Твоё

      Утро в дом пришло со звонким, ярким весенним криком птиц за окном и с теплыми золотыми лучами солнца, проникающими сквозь стекло и заливающими комнату Дейдары светом. Тсукури проснулся первым, и просто лежал некоторое время, рассматривая лицо спящего рядом Сасори. Акасуна был мало похож на отца внешне. У него была яркая внешность, выразительные тонкие черты лица. Внезапно блондин почувствовал желание прикоснуться к лицу парня, которое сейчас не выглядело холодным, безразличным или жестоким. Сейчас оно было даже по своему милым. Но осознав свое желание, Дей резко отвернулся от парня и потянулся к своему телефону, что лежал на тумбочке у кровати. Когда он увидел, что время уже далеко не раннее, то дернулся и стал будить Акасуну. - Эй, Сасори, вставай, тебе ведь на учебу! Акасуна же только потянулся в кровати, не открывая глаз, и сонно возмутился: - Какого черта, Дейдара!?       Дей замер. Сасори впервые за всё время назвал его по имени и парень не знал, как реагировать – радоваться этому факту, или сильно-то не обольщаться по этому поводу. Внезапно Акасуна подмял парня под себя, так, что тот и опомниться не успел, как почувствовал, что Сасори уже лежит на нем сверху, тесно вжимая своим телом его худощавую тушку в кровать и уткнувшись лицом в шею блондина. Неожиданно для Дейдары, от такой тесной близости с Акасуной по телу его пошли мурашки, которые казалось, добрались до всех его клеточек. Блондин тихо выдохнул, кровь прилила к лицу, а мозг парня лихорадочно соображал оттолкнуть красноволосого или полежать спокойно. Ведь Сасори сейчас лежал на нем тихо, и казалось, продолжал дремать, щекоча шею Дейдары своим мерным дыханием.       Несколько испугавшись приятных ощущений в теле, которые были вызваны неожиданными действиями Акасуны, Дей попробовал пошевелиться, но при этом был еще сильнее вжат в поверхность кровати. Почувствовав боль в ребрах, Дейдара тихо простонал. Сасори пошевелился и открыл, наконец, глаза. Несколько секунд осознавая реальность, он, в конце концов, оставил Дея в покое, поднялся с кровати и стал одеваться. - Меня, конечно, очень возбуждает, как ты подо мной стонешь, детка, но, к сожалению, вынужден тебя покинуть, так как сегодня у меня много работы в универе. – Провозгласил Сасори шутливым небрежно-деловитым тоном. Дей слегка опешил, а красноволосый закончив одеваться, вышел из комнаты. Блондин очень хотел бросить ему вслед что-нибудь колкое, но не нашелся, что сказать и пребывал несколько минут в прострации, анализируя свои ощущения. Внутри него всё смешалось: смущение, осознание странной реакции его тела на тело Акасуны, возмущение…. С одной стороны парня возмутили действия Сасори и его пошлая шуточка на прощание, и сейчас он чувствовал невероятное смущение. Но с другой стороны, одновременно с этим ему было радостно, что тот, наконец, оттаял. Не желая дальше пребывать в рефлексии и еще больше запутываться в себе, Дейдара отбросил все мысли и снова погрузился в дрему. Вскоре должна была прийти медсестра и поставить ему систему.       Почти весь день Дейдара валялся в кровати и маялся от скуки. Лепить фигурки он пока не мог, из-за сломанного пальца. Мать блондина заходила с утра в его спальню, и ее немало удивил тот факт, что Сасори ночевал вместе с Деем. Увидев, что парни еще крепко спят, женщина не стала их будить. Позже она снова заходила к сыну, и они немного поболтали. Ами радовало то, что их с Тоширо дети наконец-то сблизились, хоть и при таких, мягко говоря, неприятных обстоятельствах. Но настороженное отношение и даже смутная тревога в душе женщины по отношению к Сасори так и не пропали.       Позже Ами вспомнила, что ей нужно было съездить по делам к одной ее знакомой, и Дей снова оказался предоставлен сам себе. Просто лежать переписываться с друзьями в инете ему надоело. И к его радости, те вознамерились прийти и навестить друга вечером, что они и сделали. И Дейдара на время забыл о скуке, наслаждаясь общением с друзьями и их вниманием к его пострадавшей персоне. «До свадьбы заживет», - шутили ребята, которые, конечно тоже немало переживали за друга. Потом, когда парни ушли, Дею снова стало скучно.        Услышав в коридоре шаги и затем стук закрывающейся двери, Тсукури понял, что это Сасори вернулся с учебы. Ему вдруг стало дико любопытно поглядеть на комнату Акасуны. Наверняка там имелось что-то из его работ, возможно куклы или картины. Однако блондин решил переждать некоторое время, пока Сасори отдохнет и поест. И спустя час Дейдара уже стоял у дверей спальни красноволосого и тихонько стучал в нее.       