Drown.

"Так получилось."

Семь лет назад: Его разные глаза наблюдают за мной. Я ни секунды не сомневаюсь в своей догадке, пока пересекаю школьный двор, нарочито опустив голову и максимально втянув ее в шею, стараясь как можно сильнее вжаться. Впереди ждет Кэт, нетерпеливо водя наманикюренными ногтями вверх и вниз по своим ногам, восседая на скамейке, словно королева на троне. Я едва ли не сваливаюсь сверху, резко затормаживая перед ней. Она поднимает безупречные брови, которые тут же исчезают за челкой, пристально наблюдая за мной. Ее серые глаза внимательно сфокусированы на мне, губы растягиваются в сдержанной усмешке, когда она нагибается в сторону, чтобы заглянуть мне за спину. — Он там, — довольно констатирует она. — Смотрит. Я вяло опускаюсь рядом с ней на скамейку, стараясь удерживать взгляд на бетоне под ногами. — Не веди себя как идиотка, — раздраженно одергивает Кэт, изящно закидываю ногу на ногу и, поворачиваясь в мою сторону так, чтобы водопад из ее темных, почти черных, волос полностью укрыл нас. — Он меня пугает, — не сдерживаюсь я от дрожи, когда замечаю движение за завесой волос Кэт. — Он пугает почти всех, — усмехается Кэтрин, слегка кривя губы в улыбке и откинув волосы, открывая вид на мое растерянное лицо. Я автоматически перевожу взгляд на окна школы, находящиеся напротив. Он там. Приваливается к раме окна с видом, будто эта школа принадлежит ему. И взглядом, направленным на меня, в котором читается, что, по его мнению, принадлежит ему не только школа. Пять лет назад: — Через месяц, Кэт, — улыбаюсь я, обращаясь к Кэтрин через телефон. — Не могу раньше, прости. — Месяц — это крайний срок, ты же понимаешь, Миннесота? — Глупое прозвище, — хмурюсь я. — Не ври, я знаю, что тебе нравится. Я сдерживаю невольную улыбку и всего лишь качаю головой: — Через месяц. Она усмехается. Снова. Ох, Кэтрин. — Как там Мистер «по-нему-плачут-все-девчонки»? — Я не видела его около месяца, — объявила я довольным тоном. — Пусть все так и остается. — Ты такая глупая, Миннесота, — укоряет Кэт. — Такой шанс… — Кэт… — начинаю я нотацию в стиле «Мы обе знаем, что ты несешь бред», но не успеваю ее продолжить, довольно сильно ударившись головой обо что-то тяжелое и стоящее на несколько ступеней выше, с такой силой, что едва ли, не падаю, вовремя хватаясь за поручень. Из моего рта вырываются проклятья, когда я поднимаю упавший телефон, собираясь сказать придурку, из-за которого чуть не обчесала зад, то, что думаю. — Дерьмо, — вырывается у меня, когда я сталкиваюсь с разноцветными глазами, того кого предпочла бы вообще не видеть, смотрящими на меня свысока. — Надо быть осторожнее, Миннесота, — кричит какой-то кретин позади него. Внутренности сжимаются. Но я удерживаю Его взгляд, когда подношу телефон к уху. — Трейси, — коротко бросает он. Ни сочувствия. Ни раскаяния. Пустота. Он всегда называет меня по имени, желая выделиться из толпы. Клянусь, я ни разу не слышала из его уст: «Миннесота». Я не хочу, чтобы кто-то знал, что мы знакомы не просто по колледжу, но он полностью игнорирует мое желание, что злит еще больше. — Кейден, — тем же тоном отвечаю я. Два года назад: — Выпускной, — улыбаясь как можно шире, говорит Кэт. Она придерживает меня за плечи, когда проводит в огромную гостиную полную пьяных подростков, наконец, вступивших во взрослую жизнь. — Не могу поверить, — качаю я головой, расслабленно приваливаясь к стене и принимая от нее пиво. — Теперь можно и напиться, Миннесота! — смеется она, чокаясь горлышком своей бутылки об мою, которую я так и держала в крепко сжатых руках. — Расслабься! Ну же!.. Я смеюсь вместе с