хватало. — Просто она такая... тяжёлая... Специалист поджал губы, рвано выдыхая и удерживая девушку, чувствуя, как напряжено всё её тело и как она дышит лишь через раз, спасая их школу. Такая беззащитная с виду, и в то же время единственная, кому на самом деле под силу разобраться с царившим вокруг хаосом... — Через пять секунд, — прошептала она, и свет от магии стал ослепляющим. — Остатки тёмной магии борются, но я справлюсь. Начинай считать. Парень хотел было воспротивиться, но покорно начал обратный отсчёт вслух, чтобы блондинка, в случае чего, его остановила. — Два. Один... — Давай! Ривен нажал кнопку на браслете, активируя связь с Тимми, и тот моментально среагировал, отправляя бомбам команду на взрыв. Огромный ураган вспыхнул пламенем, превращаясь в огненный смерч, но тут же погас, растворяясь в воздухе. — Мне надо лететь, — Лира слабо улыбнулась, когда ветер принёс торжествующие слова ребят. — Справитесь? Специалист молча кивнул, отпуская её, и девушку поглотило бордовое сияние, телепортируя в школу ведьм. *** Звёздная Пыль белым светом окружила демона, заискрилась бликами древнего заклинания, и Блум почувствовала, как учащается биение сердца. Разумеется, ей было страшно и раньше, но сейчас она чувствовала, как приближается Смерть, настигая её. Что делать в такой ситуации, она не знала, однако сдаваться тоже не имела права. Валтор сейчас практически непобедим, и если она умрёт, то останется лишь одна фея, способная одолеть мага... Идея задействовать Водные Звёзды, тем самым устраивая противостояние, пришла на ум сама. Принцесса Домино гордо расправила плечи, призывая артефакты, и они закружились впереди, активируясь и превращаясь в своеобразный щит. — Будешь бороться? — усмехнулся монстр, обнажая клыки. — Бесполезно! Первый удар барьер выдержал, но фея Огня Дракона понимала, что так не может длиться вечно. У Валтора есть его тёмная магия, а она не может использовать своё волшебство открыто, иначе есть риск, что среагируют и Водные Звёзды, и Звёздная Пыль... Она до крови закусила губу, но оставалось лишь стоять и ждать, когда защита даст трещину... Ещё один удар, и артефакты вздрогнули, однако снова выстояли. — Ты боишься смерти, Блум? — Валтор рычаще засмеялся, отправляя в сторону рыжеволосой девушки новые заклинания. — Или ты боишься, что потом я убью твою сестру? — Ты не убьёшь Лиру, — не понятно, почему, но Блум была уверена в своих словах. — Ты не хочешь, чтобы она приходила сюда, — щит дрогнул под натиском атак, заставляя принцессу Домино сделать шаг назад. — Но она всё равно явится, почувствовав, как ты умираешь. Фея закусила губу, сжала кулаки и вдруг почувствовала, как к глазам подступают слёзы... Напряжение давило на плечи, кожа покрылась мурашками, а в горле стоял ком, обидный ком слёз, ощущение того, что она проиграла... — Но она не сможет остановить Звёздную Пыль, — сферы древней магии продолжают лететь в её сторону, и студентка Алфеи последние силы тратит на то, чтобы держать спину ровной и не пытаться прикрываться руками. — Ей, конечно, это заклинание не повредит... Ах, ты ведь не знаешь, — демон сверкнул яркими голубыми глазами. — А если не знаешь ты, то не знает и она. — Не знает чего? — встрепенулась фея Огня Дракона. — Твоя смерть будет мучительной, Блум, — огромный монстр оскалился в торжествующей ухмылке. — Как долго мы шли к этому, не находишь? — Чего не знает Лира?! — требовательно вопросила рыжеволосая девушка. — Я ведь всё равно умру, скажи мне! Большая сфера влетела в барьер, и он существенно сдвинулся назад, заставляя принцессу Домино отойти к самой стене. Холодный пот стекал по её спине, коченело всё внутри, дрожали руки... О Великий Дракон, неужели её путь закончится так? Неужели тёмный маг, пленивший её родителей, покончит и с ней? — Ты такая жалкая, — внезапно заметил Валтор, и перепончатые крылья сложились за его спиной. — Ты осталась одна, твоя сила может убить тебя сейчас, и ты стоишь, загнанная в угол тем, кто причинил твоим близким столько боли и страданий... Скажи мне, Блум, — он внезапно приблизился, становясь