Вначале за дверью было тихо, но потом блондин услышал шаги и, щелкнув замком, дверь отворилась. Тсукури ожидал гневной отповеди от Сасори, но тот стоял в дверях и спокойно глядел на него. - Сколько лет, сколько зим! – Иронизировал Акасуна. - Какими судьбами? - Эм… Ну… А покажешь мне своих кукол? – Глаза Дея на миг превратились в глазки кота из Шрека.       На губах Акасуны появилась едва заметная полуулыбка, и он отошел в сторону, давая тем самым Дейдаре возможность войти в его комнату. На какой-то миг блондина охватило чувство благоговения, словно бы он входил в храм. Комната Сасори была выдержана в темных строгих тонах. Меблировка была стандартной для спальни, но стильной по дизайну. Первое на что упал взгляд блондина - это стены, на которых висели длинные стеллажи с расположенными на них куклами разных размеров, среди которых были как обычные куклы, сделанные из различного материала, так и куклы BJD и даже марионетки. И, казалось, что все они как одна глядели на него глазами, которые хоть и были по сути неживыми, но в которых каким-то чудесным образом светилась жизнь, словно бы законсервированная в каждом зрачке. Возможно, некоторые из этих кукольные творений повергли бы кого-то в состояние страха, но не Дейдару. Он был очарован, очарован исходящей от них аурой, мастерством, с которым они были сделаны. Парень смотрел на настоящие произведения искусства.       Подойдя ближе к стеллажам, Дей стал осматривать кукол более внимательно. А потом спросил Сасори можно ли взять одну из них в руки. Тот дал положительный ответ, и теперь Дейдара держал в руке одну из кукол, которая смотрела на него взором полным настоящей живой свободы, спокойствия и у нее были крылья: одно - черное, а другое – белое, словно бы в знак того, что уравновесив в себе добро и зло, это создание обрело свободу и легкость, и теперь в любой миг может воспарить ввысь. У куклы были длинные светлые волосы. Дею больше всех понравилась именно она.       Блондин увлеченно, с восторженным трепетом рассматривал творения Акасуны, а сам красноволосый парень любовался Дейдарой и должен был себе признаться, что получал немалое моральное удовольствие от эмоций, отражающихся на лице паренька. Сасори обычно никого не пускал в свою обитель, но теперь не жалел, что блондин таки умудрился сюда попасть. Тем временем Дей продолжал изучать его комнату, и сейчас взор парня был прикован к картинам, висящим на стене, и созданным тем же Сасори Акасуной, которого он знал и которым теперь начинал безмерно восхищаться. Картины не бушевали динамикой, они все были выдержаны примерно в одном тоне и являли собой смесь реальности и фантастического мира. И в них, так же как и в куклах, читалось что-то живое, будто настоящее, но навсегда запечатленное в красках на полотне. Дейдара долго не мог оторваться от созерцания, но потом, осознав, что Сасори всё это время так и стоял, молча наблюдая за ним, парень немного смутился и пришел в себя. - А ты и, правда, крутой! – Дей смотрел на Акасуну восхищенно и Сасори не смог сдержать улыбки. - Благодарю, за столь лестный отзыв. Я почувствовал, что тебе понравилось. – Ответил он Дею. А тот слегка покраснел. – И давно ты продаешь свои работы? - Да. Довольно давно. Я, в общем-то, могу себе позволить жить одному и полностью себя обеспечивать. Но в этом нет особой необходимости. Здесь мне никто не мешает творить и отцу не так одиноко в доме. И кстати, если будешь повышать свое мастерство, то можно и твои картины и фигурки продавать через мою сеть.        Услышав это, Дейдара немного остолбенел, и почувствовал, как его всё больше охватывает эйфория. Мало того, что он лично знает такого художника как Сасори, живет с ним под одной крышей, получал от него уроки, так еще и имеет возможность продавать свои работы через его налаженную сеть. - Спасибо! – В глазах блондина зажегся задорный огонек. - Я буду стараться и совершенствоваться. Сасори по-доброму усмехнулся. - Да, думаю, толк с тебя будет. - А то! Я еще тебя превзойду! - Ну, попробуй, что уж там. – Ответил ему Сасори не без доли иронии и блондин, вдохновившись, поспешил в свою комнату, дабы сделать на бумаге несколько набросков идей, которые уже успели посетить его светлую голову. Благо, что пальцы на правой руке парня были не повреждены, и сейчас он мог себя хоть чем-то занять. А потом позже он снова заявился в комнату к Сасори и показывал ему свои наброски. Тот давал ему ценные советы для творчества и рассказывал интересные вещи из истории искусства, пока не пришло время ложиться спать, и Сасори мягко выдворил Дея в его спальню, пожелав на прощание доброй ночи. Лежа в кровати Тсукури долго еще переваривал в голове впечатления уходящего дня.