ней и неторопливо подношу к губам пиво, когда замечаю Его среди толпы. Он не танцует. Стоит в стороне и как обычно выделяется из толпы. Взгляд Кейдена сосредоточен на мне, когда он приподнимает бутылку со своим пивом над головой, будто приглашая меня выпить с ним. Что-то щелкает внутри меня. Я повторяю его жест и одновременно с ним выпиваю несколько глотков пива, не отводя взгляда. *** — Кэт! — зову я. Я определенно пьяна. И мой мозг понимает это до того, как понимает организм, выдавая закономерную реакцию. Я вполне твердо держусь на ногах, когда поднимаюсь по лестнице, окрикивая свою подругу. Я, не переставая зову ее, пока на самой последней ступени не оказывается какой-то паренек. — Миннесота? — удивленно спрашивает он, протягивая мне руку, чтобы помочь взобраться на второй этаж. — Эй, ты в порядке? Он обхватывает мое лицо руками, твердо удерживая его и заглядывая в глаза. Я отвожу взгляд, поскольку не в силах даже стоять на ногах, не говоря уже об ответах на его вопросы. Он напряженно оглядывается, словно ожидая кого-то увидеть, после чего скованно перехватывает мое тело и поднимает на руки. Он несет меня в какую-то комнату, откуда льется приглушенный свет. Парень что-то говорит, и я узнаю его голос: Тернер. Хозяин дома и мой одногруппник. Его футболка приятно пахнет, и я с удовольствием утыкаюсь в нее носом, мысленно умоляя Бога не позволять мне вырвать на глазах у этого парня. Тем более ему на футболку. Он заносит меня в спальню, но не опускает на кровать, а проносит дальше — в ванную, где осторожно усаживает на крышку туалета. Моя рука ощущается как целая тонна, когда я поднимаю ее, чтобы протереть лицо. Тернер качает головой и мило улыбается, будто не смышленому ребенку, моча край полотенца и заботливо укладывая его на мой разгоряченный лоб. — Побудь здесь, ладно? — просит он. Я слишком истощена, чтобы ответить или съязвить в ответ, поэтому молча, киваю. — Я за водой, — поясняет он, вглядываясь в мое лицо. Я снова киваю, но это дается мне еще сложнее, чем в прошлый раз, поэтому я не возражаю, когда он исчезает за дверьми, избавляя меня от дальнейших своих вопросов и объяснений. Черт. Все хуже, чем я думала. Я сижу с закрытыми глазами, приваливаясь затылком к холодной плитке туалета Тернера Лэнгтона, с такими ощущениями, будто я уже успела несколько раз отключиться. Определенно хуже, чем я думала. Проходит полчаса. Час. Два… или я думаю, что проходит. Но продолжаю, все также сидеть на крышке туалета, ожидая появления Тернера с водой. До тех пор, пока не понимаю, что он вряд ли придет. Именно поэтому я поднимаюсь на ноги и, пошатываясь, иду в спальню, а оттуда в коридор. Ладно, не совсем так. Я успеваю дойти до дверей, ведущих в коридор, когда мои ноги подкашиваются, а голова начинает кружиться, как когда катаешься на аттракционах. Я ненавижу гребанные аттракционы. — Трейси? — слышу я удивленный голос Кейдена. Он появляется на пороге спальни. Растрепанный, смущенный и в то же время совершенно растерянный в одной футболке, сжимая в руках свою толстовку. О да. Отлично. Напомните, чтобы я впредь никогда не пила. Я поднимаю глаза и встречаюсь с ним взглядом. Встречаюсь с его двумя разными глазами. С карим и зеленым взглядом. Тот небольшой дефект, с которым он родился. Который отталкивал многих людей и привлекал меня. И это последнее, что я вижу, прежде чем мои ноги подгибаются, и я падаю на что-то мягкое. *** — Трейси, не сейчас. Не делай этого со мной снова, — бормотал рядом с моим ухом Кейден. Его теплое дыхание согревало нежную кожу на моей щеке. Это было приятно. — Очнись, ну же! Он опустил меня на кровать