совсем рядом со щитом, который защищал её, — тебе нравится ощущать полную беспомощность? Блум держалась из последних сил, она собрала остатки всей смелости и решимости, но на небесно-голубых глазах проступили слёзы. Образ чудовища, которое так открыто насмехалось над ней, смазался, стал большим бордовым пятном, но сама фея Огня Дракона задрожала всем телом, поникая плечами. Он прав. Она абсолютна беспомощна в этой ситуации. Но вместе со страхом смерти она ощутила и страх за Лиру, которая сейчас борется за существование школ и Магикса, даже не подозревая о происходящем... Рыжеволосая девушка почувствовала, как слёзы скатились по её щекам, и мысленно попросила Дракона сохранить жизнь хотя бы её сестре. — Теперь ты чувствуешь то же, что и я все семнадцать лет заключения в Измерении Омега, — прорычал Валтор, поднимая когтистую ладонь, на которой загорелось тёмно-синим пламенем заклятие. — На этом можно закончить. Щит треснул и раскололся, Водные Звёзды упали на землю, а принцесса Домино впечаталась в стену, теряя сознание и ощущая, как внутри разливается ужасная боль, замораживающая Пламя Дракона. *** Слышать зов Облачной Башни было странно, но ощущение некого полёта и воодушевления Лиру не покидало. Едва она телепортировалась, как стало ясно, почему замок пошёл на эту меру: вода была повсюду. Ведьм от гибели спасало лишь волшебство, а те заклинания, что хранили свитки и книги, были в шаге от падения. Школе нужна была помощь, и срочно, но Хранительница едва махала крыльями, чтобы удерживать себя в воздухе. Прошлое заклинание далось ей слишком тяжело, но светловолосая девушка придумала, как избавить Облачную Башню от наводнения. Это должно сработать, но после такого у неё едва ли останутся силы для Магикса, Алфеи и Красного Фонтана... — Я должна, — прошептала первокурсница, зажмуриваясь и призывая всё своё мужество. — Я должна, иначе... Иначе Магикс падёт, а кто знает, что будет дальше... Она глубоко вдохнула и выдохнула, затем, реально оценив свои возможности, призвала печать. Без её помощи и без содействия Ключа Равновесия она вряд ли справится. Вытянув руки вперёд, блондинка сконцентрировалась и материализовала водную сферу с себя ростом, а затем потянулась к баночке с волшебной пыльцой. — Она что, решила помочь затопить нас?! — едва ли не взревела профессор Заратустра, наблюдая за феей четырёх стихий из окна и одновременно сдерживая бурный водяной поток. — Терпение, дорогая коллега, — мисс Гриффин стояла рядом, защищая студенток, — эта девочка знает, что делает. Когда сфера засияла крупицами пыльцы, словно алмаз на свету, Хранительница направила поток в школу, и замок снова открыл проход, пропуская заклинание. Девушка, нахмурив светлые брови, на полную активировала печать, и в тот же момент фигура феи Энчантикса стала излучать яркий голубой свет, который перекинулся на воду озера Рокалучия, что стала оружием против Облачной Башни. — Что происходит? — ведьмы крутили головами, а профессора и студентки старших курсов сняли щиты, осознав, что стихия остановилась и потихоньку стала отступать. Лира же чувствовала, как работает древняя магия Равновесия, но вместе с тем она слабела тоже. Главное довести начатое до конца, а там как-нибудь... Вода в буквальном смысле вылетала из замка через окна и отверстия, которые сами по себе образовывались в стенах. Стихия зависала в воздухе перед блондинкой и казалась огромной каплей, однако пугала наблюдающих преподавателей школы для ведьм. — Она выдержит? — тихо спросила Эдилтруд, в душе поражаясь силе первокурсницы. — Должна, — помрачневшая Гриффин напряжённо вглядывалась в горящую голубым пламенем фигуру. — Она сильная девочка, но, боюсь, это противостояние её измотало... Фея четырёх стихий рвано дышала, слышала, как колотится в груди сердце, а ещё чувствовала, как болят мышцы всего тела. Вода была тяжёлой, пыльца всё ещё боролась с тёмным заклинанием, а значит, вернуть её в озеро светловолосая девушка пока не могла. Оставалось лишь ждать, удерживая целое озеро в воздухе... Ветер ласково обдул её лицо, и Лира слабо улыбнулась. Стихии всегда рядом. Сейчас они вынуждены сражаться друг против друга, но они всё равно подчиняются ей. Четыре элемента — вот основа её существа и её магии, то, что бежит по венам, загорается внутри, то, из чего она черпает свою силу и благодаря чему живёт. Четыре элемента делают её самой могущественной феей Волшебного Измерения, они позволяют бороться тогда, когда другие сдаются и не могут идти вперёд. Хранитель и сила Равновесия — неразрывные понятия, означающие силу и... надежду. Блондинка распахнула глаза, которые загорелись белым пламенем, и полетела в сторону озера Рокалучия, увлекая водный массив за собой. Преподаватели и студентки Облачной Башни ахнули, а сам замок вздрогнул, и вслед Хранительнице понеслось тихое и покарябанное "спасибо". Настолько тихое, что затерялось в шуме ветра, который позволил школе для ведьм остаться гордой и неприступной. Она почти долетела, "донесла" воду до пустого дна, как вдруг содрогнулась, почувствовав взбушевавшийся внутри огонь, а затем осознание произошедшего пришло мгновенно. Блум. Вода небрежным движением была отправлена на своё место, и оттого частично расплескалась, превращая берега озера в грязь, но светловолосой девушке было всё равно. На подходе к Рокалучию она заметила сражающихся в воздухе Винкс и Трикс, и последние бились слишком слаженно и спокойно, что тут же натолкнуло на определённые выводы. — Девочки! — Лира подлетела к подругам, но осталась на определённой дистанции: фея четырёх стихий была уверена, что девушки справятся сами, а сама она медлить не могла, потому что Огонь Дракона сестры неумолимо угасал... — Используйте волшебную пыльцу на своих атаках! А я иду к Блум! — Нет, Лира, стой! — Стелла попыталась её остановить, но едва не попала под атаку Дарси, благо, Текна вовремя поставила щит перед принцессой Солярии. — Мы не сможем, — прошептала она. — Если Блум в беде, не сможет теперь никто, кроме Лиры. Стелла, активируй пыльцу! Чем быстрее мы справимся с Трикс, тем быстрее поможем девочкам! Фея Солнца и Луны кивнула, однако её сердце сжали тиски: Лира здесь, потому что Блум не смогла. Стихия земли пропустила первокурсницу под озеро, туда, где древнее заклятие медленно уничтожало её сестру... — Блум! — она ринулась на помощь, но была отброшена в сторону тёмной сферой. — Ты долго, — прорычали сзади, и блондинка в страхе обернулась. Этот монстр... Крылья, клыки, когти, горящие огнём глаза... Точно такой же, как и в Бездне Теней... — Прародительницы... Они тоже были там... — только и смогла произнести опешившая Хранительница, во все глаза смотря на монстра. — Показали, значит, — недовольно рыкнул демон, но затем словно оправился, расправляя перепончатые крылья. — Вот и настал наш последний бой, Хранительница. — Отпусти Блум. — Кажется, она даже не осознаёт, что происходит сейчас. — Блум умрёт, — коротко сообщил Валтор, и его интонация выдала торжество. — Так же, как и умерли её родители. — Либо её отпустишь ты, и мы сразимся на равных, либо её освобожу я, — прошипела фея четырёх стихий, воинственно смотря на монстра. Сейчас, чувствуя, как с каждой секундой слабеет сестра, её любовь отошла на второй план, и чудовище, которое зависло в воздухе прямо перед ней, лишь отдалённо напоминало тёмного мага, что казалось своего рода облегчением... Она могла бороться. И она будет, во имя всех, кто верит в неё. — Попробуй добраться! — зарычал демон, материализуя тёмную сферу. Он действительно не давал ей и приблизиться к принцессе Домино, грудь которой едва вздымалась. Первокурсница была изрядно вымотана защитой школ и Магикса, поэтому просто уворачивалась от атак, не тратя силы на ответные. Она берегла остатки энергии на помощь сестре, и сейчас молилась лишь об одном: хоть бы Винкс побыстрее расправились с Трикс и пришли к ним, одна она не справится... — Ты устала? — издевательски спросил Валтор, и тёмный луч прошёлся по руке, разрезая перчатку феи и заставляя её шикнуть от боли. — Неужели заклинание, в основе которого лежит твоя собственная магия, вызвало столько хлопот? Словно