и рванул к двери, как раз в тот момент, когда в проеме показался Тернер — бледный и насмерть перепуганный. Кейден пренебрежительно вырвал из его рук бутылку с водой и рванул обратно к кровати, там, где лежала я, уже пришедшая в себя, но все еще слабая. — Намочи полотенце, Лэнгтон, — рявкнул Кейд, швыряя в него полотенце, которое я все это время сжимала в руке. Тернер не издавая ни звука, подчинился. — Эй, — позвал Кейд, касаясь моей щеки ледяными пальцами. — Ты в порядке? Кажется, он и сам не понял какой вопрос задал, но я все же умудрилась кивнуть в ответ. — Выметайся, — буркнул он, когда Тернер вернул мокрое полотенце ему в руки. Лэнгтон поспешно скрылся за дверьми. Кейден накрыл полотенцем мой лоб, а к губам приставил бутылку воды. — Нужен шоколад, — одними губами шепнул он, ероша свои волосы и придерживая бутылку второй рукой. — Я в порядке, — удалось высказаться мне. — Я вижу, — презрительно фыркнул он. — Просто лежи молча, ладно? Я удивленно свела брови и нашла в себе силы, отпихнуть от себя Кейда, хоть и слабо. — Кто просил тебя столько пить? — взбешенно рявкнул он, распекая меня, как собственную дочь. — Остынь, — буркнула я, стараясь подняться на локтях. Его глаза встревожено и в то же время злобно наблюдали за мной, когда он перехватив одной рукой мои плечи, повалил меня обратно на кровать. Меня замутило. — Серьезно? — яростно сверкая глазами, поинтересовался у меня Кейден нараспев. — На этот раз Тернер Лэнгтон? — Оставь меня в покое, Кейден, — зашипела я, на этот раз еще более резко поднимаясь на кровати. Он почти также резко вернул меня в исходное положение. Я приглушенно застонала от боли в голове, поворачиваясь на бок. Черт. Гребанное дерьмо. — Трейси… Я молча сжала зубы, боясь раскрыть рта. Я боялась, что меня вырвет. О Боже, как же это отвратительно… Я покачала головой, поднимая руку и сильнее прижимая нагревшуюся ткань ко лбу. Кейден выругался сквозь зубы и убрал свою руку. Я знаю, что он сделал следующим, даже не открывая глаз. Он сделал то же, что делал много раз, когда-то давно: Пошел к двери, закрыл дверь и вернулся в мою кровать. Еще чуть-чуть и я сломаюсь. Я знала, что платину прорвет и слезы хлынут из моих глаз, что было в некотором роде даже хуже рвоты. Я приглушенно застонала и сжала в клубочек, когда он прилег позади меня и обхватил меня своими большими ладонями, устраивая свой подбородок на моей макушке. — Все в порядке, Трейс, — шепнул он. — Я тут, рядом. Снова с тобой… Я неспешно повернулась к нему лицом, нерешительно пробегаясь взглядом по его торсу, боясь поднять глаза. — Ничего не было, Кейд… с Тернером… Он не ответил. Его взгляд ничего не выражал, когда он смотрел на меня сверху вниз, в то время, как я переводила взгляд с одного глаза на другой. Разноцветные глаза, необычные, но от этого они выглядели еще более прекрасно. — Тише… Я поджала губы, и его взгляд непроизвольно сместился к моим губам. Мы оба знали, чем это закончится. Тем, чем подобные перепалки заканчивались каждый раз. Он нагнулся, осторожно проведя губами по моей скуле. Я сдержала вздох. Мне казалось, что подобные ощущения позади, но кажется, ничего не изменилось. В первый раз, прежде чем меня поцеловать, Кейден предупредил. Он делал так и после. Несколько раз. Но после того раза он перестал спрашивать. Его губы были ожесточенными, причиняли боль и обрушивались так яростно, что я с трудом успевала поймать ртом воздух. Он наказывал меня. Всегда… — Посмотри на меня. Я подняла глаза, вспоминая его слова, которые он когда-то прошептал мне: «Я тону». Мы оба тонем, Кейден. Поэтому Он наказывал меня. Всегда… …и снова.