вспышка в сознании. — Ты знал! — воскликнула Лира, и бирюзовые глаза полыхнули яростью. — Ты специально это спланировал, чтобы заманить сюда Блум! — Вы, феи, так предсказуемы в своих действиях, — усмехнулся демон, вновь атакуя, и Хранительница выставила огненный щит. За спиной чудовища встрепенулась Звёздная Пыль, привлекая внимание феи четырёх стихий. Пламя Дракона вновь разошлось тысячей разрядов по телу, и Лира поняла, что время рыжеволосой девушки на исходе. Сердце забилось в груди так сильно и так часто, что она слышала только его стук, который словно отсчитывал секунды. Одна, две, три... — Лира!!! Хранительница облегчённо выдохнула и тут же ринулась к сестре, а её спину прикрыл информационный барьер Текны. Трикс, связанные магией третьекурсниц и освобождённые от знака Валтора, остались на поверхности, кусая губы, крича проклятия и вместе с тем едва сдерживая слёзы. — Блум! — светловолосая девушка приземлилась рядом с сестрой, поднося руку к её груди и призывая магию Равновесия. Ладонь загорелась, заискрилась волшебством, и древнее заклятие спало, а на руках первокурсницы материализовалось Пламя Дракона, яркое и согревающее. Тепло тут же распространилось по всему телу, исцеляя и даруя силы, и фея Огня Дракона распахнула голубые глаза, несколько недоумённо глядя на сестру, которая плакала, осознавая, что могла и не успеть. — Лира, ты... — Всё хорошо, — блондинка порывисто обняла принцессу Домино, всхлипывая и благодаря Дракона. — Всё хорошо, Блум, я рядом. Теперь я всегда буду рядом... Рыжеволосая девушка обняла сестру в ответ, и счастье — хрупкое, рождённое на поле ожесточённого боя, — загорелось внутри, заиграло всеми красками, даруя силу и желание сражаться. Лира не сдалась, не поддалась своим чувствам. Она здесь, она спасла её, и она будет сражаться за Добро... Позади вскрикнула Флора. Девушки обернулись и увидели, что клетка, созданная Винкс, едва сдерживает разъярённого демона. — Я не смогу, — тут же призналась Хранительница, поджимая губы и смотря на чудовище, которое не так давно целовала. — У меня почти не осталось сил, да и ты слишком слаба. А ещё я вернула воду в озеро... — У нас мало времени, — Блум задумалась, и затем лицо её посветлело. — Я знаю, что делать. Только прикройте меня! Фея четырёх стихий кивнула, и они вместе полетели к подругам, которые, увидев принцессу Домино, тут же взбодрились. — Блум, ты как? — встревоженно спросила Стелла. — Всё в порядке, — фея Огня Дракона улыбнулась Винкс. — У меня есть план, но мне нужно, чтобы вы перестали сдерживать Валтора и отлетели назад, — увидев в глазах девушек непонимание, Блум настояла: — Верьте мне! Времени мало, это наш единственный шанс! — Хорошо, — Лейла первая отлетела назад, однако была вся напряжена и встревожена. — Но мы рядом, чтобы помочь. Рыжеволосая девушка смело вылетела вперёд, смотря в глаза разгневанного монстра. Он не убил её, хотя был так близок, и она не победила его, но, кажется, сейчас есть такая возможность... Подвеска на шее засияла, активируя волшебную пыльцу. Нарисовав свой уникальный знак, третьекурсница начала использовать привилегий крыльев Энчантикса, однако со стороны это выглядело так, будто она тратит силы в пустоту... — Ты решила, что пыльца фей сможет остановить меня? — разнеслось по пещере, и демон, материализовав сферу, с удовольствием направил её в сторону феи; принцесса Домино приняла удар, заставляя подруг ахнуть, но продолжила. — Вы останетесь здесь навечно, а я захвачу Магикс! Лира взмахнула крыльями, чтобы вылететь вперёд, но Муза удержала её, крепко сжав ладонь. — Мы должны дать Блум шанс, — прошептала синеволосая девушка. — Уверена, она знает, что делает. — Я едва восстановила её, ей нужна помощь... — Хранительница и сама еле держалась, просто была охвачена эмоциями, оттого усталость отошла на второй план. Фея Огня Дракона продолжала понятное только ей действо, игнорируя удары Валтора, который таким образом лишь забавлялся, и стараясь не обращать внимание на очевидное волнение Винкс. Осталось совсем чуть-чуть, и они смогут покончить с этим раз и навсегда. — Когда ты закончишь этот цирк, Блум, я сниму подвеску с твоей шеи, и она станет частью моей коллекции, — довольно сказал монстр и улыбнулся, обнажая клыки. Сейчас! Блум выжидающе посмотрела на подруг, и Стелла среагировала первой, обратив внимание на одну деталь. — Кхм, — обратилась она к демону, выпрямляясь и упирая руки в бока. — Перед тем, как стать великим и могучим правителем Магикса, проверь свою коробочку. Кажется, в ней дыра! Валтор молниеносно обернулся к Ларцу Агадора и взревел, заставляя фей поморщиться: его печать на артефакте уничтожила волшебная пыльца, и все заклинания, добытые им, возвращались на свои законные места. — Нет!!! — чудовище отчаянно взвыло. — Всё, что я добыл!.. Однако это был не конец. Открытый Ларец Агадора ещё не означал победу, и потому пять фей Винкс взяли на себя задачу не допустить взбешённого Валтора к артефакту и позволить тем самым всему украденному вернуться в свои миры. Принцесса Домино же, облегчённо вздохнув, подлетела к сестре, и светловолосая девушка с искренней радостью посмотрела ей в глаза. — А коробочка-то пуста, — заметила фея Солнца и Луны и намеренно выронила ларец, с усмешкой наблюдая, как демон бросается за ним, сетуя на своё поражение. Опасно затрясся потолок, и девушки поняли, что нужно уходить. — Нас затопит, если не поторопимся! — заметила обеспокоенная Текна. — В туннель! — Флора указала на единственный выход из пещеры, находившейся под озером Рокалучия. Феи Винкс поспешили к нему, но Лира не могла не обернуться. Монстр пропал из виду, но его возгласы всё ещё отражались от стен. Она не могла понять, что чувствует: слишком много эмоций смешались внутри, слишком много всего произошло за этот день, но при одной только мысли о том, что страшный и большой демон является аристократичным тёмным магом, сердце болезненно сжималось, а слёзы подступали к глазам. Неужели она его потеряла?.. — Лира, скорее! — поторопила Муза, и блондинка покорно взлетела на поверхность, где уже были стражи из Светлого Камня, забирающие Трикс для очередной попытки исправиться. Винкс, осознав случившееся, радостно взвизгнули и принялись обнимать друг друга, а на первокурсницу наконец обрушилась та усталость и потеря сил, что до этого были скрыты мужеством, решимостью, страхом и адреналином. Она со стоном опустилась на землю, превращение исчезло, и ломка пошла по всему телу, заныли мышцы, появилась ужасная слабость и жажда, а голова раскалывалась так, словно по ней кто-то бил железным молотом... — Лира, ты в порядке? — обеспокоенно спросила Блум, садясь на корточки рядом с сестрой. — Нужно добраться до Алфеи, там тебе помогут... — Просто... Я так устала, — призналась фея четырёх стихий, чувствуя, что внутри всё натянуто, как струна, и стоит ей лопнуть, как её настигнет настоящая истерика. — Это тяжело, Блум. Это в разы тяжелее, чем я себе представляла... — Мы бы не победили без тебя. Не справились бы друг без друга, — фея Огня Дракона заглянула первокурснице в глаза, и в них Хранительница читала примерно тот же ворох чувств, что ощущала сама. — Ты думаешь, это победа? Просто я... — Девочки! — голос мисс Фарагонды отвлёк их, и он был таким чистым и весёлым, словно из другого мира. — Вы справились, пожар прекратился!.. В Алфее семёрку фей встретили как настоящих героинь. Аплодисменты, восторженные крики и благодарность, улыбки, радость на лицах студенток и профессоров... Специалисты заключили своих девушек в объятия, тем самым разделяя не только счастье, но и то, что пришлось пережить во время буйства стихий. Поздравления, рассказы, шутки, торжество... — Лира, с тобой всё в порядке? — профессор Палладиум сел на скамью рядом со светловолосой девушкой, заглядывая в печальные бирюзовые глаза. Она отречёно наблюдала за всеобщем весельем, крутя Верум на пальце и время от времени прикрывая глаза. — Я не чувствую конца, — тихо проговорила она, переводя взгляд на яркое голубое небо, а затем на волшебный лес, хранящий следы недавнего пожара. — Я не чувствую, что всё закончилось. И это пугает меня как никогда раньше.